Ты - мой ангел, ты - мой Миша

— Милок, возьми перчики, сладкие! — А какие острые, как огонь, ты посмотри! — У меня самая вкусная рыба, морская! Гомон оглушал, давил со всех сторон на людей, пока они шли по узким проходам рынка. Миша не спеша блуждал, бесцельно и абсолютно бездумно разглядывая продукты в деревянных контейнерах. Он не ест, не спит, не живёт, существует. Ангел остановился перед столом с красными и длинными перцами Чили. — Бери, не стесняйся. — Попробовать можно? Сердобольная старушка покосилась на него, но протянула половину перца. — Осторожно, остро... Коллинз покрутил между пальцами красный стручок и закинул его в рот. На языке почувствовалась слабая острота, даже горечь, но это все. Ни вкуса, даже обжигающий запах был ему безразличен. Миша пожал плечами. — Перец как перец. Стоящий позади него мужчина выглянул из-за плеча ангела, взял в руку перец, так же смело закидывая его в рот. Послышался кашель и свист, словно кого-то засасывало в трубу пылесоса. — Не стоило доверять тому, кого в первый раз видишь. Коллинз протянул к его плечу руку, помог подняться, в одно прикосновение унимая боль и ожег. На него смотрели как на Бога, хотя все намного проще. Знали бы люди. Миша скрылся в толпе, оставив напуганного мужчину и бабушку с перцами там, где они и были, взмахнув крыльями он исчез, а никто даже и не заметил.

***

Ты хочешь сказать, что эти два бесформенных сопляка с размалеванными рожами и похожими на певцов сопливой оперы — Винчестеры? С клинка капала алая кровь, Мэг вытерла острие о рубашку упавшего ангела и, без зазрения совести, которой у нее нет, прошлась по выгоревшему отпечатку крыльев на деревянном полу. Коллинз стоял на том же месте, где, секунду назад, спиной наткнулся на демоницу, пусть сейчас и в доме, а не в переулке. Нет, даже не секунду, минут 20 назад. Видно, умрет он не от рук ангелов. Теперь и в его рукаве покоился клинок, как бы Миша не хотел, ему пришлось взять его у другого убитого. ангела. Бред какой. Мастерс, постукивая каблуками, прошлась перед Джеями, презрительно кидая взгляды, пусть ее это и заинтересовало. — Рэйчел? — В два голоса, охрипшие, словно после пьянки, парни встрепенулись, на что получили только демоницу, которая даже не обернулась. — Э́то.. не Рэйчел, — Миша поджал губы, опустил взгляд в пол, на свои черные, лакированные и блестящие носки ботинок. Он где-то штанину испачкал, вот незадача. Ему пришлось поднять голову, потому что Дженсен грубо прижал его за плечо к стене. Послышался звук опрокидываемого стула, Джаред тряхнул гривой волос, и выглядел он совсем недовольным. — Ты хочешь сказать, что это — демон? Как по сценарию, ангел возмутился. Зелёные глаза смотрят с неодобрением, непониманием. По неволе он втянул их в это, и должен от сюда и вытянуть. Будто бы у него семьи нет. Стук, звон стекла. Мэг разбила стакан, но, не видя причин для беспокойства, достала новый, куда бы налить виски. Ей было плевать, что Мишу прижали к стене, сейчас, возможно, даже нос разобьют. Только если Дженсен будет слишком зол. — Да, это демон. Коллинз старался отвечать как можно спокойней, хотя неприятный осадок остался. Сейчас этот самый демон пнула осколки под тумбочку и поразилась, какие маленькие стаканы. Она глушила виски с горла, шею покрывали трещины, словно бы ее пронзили копьём Михаила, будь она ангелом. Но Мэг — не ангел, и копья Михаила не существует.. наверное. Мастерс, заметив взгляд Джареда, предложила ему бутылку — Сосуд разлагается, Кроули пошаманил, ублюдок. Дженсен разжал кулаки, отпуская Мишу, он отвернул голову, при упоминании Шеппарда. Конец 12 сезона был тяжёлым, этот момент ностальгии Мэг разбавила по своему. — Я сейчас блевать начну, только не рыдай, у меня салфеток не хватит.

