Разбомби Вселенную за n-лет: Руководство от Неджи Хьюга.

Впринципе, Неджи всегда считал себя неудачным созданием мира, что тут, что там, в прошлой жизни, где, говорят, все хорошие воспоминания хранятся. По крайней мере, старший Хьюга доселе так и думал. Однако, нет, нихуя. Но имеет ли это значение сейчас, когда душой — мертв, телом трупом стался? Чувствуешь во рту, как язык разлагается. По вкусу, собачье мясо, что приходилось кушать, будучи детдомовцем. Хотя то было вкусное, с картошечкой, да… В общем, значения не имеет даже чуточку, а от того, и думать об этом теперь незачем. Не имеет смысла. Что там можно извлечь для себя, кроме как после, закрыть глаза и смириться? Хотя смириться не получается от слова «совсем». И с тем, что утратил шанс спастись, и не отделяться от родных, и с тем, что не смог спасти отца, тем самым, отделив душу родного человека прочь. Неджи чувствует себя в центре двух скал, которые с каждой прожитой минутой становятся до неприличия близко к друг другу, что закрой глаза, перестань держать в узде чувства — как превратишься в лепешку, которую ни вытащить из ловушки, ни оставить придавленным. Хэй, мама, ты помнишь меня? А я тебя нет. И нет, мама, нет, в этом нет моей вины… Не смотри на меня так, пожалуйста, я сам не могу простить себя за это. Я не понимаю, как так получилось, я бы решился забыть про свою былую жизнь и себя, нежели тебя. Ото-сан, ты же полагался на меня? Нет? Но я все равно не оправдал ожиданий…не твоих, слышишь? А своих. Ото-сан, верь мне, я не думал никогда, что ты станешь мне близок. Я не думал, что буду горевать по тебе. Не знал, что попытаюсь спасти тебя от кончины, и все равно, я не смог… Как же я бессилен. Ничтожный, ни на что негодный. Ото-сан, я не смог спасти хотя бы тебя, я… Я не смог ничего сделать. Как же…как же я… Я ненавижу себя.

***

Я не плакал на похоронах отца, не смог выдавить из себя ни слезинки. Оказался в шоковом состоянии, будто ничто на этой грешной земле меня больше не держит. Какие-то люди пытались привести в чувства, как мне кажется, кое-кто из них говорил утешительные слова, что я должен быть сильным. Я не слышал их голосов, в голове стоял вакуум, мозг был напичкан ватой, сквозь которую доходили лишь едва понятные звуки. Раз…два…три. Дождь хлестает в стёкла окон, которые оказались напрочь закрыты все эти бесконечные дни. Дождь не переставал идти, а я и не возражал. В принципе, я не знал, что сейчас чувствую. Ощущаю себя тем самым мальчиком, из другого мира, который оказался лицом к лицу со всей вселенной вновь. Что мне делать дальше? Какой в этом смысл? — Аники… — Я и не заметил, как сюда пробралась Хината. Она топталась на месте, пока я не взглянул на ее лицо. Что такое? Что же теперь тебе от меня надо, химе? — Покушай, пожалуйста. Отвечать не было сил, как и на объяснение того, что аппетита нет. Я чувствую, что меня буквально вырвет, стоит коснуться кусочку еды языкy. Оставив на тумбочке чашку с едой, Хината осторожными шагами стала приближаться ко мне, словно боялась того, что я, то ли разозлюсь, то ли стану протестовать против ее общества рядом со мной. Зашуганная девочка, четырех лет. Еще не успела повидать жизнь, а уже боится. Как жалко. Какой же жалкий у нас клан, все-таки. Хината, поймав момент, тут же подсела близко ко мне, на что, мне, если честно, было плевать. Было плевать на все. Хоть использует джуин тут же. Абсолютно поебать. — Брат, знаешь, дядя бы не хотел… — Остановись. Зачем ты мне это сейчас говоришь, Хината? Мертвецы не чувствуют. Они не могут хотеть чего-либо. — Аники, пожалуйста, взгляни на меня!

