Мы есть кровь тела

Страх обрушился на меня ледяной волной, топя остальные чувства подчистую. Я чувствовала, как моё тело будто сковывают тысячи ленточек, разрывая меня на части. Каждый вздох давался с упорством подтягивания штанги. Напряжение, словно звенящая струна, нарастало. — Я ненавижу тебя! Мои лёгкие всё больше разгорались огнем… Мне не выбраться! — Ты никогда больше не увидишь её! — прошелестел скрипучий голос, всё больше натягивавший ленты на моей горле. — Никогда! Узел сжался. Раздался нечеловеческий крик. В какую-то секунду я поняла, что этот возглас принадлежит мне. Черт. Белые простыни разметались и смялись под мои обессилевшим телом. Подушка одиноко валялась на полу рядом со звенящим телефоном. Протянув руку за ним, мне пришлось подметить, что ладонь едва заметно трясется. Отлично, вот что значит снова ложиться спать одной! А ведь мне уже семнадцать… С тяжким вздохом, мой палец наконец нажал на «выкл» трели телефона, который надоедливо напоминал, что в семь у парней тренировка. Мой мозг слабо пульсировал и то сжимался, то разжимался с невероятной скоростью. Вчера ночью ко мне в комнату постучал тренер Некомата, и спросил заплетающимся языком, пойду ли я праздновать первую поездку вместе с тренерами Аобаджосай и Фукуродани вместе с ним. Не успев дать ответ, я схватила старика, который уже завалился на дверной косяк и медленно сползал вниз. Его карие глаза устало закрывались, но он продолжал что-то бубнить о новом ликере, который купил ему помощник тренера Фукуродани. «Всё ради победы… даже споить нашего старика?!» — мелькнуло у меня с каплей раздражения. Мне пришлось довести его до злополучной комнаты и оставить на попечение другим тренерам. Перед уходом я успела высказать злополучному помощнику тренера, чтобы он не надеялся на то, чтобы мы без тренера были недееспособны… После этого мне только и оставалось, что открыть дверь моего номера и упасть на чуть смятую кровать. И вот сейчас, потягивая онемевшие за ночь мышцы, на меня обрушилась вся напряжённость вчерашнего дня. Да и ещё Куроо… Мои ладони решительно обрушились на щеки, полностью отрезвляя и возвращая голове порядок, и таким образом проснувшись, я направилась в душ.

