Полуночный кот

Они заняли столик в темном углу. Прежде чем перейти к расспросам, Мориарти заказал кофе: на что-то покрепче не решился, полагая, что сейчас ему понадобится светлая голова. С Шерлоком по-иному и быть не могло. Джим подался через столик немного вперед к внезапному благодетелю: - Итак, откуда деньги? Холмс молчал довольно продолжительное время, но, осознав, что ответ никому из присутствующих самостоятельно в голову не придет, стал говорить, хотя фразы больше напоминали интригующие заголовки газет, остальное приходилось додумывать: - Ты небрежно бросал отчеты о прибыли своей фирмы по продаже одежды. Она тебя не интересовала. - И что? − пожал плечами Джим. Он и не предполагал, что кого-то могла по-настоящему заинтересовать возня с закупкой одежды, продавцами и арендой. Занятие представлялось ему крайне муторным и нудным, и совершенно естественным казалось, что такая деятельность приносит жалкие крохи. − Как связаны эти деньги и не прибыльная деятельность моей конторы? - Прямая связь. Здесь изначально заложена ошибка, − Шерлок указал на голову Мориарти. − Отсутствие интереса. Холмс замолчал, уставившись на чашку Джима. До того внезапно дошло, что он купил кофе только себе. - Закажите себе что-нибудь и не стесняйтесь: я все оплачу. Не знаю, как вас, а меня пустынная еда слишком достала. Официант, принесите меню. Пока остальные делали заказ, Джим думал над словами Холмса. К чему ведет отсутствие интереса? В большинстве своем, к невнимательности, нежеланию вникать в суть и раздолью для обмана. - Тварь! − Мориарти прикрыл глаза и автоматически потер висок, ожидая, что тьма в голове всколыхнется, но почувствовал лишь слабый отголосок тех бурь, что бушевали в таких случаях. Будь он сейчас в Лондоне, немедленно отправил бы Морана разделаться с управляющим. - Джим? − тревожный голос подчиненного заставил Мориарти открыть глаза. Этот жест являлся сигналом для военного – сейчас начнутся проблемы. - Все в порядке, Себастьян, − Джим успокаивающе поднял руку. − Так ты проанализировал отчеты и понял, что с ними что-то не так? − обратился он к Холмсу. Ответа не последовало, Шерлок просто пил свой кофе маленькими глотками, из еды перед ним ничего не было. - Может, все же пояснишь, что ты сделал? − Мориарти уже начал злиться, но на ненормального гения всё это не произвело никакого впечатления. Быстро обучаемая машина просто продолжала подносить напиток ко рту с отсутствующим видом. Джим резко выдохнул, пытаясь прийти в равновесие и снова собрать из кусочков единую картину. Теперь очевидно, что управляющий систематически обманывал его, пользуясь тем, что учредитель совсем не интересуется делами фирмы. Шерлок, находясь в квартире Джима, провел анализ цифр в бумагах, присылаемых из бухгалтерии, и нашел ошибку, но не соизволил сказать об этом Мориарти: прибыль оказалась в разы больше, чем показывал Джиму подчиненный. В нужный момент Холмс просто воспользовался тем, что у мошенника, занимающегося фирмой Мориарти, была генеральная доверенность с правом продажи, и дистанционно, от лица владельца, заставил его совершить сделку. В голове всплыла сцена: Мориарти вырывает свой гаджет у Шерлока и только видит, как с личной почты уходит письмо с содержанием: «Продавай». Джим не сомневался, что Шерлок просканировал все его письма, чтобы воспроизвести в переписке его манеру. Джим даже подумал о том, что, скорее всего, не обошлось без угроз. Моральная часть вопроса не относилась к сильным сторонам гениальной машины. Интересно, чем же тот давил на управляющего: грозил передать дело полиции, или все же обещал разрезать на идеально равные части? Покупателем конторы Мориарти наверняка выступили конкуренты, чтобы присоединить к себе или уничтожить сеть магазинов. Далее Джим продолжил рассуждать: деньги нельзя было отправить на счет кого-либо из присутствующих, так как после смерти снять их будет невозможно. За исключением… Колибри. И снова всплыла картинка: Холмс протягивает руку к рюкзаку наемницы, и Джим говорит: - Отдай ему паспорт, тот все равно липовый, я уверен, что ты их часто меняешь. Но напрямую Шерлок переводить не стал бы: слишком рискованно и легко отследить. Холмс не расставался с ноутбуком Мухаммеда, значит, у того, скорее всего, имелся счет где-то в оффшорных зонах, а доступ к управлению средствами осуществлялся с компьютера: