Осколки счастья

       « Здесь все и началось »        Ее невозможно было оттащить от этого места, будто бы она в нем нуждалась больше всего в этой жизни. Глаза были прикованы к этой темной местности. Будто бы чей-то голос манил ее туда и не разрешал уходить, пока она не обыщет эту местность. Вся ее жизнь началась в этой темной пещерой, которая появилась черт знает откуда. И главное то, что ее теперь было сложнее узнать, чем когда-либо давно. Из пещеры больше не доносился тот самый неприятный запах алой крови погибшей львицы, которую зеленоглазый лев-самец когда-то привел давно туда специально для уже начинающихся родов, чтобы так всех « удивить ». Да уж, очень удивил! Само логово казалось теперь более длинным и манящим к себе, чем до этого. Конца не было видно и вовсе. Вместо этого была лишь одна чем-то пугающая тьма, а так же небольшой клочок серого дыма, что издавался посередине и будто бы имел какую-то странную форму криво построенной львицы. Внезапно, клочок дыма странным образом убежал, бесследно оставив за собой пустоту, но… Можно ли было это вот так вот оставить и уйти обратно, не исследовав даже такую странную вещь? Конечно же нет! Ее детское любопытство уже не знало правильных границ. Возвращаться нельзя, пока она ничего из этого не поймет. Время не ждет, и эта пещера уж тем более. Она вновь чувствовала себя тем самым маленьким львенком, который еще даже не получил этот омерзительный шрам и знал, что такое настоящая невинность. Возможно, этот дым ей просто показался из-за того, что ей хотелось найти там хоть что-то интересное, но сама по себе пещера выглядела довольно привлекательной. И тут же, ее лапка вступила вперед, а сама она выдохнула, тут же приготовившись вступить во мрак и бесследно исчезнуть так же, как и этот дым, но вскоре выйти оттуда живой и здоровой. По крайней мере, она на это надеялась…

***

       В кромешной тьме одиноко горел красный огонек, освещая алым цветом клочок пространства вокруг себя и всю эту тьму не добрым цветом, будто бы переливая все вокруг кровью. Странные, невидимые ей движения были очень хорошо слышны в ее ушах, от чего в голове пробивалось тысяча не ясных эмоций, один из которых был неким страхом. Движения не понятного ей существа было сложно услышать по причине того, что в ушах все еще гудели сплетни вчерашнего дня, которые ей слышать не хотелось. А главное, что все эти сплетни были слышны от взрослых, как оказалось, более мудрых и опытных львиц, которые были обращены к маленьким львятам. Из пасти ринулся холодный воздух, который прошелся по ее шерсти и провел по ней своей холодной лапкой, что заставило ее прижаться к земле и некоторое время ходить в сутулом состоянии. Не столь хорошие ощущения преследовали ее с самого первого дня, а именно ее рождения. Это не прекращалось… Совсем. Ее будто бы что-то тащило за собой, что-то хорошее и теплое, но в этот же момент предательски отпускало ее лапку и давало упасть в куче унижений и мимо странствующего холода. Откуда же в прайде столько пещер? Казалось, на этот вопрос ответить невозможно, но это был очень хороший вопрос. Откуда не возьмись, с самого начала, наследник темного короля нашел каким-то способом новое логово для себя и новорожденного львенка по причинам того, что ему сильно не хотелось жить с родственниками своей покойной супруги. Остается вопрос: как и откуда он « выкопал » эту пещеру? Откуда все это взялось? Та пещера, в которой она когда-то давно жила вместе со своим отцом, если его, конечно, можно так назвать. Та пещера, в которой погиб брат ее подруги… Откуда она? Да и откуда взялись те пещеры, где сейчас живут другие львицы Прайдленда? Раньше все жили в одной Скале Предков, а сейчас…        По камням что-то с диким, но все же с тихим ревом прошлось, как только она устремила свой взор нефритовых глаз к ближайшему, красному огоньку, что в отличии от других огоньков был более тусклым. В эту же минуту, ее охватила сильная паника, а в мыслях была только одна единственная надежда: как можно скорее найти выход, не столкнувшись с какой-нибудь мерзкой живностью по пути. Лапы сами по себе дрожали, а мутные зрачки глаз разбегались в разные стороны, одновременно пытаясь найти выход и в то же время пытаясь не наткнуться взглядом на того, с кем ее встреча вряд ли будет приятной. Мало ли…        — Кто тут? — она сама не поняла, с какой это стати задала этот вопрос в голос, даже не зная, есть ли тут кто-то. Возможно же, что этот голос просто… Просто упавший камешек, который она перепутала с живым существом из-за своей паранойи.        