Пересечение путей

Ночной Хогсмид поражал своей красотой и атмосферой, возможно, даже больше обычного. Лили поняла это в тот же момент, когда очутилась прямо перед «Тремя метлами». Быть может, она не замечала этого раньше из-за вечно толпящихся и толкающихся студентов, а возможно, ей просто никогда не удавалась увидеть деревню, освещенную лишь ярким светом луны и желтых фонарей. Но сейчас Хогсмид выглядел как никогда волшебно. С этими мыслями Лили направилась в сторону замка. Оказавшись наконец перед главными воротами, девушка взмахнула палочкой у себя над головой, возвращая свою обычную внешность. Сильно нервничая, она завязала свои темно-рыжие волосы в неряшливый пучок, и с быстрым движением руки ворота Хогвартса открылись, пропуская девушку внутрь. Лили не знала точно, сколько сейчас было время, но в коридорах замка было уже пусто. Несмотря на это, девушка все равно решила на всякий случай пройти через тайные проходы, ведь даже если у студентов уже наступил комендантский час, это не означало, что все его соблюдали. Уж Лили точно это знала. За все время, что она была старостой школы, ей удалось переловить с несколько десятков ребят, решивших незаметно прогуляться по ночному Хогвартсу. Черт, да даже она, бывало, порой нарушала правила и сбегала из гостиной Гриффиндора. Наконец Лили добежала до кабинета директора, но, увидев знакомую горгулью, девушка запаниковала. Она не приходила на собрания с конца сентября, прошло уже больше шести недель. — Сахарные перья? — неуверенно произнесла девушка, но горгулья не сдвинулась с места. Лили глубоко вздохнула, пытаясь выровнять дыхание, и тихо выругалась про себя. — Ну, естественно, он давно уже сменил пароль. Просто блестяще. Эм, летучие шипучки? Шоколадные лягушки? Шоколадные котелки? — Лили стала быстро перечислять все знакомые ей лакомства. Как только с ее языка сорвалось «котелки», горгулья проснулась и стала медленно отъезжать в сторону, пропуская Лили внутрь. Она тихо вскрикнула от радости, но сразу собралась и, поднявшись по лестнице, постучала в дверь. Услышав голос Дамблдора, Лили толкнула ее и тут же замерла прямо в проходе, когда перевела взгляд на присутствующих. Напротив директора сидели Марлин и Поттер собственной персоной. В то время как парень удивленно уставился на девушку, блондинка сосредоточенно колдовала над каким-то предметом. Лили почувствовала, как ее щеки наливаются румянцем, поняв, в каком виде она предстала перед ними: с неряшливым пучком на голове, одетая в мятую футболку, раскрасневшаяся, так еще и чуть дышала после небольшого марафона от «Трех метел». Не лучшее ее появление. Стараясь не обращать внимания на все еще пораженного Поттера и его будто потемневшие на пару тонов глаза, Лили неуверенно шагнула в кабинет и прикрыла за собой дверь. — Профессор, — произнесла девушка, — кажется, сегодня вечером я увидела кое-что очень важное в «Дырявом котле».  Дамблдор коротко кивнул, прося ее продолжать. Лили глубоко вздохнула и, смотря на какой-то необычный серебряный предмет, висевший над головой директора, окунулась в свои воспоминания. Лили рассказала про Арчибальда, про то, когда он впервые пришел в бар, как вел себя все это время, описала Пожирателя смерти, которого встретила этим вечером и передала разговор Эдвина с тем мужчиной. — Я знаю, что мы не можем ничего сделать с яйцами дракона, но, может быть, вы попросите мистера Грюма отправить несколько авроров или что-то в этом роде? В конце концов, они относятся к классу «А» и запрещены в продаже, — пролепетала без остановки Лили. — И мы должны остановить этого мужчину, потому что я уверена, что он один из Пожирателей смерти. — У вас завтра есть смена в «Дырявом котле»? — наконец