***

Первый луч солнца лениво перебирался с моей руки на лицо. Моё тело сжалось от внезапного дуновения ветра. Какая-то птица рядом тихо бормотала мне на ухо о завтрашнем дне, о карри, который таял во рту, о менеджере, похвалившей его последнюю подачу… Раздражённо открыв глаза, я увидел белоснежное лицо, платиновые короткие волосы и бормочущие узкие губы. А, это Хайба… Хайба?! Моё тело быстро перекатилось на другую сторону, зарываясь в одеяло, пока мозг лихорадочно обдумывал информацию. Почему в моём футоне Хайба?! Так и не найдя разумное объяснение, моя рука откинула покрывало. Солнце уже встало-значит сейчас где-то часов шесть-семь утра. Оглянувшись, мои глаза уставились на разморено спящих членов команды: Такетора, вольготно развалившись, спал в позе звезды, заваливая руку на свернувшийся калачиком Яку, Сохей и Соу спали, прижавшись спинами друг к другу, а единственным, кто отдыхал в своем футоне более-менее прилично, был Набоюки и Кенма. Появилось ощущение, будто я знаком с ними уже несколько лет, и мы приезжаем в Киошикунай на ежегодные сборы… С легкой ухмылкой моя рука отворила входную дверь. На улице было не по-весеннему тепло, спортивную площадку щедро поливали солнечные лучи. Птицы уже оживленно пели, скрываясь в зеленой толще листвы. Похоже, что май был в самом разгаре. Мои мышцы счастливо заныли, когда я начал делать разминку. Через полчаса моё тело взмокло не только от интенсивности движений, но и от испепеляющего солнца, так, что пришлось снять футболку. Когда даже пальцы начали болеть, а легким не хватало кислорода, я, наконец, решил сделать перерыв. Сев прямо на землю и оперившись на руки, мои мысли начали кружиться в голове, задевая тему волейбола, команды и, неожиданно, Рей. От накатившего напряжения мои глаза закрылись, отдаваясь во власть солнечным лучам. Сегодня днем мы впервые играли с Фукуродани совместно с первогодками, а Фукусима будет наблюдать за нашей игрой вместе с тренером Некомата. На протяжении всех школьных тренировок их советы стали толкать команды на изменения, и, даже, я стал задумываться, чтобы добавить к своей позиции центрального-блокирующего еще и позицию нападающего… У меня остался год, но мне хотелось после окончания школы продолжать заниматься волейболом… Кенма и остальные будут развивать свои навыки и, в конце концов, станут одной из самых сильных команд Токио, но мне пришла на ум безумное понимание, что, ни меня, ни Рей, ни Кай-куна уже не будет… — Прохлаждаешься, Куроо? — женский голос вырывает меня из моих мыслей, и я открываю глаза и вижу ее обеспокоенный взгляд. — Не говори ни слова. Она хмыкает, и на моё лицо падает полотенце. — На вот, вытрись — сказала Рей, устраиваясь рядом со мной. Я удивился, что, по сравнению со вчерашним происшествием, она больше не боялась моего полуобнаженного вида — Ты готов к матчу? Это был обычный вопрос, но она задала его с напряженностью в голосе. Я оглянулся и посмотрел на неё повнимательнее. Сегодня она была одета в черную длинную футболку Некома и ярко красные штаны, подражая нашей спортивной форме. Всегда выпрямленные волосы, сейчас немного завивались, а лицо было более уставшим и бледным, чем раньше. Может быть, Рей слишком себя накручивала из-за предстоящего матча, или из-за первогодок, или из-за меня… хотя, это уже были мои фантазии. Я немного сомневался в её чувствах, ведь обычно мне приходилось проявлять инициативу, и даже, в какой-то степени, приставать к ней… Может быть, наши отношения это моя иллюзия? — Скорее да, чем нет — я потянулся и, надев футболку, отдал менеджеру полотенце. — Мы уже долго не играли с Фукуродани, и я боюсь, что они придумали более эффективную технику, чем раньше… — Но ведь и у нас много сильных первогодок! — возразила Рей, и вдруг покраснела — Еще у нас есть умный и сильный капитан, и… Кенма-кун, Яку, Кай, Ямамото, мы не отдадим победу так легко! Всё это было сказано с яркими горящими золотыми глазами, и восторженной улыбкой, что я залюбовался. Несмотря на то, что у неё залегли круги под глазами, а телосложение показывало чувство худобы, она была наполнена каким-то «живым духом», который толкал команду Некома и меня вперед. Наверное, именно по этой причине я влюбился в неё. — Ты плохо спала? — Да, немного…без Куроо трудно уснуть, да тусовка тренеров, которая проходила рядом с моей комнатой, не действует, как снотворное, — сказала Рей, глядя на меня. Мне понадобилась минута, чтобы осознать, что она говорит о котёнке. — А ты как спал? — Нормально…за исключением того, что я проснулся в обнимку с Хайбой — меня передернуло. — Наверное, он вообще страх потерял! Девушка весело улыбнулась, закрыв глаза, положила голову на моё плечо. Скорее всего, в эту секунду я выглядел полным идиотом, раз улыбался такому пустяку, но то, что она сделала, повлекло за собой волну тепла в моей душе. Фу, я наверно скоро стану мягкотелым придурком, который будет думать лишь об одном… — Лев и остальные надеются на тебя, — пробубнила она, еще больше опираясь на меня — ты должен понимать это…как и то, что ты мне нравишься — улыбнулась сквозь сон Рей. Через несколько минут она заснула на моем плече. Я продолжал сидеть и думать, о том, что я не смогу от неё уйти, даже если бы захотел.

