Полуночный кот

Во время очередной поездки за водой Мориарти, глядя на бесконечный однообразный пейзаж, думал обо всем, не зная, чем занять голову. Пугал ли Холмс в детстве родителей сильными припадками, пока не научился более-менее справляться с работой своего мозга? Когда, интересно, Майкрофт стал понимать брата? Во сколько лет это произошло? Как долго младший в семье ощущал себя одиноким и никем не понятым? Шерлок учился вместе с аутистами и самыми разными отстающими в развитии детьми. Как он себя чувствовал при этом, запертый фактически в своей голове, не умеющий донести до других свои знания? Неудивительно, что Холмс не любил это место. Закончил ли Шерлок университет? Даже если и да, это точно была заслуга старшего брата. Джим никогда не видел, чтобы младший Холмс писал. Если тот бы и решил излагать свои мысли письменно, раз уж сказать не удается, то рука не успевала бы за головой, и почерк у него наверняка ужасный. Мысли плавно перетекли на событие, связанное с попыткой изнасилования женщины. Джим давно не стрелял в здравом уме – Себастьян всегда в момент опасности успевал вынуть пистолет раньше – хотя совсем уж светлой голову в тот момент он назвать не мог. Тьма все равно маячила где-то на горизонте. Выстрелить хотелось безбожно, будто этим Джим мог стереть часть своего прошлого, когда с ним самим поступали подобным образом, пусть даже совсем маленький кусочек. Он спасал не эту женщину, он хотел спасти себя. Убить человека не так-то просто, как кажется: где-то внутри все же оживает социально привитая норма, говорящая о том, что совершаешь греховный поступок, идешь против общества, лишаешь кого-то права на будущее. Джим посмотрел на острый профиль Шерлока, который по-прежнему находился весь в ноутбуке Мухаммеда. Чем-то увлеченный, тот, прежде чем печатать, замирал на минуту. Джим не сомневался, что то, что Холмс сейчас пишет, было еще раньше превращено в нормальные понятные предложения, он их просто подставляет в диалог с кем-то, а задержка появляется, если собеседник выдает что-то, выходящее за рамки продуманного Шерлоком разговора. Сосредоточенный взгляд серых глаз не отрывался от монитора, тонкие почти прозрачные пальцы с неестественно большой скоростью бегали по клавиатуре. В спутнике Мориарти ничего не изменилось, бесконечно работающий в голове процессор не дал сбой даже на миг, когда тот стрелял, и позже Джим не увидел, чтобы брат Майкрофта хотя бы на секунду задумался о том, что сделал. - В шесть и восемнадцать, – не отрываясь от своего занятия, сказал Холмс. Мориарти тут же выстроил логическую цепочку, такую же, как возникла в голове соседа: вчера Джим спрашивал, где тот учился, а сегодня разглядывал исподтишка, значит, продолжал мыслить в том же направлении. В шесть лет Шерлок смог справиться с мозгами до такой степени, что даже его отправили в нормальную школу, но потом, видимо, все снова вышло из-под контроля младшего Холмса, и он оказался в Eccles Hall School. В восемнадцать, когда брат окончил учебное заведение, Майкрофт забрал его от родителей. - Дай! – Шерлок внезапно протянул руку к рюкзаку Колибри, который лежал рядом с ней на переднем сиденье. - Что он хочет? – женщина обратилась к Мориарти, было заметно, что она тоже уже давно поняла, что их спутник несколько странный. - Не знаю. Некорректный, конечно, вопрос, но что там у тебя лежит? - Оружие, но я ему в руки его не дам, даже не проси, – наемница оказалась свидетелем той сцены. – Я не знаю, кто он и почему оказался с вами, но он слишком опасен. Выглядит, как ожившая машина. Женщина говорила так, как будто Холмс не сидел с ними в одной машине, но тот, никак не реагируя на ее слова, просто продолжал держать вытянутую руку. - Я понял тебя. А что еще есть? - Паспорт, кое-какие вещи… При слове о документе Шерлок нервно, нетерпеливо дернул рукой. - Ему нужен паспорт. - Зачем? – насторожилась Колибри. – Он хочет сдать меня? Джим подумал о том, что если Шерлок хотел бы, то сделал это при первом же звонке брату. - Нет, но его мотивы часто трудно понять. Отдай ему паспорт, тот все равно липовый, я уверен, что ты их часто меняешь. Джим решил не добавлять, что если их спутник не получит то, что хочет, то может выкинуть что-то совсем неожиданное, и воду они сегодня точно не привезут. Женщина порылась в рюкзаке и вложила документ в протянутую руку. Холмс открыл, пару секунд смотрел на него и, закрыв, бросил на