Глава 2
28 апреля 2017 г., 13:21
Несколько первых дней вынужденного общения прошли по негласному сценарию: Ти Джей действовал на нервы, Стив пытался не беситься.
В первое же утро Хэммонд вплыл на кухню с надменным видом, который слегка омрачала складка между бровей и мутные склеры после вчерашнего. Он плюхнулся на соседний стул и вяло покосился на Роджерса, неторопливо пьющего чай.
– А подопечному налить?
Стив отвернулся и ответил, равнодушно глядя в стену напротив:
– Я тебе не прислуга.
– Нет, – Ти Джей расслабленно развалился на стуле, откинувшись спиной на стену. – Ты нянька. Так что не развалишься.
– Эй, парень, ты ничего не перепутал? – огрызнулся Роджерс. – Если нужна нянька, я пришлю тебе старушку в чепце и фартуке. Попрошу её прихватить слюнявчик и салфетки – сопли тебе утирать. Горшок нужен?
– Тише, – зажмурившись, зашипел Хэммонд и стал растирать виски. – Башка трещит.
Стив поднялся и направился к двери, бросив на ходу:
– Я буду в машине. Тебя ждут в клубе по вопросам бизнеса.
– А, понял. Ты – нянька-секретарь, – криво ухмыльнулся Ти Джей и через секунду отшвырнул чашку, нахлобученную кэповской твёрдой рукой ему на макушку. Повезло, что чашка была уже пустой.
– Тебе твой администратор уже раз двести звонил, – невозмутимо ответил Стив, не оглянувшись на осколки, и вышел.
В клуб доехали молча, как ни странно. Стив даже покосился пару раз на парня – он вообще живой? Томас Хэммонд выглядел распухшим и угрюмым. Так он меньше походил на Баки, и у Стива немного отлегло от сердца.
В клубе Роджерс быстро понял, что рано обрадовался. Опрокинувший в себя пару рюмок, Ти Джей оживал на глазах. Он взбодрился, избавился от припухлостей на лице и живчиком носился по клубу, решая вопросы. По крайней мере, их часть. Стив понемногу стал замечать на себе насмешливые взгляды и не сразу обнаружил прилепленную сзади наклейку с надписью "Древний раритет, руками не трогать". Сорвал её и затолкал в карман, пообещав себе при случае заклеить этим нахалу рот. Но стоило Ти Джею взглянуть на Стива ясными глазами Баки Барнса, как Роджерс мысленно отменил своё решение, с досадой осознавая, что всё гораздо хуже, чем казалось поначалу.
На следующий день у дома притормозило такси, и Ти Джей прыгнул в него раньше, чем Стив успел вмешаться. Пришлось, как очумелому, носиться за этим выпендрёжником по городу, пока такси не припарковалось у входа в тот же клуб, только после целой серии никому ненужных кругов, прибавивших поездке лишних минут сорок.
Наутро Стив обнаружил надпись "Антиквариат" над стулом, на который уже привычно садился за столом. Даже не стал срывать. "Вполне сойдёт за комплимент". Но крошечную кнопку с сидения предпочёл убрать. К вечеру надпись оказалось дополненной. "Антиквариат уценённый" – гласила новая версия.
– Тебе не приходило в голову поучаствовать в конкурсах на самого тупого придурка? Думаю, такие есть. Для девятилетних. Ты был бы чемпионом, – мрачно заметил Роджерс.
– Думаешь? – усмехнулся Ти Джей. – А я сомневаюсь, что девятилетние мальчики знают столько способов сделать друг другу хорошо, сколько знаю я.
Он подошёл уже слишком близко. Узкая прослойка воздуха между ними раскалилась на раз и явно намеревалась взорваться. Руки парня нагло скользнули по талии Стива, и тот отшатнулся, толкнув его в плечо:
– Даже не думай.
– Расслабься. Это бонус, – усмехнулся Хэммонд. – Считай, всё включено.
И снова прильнул к Стиву. Тот резко перехватил его за плечи и, заставляя себя смотреть в безумно родные и при этом непостижимо чужие глаза, прорычал:
– Тогда не вынуждай меня всё выключить.
И оттолкнул, на этот раз сильнее. Ти Джей по инерции отступил на несколько шагов, разочарованно покачал головой и, отвернувшись, лениво произнёс:
– В таком случае тебе придётся свалить.
– Не поверишь, с удовольствием. Но не могу. Я назначен на несколько недель и не привык подводить тех, кто полагается на моё слово.