***

— Пока Крипке строчит серенады, я готова даже на единорога, и, как видишь, у него застой. Скажи ему, пусть шевелит булками, я жить хочу. — Мэг, —Коллинз взъерошил волосы, метнув взгляд на безжизненное тело ангела. К горлу подступил ком. — Что именно сделал демон? — Кроули? Вместе с рыжей сучкой запихнул меня в этот мир — Что ты имеешь в виду под «этот мир»? — Дженсен смотрел на стакан с виски, он, кажется, совсем ничего не понимал, хотя, почему кажется, так и было. /Ещё боксеров с медведем не хватает, и как новая конвенция/ — Джен, ты либо пьян, либо как и я не понимаешь, какого черта тут происходит. С каких пор мы не стоим рядом со своими женами, а думаем, почему события другого мира отстранились от сюжета 12 сезона? — Джаред не мог даже алкоголь в рот брать, особенно сейчас, когда вокруг происходила какая-то чертовщина. Мэг усмехнулась. — Лосяра подал голос, а я думала, что ты немой

***

Миша сидел на старом диване, чувствуя, как под ним скрипят проржавевшие пружины. Серый, затертый тысячью джинс и брюк, обитый кровавого цвета тканью, он пах потом и пылью. Руки покоились на подлокотнике, дерево прогнило, почернело, было изъедено термитами, покрыто тонной грязи. Отпечаток сигареты, пальцы наткнулись на приклеенную жвачку. Ангел закрыл глаза. Лакированные ботинки стояли на полу, светлом, деревянном. Доски прогибаются, скрипят, словно хор адского оркестра, где же главный дирижёр? Губы Коллинза потрескались от ветра, сухие, с них срываются слова, похожие на собачий лай. В комнате даже не двигались часы, на стене, который утратили стекло и блеск, не колыхались поеденные молью шторы, не витал в воздухе запах сигарет и дешёвого пива. Сера, жжет, она оседает на коже, плотным слоем забивает поры и не даёт дышать. Миша открыл глаза. Черные, забрызганные кровью туфли, мужчина присвистнул, развернулся на каблуках. Штанины немного длиннее, чем следовало, стрелки сбились, брюки мятые, черные, как смоль. Пиджак немного топорщится в том месте, где клинок заткнут за пояс. Ядовитая улыбка, острый, ехидный, пропитанный злобой взгляд. За маской Макклауда черная тень, оскалившаяся, обречённая вечностью. — Касси, а я думал, что ты валяешься в сточных трубах с полным ртом грязи. Ангел открыл глаза, он чувствовал себя неловко. — Расскажи мне про этот и твой миры. — Что такое, твой пудель прибежал и упал к ногам, пожаловался на плохого хозяина? Коллинз отвернул голову, уткнувшись взглядом в стену с обшарпанными обоями. Почему выбрали такую рухлядь? Подальше от города. — Я не буду шутить с тобой, Кроули. — А что же ты не спросишь у своей волосатой энциклопедии? — Я спрашиваю у тебя. Шаг вперёд, шаг назад, как будто вальс танцуют. Один к стене, другой к партнёру. — Не поднимай кипишь, Касси, неужели ты такой нетерпеливый? Миша нахмурился, склонил голову на бок, он не сдержал чудовищный зевок. — Ты тянешь своё же время. — Ваш мир — самая задница вселенной, тут умирает все, что не прижилось и не вцепилось корнями в асфальт. — Разрушается сосуд? — Касси, не тупи, я не знаю, как этой сучке Мэг удалось выжить три года, скорее всего ее твоя неприкосновенная задница манила. Коллинз залился краской, опустил взгляд в пол, но опомнившись сделал ещё один шаг вперёд, пока Король Ада не прижался спиной к стене. — Что происходит в вашем мире? — Тебе не понравится — Апокалипсис? Кроули хмыкнул, Миша так забывчив, что стёр носком ботинка краску, пылью лежавшую на полу. Демон усмехнулся, он сам оттеснил его из ловушки. Мгновение, ангел недоуменно огляделся, и только потом заметил свою роковую ошибку. Что он узнал? Ничего, лишь потратил столь драгоценное время. Время, которого нет у Мэг. Время, которого нет у него. Она — единственная, кто имеет связь с двумя мирами и кто сможет объяснить всю чертовщину, даже если демоницу придется склеивать по кусочкам.