И вновь этот странный звук, за которым последовало леденящее душу шипение странного существа. Происходило что-то странное, не понятное. Что-то, от чего хотелось увернутся и с дикими криками бежать от него прочь, но что-то мешало. Ее прямо на месте держало сильное оцепенение. Страх… Такое сильное, но простое слово. Странно, но тут же у нее возникло очень сильное чувство, что все это было зря. Что лучше бы она сюда не ходила, не думала об этом и лучше уж сидела бы себе спокойно на Скале Предков в компании занудных львят и нескольких взрослых. И тут, по голове ударило сильным порывом холода, от чего львице стало поистине дурно. Легкие охватило болью, будто бы их пытались вырвать из ее горла или еще хуже.        Мороз ударил по спине так внезапно, что в ярко-зеленых глазах все внезапно помутнело и превращалось в странную картину. Казалось, все это было обычным сном. Нет, этого всего не может быть. Она наверняка сейчас у себя, дома. Не в какой-то там устрашающей своим видом пещере, из которой исходил неприятный запах… крови и смерти. Нет, точно не там. Она уверена. Такие же зеленые, как и ее глаза огоньки ярко мерцали на стенах пещеры, но вскоре они обрели ядовито-красные цвета, будто бы когда-то черно-зеленую пещеру в черно-красную, придавая этой и без того странной местности свои собственные нотки ужаса. За ней все плыло и будто бы кто-то, или что-то касалось ее своими холодными пальцами, что-то при этом произнося в слух. Привидение? Нет, звучит глупо. Чей-то дух? Нет, это все то же, что и привидение. Все так же глупо. Она вздрогнула. Ужас прошелся по ней и окатил новой волной страха, тем самым не давая покоя. Быть может, ей и вправду не стоило так далеко идти? Быть может, было бы лучше сейчас чувствовать то, как кто-то будто бы разламывает ей все кости. По крайней мере, это быстро, а здесь… Эти мучения начинаются именно с этого дня, но она прекрасно знала, что она не выберется отсюда полностью живой и здоровой. Левый глаз, который пересекал иногда кровоточащий шрам пронзила жгучая боль, будто бы перед ней предстал огонь из владений самой Шетани. По щеке пробежалось что-то одновременно… Горячее и в то же время до боли холодное. Слишком странное и необъяснимое для нее чувство. Ее красно-розовый, несколько бледный язык потянулся к тому, что уже обвисало у ее подбородка. В этот же миг, в ее пасти раздался солоноватый вкус ярко-алой жидкости… Кровь. Да, это точно была кровь. Она не спутает ее ни с чем другим. Она не раз получала по челюстям, в результате чего из пасти выливалась эта алая жидкость соленого вкуса. Опять кровоточит. Но ее мысли наполнились чем-то другим. Иным. За ней что-то тихо, но все же безудержно шипело, издавая явно недружелюбные звуки. Огромный клуб дыма легонько залипал ее болящие от всей этой суматохи глаза, а горло охватила странная лапа, которую она даже не видела. Будто бы чей-то дух пытался причинить ей сущую боль.        — Кт… Кто ты…        Она боялась повернуть голову назад и увидеть то, что сейчас происходит за ней, но другого выхода у нее никак не было. Стоять весь день на одном и том же месте, монотонно что-то шепча себе под нос и не шевелиться тоже не дело. Львенка сглотнула ком страха, что стоял посередине ее горла. Ей просто пришлось оглянуться и вскоре прижать уши к голове, увидев происходящее за ней. За собой она смогла лишь увидеть некое очертание коричневого львенка, что был явной ее копией, но… Ее ухо, что в случае пришедшей в эту пещеру несколько минут назад было слегка откушено, у нее было почти полностью вырванным. Видно было лишь небольшой