Возможно

Искра — Это ч-что? — в страхе спросила сестра, указывая на мою рану на боку. — Это Ветерок, — ответила я. Даже солнце ещё над горизонтом не появилось. Ужас! Рань какая! Голубка внезапно замерла. О-о-о… Я знаю этот остекленевший взгляд… — Искра! — в страхе, но тихо воскликнула кошка. — Нас окружило племя Ветра… — Что?! Мерзкие зайцееды! Что им неймётся то?! Я вышла из палатки и принюхалась. Вдруг ветер подул мне в морду, и я чётко почувствовала запах пустошей и кроликов. — Нападение!!! — что было сил заорала я. — Племя Ветра напало на нас!!! Мой крик эхом разнёсся от скал, чуть ли не оглушая. Отовсюду посыпались вражеские воины. Вот дура-а-а… Зачем я на середину встала?! Из палаток повыскакивали сонные соплеменники и начали биться. — Разворошите палату целителя! — услышала я крик Однозвёзда, а потом на него метнулась огненная молния… Огнезвёзд! Значит племя готово к битве! Я быстро проскочила между воинами и загородила вход в целительскую палатку. Передо мной появилась Верескоглазка. — Прочь с дороги! — прорычала она. — Ага! Щас! — я выпустила когти. Зашипев, светло-каштановая кошка прыгнула на меня. Я быстро встала на задние лапы и сбила её. Отпрыгнуть — открыть вход к травам! Воительница приземлилась на лапы и снова кинулась на меня. По массе Верескоглазка была больше меня, ей удалось придавить меня. Она хотела встать, но я же упрямая… Я схватила её лапами, впилась когтями и ударила по животу. Ой… Кажется я перестаралась… На животе воительницы появились красные полосы, из которых потекла кровь. Кошка пошатнулась и упала. Какой-то кот, увидев это, взял её за шкирку и понёс на выход из лагеря. Взгляд упал на Ветерка, который драл когтями обессилевшую… Белолапу!.. Сердце пропустило удар… Белая кошка слабо пыталась отбиваться… Ярость огнём разгорелась во мне. Я, плюнув на палатку, в три прыжка преодолела расстояние между мной и сражающимися и сильно боднула чёрного воина в бок… Тот опешил и повалился на землю. Я же запрыгнула сверху и принялась царапаться и кусаться. — Ах ты барсучье дерьмо!!! — прорычала я. — Возьми противника посильней!!! — Искра! — прошипел кот. — Ты заплатишь за мой позор в Сумрачном лесу! Он рывком поднялся и дал мне пощёчину когтистой лапой. Между нами завязалась драка. — Племя Ветра! Отступаем! — раздался зов предводителя врагов. Ветерок отскочил от меня и скрылся в разорванном папоротниковом туннеле. Минута, две… — Все живы! — спросил Огнезвёзд. — Мама! Мама это я, Голубка! Мама! — раздался плач сестры. Я повернула голову и замерла. Остекленевший взгляд Белолапы был направлен в пустоту. Много ужасных ран на теле… О нет… Я медленно подошла к мёртвому телу и положила хвост на плечо Голубки. — Она мертва… — выдавила я. Сестра затряслась от нового приступа плача… Пустота… В сердце пустота… Когда видишь мёртвое тело матери и понимаешь, что не успела… Не успела… Бешенство охватило меня… — Это моя вина! — прорычала я. — Я не успела!!! Не успела!!! — Успокойся… — меня схватили за загривок. — Успокойся, прошу… Это Берёзовик!.. Успокойся, Искра! Иначе ты разнесёшь всё вокруг… Вот так… Я глубоко вдохнула и выдохнула… Ночь… Я, Голубка, Берёзовик… Мы всё ещё сидим у тела Белолапы… Сколько времени?.. А хотя неважно… Я зарылась глубже в шерсть матери и, выпустив когти, с угрозой, но тихо прошептала: — Я убью его… Убью ради тебя… Обещаю… Я отомщу ему… Никто из сидящих не услышал меня. Это хорошо. Мне не нужны лишние вопросы. Обещаю, Ветерок!.. Ты будешь умирать медленно и мучительно! И если ты не будешь просить пощады, я заставлю тебя давиться твоей же кровью! Рассвет… Солнце вставало из-за горизонта, сменяя