Осколки счастья

       Ночь окутала затихшие земли прайда, покрывая собой угасающий свет августейшего солнца и создавая собой сумрак, все же как-то с трудом дождавшись своей долгожданной очереди и воспользовавшись моментом, чтобы приступить к своему любимому делу.       И вправду, все земли мгновенно накрылись длинной тенью непроглядных облаков, что недавно были тучами, из которых исходила прорва маленьких, моросящих капель дождя, но это Прайдленду придавало свои собственные краски и красоту. Казалось, что будто бы почти все существующие в этом мире погодные явления решили разом собраться и четко обговорить то, какой восторгающий хаос на землях прайда им устроить на этот раз, чтобы у других жителей этих прекрасных земель иногда завораживал дух и не хотелось даже отводить взгляда полных радости и впечатления от всей этой красоты.        Однако даже несмотря на тот хорошо видный всем факт, что сегодняшний день выдавался почти что всем обитателям необычайно красивым и привлекательным до такой степени, что многие животные прайда Симбы даже по несколько часов принялись стоять на одном и том же месте и, забыв обо всем на этом свете, вглядываться в играющий сразу тысячу цветных красок вечерний закат, ничего так и не смогло изменить вчерашний день, который выдался более, чем просто ужасно.        На языке маленькой, но довольно-таки бурной по своему характеру Джасири, все еще гуляли крепкие выражения в адрес нерадивому Денизу, с которым она поссорилась с прошлого дня. Подумать только! Тот так и не удосужился подойти и извиниться!        Сам Дениз понимал, почему при каждой их случайной встрече и обменами взаимными взглядами она отвечала ему только созерцанием, полным необратимой чужды, тихими рыками и достающим звуком скрипящих когтей, которые медленно высовывались из ее пазух каждый раз, когда они сталкивались. Как бы он не старался предотвратить даже случайные встречи с ней, но это не выходило. Будто бы по взмаху волшебной палочки им приходилось снова и снова встречаться на одном и том же месте.        — Вот вам еда, — в ночном сумраке гривастая голова Киона. В его пасти держалась еще свежая, только что отловленная тушка молодой газели, из которой вытекала багровыми стезями горячая кровь, пачкая каменистый пол пещеры. — И не забывайте, что вам нельзя выходить из пещеры. Мало ли, на что вы там наткнетесь за пределами. Обещаете?        — Обещаем! — хором выкрикнули все присутствующие в пещере львята, но тут же все вместе они разом запрыгнули на медленно крадущегося к приятно пахнущей антилопе Нуку, что уже почти что добрался до своей помеченной цели, но так и не смог выполнить свои миссию. Мойо, завидев это, наступил на хвост брата.        — Что ж, детки, не скучайте тогда тут. Я пошел к себе, — радостно присвистывая себе под нос какую-то песенку, которая малышам не очень нравилась, отрезал Кион, и уже захотел только высунуть голову из пещеры, чтобы выйти, как его отдернул приблизившийся Мойо. Обернувшись, лев уже серьезней глянул на среднего львенка. — Что случилось, сынок?        — Пап, ты говорил, что лидером Львиной Гвардии станет именно Джасири, — еще не договорив до конца, львенок пробежался карие-красными глазами по кивающей ему старшей сестре, что будто бы говорила ему: «конечно же им стану именно я», — но она совсем не подходит в роли лидера. Она даже просто в роли гвардейца не подходит.        — Ох, не переживай за неё так, Мойо.        Страж земель попытался как можно более искренне улыбнуться сыну и придать ему надежд на то, что его сестра станет прекрасным гвардейцем. Кион насмешливо потрепал львенка по красной, недавно выросшей челке, отчего волосинки встали в разные стороны.        — Я уверен, что, как гвардеец, Джасири будет не хуже меня и… Скара. К тому же, если Короли Прошлого одарили твою старшую сестру этой меткой, то значит, что никто другой, как она, должен занять это место.        — Но ты еще слишком молод и можешь сам охранять земли прайда, пап. Зачем вообще сейчас нужна Джасири? Она только и делает, что хвастается своей меткой хранителя, хотя лидер из нее никудышный, — сказав это, Мойо смерил свою сестру презрительным, немного даже строгим взглядом, на что та скорчила отвратительную гримасу, ко всему этому для полной демонстрации отвернув от него морду. — А что тогда будет с тобой?        — А я тогда уже пойду в отставку, сынок. Мне уже нужен отдых, хотя я еще далеко не дедушка, — Кион выдавил из себя смешок, легонько приобняв своего львенка. Позже, попрощавшись со всеми остальными, снова же повторил, чтобы до утра никто не выходил из пещеры, и снова же получил недовольные возгласы о том, что они все прекрасно помнили.        Поежившийся в огромный и толстый клубочек шерсти, Нука пристально глядел на валяющуюся посередине грота мертвую антилопу, уже предвкушая этот нежный вкус такого мягкого мяса и будто бы стараясь попробовать его.        Глухая тишина пробивала всеобщий слух, отчего на душе становилось как-то болезненно и немного даже грустно. Все понурились в разные углы и осматривали пещеру, будто бы это она такая новая и её никто никогда не видел. Хотя да, на самом деле, ее и вправду до этого никто не видел, но это ведь была самая обычная пещера!        — Так и будем сидеть и тупо молчать до самого утра, ребят? — первым эту мертвую тишину нарушил именно принц Дениз, лениво облокотившись об свою левую лапку так, что он приложил к ней левую щеку, и вяло посмотрел на своих более старших по возрасту племянников, будто бы показывал всем своим видом, что он явно ожидал от них чего-то большего.        — Не волнуйся ты так за это, дядька Дениз, — принц Мойо не сразу, но все же подмигнул своему дяде и хитро улыбнулся в ответ. Казалось, что сейчас перед ним стоит не Мойо, скопировавший слова отца, а именно Кион, который вышел из этой же пещеры несколько минут назад. — Мы можем рассказать друг другу разные ужастики на эту ночь. Проверим за одно и то, какой из Джасири будет лидер-гвардеец. Потом она с криками и плачем побежит к маме и папе, и все в прайде поймут, что лидером Львиной Гвардии должен был стать только я, а не она.        — Мечтай-мечтай! — закатив глаза, фыркнула Джасири, отмахнувшись от брата. — Знаешь, папа говорил, что Короли Прошлого уже сразу знают, кто должен стать просто гвардейцем, а кто достоин стать лидером. Меня первую одарили этим значком, — львенка указала своим когтистым пальцем на чуть ли не сияющую золотым светом метку рычащего льва, — что значит, что я должна стать лидером. Это самый точный знак.        — Но, Джас, у тебя даже команды своей еще нет, — в разговор так же вступила и Жади, идея которой и была устроить эту странную «семейную» ночь в незнакомой им пещере. Она с великим интересом глянула на свою двоюродную сестру.        — Тогда будет! — радостно подхватила золотистая львица. — Я найду себе самую лучшую во всем этом мире… А точнее, в этом прайде, команду гвардейцев. Не подумайте, что я считаю папу немного странным из-за того, что в его гвардии он единственный лев, но я не приму в свою тех, кого-то из других животных. На то ведь гвардия и львиная.        — Конечно же, в Львиной Гвардии должны быть только львы. Просто папа говорил, что другие львята были несколько капризными и злыми, поэтому он выбрал в свою Львиную Гвардию своих товарищей по играм, то есть тётю Фули, дядю Бангу, дядю Бешти и дядю Оно. Кстати, я могу быть самым зорким, — Мойо сразу же одобрил идею, предложив сестре свой выбор.        — Стой, что? Это не…        — Да-да, точно, Мойо! А я… О, а я тогда буду в Львиной Гвардии Джасири за сильнейшего гвардейца! Мама как раз мне всегда говорила, что я самый сильный из нас всех троих, — сразу же хрипло продолжил за своим старшим братом Нука.        — Постой, это…        — И конечно же, я буду в этой её ещё не появившейся гвардии Смелейшим, как и мой папа, кстати, — Дениз гордо выпрямился, вспомнив давние рассказы Симбы о том, как он забрел с Налой на Слоновье Кладбище, но спас свою подругу от голодных гиен злого дяди Скара, что были не прочь ею полакомиться.        — Да нет, постой, ты…        — А ты кем будешь в гвардии Джасири, а, Жади? — поинтересовался Нука, тут же переведя свой полный разных желаний взгляд с антилопьей тушки на двоюродную сестру.        — Думаю, мне не остаётся ничего, кроме быстрейшего, — усмехнулась Жади. — Силой и зрением я не особо-то и выделяюсь, впрочем.        — Тихо!        Львята испуганно вздрогнули от внезапного вскрикивания, и, в эту же минуту переведя все взгляды на нее, каждый четко и ясно заметил злобно вздымающую вверх и вниз грудь, разозленный оскал, полный белоснежных клыков маленького львенка, и выпущенные из лапок коготки. Когти эти проредили каменный пол пещеры, но больше всего их пугали скрипящие клыки Джасири и это полыхающие испепеляющим пламенем огня глаза, которые будто бы перекрасились из нежно-фиалкового цвета в огненный, как костер.        — Заткнитесь все! Немедленно! Ни ты, ни ты, и уж точно не ты — никто из вас не будет в команде моей Львиной Гвардии! Ясно вам?! — рявкнула старшая дочка главного стража земель, поочередно показывая пальцем сначала на двух удивленных братьев, а после уже перейдя и к немного обиженному дяде. Из ее пасти все еще доносился длинный, белый дым, вроде холодного воздуха, а сама она тяжело дышала, но, кажется, эта гневная тирада еще не была концом. — Никаких мальчиков! Это будет только девчачья Львиная Гвардия!        — И кого же ты тогда возьмешь в свою гвардию, Джасири? — с явными нотками лени и безразличия в голосе поинтересовался Нука, устало закатив разного цвета глаза в совершенно другую сторону и издав обреченный вздох, понимая, что его сестра уже сходила с ума.        — Я возьму Жади и Адиу, потому что они тоже девчонки. Жади, как она сказала, будет за быстрейшую, ну, а Адиа… а вот Адиа, пожалуй, будет за смелейшего.        — Адиа? Смелейшая? — скептично переспросил Дениз, за что тут же чуть было не получил от Жади коронный подзатыльник.        — Ага, только тебе не хватает еще сильнейшего и зоркого, — хитро подмигнула ей зеленоглазая, после скорчившись от боли и лизнув больную лапку.        — И да, это еще с учетом того, что Адиа может не согласиться на такую глупую сделку. Она слишком нежна для подобного дела, — добавил Мойо, многозначительно подмигнув золотистой малышке. — А если тебе так хочется, чтобы у тебя гвардия была большой и лучшей, то тебе лучше будет принять в нее еще и меня, Нуку и Дениза тоже.        — Ни-За-Что! — по слогам выдохнула Джасири.        — И что? Львиная Гвардия с двумя львами? Точнее, с двумя львицами, да? — Жади даже перекосило от мыслей, как будут насмехаться над ней и ее двоюродной сестрой.        — Ну да, а что? Сами же говорили, что главное не количество, а качество.        — Это не тот случай.        — Расслабься, Жади. Как сказал дядя Тимон: «Хакуна Матата!»        — Да, и поэтому дедушка просил как можно меньше слушать его, — между выдохом Нука громогласно прихлопнул себя по лбу.        — Ты часто копируешь дядю Тимона, — с иронией отрезал Мойо, — может, ты еще и жуков там всяких, личинок начнешь есть?        — Ой, да заткнись ты уже! — как можно более спокойней проворчал гвардеец. — Кстати, про еду… Папа же нам оставил одну аппетитную антилопу. Ну, где она? Я такая голодная, что даже зад Жади у меня вызывает аппетит.        — Чего?! — искренне надеясь, что ей это послышалось, возмущенно переспросила старшая львица.        — Ого, Джас, ты не поверишь, но у меня тоже, — нахально-соблазнительно присвистнул Дениз, краем глаза смотря на почти оскалившуюся племянницу.        Как только мысли львят заполнились недавно принесенной самим Кионом антилопой, по всей пещере разнеслось зловещее рыканье и стуки клыков.        Во тьме, в которой горели только два красных глаза что-то быстро шагало, но сразу же возникало чувство, что шаги были скорее от острых, вдоволь вытянутых когтей, чем от обычных лапок. Сердца львят в одно мгновение забились в дальний угол, с пугающей скоростью стуча и придавая более красочную атмосферу происходящему.        Ничего долгое время не менялось. Все та же самая темно-черная тень, загнавшая себя в самый угол пещеры и жадно пожирающая пойманную антилопу газель, принесенную именно для львят, а не для него, но его, похоже, это совсем не беспокоило.        В кромешной темноте, на морде неведомого хищника отчетливо светилась ярко-алая кровь, придающая несколько пугающий вид тому, кто итак выглядел слишком страшно для своего роста.        — С-сейчас нас у-убьют… — заикался Дениз не уводя взгляда от кровожадного существа, прячущегося во тьме, — а-а я же говорил, что не с-стоило проводить ночь в-в другой пе-пе-пещере…        — Что? — забыв о том, что ещё секунду назад тряслась от страха, выпалила Жади. — Это ведь ты придумал ночевать в незнакомой пещере!        — О-о-оно двигается… — с ужасом выдавил из себя Мойо, указывая лапкой на двигающееся во тьме существо. — Это дух Зиры к нам пришел.        — Джасири, сделай что-нибудь! Ты же Лидер Львиной Гвардии, в конце концов!        — А-а-а-а… Ну-у-у… — затягивала львенка, поближе подходя к прячущемуся в темноте существу, — во имя Львиной Гвардии, прочь отсюда, глупое существо!        Ответом на до смеха слабые угрозы нового лидера послужил ни то грозный рык, ни то детское, жалостное хныканье.        — О Боже, съешь их, но не меня, — жалостливо прохныкала припавшая к земле Джасири.        Из тени медленно, не спеша принялось высовываться чьё-то тело с не таким массивным телосложением, как могло бы казаться изначально.        Два глаза смотрели прямо на нескольких испуганных львят, что прижались друг к другу с таким насмешливым ужасом так, будто бы они увидели только что перед собой призрака.        — Нука! — разом рассерженно выкрикнули львята.        — Ага, это я, — плутовато и не без ноток самодовольства усмехнулся бежевый львёнок.        — Мы тут, вообще-то, испугались, — обиженно выдавил наследник. — Ты как умудрился-то на такое, а?        — Мама так своих братьев пугала, — глянув на своих брата и сестру, отрезал Нука, пристально глядя на них и поправляя свою черную челку, — а еще, она так папу пугала, но теперь он не купится на такую шутку.        — Знаешь, Нука, шутка, это когда смешно всем, но тут уже, мягко говоря, было «не смешно», — фыркнула Жади, вяло уставившись на двоюродного брата.        — Зато Жади от испуга ко мне как прижалась! Вот это романтика у нас была! Давай как-нибудь повторишь этот трюк, а? — Дениз легонько приударил локтем племянницу, на что та ответила очередным подзатыльником.        — Может уже приступим к еде? — жалобно простонал Мойо, чувствуя, как ныл от голода желудок.        Нука дёрнулся, тут же скривив морду.        — А вы что, тоже хотели? — на мордашке львенка с разными цветами глаз появилась улыбка невинной антилопы.        — Что?! Ты всё уже… Но… Ты не мог! Для тебя эта еда слишком уж…        — Дениз, для Нуки еды не бывает «слишком много». Я даже уверена, что он сейчас все еще голодный, — сразу же опередила мысли своего дяди Жади.        