рюкзак, появилось ощущение, что он сфотографировал паспорт. Только сейчас Джим задумался о том, как же живется единственной в их отряде женщине среди боевиков. - Тебе, наверное, нужен отдельный вагончик? – произнес Мориарти, рассуждая вслух. - Обойдусь. Мне не привыкать, – жестко прервала его Колибри. Впрочем, грубостью с ее стороны Джим был не удивлен: между ними стоял Себастьян, который по-прежнему ничего не замечал, занятый постоянным присмотром за лагерем. На этот раз поездка для Джима оказалась действительно продуктивной. Один правильный ход, и поражены сразу две цели. Все, что Мориарти делал: девочка в Англии, общение со стариком – наконец, окупило себя по-настоящему. На этот раз они остановились на краю, не въезжая в сам лагерь. Джим, увидев Морана, вышел из машины и поманил подчиненного к себе: - Ты понимаешь, что это? Джим помахал перед военным флаконом из темного стекла. Снайпер на минуту задумался: - Это то, о чем я думаю? Яд? - Именно! Нельзя недооценивать противника, Себастьян. Они пошли тем же путем, что и мы, вопрос был только в том, чью сторону примет старик. Если бы мы его тогда искалечили или похитили ребенка, он бы уже завтра радовался нашей смерти. А так и девочка у нас, и яд. Старик отдал мне отраву, а им сказал, что добавит ее в воду. У нас есть сутки, чтобы подготовиться к их атаке. До Морана начало доходить. Все действия Мориарти теперь обрели смысл: - Ты гений, Джим! Это был просто отличный план! Ты помогаешь девочке, отправив ее далеко в Англию, и это становится залогом лояльности к нам старика! - Не только. Им стало фактически нечем шантажировать ее деда: ребенок являлся его слабым местом, так что нашим врагам пришлось предложить старику деньги, которые в пустыне не слишком мощный стимул. Себастьян с восторгом приобнял босса за плечи: - Ты второй раз спасаешь наши жизни за последнее время… – видно было, что эмоции просто переполняют военного. Снайпер даже стал выглядеть менее усталым, лицо разгладилось, из глаз ушла озабоченность. - Ты сейчас смотришься, ей богу, как гордый папаша, сын которого только что выиграл мировую олимпиаду по математике, – пошутил Джим. - О нет! А вот будь ты женщиной… - Я помню… Ты бы сейчас же на мне женился или, как минимум, сделал предложение, – засмеялся Джим. Мориарти почувствовал, как на нем, будто пронзая, скрестились два взгляда. Они совершенно забыли, что не одни. Колибри и Шерлок наблюдали за этой сценой. Джим на секунду задумался. Моран тоже стал для него семьей, самым близким человеком, имеющим право на счастливую личную жизнь, без страха, что прошлое откроется и очередная избранница оттолкнет снайпера, причинив боль. И та, что готова была принять военного, стояла сейчас совсем близко. Мориарти откинулся чуть назад, чувствуя, как легкое дружеское объятие тут же превратилось в стальное ограждение. Мышцы на руке Себастьяна мгновенно напряглись, поддерживая Джима и не давая ему упасть. Он извернулся и прошептал Морану на ухо: - Здесь есть человек, куда более желающий, чем я, чтобы ты сделал то самое заветное предложение. Снайпер поднял глаза и натолкнулся на взгляд Колибри, которая тут же сделала вид, что смотрит на ближайший вагончик, а потом и вовсе развернулась и ушла. Себастьян отпустил босса и перевел тему: - Мы теперь знаем о планах противника, но этот факт мало что меняет. Нас слишком мало. - Используем то, что они не знают, что мы живы и здоровы. Нападение, скорее всего, будет из-за того бархана утром, – Джим указал направление, потом отошел на несколько метров от лагеря. - Они увидят здесь проход между вагончиками, ведущий на небольшую площадку, там мы и оставим бочку с водой и пару трупов для достоверности, чтобы они подумали, что план сработал, и расслабились. - Заманим их в ловушку. - Именно! Мы в пустыне, здесь тела не разлагаются, а сохнут, значит, вполне можем использовать убитых «Борцов за свободу». Расположим людей на вагончиках вокруг площадки: оттуда обзор лучше. Надо положить на крыши мешки с песком, они защитят наших людей, когда начнется стрельба. - Отличный план, – сказал Себастьян, но Джим не услышал в голосе Морана энтузиазма. Мориарти и сам понимал, что этого недостаточно. - Что он делает? – внезапно спросил снайпер, и Джим обернулся. Шерлок стоял, вытянув руку перед собой, Джим посмотрел на падающую тень и понял, что тот хотел сказать. - То, что надо! – воскликнул Мориарти. – Мы сделаем так…