кусочек того, что до этого было ее левым ухом. Из пасти неизвестного ей существа, что являлось почти что полным подобием ее самой сочилась тонкая струйка крови, которая не переставала стекать с ее подбородка и окрашивать каменный пол в пугающе алый окрас. Белок левого глаза, который пересекал шрам был полностью серым, но если же там можно было увидеть зрачок или радужку, то на другом этого всего не было. Вместо этого очередной шрам, который был не столь страшным, как первый. Скорее больше напоминающий на шрам другого зеленоглазого…        — Кто… Чт…        — Не поняла ничего, верно? — голос был не менее холодным и отпугивающим самой львицы, от чего принцессу бросило в дрожь. Внезапно, та оскалилась и принялась ходить вокруг испуганной Жади, но слова она не произносила.        — Чего тебе надо? Послушай, мне не интересны все эти твои загадки. Я просто хочу уйти отсюда домой. Прочь с дороги! Это приказ принцессы!        — Принцессы… Да ты как и была ею, так и останешься навсегда. Неужели, ты не видишь? Ты уже никто в этом королевском роду. Лишь обычная принцесса, которая даже не займет свое место в Круге Жизни, хоть я и знаю, что Круг Жизни — чушь.        — Да кто ты такая?! Ответь мне уже наконец-то! — внезапно осмелившись повысить свой тон, зеленоглазая львица немедля перешла с пугающего голоса на крики, хоть ту это и вовсе не впечатлило.        — Разве, ты не видишь во мне ничего общего с тобой? — оскал переменился на ехидную улыбку, не вызывающую никакого сильного доверия к ней.        — Ну-у-у… Есть что-то такое, но ты… Такая… , — Жади все чаще и чаще запинаясь, не зная, какое слово будет правильнее подобрать. Хотелось сказать ей всю правду, но обидеть или унизить не хотелось сильнее первого.        — Какая?! Страшная, мерзкая, уродливая, полностью вся покрытая шрамами! Верно? Я выгляжу так только снаружи, в отличии от некоторых, но ты, — и тут же, она издала презрительный рык, вновь углубившись в злость, — ты такая внутри!        — Что?.. Я тебя не понимаю. Что ты имеешь в виду? Ты не ответила на мой вопрос! Кто ты? Я смогу это узнать или нет?!        — Что ж, если ты хочешь знать, — и вновь ее озарила эта не приятная улыбка, вызывающая « скромный ужас ». Она аккуратно, грациозно и не в это же время ловко взобралась по камням, ведущие к потолку пещеры. Глаза нижней озарила яркая, ослепительная вспышка света, но верхней было все равно, — мы с тобой слишком близки, дорогая. Я — это ты.        — Чего?! Ты из другого мира что ли? — сама понимая, какую глупость она сейчас сказала, темно-коричневая Жади все же не смогла смириться с этим не простым для нее ответом, поданным из уст ее же изуродованного клона.        — О, нет-нет-нет, глупая, ты все еще не понимаешь меня. Я — это ты. Твое внутреннее « я ». Оно есть у всех и вся, так что знай. Но не все полностью зависит от кого-то. « Я » зависит от успеха самой жизни. У добродушных зверей с счастливой жизнью « Я » всегда доброе и привлекательное на вид, а у тех, кто имеет черствую душу и несчастное подобие жизни, ты сама знаешь, как выглядит « Я ». Так что знай, что я живу в тебе. В твоем мире.        — Нет… Нет, этого не может быть! Ты не можешь быть моим « Я »! Это все ложь! Это не правда! Я хочу уйти отсюда! Пропусти меня!        — Ты уже испугалась? Жаль… Но ты должна знать, что ты всегда была такой, — и тут же, ее « Я » указало на себя, как бы подтверждая то, что внутри она была похожа на нее.        — Нет…        — Да… Ты никогда не понимала, что значит хорошо, что плохо. Бедная дурочка. Ее все время тащил туда-сюда этот наследник темного льва. Видишь? А если бы не он, то внутри бы ты была полностью чистой и невинной, но ты будешь убийцей, хочешь ты этого, или нет.        — Не правда! Ты никогда не сделаешь меня такой, как ты!        — Ты думаешь, это я выбираю твою судьбу, да? Ошибаешься! Я лишь в тебе. Не более. Никто не может быть белым и пушистым, находясь в вечной тирании с детства, а еще тем более, если находиться в тирании своего собственного родственника.        — Ты лжешь! Я не буду такой!        — Это уже не твое решение! Твой отец думал о том же, что и ты сейчас, когда два прайда воссоединились в один, но что же сейчас, а? Он взялся за то, к чему его готовили. Его рана на сердце все еще не зажило от тирании его же матери и никогда не заживет! Он не изменится в лучшую сторону, и ты будешь такой же.        — Нет…        — Ты будешь убийцей! Самой лучшей. Ты отвоюешь этот прайд, уничтожишь Симбу, Налу, их детей и всех тех, кто будет стоять на стороне твоих врагов и спиной к тебе. Ты не должна ослушиваться своего внутреннего « Я ». Не должна противостоять ему. Это твоя судьба…        — Да кто ты такая, чтобы говорить о моем судьбе?! Ты… Ты просто никчемное подобие меня! Ты никто без меня, но ты возглавляешь себя тут самой главной. Мой враг, в первую очередь, это ты. Из-за тебя у меня все эти беды! Из-за тебя!        — Закройся! Враг всей жизни, с самого начала, был у тебя только один — ты. Нет врага хуже себя, но твои детские мозги все еще не понимают этого.        — Отстань от меня! Я не нуждаюсь в тебе!        — Ты нуждаешься во мне. Я — твоя жизнь.        — Что ты знаешь о жизни?! Ты все время управляла мной, пока я терпела мучения и унижения от лап старшего льва! В самое сложное для меня время, а была одна! Я боролась со всеми трудностями, но тебя нигде не было! Я боролась со своей жизнью и буду бороться без тебя! Ты не нуждаешься во мне! Я не нуждаюсь в тебе!        — Не нуждаешься, говоришь? Я предсказала все то, что тебя ожидает. Ты уже являешься самой настоящей убийцей. Знаешь, сколько гадостей ты натворила тем, кто тебя пригрел? Твои бабушка, дедушка, дядя… Ты являешься убийцей своих родных матери и брата, но ты просто отрицаешь это. Ты уже не тот невинный ребенок, каким когда-то была! Ты больше не Жади! Ты — Муаджи!        — Хватит нести бред! Я не хочу больше слушать это все! Меня звали и зовут Жади с самого начала! Я никакая не Муаджи!        — Ты убийца…        — Замолчи!        — Ты убийца! Ты убила своих родных, Муаджи! Ты убьешь всех! Никто не выживет с такой, как ты, а я буду в это время спокойно наблюдать за этим!        — Нет!        — Ты убьешь всех.        — Заткнись!        — Ты убьешь всех.        — Заткнись!        — Ты убьешь всех.        Переименованная под новое, но неприятное имя львица не выдержала. Каждое ее слово было очередной болью для нее, которую она хотела заставить исчезнуть. И она, кажется, знала, как это сделать. Всего один полный силы взмах передней, левой лапы, и когти мгновенно прошлись по горлышку изуродованной самки, в результате чего на когтях остались следы крови, но и сама « Муаджи » не смогла не пострадать. Ее тут же дернуло сильным ударом тока, оттолкнув куда-то далеко и придав этому сильную боль, которую было сложно описать несколькими словами. И ту же, в зеленых, как изумруд глазах все начало испаряться и странно кружиться. Все выглядело « зигзагообразным » и до не понимания смешанным, от чего возникали странные чувства. Очень странные, но не поддающиеся пояснению.        — Эй, Жади… Ты чего? — ее внезапно окликнул взрослый и знакомый голос льва, что ее не мало обрадовало. Распахнув свои уставшие глазки, Жади увидела над собой слегка удивленного происходящим стража.        — Дядя Киона… Ох, я не думала, что буду когда-нибудь аж настолько рада тебя видеть. Что произошло? Такое ощущение, что кто-то ударил меня по голове, а потом пытался разорвать ее.        — Да я тут проходил мимо, услышал крики и нашел тебя вон там, — алогривый указал лапой на ту самую пещеру, — а что ты там делала, кстати?        Львенка задумалась… Сказать дяде, что она встретила похожую на себя львицу, полностью покрытую шрамами и доказывающую ей, что является ее внутренним « Я »? Нет, он сразу же примет ее за сумасшедшую. Но и смолчать нельзя. А может, это все было просто сном? Может, никакой внутренней « Я » она на самом деле не видела? Может же быть, что ей это показалось или приснилось…        — Я просто хотела… , — не успела та хотя бы продолжить, как перед ней выступила та самая покрытая многочисленными шрамами львица, взобравшуюся на край ветки дерева и сверлящую ее презрительным взглядом слепых глаз, на что темно-коричневая принцесса лишь с криками убежала от этого места, оставив дядю в раздумьях.        