вряд ли Шайбани часто покидал деревню. Деньги поступили на счет террориста, а дальше Холмс перегнал их на счет Колибри, который открыл на ее паспортные данные, и заказал наличные в банке. Наемница при выходе из финансового учреждения выглядела не менее ошарашенной, чем сам Джим. Женщина тоже не ожидала, что у нее столько денег. Все было продумано до мелочей. - Наверное, я должен сказать тебе спасибо, − обратился Мориарти к Шерлоку, произнося эти слова через силу, так как знал, что тот ждет за свои услуги гораздо большего, но Холмс ушел в себя и смотрел куда-то сквозь Джима. - Сколько времени потребуется, чтобы сделать новые документы? − Джим задал вопрос Колибри. - Завтра будут готовы, если закажем сегодня. - Отлично! − Мориарти незаметно вытащил из кейса пачку денег и передал ей под столом, почувствовав, наконец, что уже завтра станет полностью свободным. − А теперь я хочу горячий душ, нормальный кофе, − Джим брезгливо поморщился, бросив взгляд на чашку перед собой, − и самый лучший номер в этом городе. И останется единственное, с чем я готов ненадолго смириться, − это отсутствие нормального секса. Джим отрицательно едва заметно качнул головой в ответ на быстрый взгляд парня с яркой внешностью, который тут же уставился в свою тарелку, как будто только что не задал молчаливый вопрос. Это Восток, и здесь слишком опасно афишировать свою ориентацию − эту информацию он отлично усвоил. - Я снял бы что-нибудь подешевле… − начал Моран. Джим жестом остановил подчиненного, все было понятно с полуслова: Себастьян, как и он сам, какие-то часы назад остался без денег. - Предлагаю поделить сумму на всех. Эти деньги упали на меня с неба… Но снайпер и наемница энергично отрицательно покачали головами. - Значит так, − Джим понял, что просто так отдать деньги не удастся, − Колибри, тебе я задолжал пятьдесят тысяч за операцию, а тебе, Себастьян, − сто, так что хотите вы, или нет, а долг я отдам. Шерлок… − консультант бросил взгляд в сторону Холмса, который не проявлял совсем никакой заинтересованности в происходящем, и понял, что тот живые деньги и в руках-то не держал и никогда сам ими не распоряжался. Из дома больной выходил с Джоном, а покупал ему все Майкрофт. В этом походе Шерлок ни разу ни за что не платил. Место для самостоятельности политик младшему брату не оставлял. – Ладно, − Мориарти решил оставить этот вопрос на попозже. Они разошлись в центре города: Моран с Колибри пошли делать документы, а потом все же снять номер подешевле, Джим с Холмсом направились к дорогому отелю. Джим проигнорировал насмешливый взгляд военного, который незаметно для остальных одними губами произнес: «Даже не надейся», − и оказался прав. Джим снял два отдельных номера и сопроводил Шерлока до его комнаты. Оставшись один и решив все проблемы, Мориарти, наконец, в полной мере осознал, что вышел сухим из воды: живым и с деньгами. Свобода и вкус победы ударили в голову не хуже вина. Хотелось выплеснуть эмоции − он спустился к пустынному пляжу и, швырнув с размаху пару увесистых камней в темно-синюю воду, прошептал: «Вы все проиграли». В городе после полудня было уже не так жарко, и Джим с удовольствием прошелся по дорогим магазинам, заменив рубашки, испорченные пустыней, посидел в дорогом ресторане, получив настоящее наслаждение от еды. Сервис в городе оказался на высоте, а жители − открытыми и дружелюбными. Восток, по большому счету, ощущался только в старинных зданиях, которые соседствовали с современными, да и в некоторой отстранённости женского населения, несмотря на их весьма откровенную одежду. Вернувшись вечером в отель, после того как освежился, Мориарти начал подумывать, не предаться ли ему развлечениям ночного города, но, увлекшись выбором в купленном планшете нового места жительства, так и остался в номере, в брюках и расстёгнутой рубашке. Джим наслаждался прохладным воздухом из кондиционера и мягкой кроватью, на которой устроился полулежа, подложив подушки. Ужин, который он заказал в номер, так и остался нетронутым: чрезмерное количество мыслей было в голове, и слишком много эмоций от открывающихся возможностей. При этом Джим не забыл и о Шерлоке и заказал еду и ему, с трудом вспомнив, что же там писал Майкрофт о том, чем кормить больного. Когда часы показали полночь, раздался такой предсказуемый и настойчивый стук в дверь. Мориарти