ночную повелительницу — луну. Пришло время яркого света, а не спокойного и ласкового свечения. Я разогнула спину и размяла затёкшее тело. Странно, но мне не хочется спать. И почему я не чувствую ни единой эмоции? Наверное, потому что у меня на глазах умерла самое дорогое мне существо… Слабачка! Я слабачка! Зачем я учусь в Сумрачно лесу, если не могу спасти дорогих мне котов?! Ко мне подошёл Лисохвост. — Мне так жаль… — прошептал он. — Это не поможет вернуть Белолапу… — сказала я без эмоций. — Ты наверное устала… — рядом оказалась Шиповница и заботливо погладила меня хвостом. — Я не устала… — я уткнулась в плечо подруги. — Просто мне плохо… Я не ощущаю ничего… Будто я стала бесчувственной… — Это пройдёт, — кошка лизнула меня между ушами. День… Охота, патрули. Всё это проходило незаметно для меня. Меня о чём-то спрашивали, а я отвечала, не глядя на собеседника и даже не определяя кто это. Если Голубка и Берёзовик, вроде, более менее пришли в себя, то я — нет… Ни одной эмоции, ни одного чувства… Я видела, как мне сочувственно смотрели вслед. Раньше мне бы нравилось такое внимание, но не сейчас… Мне было всё равно, ведь это я виновата в смерти белоснежной кошки. Нет сил! Я хочу мести! Вечер... Я медленно брела в палатку воителей. Совсем скоро я приду в Сумрачный лес… Вот там Ветерка и будет ждать конец! Я открыла глаза в Месте-Без-Звёзд. Наконец-то! Я встала, внимательно огляделась и принюхалась. Я искала чёрную шерсть или хотела почувствовать запах ветра и кроликов. Хоть что-нибудь! Я так увлеклась этим, что даже не почувствовала запаха воды и ночи и не увидела тени около себя. — Искра! — я подпрыгнула и резко развернулась. Передо мной стоял Коршун. Ничем не изменился… Но это не самое важное. Мне нужен Ветерок! — Коршун, — равнодушно сказала я. — Ты какая-то странная сегодня, — задумчиво проговорил полосатый великан. — Обычно ты более живая. В любом случае, пойдём на тренировку. И хватит смотреть по сторонам. Ты меня вообще слушаешь? — Да. Ты сказал, что надо тренироваться. — Ты сегодня точно какая-то странная. — Я нормальная. Просто… — я остановилась, как вкопанная и внимательно уставилась на чёрного кота сидящего недалеко от нас. Коршун развернулся и уставился на меня. Похоже я его раздражаю… Ветерок!.. Шерсть встала дыбом, когти впились в траву, хвост заметался из стороны в сторону, а из горла исторглось угрожающее рычание… Бурый кот проследил за моим взглядом и усмехнулся. Вдруг я сорвалась с места и молниеносно кинулась на Ветерка. Тот такого явно не ожидал. Бешенство захлестнуло меня с головой. — Падаль! — рычала я и драла когтями янтароглазого кота. — Ты заплатишь за смерть Белолапы!!! — Значит эта слабачка всё-таки умерла! — радостно прошипел кот. Я залепила ему по морде когтистой лапой и оставила четыре длинных полосы через всю морду кота. Тот взвыл, кинулся на меня и прижал к земле. — Я не буду убивать тебя! — с усмешкой сказал Ветерок и отошёл. — Сначала ты помучаешься… — Зато я буду! — прошипела я и кинувшись на кота прижала того к земле. В янтарных глазах промелькнул страх. Я опустила голову, и мои клыки сомкнулись на его шее. Чёрный воитель задёргался, а я упивалась его хрипами. Кто-то внезапно схватил меня за шкирку и отодрал от будущего мертвеца. Ветерок откашлялся и стал судорожно хватать пастью воздух. Он сейчас выживет. Остролап опять защищает своего ученика! Но взгляд упал на серо-белого кота, с удивлением глядящего на разъярённую меня. Я почувствовала запах воды и ночи и задёргалась, пытаясь выбраться из хватки Коршуна. — Пусти! — зарычала я. — Я ещё не закончила!!! Он должен умереть! — С чего это