перебил ее Дамблдор. — Да, с четырех до полуночи, — ответила девушка. Она решила работать в две смены несколько ночей подряд, чтобы потом взять выходные на неделю, так что теперь до следующего понедельника Лили была свободна. Дамблдор кивнул и, что-то быстро написав на небольшом пергаменте, повернулся к Поттеру. — Мистер Поттер, как думаете, сможете ли вы завтра сопровождать мисс Эванс в «Дырявый котел»? Если же нет, то я прямо сейчас напишу Аластору, но не совсем уверен, что он сумеет найти кого-то за такой короткий срок. Глаза Лили расширились, и она изо всех сил старалась сдержать себя, зная, что если сейчас откроет рот, то обязательно скажет какую-то глупость или начнет умолять заменить Поттера на кого-нибудь другого. На лице Джеймса появилась, она бы даже сказала, маска профессионализма, и, выпрямившись на стуле, он коротко кивнул директору. — Конечно. Мне следует пойти под прикрытием или нет? — спросил он, сделав акцент на последнем слове. — Как вам будет угодно, — ответил ему Дамблдор и перевел взгляд обратно на Лили. — Есть что-то еще, что вы хотели бы мне рассказать, моя дорогая? Она постаралась заглушить всю панику и ярость, возникающую внутри нее, и сосредоточиться на главном. — Да, он еще говорил что-то об этих выходных. Сказал, что очень жаль, что они не смогут так быстро начать использовать драконов, но я не знаю, что он имел в виду. После ее слов морщины на лице директора стали более заметны. Дамблдор быстро схватил еще один лист пергамента и окунул перо в чернильницу. В кабинете наступила гробовая тишина, которую нарушало лишь тихое жужжание таинственных серебряных приборов и звук царапанья пера по пергаменту. Эти несколько минут стали самыми неловкими за всю ее жизнь. Даже когда Макгонагалл поймала Лили в кладовке для метел в обнимку с ее бывшим парнем, девушка не чувствовала себя настолько ужасно, как сейчас. Лили принципиально не смотрела на Поттера, но чувствовала, как он пялился на нее. На Марлин девушка тоже не могла смотреть (точно так же, как и на будто осуждающие ее портреты). Поэтому в течение этих долгих пяти минут Лили, не отрываясь, рассматривала свои старые и немного потертые кроссовки. — Мистер Поттер, — наконец произнес Дамблдор, разрушив эту нагнетающую тишину, — идите вместе с мисс Эванс и обсудите все меры предосторожности для завтрашней операции. Мисс Маккиннон, останьтесь еще ненадолго, если вы не возражаете. У меня есть пару вопросов, которые я хотел бы обсудить только наедине, — не произнося больше ни слова, директор постучал пару раз своей палочкой по пергаменту, и послание исчезло в пламени огня. — Конечно, профессор, — произнесла Марлин и, закинув ногу на ногу, искоса посмотрела на встающего со своего места парня. Лили поняла, что их разговор окончен и, пожелав всем спокойной ночи, вышла из кабинета, стараясь не хлопнуть со всей злости этой чертовой дверью. Девушка быстро спустилась по лестнице и помчалась по коридорам замка, но, услышав знакомый топот ног за спиной, она пришла только в большую ярость. — Эванс! — окликнул ее Джеймс, все еще находящийся далеко от нее. Лили ускорила шаг, но уже чувствовала, как парень догоняет ее. — Эванс! Эй, Эванс! Лили! — Наконец догнав девушку, Поттер протянул руку, чтобы схватить ее за запястье, но Лили обернулась раньше и тут же оттолкнула его. — Эванс… — Не смей больше звать меня «Эванс», Поттер! — прошипела Лили и с силой толкнула парня. Не ожидая такого, он отступил на пару шагов. — Какой же ты придурок, идиот и чертов позер. — Я не… — Шесть недель! — еще громче выкрикнула она, даже не заботясь о том, что они могли разбудить весь замок. — Прошло шесть гребаных недель, и теперь ты появляешься, просто зовешь меня «Эванс», будто ничего и не было? — Ее вспыльчивый характер и закончившееся терпение не желали выслушивать жалкие оправдания Поттера. Джеймс ловко уклонился от ее руки, намеревавшейся со всей силы вновь зарядить ему по лицу. — Я был на рейде, — беспомощно произнес он и, стараясь обезопасить себя, выставил перед Лили руки. — О да, я знаю, — тихо сказала девушка. — И, конечно же, я должна была узнать об этом только на прошлой неделе, да еще и от Сириуса, который, кстати, сказал, что тебя не было всего неделю. Так и где же тебя носило больше месяца? Естественно, я не ждала, что ты устроишь вечеринку в мою честь, но ты мог хотя бы заглянуть ко мне ненадолго и сказать, ну не знаю, что-то типа: «О, Лили, здравствуй, приятно видеть, что ты все еще жива. Я, кстати, тоже жив, если тебе интересно». — У меня были дела, — огрызнулся Джеймс, нервно проводя рукой по своим волосам. — Моя жизнь, если ты еще не поняла, не крутится только вокруг тебя, — он тут же пожалел о сказанных им словах. Глаза Лили расширились, и, сделав шаг назад, она почти наткнулась на стену. — Теперь я поняла это, — девушка ухмыльнулась и отвернулась от Поттера. — Прости, что потратила ваше время. И прости за то, что позволила себе вольность подумать, что ты решил тренировать меня, заботясь моей скромной персоне или что-то в этом роде. — Сириус и Марлин ничего не сказали тебе? — Они сказали, что ты гребаный идиот, но, к счастью, я и сама смогла дойти до этого. Джеймс снова протяну руку и в этот раз не стал уклоняться, когда Лили снова решила оттолкнуться от него. Он схватил девушку за плечо и повернул так, чтобы она не смогла выскользнуть. Лили скрестила руки на груди и гордо подняла свою голову, несмотря на странный блеск в ее глазах. — Мне не все равно на тебя, Эванс, и в этом моя проблема, — произнес он почти шепотом, глядя ей прямо в глаза. Лили закатила глаза и в этот раз сумела наконец вырваться из его рук. — Обалдеть. Так вот как ты показываешь кому-то, что он тебе небезразличен? Избегаешь его? Как это похоже на тебя, Поттер. Джеймс пропустил мимо ушей ее колкость и сделал к девушке еще один шаг. — Я не понимаю, как после всего, что случилось, ты хочешь общаться со мной. Я ведь взял на себя ответственность подготовить тебя к этой миссии, а в итоге чуть не убил. — Ты не… — Успокойся, Эванс, — перебил он Лили. — Из-за меня тебя чуть не убили. Естественно, я буду избегать тебя, потому что едва могу смотреть тебе в глаза. — Поэтому ты избегал меня все это время? Потому что какой-то глупый Пожиратель ударил меня головой о стену, — безэмоционально произнесла она и Джеймс кивнул. — Я будто попала в какую-то мелодраму, — пробормотала Лили и снова посмотрела на парня. — Ты хоть на секунду задумывался о том, что я действительно чувствую? Я безмерно благодарна тебе за то, что ты спас мне жизнь. — Никакой нормальный человек не был бы благодарен тому, кто чуть не убил его! — Ты ничего такого не делал! — Нет, сделал! — Господи, да в чем твоя проблема? — воскликнула Лили и слегка толкнула парня. — Я думала, ты сказал, что тебе не все равно! — Я знаю! — Наконец все его чувства и эмоции вырвались наружу. Джеймс перехватил ее руку и притянул девушку к себе. Когда Лили уперлась ему в грудь, парень наклонился над ней, их носы почти соприкасались друг с другом. — Хочешь знать, в чем моя проблема, Эванс? Отлично. Дело в том, что я действительно беспокоюсь о тебе и беспокоюсь слишком сильно. А потом, не раздумывая, Джеймс наклонился еще ниже и коснулся ее губ. У Лили перехватило дыхание. Парень все еще держал ее руку, но, заметив, что девушка замерла под ним, решил все-таки отпустить ее и уже приготовился к пощечине. Но Лили, вырвавшись из его рук, неожиданно