решил не открывать, надеясь, что Холмс уйдет, но в конечном итоге услышал, как тот съехал по двери на пол, намереваясь спать под дверью, привлекая к ним ненужное внимание. Ничего не оставалось, как впустить гостя. Джим снова сел с планшетом на кровать, но Шерлок, устроившись сзади, потянул его рубашку за воротник вниз, намереваясь снять. - Черт с тобой, − Джим позволил ему это, но ночной визитер не остановился и потянулся к его ремню. Мориарти передернуло от воспоминаний, как Холмс нервно и нетерпеливо шарил руками по его телу, но тут до него дошло, что тот делает, и теперь Джим уже ужаснулся тому, что упустил момент, когда научился без слов понимать ненормально поклонника. В действиях Шерлока не было сексуального подтекста − Холмс просто хотел, чтобы он лег в кровать. В принципе время было позднее, и Джим устал, так что он сам разделся и устроился в постели. Шерлок уже без одежды тут же прижал с силой его к себе, как будто боялся, что Джим сейчас убежит и он останется в комнате совсем один. Мориарти даже показалось, что шум вычислительных машин в голове Шерлока затих и воцарилась тишина. Для Холмса начиналась совсем другая жизнь, а привычная осталась навсегда позади, и если бы Мориарти не узнал его довольно хорошо за это время, то подумал бы, что тому страшно. Холодный нос уткнулся Джиму куда-то в плечо, а руки стальными канатами передавили живот. Он не выдержал и слегка похлопал Шерлока по руке, одновременно и успокаивая, и показывая, что ему не комфортно. Объятия ослабли, теперь ровное теплое дыхание соседа согревало ухо, можно было подумать, что брат Майкрофта уснул, но Джим знал, что тот просто замер и пытается настроить машины в голове по-другому. Сейчас до Мориарти дошло, какую обузу он взвалил на себя: при всей своей гениальности младший Холмс оставался оторванным от реального мира и простой жизни. Шерлоку по-прежнему требовался посредник, такой, как Джон Ватсон, чтобы общаться с окружающими и присматривать за ним. Встретились они все уже в аэропорту. - Куда, Джим? Будем скрываться в Мексике, Панаме? − спросил Себастьян. - В Рио-де-Жанейро, − безрассудно взмахнув куда-то вверх новыми очками от Диора, заявил босс и в ответ на удивленный взгляд снайпера пояснил. − Полтора миллиона человек, и все поголовно в белых штанах, − процитировал Джим Остапа Бендера, полностью уверенный в том, что никто его не понял, так как они вряд ли читали «Золотого теленка», и продолжил. − Я хочу настоящей свободы, а не сидеть, как крот в норе. В этом городе мне сейчас не хватает праздника. Моран, улыбаясь, сжал плечо начальника: - Узнаю прежнего Джима. Рио так Рио. - Я тоже хочу в белых штанах, − произнес Шерлок реплику Балаганова из того же произведения, чем очень удивил Мориарти. В брате Майкрофта что-то изменилось после ночи в отеле, но пока Джим не смог определить для себя, что же именно. В Рио они пробыли недолго и осели в довольно большом городе на побережье. Джим снял дом, в котором должно было хватить места ему самому и Холмсу, так, чтобы не сталкиваться без необходимости. От врача Шерлок наотрез отказался, Джим просто нанял тому домработницу, которая ставила посуду перед ним в правильном виде и развешивала однотипные костюмы строго по линейке. Самому Мориарти спокойная жизнь быстро наскучила, как и Себастьяну, который поселился с Колибри, и они связались с контрабандистами, помогая переправлять нелегальный товар в страну. Чем занимался брат Майкрофта, Джим не интересовался, и дома тот, или нет, сходу ответить не мог. Только в полночь теперь уже не форточка, а приоткрытая дверь неслышно отворялась, и сожитель проскальзывал к нему под одеяло. Порой Холмс мог всю ночь проспать, прижимаясь сзади, иногда просто лежал на животе Джима, и тот невольно перебирал кудри Шерлока, если что-то в идеально продуманном плане шло не так. Если Джим был до этого с кем-то, то ночной посетитель тревожно изучал его тело, повторяя все движения очередного любовника, но далеко не заходил. Даже себе Джим не признавался, что привык к этим визитам. Пару раз Мориарти даже подумывал переехать, но именно этот момент его останавливал, а самое глупое, что в чьей бы постели Джим ни находился, он оставлял партнера и возвращался к полуночи домой, так что Шерлок ни разу не застал его спальню пустой. Мориарти все ждал, что газеты Англии заполнят