Что-то бормоча в ответ на оскорбление в свой адрес, котенок двинулся к темному уголку пещеры, где если присмотреться, можно было увидеть валяющуюся кость, прекрасно обглоданную от мяса антилопы, но так же можно было увидеть нескольких мошек, летающих над костью.        Остальные львята только обменялись друг с другом взглядами и издали обреченный вздох, тут же обхватившись лапами за животы и отчетливо слыша урчание, исходящее из их долго ноющего желудка.        — Может давайте рассказывать друг другу ужастики? Чтобы скучно все это время нам не было, да и на голод меньше внимания обратим, — предложил Мойо.        — Потом кто-то из нас заснуть не сможет всю ночь, — Джасири всем видом сразу же показала, что идея ей не нравилась, однако, к её же недовольству, остальные поддержали её брата.        — Ага, и это ты, — усмехнулся Дениз, издевательски похлопав ту по плечу, но как только та отдернула его, принц обратился к племяннику. — Рассказывай.        — Я? Первым? Ой, ребят, а давайте вы первые, ладно? А то у меня фантазия как-то хромает сильно.        — Не-не-не, ты придумал рассказывать страшилки, значит ты и их рассказываешь, — запротестовала Жади и уткнулась носом в больную лапку.        — Л-л-ладно, — долгое время продолжая что-то, что начиналось с « ну… эмм… ну это… как там… было дело «, Мойо проводил пальцами передних лап по вискам, пока в голову не пришла мысль, — придумал! Расскажу вам о львенке, который остался один.        — Надеюсь, что это не глупая история, — Жади явно намекнула на бывшую историю с гуляющим по всему миру львенком, изогнув бровь и с интересом глянув на двоюродного брата.        — Нет! История с гуляющим по всему львенком была лишь очередной глупостью! Забудьте об этом и слушайте новую страшилку!        — Рассказывай уже! Не тяни.        « — Какое-то время, светло-серому львенку с темными, черными полосками на спине приходилось уберечься от других диких животных в то время, как его семья потерпела жестокую, крайне неожиданную смерть от клана голодных гиен Мвапенго… »        — Уже скучно, — нахально перебил его бирюзовоглазый львенок-принц, издав при этом унизительный зевок и сделав вид, что этот рассказ клонил его ко сну, — я уже знаю, чем все закончиться. Он или найдет себе новую семью, что мало вероятно, ведь это ужастик, или его убьют.        — Молодец, Дениз! Всю интригу испортил! — рыкнула на него Джасири, что долгое время молча сидела, смотря на то, как мерцает за пещерой луна.        — Нет, ну, а что? Можно подумать, ты не знала, чем все закончится, — в разговор встряла Жади, которой так же не понравилось перебивание Дениза, но как никак, концовка ведь была и вправду узнаваемой.        — Вот-вот, послушай! — тускло-персиковый засмеялся и, на несколько минут выйдя из пещеры, что им запретили, он вернулся с длинной палкой, на кончике которого виднелся огонек, — сейчас я вам расскажу такую страши-и-и-илку.        « На ночном небе загорелись звезды, которых было не так много… »        — Как страшно! Как же я засну? — фальшиво подхватил кареглазый Мойо, издевательски состроив испугавшуюся гримасу и обхватив передними лапами вески.        — Не перебивай! — сразу же после своего крика, львенок приударил племянника по носу, от чего там на некоторое время остался небольшой, красный след.        « Светло-рыжее тельце устроилось как можно удобнее, предчувствуя то, что день становился все более приятным, но что-то было не так. В пещере, что было очень странно, веяло холодом, хоть обычно там каждую ночь было до смерти душно. — Кто здесь? — испуганно, но совсем тихо эхом разлилось по всей пещере, ответом чему послужило раздражающее царапанье когтей по камням, но вскоре, это прекратилось, уступив место полыханию ветра. Обычно, малыш был на удивление смел и каждый день с интересом слушал от друзей давние легенды своей родного местности, каждая которой была полна всякими жестокими убийствами и прочими ужасами, но именно в этот день, похоже, ему придется на долгое время забыть об этих легендах. Ужас все еще им руководил. Вскоре, в пещере послышались умиротворенные шаги. По звукам было понятно, что когти были выпущены, но львенок ведь жил сам, один. Никого не могло быть в пещере, но он слышал тихий смех, который звенел в его ушах и наводил на него страх. — Да к-кто ты? — вновь пролепетал мальчик, но теперь это было больше похоже на ной ребенка, чем на отважный вызов, который всегда слышался в его голосе. Голоса и звуки надолго затихли, но страх нет. Тельце светлого львенка все еще дрожало в судорожной панике, а холодный пол охлаждал его душу и убивал в нем всю смелость, которая в нем была все это время. Как только он еле как прикрыл один глаз, звуки вновь возникли. Теперь уже, открыв глаза, он увидел, как ветка дерева поднялась, что-то вырисовывая на стене пещеры. Прошло время, и там красным, кровавым цветом показался лев с тремя головами и длинным, змеиным языком. Как только львенок задрожал, поняв, что нарисованный лев двигается и выходит из стены, становясь реальным, он умер. Его поглотило пламя из змеиного языка и с ним было покончено в этот день. Конец »        — Да уж, Дениз, страшилки это не совсем твое, — зеленоглазая легонько улыбнулась на один взгляд зло сверкнувших глаз младшего, — признаюсь, что начало было весьма неплохое, а вот конец…        — Сможешь лучше?        — Я не сказала, что я смогу лучше. Если я критикую, то это не значит, что я могу рассказать это лучше тебя или кого-либо еще. Ясно?        — Да ясно, ясно уже мне, — с нотками грусти глубоко вздохнул Дениз, — кстати, а что там с этим старым мерзавцем Кову случилось?        — Да, дядя Кову вроде лапу сильно ушиб и головой ударился аж настолько, что потерял сознание на долгое время, — Нука, о котором все уже забыли, резко вырвался из угла и с интересом глянул на Жади.        — Как его вообще угораздило? — Джасири приблизилась ближе, но тут же все выпучили глаза, увидев хитрую ухмылку на морде коричневой, — это ты все устроила?        — О да. Месть слаще всего на свете, — Жади удовлетворенно потерла лапы друг о друга, зло ухмыльнувшись младшим львятам.        — И… И как же ты это сделала? — несколько испуганно отрезал Мойо.        — Пока я гуляла, я наткнулась на то, что папа пил воду у водопоя, а рядом паслись буйволы, — злорадно начала Жади, — пока он не видел, я напугала одного детеныша буйвола и все помчались вперед, за папой. Вот он там под копытами сломал лапу, а голову, наверное, он сломал, когда об камень толкнули.        — Вот это красота… — Дениз широко улыбнулся от услышанного, но тут же, его внимание переменилось на быстро помчавшую от их пещеры молнию, — кто-то подслушал наш разговор! Здесь только что кто-то был!        — Что?! О нет, если это тот, кого я ненавижу взаимно, то он сейчас расскажет папе о том, что я натворила! Он меня в живых не оставит!        — Это… — сын Симбы принюхался к земле, по которой ступала эта молния, после чего крепко сжал клыки от злости и сузил глаза, — … Арун…        — Арун? Тот сумасшедший сын Кову от тети Дженнет? — попыталась удостовериться Джасири, глядя то на Дениза, то на Жади, — тот брат Жади? Но он твой брат. Не думаю, что он тебя…        — Ты ошибаешься, Джасири! Этот Арун — самая грязная змея во всем прайде! Он всегда делал так, чтобы мне было плохо! Он расскажет все ему с самого начала! Мы даже не знаем, сколько он стоял тут! Он будет радоваться, если он меня убьет! — темная прижалась к холодному полу, испуганно дергая верхней частью губы, — я убегу отсюда! Да, да! Я должна убежать! Прощайте, ребята! Я очень рада была вас знать!        — Стой, что?! Нет! Жади! Стой! — первым на львицу навалился Дениз, прижавший ее всем телом к земле и не давая ускользнуть, — ты никуда не уйдешь! Здесь твой дом.        — Но… Он… Они        — Он, они, мы! Какая разница?! Пусть этот Кову наконец-то свою башку об камень напрочь разломает и горит в аду! Если он такой идиот, что всю свою злость показывает не ребенке, то ты убежишь?!        — Но он меня…        — Дай договорить! Ты никуда не уйдешь. Если Кову повысит на тебе тон, то я все своим родителям расскажу. Они все еще правители.        — Знаешь, сколько твои родители уже с ним говорили?        — Нет, но я уверен, что даже если они сотню раз уже разговаривали с ним, то это было недостаточно!        — И что? Что мне делать?        — Ждать до утра. Он не придет сюда сегодня.        Львенок, завидев только то, что та уже немного успокоилась и не сопротивлялась, удосужился отпустить ее и дать волю делать на то, что той хочется. На ее изумрудных глазках блеснула слезинка, но пытаясь ее скрыть, она только прикрыла морду лапой, ища ближний угол, где недавно сидел Нука и, как можно поудобней устроившись там, она заснула.        Утро для Жади выдавалось крайне полным страха, но ее друзья настояли на том, чтобы она не уходила из прайда, хоть у той все еще возникали мысли убежать. Она была голодна, измотана, напугана, но делать было нечего. Пойдет — ее побьют до потери пульса или памяти. Не придет — тоже самое, но в этой пещере и при друзьях.        — Давай, Жади. Поговори с ним, — увидев спрятавшийся в тени силуэт могучего льва, прошептал на ухо племяннице Дениз, — ты же смелая.        — П-пап? — зеленоглазая, пытаясь не особо показывать свой страх тихо позвала его, на что ей показались два мерцающих ядовитой зеленью глаза, в приглушенной тьме.        — Значит, ты у нас тут самая умная, да? — темногривый все так же сильно прихрамывал, изгибая правую лапу и корчась от боли, — значит, ты у нас пугаешь стада?        — Я своими ушами слышал то, как она хвасталась этим, — злорадно усмехнулся стоящий рядом Арун.        — Ты понесешь заслуженное наказание за то, что содеяла! — уже громче прикрикнул Кову, отчего даже Арун внезапно вскочил.        — Пап, пожалуйста, не надо, — Ной, что все время волновался за сестру запрыгнул на загривок отца, пытаясь утихомирить его, но за это получил лишь сильную пощечину.        — Ты такой же, как и твоя мать, которая бросила нас погибать тут!        Внезапно опешив, Кову резко бросился на уже старающуюся убежать от него Жади и, схватив ее своими мощными клыками за ее спину, он грозно глянул на львят, что пытались ему противостоять. Те принялись прыгать на более старшего льва, угрожая ему побоями от своих родителей, что-то яростно крича им вслед, но тот так и продолжал спокойным шагом заходить в пещеру, уже придумывая, как расправиться со львенком. Лишь Арун смотрел на это с усмешкой восторга, радуясь, что его нелюбимой сестре наконец-то перепадет, как надо.        — Кову!        Твердо ступив лапой по поверхности земли, зеленоглазый остановился и, медленно повернув голову, лениво уставился на наследника Симбы, на которого все с удивлением смотрели. Глаза Дениза были полны неизбежной ярости, окутанной силой воли, как только он прямо встал и глядел в холодные, бездонные, покрытые мокрой зеленью глаза Кову, в которых отражалось безразличие ко всему.        — Не смей стоять спиной к королю!        На один миг, едкие глаза наследника темного короля округлились от удивления, но спустя через секунду он принял свой прежний облик полный чрезмерного безразличия. Он ничего не ответил. Просто ступил вперед. Ступил, прикрываясь во тьме и неся львенка, что пытался выбраться из его пасти.