Любовь без границ

      Когда Вика открыла глаза, часы показывали 15 минут по полудню. Ей показалось странным, что родители не разбудили ее раньше, но она была рада, что они дали ей выспаться.       Девушка встала с кровати и подошла к окну. Небо было затянуто тяжелыми серыми тучами и деревья колыхались от ветра. Подобная погода полностью соответствовала настроению фигуристки.       Она вошла в свою ванную комнату и умылась. Посмотрев на свое отражение в зеркале, Вике стало не по себе, в таком ужасном виде она была лишь однажды, когда сильно болела воспалением легких. Серые круги под глазами, воспаленные глаза от пролитых за последние сутки слез, потрескавшиеся губы.       Вика расчесала запутавшиеся волосы, заплела их в косу и сразу решила отправиться к отцу.       Виктор сидел у себя в кабинете и перебирал разное барахло, накопившееся у него в рабочем столе, когда услышал скрип открывающейся двери. Он покосился в сторону исходящего противного звука и на секунду задержал взгляд на дочери, но продолжил дальше заниматься начатым делом. Вика прикрыла дверь, молча села на кушетку и наблюдала за отцом.       Никифоров еще какое-то время перебирал вещи, а затем удобно устроился в кресле, сложив руки в замок и опершись о них подбородком. Когда он посмотрел прямо в глаза дочери, та отвела взгляд, слишком много разочарования и непонимания девушка увидела во взгляде отца.       Молчание длилось недолго, но что Виктору, что Вике казалось, будто они уже час так молча сидят, не в состоянии найти нужных слов. Затем Виктор застегнул спортивную домашнюю кофту до самого верха, натянул рукава и сложил руки накрест на груди.       - Вика, я хочу услышать, когда и как все это началось, - слова давались экс-фигуристу тяжело, его просто переполняли и душили чувства.       Виктория посмотрела на отца глазами, полными слез, но, смахнув их рукой, все-таки не заплакала, а собралась духом и начала.       - Это началось в тот день, когда он пришел к нам в гости, - девушка выдержала паузу, глубоко вдохнула и продолжила. – Он тогда предложил с ним потренироваться, а я согласилась. Правда я согласилась лишь потому, что обижалась на тебя из-за Никиты.       - Из-за Никиты? Почему? – перебил Виктор.       - Я услышала, как ты рассказывал маме о его таланте и так далее, мне стало обидно, ведь ты так воодушевленно о нем говорил и я… Короче, я обиделась, а может просто приревновала, я не знаю, но именно поэтому согласилась на тренировку с Юрием.       - Почему ты мне не сказала, что тебе неприятно, что ты обиделась? Ты действительно думала, что я бы смог тебя променять на какого-то другого фигуриста? – все так же не понимал Никифоров.       - Дело вовсе не в том.       - А в чем тогда? – мужчина немного повысил тон.       - На тот момент я еще была зла на тебя из-за переезда. Мне было очень тяжело еще долгое время, ровно до тех пор, как мы начали тренироваться с Юрием. С первой же тренировки мне понравилось с ним работать, не то что бы с тобой не нравилось, просто с ним было как-то по-другому. Сначала мы договорились об одной тренировке, а потом я сама начала его доставать, чтобы потренироваться хотя бы еще раз. Он ни в какую не хотел соглашаться, но я его уломала. На второй тренировке он мне заявил, что это последний раз и чтобы я даже не поднимала эту тему. Юрий еще переживал, что ты скажешь на это, не начнешь ли ты ревновать, но мне было все равно, в тот момент он уже… начал мне нравиться что ли.       После последней фразы губы Виктора скривились, а в уме он выругался, но не стал перебивать дочь.       - Когда закончилась наша вторая, то есть последняя, тренировка, он предложил отвезти меня домой, а я согласилась, потому что не хотела тебя отвлекать, да и я заметила, что ты тогда тоже на меня обиделся. В общем, по дороге домой мы застряли в пробке и разговорились, и так получилось, что я ему созналась кое в чем, в чем не осмеливалась сознаться вам с мамой… - Виктория замялась. Хоть она и решила выложить все на чистоту, но об этом не осмеливалась рассказать, да и не планировала.       - В чем ты не могла нам сознаться? – настороженно спросил Виктор.       - В общем… Я хотела бросить фигурное катание… - почти шепотом промолвила девушка.       - Что? Как это бросить? С каких пор? – Никифоров смотрел на дочку круглыми глазами полными непонимания.       - Давно, пап… Я задумывалась об этом еще в Японии.       - Бог ты мой…. Оказывается, я совсем тебя не знаю, Виктория, - Виктор закрыл глаза руками и откинулся в кресле. – Это мы еще обсудим подробней позже, рассказывай дальше.       - Дальше я рассказала об этом Юрию, и он был искренне удивлен. Но я ему так же сказала, что из-за него мне перехотелось все бросать. Он спросил меня, что я планирую дальше делать, и я сказала, что после зимних расскажу вам с мамой, что больше не хочу кататься.       - О Боже… - Виктор схватил себя за волосы и был готов их вырвать. Дочь удивляла и ранила его все больше и больше. – Ты хоть понимаешь, какого мне сейчас слушать это? Ты понимаешь, что ты – смысл моей жизни? Я живу ради того, чтобы сделать все, чтобы ты стала лучшей из лучших, чтобы ты добилась еще большего, чем я когда-то, чтобы ты ни в чем никогда не нуждалась…. А ты сейчас говоришь мне, что хотела бросить фигурное катание, а этот… вернул тебе желание кататься… Ты понимаешь, как я себя чувствую, Вика?       - Представляю, пап, но я думаю, что сейчас ты хочешь, чтобы я была искренняя в своих словах, поэтому я рассказываю тебе все, как оно есть.       Виктор шумно выдохнул воздух через рот и приказал дочери продолжить.       - Когда Юрий сам пришел к нам домой и начал просить на счет совместных тренировок, я была удивлена не меньше твоего. Когда я его спросила, почему он пошел на это, он ответил, что ему очень жаль, если я заброшу фигурное катание, так как у меня врожденный талант и огромный потенциал, и он, как тренер, не может этого допустить. В общем, так он вернул мне желание кататься дальше.       Вика замолчала и дала отцу время, чтобы он переварил все выше сказанное.       - Значит, ты столько времени меня обманывала? – спросил Виктор голосом, в котором слышалось полно обиды и разочарования.       Виктория посмотрела в его грустные глаза и слезы полились по ее щекам. Она совсем не хотела плакать, но не могла контролировать этот процесс. Слезы сами по себе котились горохом по горячему раскрасневшемуся лицу.       - Я не хотела… - это все слова, которые смогла выдавить из себя девушка.       - Не хотела, но делала, - зло сказал Никифоров. – А дальше? Что было дальше? Как дошло до того, что …. Вытри слезы, поздно плакать!       - Дальше я призналась Юрию в любви, - почти прошептала фигуристка.       - Как призналась? Что, в один момент подошла к нему и призналась?! – мужчина злился все больше.       - Да, в один момент подошла и призналась! Что тут не ясно-то? – Викин голос тоже срывался на крик.       - Не дерзи мне! Тебе еще нет из-за чего психовать, уж поверь мне, - крикнул мужчина и ударил кулаком по столу. – Дальше что было? Не тяни, выкладывай все как есть, добивай меня.       - Юрий сначала меня отвергнул, сказал, что это пройдет, что это просто временная влюбленность, но потом он понял, что это не так. Он начал наводить аргументы типа того, что он вдвое старше, что у него было много женщин, что он не привык кого-то любить и заботиться о ком-то кроме себя самого.… Но потом вышло так, что я напомнила ему о его первой и единственной любви. Он сопротивлялся, но потом признал, что тоже испытывает ко мне чувства.       - Это он тебе сказал?       - Да, но и я сама чувствую это…       - Перестань! Я не хочу больше слышать ни слова! Как можно было повестись на такой глупый развод?!       - Это не развод! Он даже переживал, как ты отреагируешь на данную ситуацию, он не хотел заводить никаких отношений со мной из-за того, что ты его друг…       - Я ему не друг! – взревел Виктор, подорвался со стула и еще раз ударил кулаком по столу со всей силы. – Я услышал достаточно, иди в свою комнату и старайся не попадаться мне на глаза, Виктория. Хотя бы сегодня, - шипел от злости Никифоров.       Дважды повторять не было нужды. Вика сразу выбежала с кабинета и побежала к себе. Она упала на кровать и горько плакала, она знала, что отец будет зол, но не ожидала, что настолько.       Не прошло и пяти минут, как Виктор влетел в комнату дочери и сам продолжил разговор.       - Ты плачешь? Это мне надо плакать, слышишь? А если слухи доползут до прессы? Ты представляешь, что будет тогда?       Виктория не отвечала, продолжала всхлипывать и вытирать слезы о подушку.       - А это что за цветы? – удивился Никифоров. – Это он тебе принес? Конечно же он, кто еще…       Мужчина открыл окно и швырнул цветы вместе с ведром вниз. Ведро разбилось, а цветы рассыпались под окном, возле того самого дерева, по которому Плисецкий недавно карабкался.       Никифорова зарыдала еще громче, а Виктор закрыл окно и вышел, хлопнув дверью.       В то самое время Юрий лежал у себя в кровати и запивал водой очередную порцию обезбаливающих таблеток. Он так же думал над тем, что в скорое время надо будет посетить Никифоровых, но сперва нужно немного отойти.       13:33 Кому: Никифорова       "Скоро увидимся, милая"