***

Принц клана Хьюга. Тот, который не смог спасти от напастей мира своего любимого человека. Достоин ли он зваться принцем? Нет. Хината смотрел, как возлюбленный вянет на глазах, подобно цветку. Казалось, не нужно даже ждать, прежде чем тот, кого он любит всем крохотным сердцем, сломается под натиском вины, которую не пытались даже скрыть. Не хотелось оставлять аники одного. Хината моментально побледнел от мысли, что может натворить Неджи в таком неадекватном состоянии. Для своих лет, принц был намного умнее, чем казалось на первый взгляд. Его можно было бы прозвать гением, если бы это не вредило будущему младшей сестры. Ксо, да где же он. Ах, вот где ты прячешься, нии-тян. Прикинув, что просто так не зайти, а под предлогом, что решил занести покушать, можно без подозрении и неудобных замечании оказаться ближе к брату, Хината решил тут же начать действовать. Состояние брата не радовала…его хрупкий профиль выделялся в кромешной темноте, в которую он сам себя загнал. Плечи мелко подрагивали, словно он плакал, но взглянув на его лицо, Хината понял — нет, но как же так. Но выражение ужаснуло. Оно было таким пустым, словно у куклы. Брат походил на куклу. Точеные черты лица сгладились, а сам ребенок выглядел крайне уставшим. — Аники… Взгляни на меня, прошу, аники. Скажи, что тебе больно, поплачь. Я приму все, я успокою тебя. Только не молчи, умоляю. Словно услышав его просьбы, Хьюга кинул леденящий душу взгляд на него, отчего у юного принца сердце болезненно сжалось.

***

— Где же та девушка, — недовольно бромортал под нос себе Саске, быстро шагая вперед и назад, — Ну не могла же она просто так исчезнуть! Юный мальчик не понимал и принимать не хотел, что такая храбрая, на первый взгляд, девушка, могла сдаться. Но перед чем?.. Невольно, Учиха начал волноваться за незнакомку. Черт, а быть может, она сейчас находится в критической ситуации, пока тут, Саске, ломает голову над причиной, по которой ее нет? Вывод был один: чтобы узнать все, надо спросить про интересующее. Но у кого?.. Ах…как же ее звали… Черт, почему он не может запомнить имя другой Хьюги раз и навсегда? Именно. Хьюга. Но какая? — Хината, — еле прошептал он, приподняв уголки губ в победной улыбке. Незнакомка, пришло время познакомиться нам.

***

— Ты не можешь все время хандрить. Это бессмысленно, — Токума обвел профиль мальчика скептическим взглядом, — Хватит уже. Отпусти. — … Слышится звук болезненной пощечины. — Знаешь что, Неджи? Ты трус, — каждое слово было напитано ядом, — Я понимаю. Поверь мне, я отлично понимаю твое состояние. Не встретив никакой реакции в ответ, он продолжил: — Примерно в твоем возрасте, я тоже лишился всех родных, и был обязан вновь научиться жить. Каждое дыхание, каждое движение рук, да и всего тела — все ощущалось по новому, словно я был новорожденным. Мне пришлось пройти через долгий путь искупления грехов, и знаешь что? В глазах, в которых, казалось, навсегда затаилась ледяная Арктика, показались искорки приглушенного интереса. — Что… Ох. Я понял, что попросту потерял время. Ты, безусловно, можешь подняться духовно, но нужно ли это тебе на самом деле? Скажи мне? Разве это как-нибудь изменит реальность?! — К концу монолога, старший брюнет уже не сдерживался, дав волю чувствам. Он определенно не хотел плохой жизни тому, кого обучал все это время. Определенно. — Уходи.

***

Почему эти люди пытаются достать меня? Как же они…заебали. Не могут оставить одного, потому что думают, что попытаюсь умереть? Да, я подумывал об этом, признаюсь, но если все пройдет в таком же духе, то нахуй суицид, который и не случится, судя по родственничкам. Они просто…не могут дать мне…побыть в одиночестве? Слова Токумы…почему они вообще на меня влияют? Ему на тебя плевать, Неджи. К чему этот фасад, к чему это лицемерие? Зачем? Оставьте меня в покое, пусть тишина заполнит сердце. Пожалуйста.

***

Pov: Sasuke Стража остановила меня у входа, но возмущении не было, благо, не прогнали. Эти Хьюга…странные. Такие угрюмые лица, будто пытаются тебя убить взглядом. Было бы за что. — Хинату Хьюгу можно? — я решил сперва поговорить с ней о той, кто меня интересовал. Должен быть, мне так удастся добыть немного информации. — Подождите тут. Следуя указаниям человека у ворот, я прождал буквально пять минут, прежде чем ко мне явилась взволнованная химе другого клана. Думать, что вызвало у нее такие чувства, мне не хотелось. — Привет.