схватила Джеймса за воротник рубашки и, притянув ближе, поцеловала парня в ответ. Джеймс, в порыве толкнув ее, прижал девушку к стене. Их тела стали плотно соприкасаться друг с другом, только больше возбуждая обоих. Лили нежно провела по его волосам рукой и с силой потянула их, заставив парня ахнуть от удовольствия. От ее губ Джеймс переместился чуть ниже, оставляя пьянящие поцелуи на ее шее, пока Лили наконец не оттолкнула парня. Резкий удар по щеке отрезвил его и, переведя взгляд на Лили, он увидел, как девушка гневно смотрит на него. — Пошел ты, Поттер, — прошипела она и пошла вдоль по темному коридору. Все еще находясь в неком трансе, он наблюдал, как Лили медленно отдалялась от него. Парень чувствовал, как его губы все еще пылали от недавних поцелуев, как кровь внутри него будто застыла, а из-за безумного сердцебиения он ничего вокруг себя не слышал. После того как Лили завернула за угол, Джеймс еще долго стоял и не мог пошевелиться. Когда парень наконец пришел в себя, застонав, он ударил головой о стену. Лили была права, он полный идиот.

***

Зайдя в «Дырявый котел», Лили приветственно кивнула Тому и, завязав фартук вокруг своей талии, морально приготовилась к двойной смене. Когда старинные часы, висевшие в углу на стене, пробили четыре часа, колокольчик над дверью негромко звякнул. Ей даже не было нужды оборачиваться, чтобы спиной почувствовать его присутствие, а заодно и вновь нарастающее внутри раздражение, которое почти успело пройти после его визита к ней домой. Лили, замаскировавшись под Кэтрин, уже собиралась уходить и трансгрессировать в бар, когда в ее дверь неожиданно постучали. Она с палочкой наготове открыла дверь, ожидая встретить, возможно, даже какого-нибудь Пожирателя смерти, но перед ней стоял только Поттер, как всегда непринужденно засунувший свои руки в карманы джинсов. Увидев девушку, он улыбнулся и в излюбленном жесте провел рукой по своим волосам. В общем, недолго думая, Лили захлопнула дверь прямо перед его носом. Закончив все свои дела и наложив защитные чары на квартиру, она вышла на лестничную площадку и прошла мимо него, даже не оглянувшись. Да, она определенно все еще злилась не него. Она злилась, потому что он пропал на шесть недель и даже не попытался с ней связаться. Она злилась, потому что он сказал, что слишком сильно за нее переживает. Она злилась, потому что он посмел поцеловать ее прошлой ночью, и это единственные оправдания, которые ей удалось придумать за сегодняшний день. Если бы Лили была до конца честна с собой, то признала бы, что, да, она злилась, но это была малая часть того, что девушка чувствовала тогда. Бесчисленное множество эмоций переполняли ее сейчас, например, гнев… Его было проще всего понять и принять, поэтому она пыталась казаться гораздо злее, чем была на самом деле. Когда он появился на пороге ее квартиры, Лили демонстративно не только не разговаривала с ним, но и отказывалась смотреть на парня. Выйдя из подъезда, она сразу трансгрессировала в бар, не удосужившись даже посмотреть, пошел ли он следом за ней. Конечно, Лили знала, что он пошел за ней, однако не захотела видеть разочарование, отразившееся на его лице. Она стиснула зубы. Лили спиной почувствовала тепло его тела. Парень почти неощутимо коснулся ее своей рукой, и чуть туже завязал ее фартук. Щеки девушки слегка покраснели, но гнев снова вспыхнул внутри нее. Если он не остановится, она сломает ему шею. Лили незаметно шагнула назад и победно ухмыльнулась, услышав пару красноречивых фраз за своей спиной, когда она со всей силы наступила ему на ногу. Девушка не стала ждать его мнения по этому поводу и с небольшой ухмылкой направилась в зал. Арчибальд появился в баре ближе к