Подарок для Твика

***

      Так и случилось, как только моя голова касается подушки, мысли лавиной заполняют мою голову. Я не хочу думать об этом, после проведенного в более менее спокойствии дня. Конечно, я понимаю, что вопрос надо решать, но не в час ночи же. Мозг, ты успокоишься и дашь мне поспать, если я скажу тебе, что я гей? Все что угодно, только бы поспать! Теперь это больше напоминает шизофрению, где одна часть воинственно борется с гейством и сном в моей голове, а другая борется с первой.       На этот раз мои мучения закончились всего через два часа, и обессиленный организм вырубился около трех часов ночи.       Открываю глаза, в комнате непривычно светло. На выходные солнце все-таки решило показаться и, судя по тому, как оно освещает комнату, время уже за полдень. Тянусь к телефону, чтобы подтвердить свою догадку. Так и есть, уже первый час. Еще утром пришла смс от Твика.       «Отец уехал на какую-то кофейную конференцию в Денвер, я помогаю маме в кофейне, если что пиши».       «Доброе „утро“, чел. Я только проснулся».       Устало плюхаюсь лицом обратно в подушку. Дома подозрительно тихо. Ни звуков работающего телека, ни носящейся как ураган Руби, ни переругивающихся родителей. Или я сошел с ума или что-то забыл. Нахожу в себе силы сползти с кровати и дойти до окна. Так и есть, машины нет, гараж закрыт. Я что-то забыл, точно. Или они меня забыли. Босые ноги, ступая по лестнице, гулко отдаются эхом по пустому дому. Захожу на кухню, надо бы заварить кофе. Замечаю листок на столе.       «Крэйг, милый.       Мы уехали к моей сестре. Тебя будить не стали, уж больно ты невыспавшийся эти дни. Мы вернемся поздно ночью. В холодильнике есть еда. Не устраивай бардак дома.

Мама».       Точно, они говорили про это вчера за ужином, когда я пытался не уснуть, пялясь в тарелку с картошкой. Выходной! Жаль только, Твик работает сегодня в кофейне. Было бы клево зависнуть на целый день, лежать у меня на кровати и резаться в гонки до самой ночи, а потом уснуть в одной постели.       — Черт!       Не знаю было ли это в адрес моим последним мыслям или все-таки тому, что Твик не может прийти. Заглянув в холодильник и соорудив сэндвич, поднимаюсь обратно в комнату. Целый день один. Мне кажется, или судьба подкинула мне шанс отдохнуть от своих мыслей и тараканов. Включив комп, натягиваю толстовку, выуживаю из внутреннего кармана рюкзака сигареты, натягиваю домашние тапки и направляюсь в сторону комнаты родителей. Если бы я жил в этой комнате, я, наверное, не вылезал с балкона. А так приходилось курить в окно, надеясь, что никто не заметит с уличной стороны. Отец тоже курит, поэтому они и живут в этой комнате, наверное. Сев на пластмассовый раскладной стул и закинув ноги на перила, я достаю сигарету и спокойно, с полным умиротворением в душе, затягиваюсь.       «Жаль, что твой отец уехал. У меня никого. Зависли бы».       Видимо миссис Твик отпустила сына на перерыв.       «Блин, жалко, чел! Но отец перенес конференцию из-за моего дня рождения. Зависнем еще».       Точно. Он говорил об этом. Недосып говорит о себе. Стряхиваю пепел от сигареты в отцовскую пепельницу, мои дешевые Lucky Strike рядом с его Dunhill. Заглядываю в пачку, осталось 3 сигареты. Из-за этих стрелков пришлось сократить количество потребляемого никотина, чтобы хватило до воскресенья. Выходить из дома сегодня категорически не хотелось. Возникает мысль написать Клайду и Токену, но тут же отпадает. Лучше побуду один. Оставляю пачку на столике у пепельницы и возвращаюсь в свою комнату. Все, что я хотел, у меня есть. Тишина.       Я так и провалялся на кровати, играя в гонки, лишь дважды отрываясь на поход на кухню и до балкона родителей. За окном уже давно темно. Твик, видимо, все еще занят, он так и не ответил на последнее мое сообщение. Голова весь день прекрасно пуста.       Шумно вздыхаю, на экране телефона подсвечивается время 20:17. Родители вернутся еще не скоро, играть надоело, выкуривать последнюю сигарету расточительно. Прикинув все это, отправляюсь на кухню на поздний ужин. Разогреваю вчерашнюю картошку с котлетами, когда у меня дзинькает телефон, оповещая о входящем сообщении.       «Блин, мама только меня отпустила. Как день?»       «Весь день валялся и играл. Все то же самое, что делал бы с тобой, но без тебя».       «Ну, ты хотя бы выспался?»       «Похоже на то».       «Надеюсь, завтра пораньше отпустит меня. Встретимся?»       «Да, конечно, чел».       Вспоминаю, что завтра надо будет сходить за подарком, и если я хочу провести вечер в компании блондина, то надо решить эти вопросы до обеда.       «Я напишу, как освобожусь».       «У меня утром тоже дела, тоже отпишусь».       Вторая половина шизофренического мозга, кажется, победила, или просто организм обессилил от истязания в течение недели. Так или иначе, я засыпаю еще до того, как родители вернулись от гостей.