вдруг? — прошипел Остролап. — Я убил её слабую мамочку, — ответил Ветерок и хрипло рассмеялся. — Ах ты барсучье дерьмо!.. Ты пожалеешь об этом! И об этих словах! — Сначала выберись! — хмыкнул кот. — Будущая падаль! — я задёргалась сильнее и клыки выпустили меня, а потом я услышала шипение. Я кинулась на Ветерка, но мне загородили путь. А конкретно — Остролап, и меня снова схватили за загривок. Вот теперь у меня точно безысходность. Убивать Ветерка, значит сражаться с Коршуном, Остролапом и с ним самим. А я не самоубийца! Ягоды не считаются... — Пойдём, Ветерок! — рявкнул серо-белый кот. И я с удовольствием заметила, что оставила на теле чёрного кота много ран, но это не помешало ему гордо удалиться. Ах ты напыщенный индюк!!! Я снова задёргалась, но тут же замерла услышав угрожающий рык Коршуна: — Хватит дёргаться! Кот разомкнул пасть, и я с глухим звуком упала на землю. Я обещала! Обещала убить его! Подняться сил не было. Это ненависть и бешенство постарались. — Вставай! — услышала я приказ, но я не двигалась. — Искра? Я подняла голову и зло уставилась в голубые глаза. — Зачем?! — прошипела я. — Зачем ты оттащил меня от него?! Он должен был умереть! Мучительно, медленно и очень больно! — Вставай! — услышала я приказ и поднялась. Я закрыла глаза и глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Когда я открыла глаза, то полосатого великана я не увидела, зато прекрасно услышала его голос над ухом и почувствовала прикосновение его шерсти спиной: — Ветерок — хороший воин. Нам такие нужны. Признаюсь, по силе вы равны… — Как вы со Звездоломом? — вырвалось у меня, о чём я тут же пожалела. — Мы сейчас не обо мне и Звездоломе, а о тебе и Ветерке. — Он заслуживал смерти! — Тогда мы бы лишились хорошего воина в битве. Ты прекрасно знаешь об этом, Искра, — хвост Коршуна прошёлся по моему боку. Ой! А почему ко мне все чувства и эмоции вернулись, а?! Никто не скажет?! По боку прошла лёгкая судорога, и похоже бурый кот заметил это, так как я услышала его хмыканье. Я хотела сказать, что не приказываю судорогам, когда появляться, а когда нет, но слова застряли у меня в горле. Да что это со мной?! Ало-о-о! Куда делась бешеная Искра жаждущая смерти Ветерка?! Хвост полосатого кота дотронулся до моего. Мой хвост нервно дёрнулся. Да что он?! Я же приказываю не дёргаться! А вот Коршуна похоже забавляла моя реакция… Я напрягла хвост, чтобы тот не дёргался, но стоило хвосту воина притронуться к нему, как моя конечность двинулась. Я поднесла хвост к себе и сердито посмотрела на него. Рядом раздался приглушённый смешок. — Что смешного?! — раздражённо спросила я, пытаясь догадаться где мой ПОДЧИНЯЮЩИЙСЯ мне хвост и когда его успели подменить. — Ты не понимаешь элементарных вещей, — усмехнулся Коршун. — Да-а-а? И что же это? — То, что на некоторые прикосновения тело может не подчиняться тебе, — ответил бурый великан. — Да неужели? А если у меня нервный тик? — я нервно дёрнула хвостом, показывая, что имею в виду. Хвост полосатого воина прошёлся по спине между лопаток. В том месте прошлась лёгкая судорога. Да что ж такое-то?! Я отпрыгнула и сердито уставилась сначала на спину, а потом на хвост и сердито прошипела: — Предатели! Голубоглазый кот засмеялся. — Пора тренироваться, а не винить части тела, что ты так реагируешь. — Это не я реагирую, а они! — возмутилась я. Коршун хмыкнул. — Ты забавно сердишься. — Что я?! Забавно сержусь?! — я прыгнула на кота, но тот увернулся. — Не позволяй ненависти, злости и бешенству захватить власть над тобой. Это может плохо для тебя кончится. — «Не позволяй, — неожиданно повторил внутренний голос. — Не позволяй…»