вечеру, попутно насвистывая свою излюбленную мелодию. В этот раз он решил сесть за барную стойку и, сев на пододвинутый с помощью палочки стул, поставил рядом с ним свой портфель. — Здравствуй, моя дорогая, — улыбнулся он Лили. — Добрый вечер, мистер Арчибальд, — радостно поприветствовала она Эдвина. Она проигнорировала Джеймса, который сразу же подошел к ней, услышав знакомую фамилию, и ловким движением руки вытащила из-под барной стойки чистый стакан. — Чего желаете сегодня? — Как насчет огневиски? — ответил мужчина, положив перед ней золотой галлеон. Лили тут же взяла монету и, подбросив ее в воздух, отправилась за сдачей на кассу. — Не стоит, — Арчибальд небрежно махнул рукой. — В этот раз оставь сдачу себе. Это меньшее, что я могу сделать для моей золотой девочки. Лили довольно усмехнулась и положила сдачу к себе в карман. Джеймс прошел мимо мужчины и, не слишком доброжелательно на него посмотрев, жестом попросил ее подлить еще ликера. Сегодня в баре было намного оживленнее, чем прошлой ночью. Лили подлила паре посетителей еще пива, разнесла несколько блюд и теперь направлялась на кухню, чтобы помыть грязную посуду. — Я мог бы украсть эти яйца прямо сейчас, — прошептал Джеймс на ухо, пока девушка намыливала тарелку, — но Грюм ничуть не меньше хочет поймать этого скользкого гада. Лили раздраженно цокнула языком. — Отвали, — огрызнулась девушка. Он стоял слишком близко. В нос ударил аромат его одеколона, и Лили почувствовала дыхание на своей шее. Несмотря на дувший из открытой форточки октябрьский ветер, в комнате было невыносимо душно. В голове сами собой стали возникать сцены вчерашней ночи, то, как парень прижал ее к стене, и она вдруг подумала о том, что будет, если он повторит это здесь. Вода бы намочила ее одежду, что, возможно, отлично бы охладило ее. Но Том определенно был бы в ярости. Покраснев от собственных же мыслей, Лили тряхнула головой и продолжила мыть тарелку, которую, кажется, она натирала уже минут пять. Девушка взглянула на часы. Было десять минут одиннадцатого, а это означало, что совсем скоро ей с Поттером предстояло остановить Арчибальда и того Пожирателя смерти. Это захватывало ее, но в то же время заставляло все скручиваться внутри из-за никак не покидавшего ее чувства тревоги. Когда Лили домыла последнюю кастрюлю, на часах было уже половина одиннадцатого. Протерев мокрые руки полотенцем, девушка вернулась обратно в зал. Практически все посетители ушли, и теперь в баре находились только Арчибальд, молодая пара, вторая официантка, Том и она с Джеймсом. Лили прошлась по залу, задвинула неровно стоявшие стулья и подлила молодой паре еще немного пива. Эдвин все так же продолжал читал свою газету. Том чихнул. Неожиданно, как и прошлой ночью, Арчибальд вскинул голову и, взяв с собой чемодан, молча пошел к выходу. Лили поставила бутылку с виски на место и уже собиралась пойти сказать Тому, что уходит на перерыв, как невидимая рука схватила ее за предплечье и потянула назад. — О нет, даже и не думай, — прошептал Джеймс. — Ты остаешься здесь, я сам обо всем позабочусь. Поттер отпустил ее руку, и, перед тем как входная дверь закрылась, быстро выскользнул из бара вслед за Арчибальдом. — Да ни хрена, — пробормотала Лили. — Эй, Том, я выйду на перерыв. Бармен закатил глаза и просто махнул рукой. Девушка поспешила выйти на улицу, попутно накладывая на себя Дезиллюминационные чары, но не успела она сделать и трех шагов, как кто-то опять схватил ее за руку. — Я думал, что ясно дал тебе понять оставаться внутри, — раздраженно проговорил парень. Она почти видела, как он закатил глаза. — Ты не можешь указывать, что мне делать. И да, чем дольше мы тут стоим, тем больше вероятность упустить