– Тогда готовься смотреть на игры для взрослых мальчиков. Если надумаешь поучаствовать, я только за, – нагло ухмыльнулся подопечный.
Стив усилием воли остановил проступающий на щеках румянец, а Хэммонд открыл сообщение на телефоне:
– Он скоро будет здесь. Надеюсь, ты не из болтливых?
– Чёрт, – прошипел Стив, резко развернулся и ушёл на кухню, пытаясь не обращать внимания на брошенное вдогонку:
– Постой! Сними нас хотя бы для хоум-видео. Я покажу, как пользоваться камерой! Это просто, даже до такого динозавра, как ты, дойдёт.
Стив больше не реагировал на идиотские опусы и не прислушивался к болтовне в коридоре, только придирчиво оглядел вошедшего, затем покинул квартиру, сражаясь со злостью, досадой, чем-то ещё, чему не мог подобрать название, и засел в машине. С мрачным видом Роджерс несколько раз обходил дом, стараясь сосредоточиться на своей телохранительской миссии или мысленно переключиться хоть на что-нибудь, но недвусмысленные стоны и ритмичные скрипы, доносившиеся из окон, были чересчур навязчивыми.
"И уехать нельзя", – подумал Стив. Поймал себя на мысли, что слишком часто в последнее время скрипит зубами с досады. Так к дантисту недолго загреметь.
Нет, это не ревность. Что за глупости? Банальная злость – кому охота слушать чужие пошлые вздохи? Охочих не нашлось, только Роджерс по наивности влип.
Нет, его не бесит, что парень с лицом трагически потерянного Баки сейчас трахается с каким-то случайным интернет-знакомым – без обязательств и на одну ночь. Как бесплатная шлюха. Не в этом дело – старается убедить себя Стив – а в его детских выходках. И ещё во вчерашнем скандале из-за смытых Стивом в унитаз десяти пакетиков с белым порошком. И из-за всего, что вытворял этот парень почти на каждом шагу и продолжал вытворять прямо сейчас.
Может, не выдержав этого бардака в неразборчивой личной жизни полумальчика-полумужчины и его тинейджерских финтов, Стив всё-таки уехал бы, по крайней мере, до утра. Если бы не странный тип, силуэт которого Стив засёк в темноте, обходя дом.
Острое зрение позволило разглядеть в ночном мраке нетривиальную внешность. Такая на каждом шагу в странах Ближнего Востока, но не на окраине Вашингтона.
Стив не стал мешать ему, просто наблюдал, стараясь не обнаружить себя. Проникнуть в дом подозрительный незнакомец не пытался, так что пусть думает, что его не засекли. Тогда есть шанс, что он приведёт тех, кого стоит задержать, пока они не наловчились прятаться получше или не приволокли сюда целый отряд боевиков-фанатиков, вооружённых до зубов.
-----
За машиной установили слежку – Стив засёк их в зеркало заднего вида, легко запомнив номера машин, которые преследователи по пути педантично меняли несколько раз. – Сегодня Президент просила тебя приехать в Белый дом и задержаться там до завтра, – сказал он, по-прежнему поглядывая в боковое зеркало. – Миссис Берриш, твоя бабушка, настаивала на той же просьбе. – Почему сегодня? – недовольно надул губы Ти Джей. "Потому что сегодня оконные рамы и дверь в твоём доме меняют на бронированные", – подумал Стив, а вслух сказал: – Они просят уделить время семье. Всё равно не клубный день, вторник. – Это – бизнес-день, – недовольно процедил сквозь зубы Ти Джей. – Они ждут тебя к вечеру, бизнес-мальчик. – Иди к чёрту, нянька, – небрежно огрызнулся Ти Джей и тут же получил приличный удар локтем по рёбрам, отчего его скрутило буквой "зю", и он яростно прошипел сквозь зубы: – Господи, когда ж ты свалишь уже? Достал. – А когда ты повзрослеешь уже? Задолбал, – ответил Стив и свернул к клубу. Пока Ти Джей косил под бизнесмена, Стив созвонился с реальным начальником Службы охраны Президента и попросил заменить машину. Сработали оперативно – не прошло и полутора часов, как на смену джипу на парковку въехал "Хаммер". Автомобиль невыгодный, зато непробиваемый, практически городской танк. Крепость на колёсах. – Это что ещё за монстр? – поморщил нос Ти Джей, уставившись на машину. – А где мой джип? – Отогнали на техобслуживание в гаражи Белого дома, – неохотно