***

      Противно звучит будильник. Вставать рано в воскресенье — это издевательство. Но вспомнив причину этого раннего пробуждения, тут же вскакиваю. Если я хочу провести этот вечер с Твиком, надо было забрать его подарок, сделать домашние дела. И еще придумать адекватную причину, почему он не должен появляться у меня дома до следующей субботы.       Внизу слышны голоса родителей, значит завтрак уже на столе. Сразу одеваюсь так, чтобы после еды не подниматься в комнату и уйти.       — Крэйг, милый, как ты себя чувствуешь?       Поднимаю средний палец в сторону матери, но улыбаюсь.       — Тебе явно уже лучше, — смеется и отвечает тем же жестом. — Садись кушать. Ты куда-то собрался?       Оставляю рюкзак у входной двери и прохожу на кухню.       — Да, мне надо забрать подарок для Твика. Отец может отнести ко мне в комнату то, что мы купили в Денвере?       — Спроси его сам.       — Я все слышал! — доносится голос с гостиной. — Как придешь, вместе отнесем.       Доедаю свою яичницу и смотрю на экран телефона. В прошлый раз я договорился, что зайду около 11 утра. Успею еще забежать в ларек за сигаретами. Наверное, стоит сразу взять две пачки, девчонок не будет на дне рождения, и меня облепит толпа вечно стреляющих «некурящих» одноклассников. С новой игрушкой для Playstation тогда придется подождать, лишние 5 баксов приличный удар по кошельку подростка. Зачем я вообще курю? Эта мысль меня посещает достаточно редко, ведь я ассоциируюсь у многих с сигаретами и факом на любую фразу.       — Я вернусь к обеду, — бросаю я, закрывая за собой дверь.       Пустая пачка отправляется в мусорку. Намеренно иду до ларька с сигаретами окольными путями.       — Две пачки синего Lucky Strike.       — Ты рано сегодня. Держи. 10 долларов.       Протягиваю помятую купюру, прячу сигареты во внутренний карман рюкзака, пока никто не видит.       — До следующего воскресенья.       — Заходи.       Девчонка копила на колледж, работая в этом ларьке, рано или поздно она наберет нужную сумму для поступления и свалит. И вот тогда надо будет думать, где доставать сигареты. Эта часть планов на сегодня завершена, теперь вторая.       Возвращаюсь домой уже прямой дорогой, даже кратчайшей.       — Я дома.       — Отец тебя не дождался, — мама выглядывает из кухни. — Они с Руби поехали ей за новой куклой, так что все у тебя в комнате уже.       Чем интересно она заслужила новую куклу? Поднимаюсь в комнату, и правда, отец все перенес из гаража. Надо было сделать домашку по матике до того, как Твик освободится.       «Чел, я делаю домашку. Как освободишься, напишешь. Я свои дела закончил».       Через пару часов снизу доносится голос мамы, оповещающий о том, что обед готов. Дописываю последний пример и спускаюсь вниз. Вся семья в сборе, в последнее время такое редко бывает, я все чаще провожу время в доме у Твика. Часы в столовой показывают половину третьего, но телефон молчит. Может его отец решил вернуться только под вечер?       Я сижу на своей кровати и растерянно пялюсь на стену напротив. Пустота в голове, которая пребывала со мной целые сутки постепенно проходит. Сознание начинает заполняться идиотскими мыслями. Если Твик немедленно не напишет смс о том, что освободился, я начну сходить с ума. Та часть меня, что напрочь отказывалась признавать даже как предположение, что я могу быть геем, активизировалась и проводила референдум по этому вопросу в моей голове. Мне страшно, именно страшно, что я не понимаю того, что происходит со мной. Страшно лишиться своего лучшего друга. Страшно от неопределенности. Резко дергаюсь, когда на телефон приходит смс.       «Отец приехал. Жду тебя».       Референдум завершен, но вопрос остается открытым. Думаю о том, что общество Твика, из-за которого он и поднят, поможет забыть о нем на какое-то время. Вечер видеоигр и беззаботной болтовни это то, что мне было сейчас необходимо.