его. — Вот же упрямая, — пробормотал Джеймс и, сняв серебряную ткань, хмуро уставился на девушку. — Надень это, — он накинул на Лили свою мантию. — Все равно твои Дезиллюминационные чары, мягко говоря, не очень. — Прямо в самое сердце, — холодно ответила она. Джеймс наложил на себя скрывающие чары, и Лили пришлось признать, что у него это выходило намного лучше, чем у нее. Единственным намеком на присутствие парня была легкая рябь во время резких движений. Не произнося больше ни слова, они отправились вслед за Эдвином, но когда им удалось догнать его, мужчина в черной мантии уже держал в руках набитый яйцами чемодан, а сам Арчибальд подсчитывал полученные в небольшом мешочке галлеоны. Поттер неожиданно остановился, и Лили чуть не врезалась ему в спину. Она хотела было уже спросить, что случилось, но вовремя вспомнила про стоящих за углом мужчин. Пожиратель смерти вытащил из кармана мантии свою палочку и демонстративно стал крутить ее у себя в руках. — Ну, давай посмотрим, что ты там приготовил для нас. Но хочу тебя предупредить: если ты пытаешься обвести нас вокруг пальца, грязнокровка, Темный Лорд убьет тебя прежде, чем ты начнешь молить его о прощении. Арчибальд тяжело сглотнул, но кивнул. Пожиратель смерти коснулся палочкой чемодана и, открыв его, обнаружил три разноцветных яйца размером с человеческую голову. Лили так засмотрелась на них, что не заметила, как Джеймс снял с себя скрывающие его чары. — Доброго вечера, парни, — нарочито громко произнес он. Мужчины удивленно уставились на него, и сейчас Лили как никогда захотелось дать ему со всей силы по голове. Но вместо этого она только крепче сжала в руках палочку. Пожиратель смерти повернулся к Арчибальду и зарычал: — Ты, мерзкая грязнокровка! Думал, что сможешь смыться, если вызовешь авроров? Авада Кедавра! Будто в замедленной съемке Лили смотрела, как зеленый луч ударил Эдвина прямо в грудь, и его тело тут же упало на землю. Где-то вдалеке девушка услышала чей-то крик, но потом поняла, что он принадлежал ей. Пожиратель смерти повернулся к ним. Не успел он и рот открыть, как Джеймс произнес невербальное заклинание, и мужчина, отлетев в самый конец переулка, свалился на кучу мусора. Джеймс снял с Лили свою мантию, но она не могла заставить себя отвлечься от лежавшего на земле мертвого тела. Никогда прежде ей не доводилось видеть последствия непростительного заклинания. — Эванс, — позвал девушку Джеймс, взяв ее за руки. — Эванс, давай же. Посмотри на меня. Оцепенев, Лили повернула к нему голову. — Что… Парень слегка встряхнул ее. — Иди к Тому и отпросись домой, скажи, что плохо себя чувствуешь, — велел он Лили. — Скоро сюда прибудут авроры. Поверь, ты не захочешь во всем этом участвовать. Девушка молча кивнула и в последний раз посмотрела на все также лежавшего около стены мертвого Эдвина. Она плохо помнила, как смогла дойти до бара и как разговаривала с Томом. Но, кажется, он даже не стал возражать. — Пошли, Эванс, — мягко произнес Джеймс, беря девушку за руку. Лили удивленно уставилась на парня. — Я думала, ты останешься с остальными. — Да, но потом понял, что в таком состоянии опасно тебя оставлять одну, — его руки обхватили ее за талию, прижимая к груди. Пьянящий аромат, исходивший от Джеймса, окутал девушку со всех сторон, и в его теплых объятьях стало так легко и спокойно. У Лили перехватило дыхание, а грудь будто стиснули железные обручи, но в следующее же мгновение они очутились в знакомой ей обстановке — в гостиной Джеймса. Парень довел Лили до дивана и аккуратно уложил ее. — Жди меня здесь, — велел он ей. — Скоро прибудут авроры, поэтому мне нужно вернуться обратно, но я ненадолго. Лили молча кивнула. На какое-то мгновение что-то