Дорогу ей перекрывали желтые, но очень высокие травы, которые « танцевали » под ритм ветра и не давали ей никакого прохода. Проклятье! Неужели, вся эта не справедливая жизнь специально так обустроена, чтобы ей было плохо? Неужели, это все аж настолько обязательно должно произойти с ней? Не справедливая жизнь… Будто бы по волшебству, вновь появились те самые очертания той исчезнувшей львицы, которая уже выглядела как дым. Она то и дело становилась больше похожей на самку с яростной ухмылкой в виде оскала. Ухмылка долгое время не покидала ее устрашающую морду, а сама она будто бы становилась каждую секунду больше и с каждым разом издавала слышный только для нее смех, будто бы подтверждая то, что этому не будет конца. Зеленоглазая, не выдержав такого прижалась к земле, не имея возможности издать хоть какой-нибудь писк и с ужасом наблюдала за действиями « дымовой » львицы. Прошло некоторое время и… Эта неожиданная львицы совсем внезапно испарилась… Исчезла на совсем. Навсегда, наверное, однако сейчас, на месте той самой львицы, что была почти той же копией зеленоглазой Жади, в этот момент явился тот, кого сама принцесса с темной полоской на голове сейчас уж точно не ожидала и не хотела бы видеть, тем более, так близко, так еще и один на один.        — Ну здравствуй, — Кову, простояв так несколько секунд и сверля взглядом его мишень, все же осмелился выпустить когти и постараться задеть львенка, но та была ловкой. Улизнуть было не сложно, но сам темногривый не был таким уж и медленным. Не надо было долго бегать, чтобы малышка забралась на ближайшее дерево и через некоторое время, с опаской наблюдала за происходящим внизу, — а ну стой!        — А кто тебя будет слушать? — темно-коричневая, стараясь как можно сильнее разозлить сына покойной Зиры, насупилась и высунула язык, тем самым одарив старшего льва недовольством.        — Ты умрешь точно так же, как и твои никчемные родственнички, — лев будто бы ясно намекал о том, что вот вот собирается вскоре выпустить свои острые, черные коготки не только на одного львенка, — вот подожди… Скоро я тебе все кости переломаю, а потом тебя еще и твоя мамка во второй раз убьет! Ты только подожди!        — Отстань от меня! Ты мне не указ!        — А что ты мне сделаешь? Порычишь?        Казалось, его смех сейчас разорвет ей ушные перепонки, если бы не налетевшее что-то сверху и с болью прошедшее когтями по морде льва. И это уж точно был не лев. Нет. Это была птица. Орел. Своими более острыми когтями, хищник не забыл полоснуть по морде наглого льва и оставить память о себе, вскоре указав принцессе следовать за ним. Та, конечно же, не отказалась от услуги не себе подобного и, пока темногривый пытался отойти от боли в глазах, она сбежала, следуя за парящим орлом.

***

       — Король Симба! Ваше Величество! — птица все же стала медленно опускаться вниз, как только перед ним появился силуэт величественного короля этого прайда, в присутствии его младшего сына, которого он в это время обучал королевским обязанностям.        — Мдомо? Что ты тут делаешь? — король слегка улыбнулся, увидев приземляющегося орла и быстро подошел к нему, как бежевый тут же начал засыпать его вопросами.        — Пап, кто это? У нас в прайде орлы не водятся, — будущий король будто бы полностью зарылся в ухо рыжего льва, не сводя взгляда с обескураженного орла.        — Сынок, это Мдомо. Королевский мажордом Горного Прайда Малки. Моего давнего друга, — пояснил Симба, но тут же обратился к орлу, — что случилось?        — Я летал мимо и увидел, что какой-то лев бесстыдно пытался напасть на львенка, угрожая ему смертью, — орел тут же указал на Жади. От услышанного, Симба тихо зарычал и уже представлял, как разрывает этого наглеца на части.        — Что-то еще?        — Да, сир. У меня для вас хорошие новости. Скоро в прайд явиться ваша двоюродная сестра. Санура…