***

— Эй, смотрите, у Некома сегодня нет ни менеджера, ни тренера! Беспредел какой-то! — Бокуто, заткнись, пожалуйста, у нас сегодня тоже нет тренера, поэтому не раздражай соперников… Я бежала так быстро, словно моих легких и не существовало. Наверно, моя скорость была, как у белки, на которую напала стая ворон. — Э-эй, Куроо, — к брюнету подошел капитан Фукуродани. — как я знаю, Рей не участвовала в тренерской попойке, но я её сейчас не вижу…Где она? Куроо пожал плечами. Нет смысла было что-то скрывать, но он не хотел, чтобы Бокуо узнал об усталости их менеджера. Он не хотел, чтобы вообще кто-то из команды Фукуродани беспокоился об ИХ менеджере. — Я не знаю, должно быть вышла в туалет. — Жаль, что она может пропустить, как мы утираем вам нос. Наши навыки по сравнению с прошлым годом улучшились, а наши первогодки впечатляют! — Ты еще наших не знаешь…видишь вон того парня под метр девяносто? — он указал на Хайбу — Можешь начать беспокоиться! Да и кстати, — он передвинулся к Бокуто, окинув презрительной ухмылкой — неужели тебе не хватает своих сил, раз ты так надеешься на первогодок? Глаза капитана Фукуродани загорелись и он, подпрыгув, воскликнул: — Мы порвём Некома!!! Держи свою челюсть, Куроо! Я ударю по вам изо всех сил! — Жду с нетерпением… — прошептал Тетсуро. — Какого хрена ты меня не разбудил? — послышалось злобное женское рычание. Я не сразу поняла, что оно принадлежит мне, но проигнорировала свою совесть. — Ты ведь знаешь, что этот матч очень важен для меня! — Прости, — мило ухмыльнулся, этот заносчивый «котяра», который делал вид, что не отнес меня в мою комнату, и не поставил даже будильника, чтобы я не проспала игру! — ты так мило спала, что я не решился тебя будить — Мерзкий — шепнула я и обратилась к команде — Команда Некома, этот матч должен показать наш уровень в игре, силу наших первогодок, весь наш потенциал! Блокирующие должны выглядеть при блоке, так будто у них отнимают кусок мяса! Принимающие должны следить за нападающими, чтобы их удар не стал неожиданностью! Кенма, — я обратилась к связующему — обмани их любым способом, но не переусердствуй, иначе запутаешь своих же членов команды. Нападающие, включите в свою атаку всю силу и волю в победе! Давайте же выиграем этот матч! — Да! — Конечно! — Порвём их! Пока все начали тренировать атаку, ко мне подошел капитан. Из-за моей взвинченности и зацикленности на игре, я немного не ожидала, что он, подкравшись сзади, прошепчет: — Надеюсь, ты оценишь, как мы выросли, и увидишь свой вклад в команду. Я не успела ничего ответить, как он быстрым шагом направился к шеренге атакующих. Мне немедленно захотелось отвернуться из-за того, что мои щеки в этот момент горели ярче, чем наша красная форма…