неуловимое для нее мелькнуло на его лице, и, наклонившись, он ненадолго поцеловал ее в лоб. А потом, крутанувшись, исчез с глухим хлопком. Лили тихо продолжала сидеть на том же месте, не обращая внимания на неприятно воткнувшиеся ей в спину пружины дивана. Раз за разом у нее перед глазами возникала та сцена из переулка. Зеленый луч проходит прямо сквозь грудь Эдвина, он падает на землю, и жизнь в одно мгновение покидает его тело. Она будто на повторе видела одно и то же. Его безжизненный взгляд впечатался ей в память, и казалось, что никакой Обливиэйт теперь не сможет стереть это из ее головы. Каждый раз, когда Лили закрывала глаза, она видела это: яркий свет, стеклянный взгляд, направленный в пустоту, тело, упавшее как тряпичная кукла. Уставившись в одну точку на небольшом ковре, она могла думать лишь об этом. Воспоминания крутились у нее в голове, медленно сводя с ума. А потом мысли стали сменяться одна за другой, и в какой-то момент на месте Арчибальда Лили представила своих родителей, Петунью, Марлин, Сириуса, Джеймса… Что-то мокрое коснулось ее руки, и девушка наконец перестала смотреть на ковер. Лили уставилась на свои руки, и ей потребовалась минута, чтобы понять, что это были ее слезы. Она медленно смахнула их со своих щек и подбородка, но все также не прекращала сводила взгляда с той капли. Будто сквозь сон Лили слабо услышала шум в коридоре. За ним последовал глухой удар об пол и множество яростных проклятий. — Гребаная лампа, — пробормотал Джеймс, входя в гостиную и на ходу снимая мантию. Парень бросил ее на кресло и замер, увидев, что Лили сидит на диване все в том же положении. — Эванс? — аккуратно позвал он ее. — Ты все еще не спишь? Лили посмотрела на парня и почувствовала ноющую боль в шее. — Да, — хрипло ответила она и слегка нахмурилась. — Почему ты спрашиваешь? Сколько сейчас времени? Джеймс взглянул на свои наручные часы. — Почти четыре утра. Лили не выразила никакого удивления, лишь слегка расширила глаза. — Оу, — тихо произнесла она. Джеймс секунду рассматривал сидящую перед ним девушку и, взяв с кресла свою мантию, накинул ее на Лили. Только сейчас она поняла, что ее руки и тело покрылись гусиной кожей от холода. Ничего больше не сказав, парень ушел на кухню и через несколько минут вернулся в гостиную уже с двумя чашками горячего чая в руках. Он присел рядом с Лили, и диван заскрипел под его весом. Джеймс подал одну из чашек девушке, а сам стал не спеша попивать чай из своей. — Ты в порядке? — спросил парень, поставив на небольшой журнальный столик свою уже опустевшую чашку. — Со мной все нормально, — на автомате ответила Лили и отпила немного чая. Она сморщилась. Джеймс налил туда молока и не положил сахару. Парень нервно провел рукой по своим волосам, и без этого находившимся в полном хаосе. — Я не спал почти двое суток, Эванс. Мне только что пришлось разгребать все это дерьмо с чертовыми яйцами. Мне пришлось пять раз ловить этого гребаного Пожирателя, потому что он все никак не мог унять свой зад, а мое плечо опять адски заболело. Грюм отослал меня домой, прервав мой допрос Пожирателя смерти, потому что еще немного, и я бросился бы на него через весь стол. Так что поверь, Эванс, сейчас у меня нет ни времени, ни нервов на твое дерьмо, — Джеймс махнул своей палочкой, и Лили почувствовала, как ее маскирующие чары потихоньку тают. Ее лицо немного уменьшилось, а волосы приобрели свой родной темно-рыжий оттенок. — Поэтому я вновь задам тебе свой вопрос, и ты хорошенько подумаешь, прежде чем дать мне ответ. Ты в порядке? Джеймс специально так с ней заговорил. Лили косо на него посмотрела и, поставив рядом на столик свою кружку, скрестила руки на груди. На ней его запугивания не