заголовки с его именем, а в статьях окажется весь перечень преступлений, ведь так было всегда, когда погибали помощники чиновника, но прошло уже несколько месяцев, а пресса по-прежнему молчала. Только Майкрофт публично заявил, что смерть брата стала слишком большим потрясением, в связи с чем он покидает большинство постов, которые занимал. На старшем Холмсе остались только внешние военные операции. Политик рассказал журналистам, что теперь он много времени проводит на Бейкер-стрит, посещая жилище Шерлока, и подолгу сидит среди вещей младшего брата, так как даже могилы, куда он мог бы прийти, нет. Это утро не отличалось бы ничем от других, если бы не Холмс, который стянул с головы Джима одеяло, которым тот закрылся от бьющего в окно солнца. Было, наверное, уже около полудня, но вставать Мориарти пока не собирался. Шерлок бросил на кровать ноутбук со словами: - Мне надо на Бейкер-стрит, − произнеся их таким тоном, словно Англия находилась в пятнадцати минутах ходьбы от Бразилии. Джим, щурясь, попытался разглядеть на экране компьютера причину внезапного решения Холмса. Сначала он увидел какие-то корабли и имя Майкрофта большими буквами. Джим откинулся на подушку, прикрыл глаза, собрался с мыслями и сел, наконец, полностью сосредоточившись на экране. В статье шла речь о борьбе с пиратами возле берегов Африки, и Англия решила принять в этом участие. Обязанность возглавить операцию возложили непосредственно на Майкрофта Холмса, который планировал лично присутствовать на одном из кораблей. Дальше вкратце указывалась суть того, как предстоит действовать военным. Даже Джиму, имевшему познания о судах исключительно с точки зрения того, что и как спрятать в трюме, было ясно, что это самый глупый план из всех, что он видел. Пираты легко устроят ловушку военным кораблям, и погибнет много людей, в том числе… И тут до Мориарти дошло − и Майкрофт! То, что Джим видел перед собой, − полная ерунда: - Шерлок, послушай меня. Он выманивает тебя! Он знает! - Я должен попасть в квартиру на Бейкер-стрит, − упрямо повторил младший Холмс и бросил перед ним план операции, бумага была пожелтевшей, видимо, специально состаренной. - Мне надо положить это на стол к тем документам, что там лежат. - Значит, военные давно задумали поучаствовать в борьбе с пиратством? Шерлок кивнул. - И ты думаешь, что Майкрофт найдет твои якобы старые записи и изменит всё? И снова кивок. Стало ясно, что младшего Холмса не остановить. Пришлось подниматься: одного Шерлока отпускать было нельзя. Попасть в квартиру оказалось на удивление легко. Старый ключ Шерлока подошел, а миссис Хадсон, вероятно, годами не меняла расписание своей жизни, так как Холмс до минут мог сказать, сколько ее не будет. Рано утром женщина отправилась за хлебом в магазин, вот тогда они и вошли. - Полчаса, − оповестил Джима бывший жилец этой комнаты о времени ее отсутствия. Пока Шерлок укладывал бумаги одному ему понятным образом, Мориарти разглядывал комнату, находясь в ней впервые. Бросались в глаза гигантские книжные шкафы и неестественно ровные и одинаковые стопки папок с записями. Джим подошел к камину и провел рукой по деревянной полке, внезапно пальцы наткнулись на препятствие в виде маленького конверта, на котором было выдавлено: «Лично Джиму Мориарти». Он быстро и незаметно сунул послание в карман. Уже на улице Джима просто замучило любопытство, и он кивнул на ближайшее кафе: - Зайдем. Шерлок послушно пошел за ним внутрь. Зал оказался поделенным на две части. Они направились в дальнюю. - Закажи себе что-нибудь. Я сейчас приду, − с этими словами Джим оставил Холмса и направился как будто в туалет, на самом же деле сел в углу другого зала за столик и вынул послание из конверта. Джим сразу узнал почерк Майкрофта: «Если вы читаете это письмо, то, к моему большому удивлению, еще живы, и вам надо переосмыслить ситуацию, пока не стало поздно. То, что написано ниже, возможно, шокирует вас, но у вас нет повода не доверять мне. Вы ведь уже все поняли и регулярно просматриваете английские газеты. Наверняка вас удивляет факт того, что вы не стали до сих пор героем дня и, готов уверить вас, что и не станете». Мориарти положил бумагу на стол и потер висок. В голове что-то щелкнуло, и неоновой вспышкой ужасное понимание начало заполнять мысли. Джим не победил, его просто знатно обвели вокруг пальца.