***

С Фукуродани мы сыграли два сета в ничью. Их команда больше использовала атаку с Бокуто, от которого волнами исходила бешеная энергия, заряжавшая остальных членов команды. Члены Некома же, наоборот были спокойны и рассудительны, составлял исключение лишь Лев, который не мог ни правильно попасть по мячу, ни принять его. Положение спасали лишь Яку, который быстро подбирал даже сложные мячи, Такетора пробивал блоки Фукуродани с невероятной силой, Кай умело страховал, а Куроо ставил навевающие страх блоки. Силы были равными, но все прервал менеджер Аобаджосай, которая хриплым голосом сказала, что скоро будет обед. Матч решили перенести на завтра. Пока члены команды переодевались, я посмотрела на менеджера, которая не спешила уходить. Распущенные черные волосы создавали резкий контраст с белой формой и фарфоровым лицом, зеленые глаза отдавали раздражительностью и холодностью. Я где-то видела уже похожий взгляд, но не могла вспомнить у кого. Мне казалось, что она пытается просверлить во мне дыру, стоя напротив меня, сложив руки на груди. Внезапно, дверь раздевалки Некома открылась и, из неё потекли уставшие, но счастливые ребята. Из этой оравы отделился Куроо и зашагал ко мне, его растрепанные черные волосы еще больше походили на птичье гнездо, а янтарные глаза возбужденно сияли. Он не сразу заметил черноволосую девушку, но когда увидел мое сосредоточенное лицо, обернулся и… Я видела, как вздрогнул, будто от пощечины, а потом сдавленно кивнул: — Здравствуй, Мика… Девушка, холодно улыбнулась, и поспешила к нам. — Привет, Куроо — она порывисто обняла окаменевшего парня, и посмотрела на меня — не знала, что ты завел себе новую пассию! Или можно сказать шл… — Прекрати, — Куроо со злостью оторвал от себя её руки, и сжал зубы —я понятия не имею, что ты делаешь, но ты больше никому не причинишь вреда! Я предупреждаю тебя первый и последний раз, если ты и пальцем её тронешь, то я за себя не ручаюсь! Менеджер, во все глаза смотревшая на него, вдруг хмыкнула и рассмеялась. В это время я, будто второстепенный персонаж, замерев, смотрела на эту сцену, в голове было пусто. — Конечно, конечно… Я не думаю, что ты забыл наше весёлое времяпровождение, —она кокетливо провела ногтем по груди Тетсуры, от чего тот сделал шаг назад — и ты скоро вернёшься ко мне, я знаю… Наконец обретя дар речи и осознав, что тут пахнет жаренным, я вытянула руку, отгорожая Куроо и Мику. — Он вернётся к тебе только через мой труп. — сказала я. Куроо изумленно и даже с ноткой гордости уставился на меня, а девушка злобно сузила глаза и дёрнула бровью. — Если ты ещё не в курсе событий, то я менеджер Некома, а также девушка вот этого раздражающего, самоуверенного придурка. И напомню тебе, что твоя команда в другой половине, так что ступай к ней, пока не подумали, будто ты злоупотребляешь своими правами менеджера! — Да кто ты… — она уже сделала шаг ко мне, но тут её позвал кто-то из команды Аобаджосай, и девушка осеклась.  — Ты ещё пожалеешь о своих словах — прошипела Мика, и, посмотрев ещё раз на Куроо, вышла из зала. Пока я стояла и тупо обдумывала эту сцену, Тетсуро рядом со мной хихикнул, а потом и вовсе заржал. — Что ты смеешься? Весело смотреть, как я грызусь с твоей бывшей? — Не-ет, — он резким движением притянул меня к себе и обнял. Я вздохнула «теплый запах» Куроо и тут же успокоилась — просто ты так грозно на неё смотрела, пока она пыталась всколыхнуть во мне старые чувства, что я чуть не умер. Правда-правда, мне уже хотелось увести тебя, пока ты ей не врезала… Я и не думал, что ты можешь ТАК ревновать! — Ты на себя посмотри, — пробормотала я, чувствуя, что улыбаюсь — я ещё не забыла сцену с Бокуто-куном… Куроо тихо зарычал и еще больше прижал меня к себе: — Не напоминай мне об этом засранце… Кстати, если он тебе понравится, будь готова к такому же! Мой смех прорвался с кашлем, и я оттолкнула Куроо от себя. Вот невозможный! Думает только о том, что мне может понравиться в то время, как развлекается со своими бывшими… Когда моя нога переступила порог зала, я поглядела на парня. Он выглядел немного помятым после напряженного сета, но все еще улыбался. Мой кулак легонько стукнул его в плечо. — После обеда жду разговора обо всех твоих бывших. — О всех-всех? С детского сада? — Не думаю, что с детского сада ты как-то изменился… — Да, я уже в этом возрасте кадрил воспитательниц! — Мне уже хочется тебя стукнуть… — Прибереги силы для обеда, котёнок…