сработают. — Мне все равно, что ты думаешь. Я четко и ясно сказала тебе, что со мной все нормально. — Нормальные люди не сидят в одном и том же положении четыре часа, — усмехнулся Джеймс. Но в следующую же секунду черты его лица смягчились, и он протянул к ней руку. Лили отмахнулась. — Ты ведь никогда раньше не видела, как убивают непростительным заклинанием, не так ли? Девушка отказывалась смотреть на него и снова уставилась на ковер. — Не стоит переживать так, все в порядке, — мягко произнес он. — Когда я впервые увидел чью-то смерть, мне было восемнадцать. Я тогда только поступил в академию, и нашей группе дали первое задание. Никто не ожидал, что появятся Пожиратели. Один из них убил нашего профессора. Это было… — Хватит, — Лили задыхалась. — Прекрати говорить об этом. Я не могу… Я не хочу… — Эй, — успокаивающе произнес он, накрывая ее руки своими. Лили дернулась от его прикосновений и встала с дивана. — Это нормально, знаешь, нервничать, бояться и… — Я не боюсь! — огрызнулась девушка. — Да как скажешь, Эванс. Просто сядь на место и выпей свой чертов чай, — Джеймс потянул ее обратно на диван и, увидев ее сердитое выражение лица, тихо рассмеялся. И тогда разъедавшее ее изнутри чувство стало понемногу отступать. — Он ужасен на вкус, — проворчала она, неохотно отпив из чашки. Джеймс закинул руку на спинку дивана позади девушки и после ее слов удивленно вытянул лицо, что почти заставило Лили рассмеяться. — Я уверяю тебя, Эванс, в Англии я один из лучших в приготовлении чая. На этот раз улыбка на ее лице действительно появилась, и Джеймс удовлетворенно усмехнулся. Ему легко удалось вернуться к их обычной непринужденной беседе. Парень точно знал, что нужно сказать или сделать, чтобы заставить Лили смеяться. И в ее голове снова вспыхнули воспоминания о том поцелуе. Это было будто ее личным кругом ада. Когда девушка вернулась вчера домой, она была слишком возбуждена и взбудоражена, чтобы лечь спать. Она долго стояла под душем, в надежде успокоить свои нервы, но это было напрасно. Лили все еще было чертовски жарко, а мысли о том поцелуе никак не хотели покидать ее. Когда же ей удалось наконец уснуть, продолжение настигло девушку в ее же снах. Одно лишь упоминание об этом заставило ее щеки вновь покраснеть. Чувствуя, как температура в комнате будто поднялась на несколько градусов, Лили заставила себя вернуться к разговору и поняла, что все это время пялилась на его губы. Ее щеки пылали. — Да, но по вкусу он похож на мочу, — ответила она, но, кажется, слишком поздно. Джеймс лукаво усмехнулся, и на какое-то мгновение ее охватила паника, и в голове закрутились мысли о том, владеют ли авроры окклюменцией. Если бы он узнал, о чем она думала пару минут назад, Лили бы умерла от стыда. Однако парень не подал виду и промолчал. На самом деле, он вообще больше ничего не сказал и лишь, прикрыв рукой рот, зевнул. Лили вспомнила, что сейчас было четыре утра, а перед этим Джеймс не спал двое суток, а она не дает ему сейчас пойти лечь спать. — Прости, — ахнула она, пытаясь встать с дивана. — Тебе же нужно выспаться, а я не даю. Я, пожалуй, пойду домой. — Да не переживай ты так, милая, — сонно произнес Джеймс. — Все в порядке. Если хочешь, ты можешь остаться у меня, тем более учитывая, что ты пережила сегодня. Лили, отказываясь, покачала головой. — Я в порядке, — заверила она парня, убирая от себя его руку. — Спокойной ночи, Поттер. — Спокойной ночи, Эванс, — пробормотал он и, поцеловав девушку во внешнюю сторону ладони, отпустил ее. Лили покинула его квартиру, задаваясь вопросом, сможет ли она когда-нибудь перестать краснеть при одном взгляде на него или ей вечно придется ходить пунцовой в присутствии Джеймса Поттера.