Место у камина

       Он не чувствует тепла. Совсем. Его тело абсолютно ледяное. Он бледный, а его глаза серые настолько, что кажутся совсем пустыми. Мертвыми. Он весь какой-то неправильный. Бледный и холодный. И пустой. Как его душа. Его имя — Освальд. Отчего-то даже зябко от одного произношения. От него тянет грустью, одиночеством и холодом. Зимой.        Его судьба — полная противоположность. Живой огонь, яркий и неукротимый. Освальд знает, кто его предназначенный, ведь лишь от одного произношения его имени обдает необъяснимым жаром. Эдвард — и он чувствует, как имя горит на языке. Он видел его. Видел его глубокие карие глаза, его кожу и, о боже, он готов поклясться, что даже эти несчастные двадцать сантиметров между ними не помешали почувствовать тот жар, что исходил от него. Освальд может обжечься лишь от одной мысли о нем. Эдварду же холодно даже смотреть на него. Они разные. Они должны быть вместе.        Их мир устроен так, что люди просто не могут жить без второй половинки. Буквально. С каждым годом температура их тела повышается или понижается, работа их внутренних органов приостанавливается, пока не прекращается совсем. Они должны найти свой лед и пламя. Они должны соединиться. У них нет другого выбора.        Эдвард уже ошибался. Кристен была огнем. Она была ярким пламенем, который жалился, но не убивал. Им было больно, ведь не могут существовать два огня. Они распаляли друг друга все больше и больше, пока однажды Эдвард не обжегся. Не обжегся о пылающий страх в любимых глазах. Они убивали друг друга. Пока он не убил ее.        Когда Эдвард смог утихомирить свое пламя, он встретил сразу же два льда. И он чувствовал, что один из них точно предназначен ему. Он совершил неправильный выбор. Изабелла была льдом. Она свалилась на Эдварда также внезапно, как первый снег покрывает осенние дорожки. Но Эдвард, опьяненный своей победой над судьбой, что он наконец-то смог найти свой лед, совсем не заметил того, как начал угасать. Ее лед не поддерживал его пламени. Он плавился и тушил его. Убивал. Она убивала Эдварда, а он не замечал. Но замечал Освальд.        Освальд никогда не ошибался. Он видел и лед и пламя, но ничто не касалось его души. Его льда. С каждым годом его холод становился все более невыносимей, пока однажды он не столкнулся с огнем. Своим огнем. Освальд же никогда не ошибался. Он не ошибся и в том, что Эдвард действительно был его огнем. Но он ошибся, коснувшись чужого льда. Освальд убил Изабеллу. Тот огонь, что тогда полыхал в Эдварде все с новой и новой силой, он не забудет никогда. Он также не забудет никогда, как огонь отверг его, предпочитая умереть в муках собственного пламени.       Их лед и пламя дополняли друг друга. Но они были обречены на смерть из-за одной ошибки. «Любовь».