ответил Стив, садясь за руль. – Какого хрена... – фыркнул Хэммонд. – Теперь все будут думать, что я параноик. – А разве нет? – усмехнулся Стив. Ти Джей проворчал в ответ что-то из непечатного, Стив не прислушивался. Да и движок рычал, как голодный тигр. Они катили по трассе, пока не наткнулись на дорожную пробку, видимую уже издали. Пришлось свернуть, чтобы не оказаться её заложниками. Стив петлял по закоулкам, когда невесть откуда взявшийся потрёпанный линкольн буквально выехал им под колёса. При попытке сдать назад зацепились задним бампером за ещё одну машину. Похоже, застряли. Что происходит, Стив понял сразу, как только налетели на линкольн. Будто саранча, отовсюду из окружающих домов и машин полезли вооружённые вопящие иракцы. Что они горланили, было не разобрать, да и не нужно. Потеряв терпение уже через полминуты, они открыли огонь из автоматов по машине. – Чёрт, Стив, что это за толпа дебилов?! – во всё горло заорал Хэммонд. Роджерс не ответил, было не до этого. Бронированное стекло изрешетили, за секунды полностью лишив его прозрачности из-за паутины мелких трещин. От перестука пуль, расплющивающихся о мощный кузов, в салоне стояло такое противное жужжание, что даже мешало сосредоточиться. Стив резко рванул с места вперёд, подмяв часть линкольна под передок "танка", затем тут же сдал назад, пропихнув дальше зацепившуюся машину. Треск вонзающихся пуль бесил сильнее, чем те, кто палил по "Хаммеру" в упор из автоматов. Стив снова чуть подал вперёд и тут же резко перешёл на задний ход, с пронзительный скрипом отгоняя помятый прилипчивый автомобиль прямо к дороге. Они почти сумели вырваться из переулка и вылететь на шоссе, когда под "Хаммером" взорвался заряд. Встряхнуло слишком мощно. Ти Джея подбросило на сиденье, и хотя он был пристёгнут, неровный рывок впечатал его головой в боковую дверцу и оглушил. Снаружи уже изо всех сил вышибали потрескавшиеся стёкла прикладами, а Стив пытался врубить заднюю скорость, надеясь, что подвеска выдержала. Движок яростно рычал, педали под напором ног Стива готовы были затрещать, а задний ход всё не отзывался. В момент, когда его удалось врубить, боковое стекло, разукрашенное миллионами трещин до белизны, вылетело от очередного удара прикладом, и Стив в упор расстрелял из пистолета четверых боевиков, затем сорвался с места, развернув машину так резко, что сумел сбить с ног ещё нескольких. Рванув вперёд, Стив прямо на ходу перехватил ствол автомата ещё одного иракца, сунувшегося в пробитое правое окно – со стороны Ти Джея. Стиву не удавалось вырвать оружие из рук боевика – левой рукой вёл машину – зато сумел направить ствол в пустой оконный проём дверцы напротив. Каким-то чудом он ни в кого не врезался на шоссе, хотя летел на всех парах и петлял, как волк по заячьему следу. Автоматчик вопил что-то явно непечатное на родном наречии и яростно вёл стрельбу, изо всех сил пытаясь вырвать оружие из руки Стива. От вибрации стреляющего автомата пальцы правой руки Роджерса чуть не прихватывала судорога, жгло раскалённым металлом, каждый выстрел отдавал по нервным волокнам до самого плеча. Не сбавляя скорости, Стив отчаянно дёрнул оружие мимо себя влево так, что навязчивый тип оказался почти целиком затянут в салон, вися на окне машины. Его палец соскочил со спускового крючка, стрельба прекратилась, и Стив, бросив ствол, ударом кулака оглушил бойца. Опомнившийся Ти Джей, хрипя, с трудом вытолкал его в оконный проём ближней дверцы. Теперь тишину в салоне нарушал только рычащий двигатель "Хаммера", оставшегося без оконных стёкол, и вопли клаксонов мчащихся рядом машин. Ошарашенный Хэммонд, тяжело дыша, исподлобья бросал на Стива короткие взгляды, в которых шок смешивался с плохо скрываемым восторгом. К боковому въезду в периметр ограждения Белого дома они подлетели на всех парах, не говоря ни слова. Изуродованную бесчисленными пулями машину впустили сразу. – Он в порядке, мадам Президент. Я прямо сейчас смотрю на него, – сказал по рации один из парней охраны. "Его зовут Роберт", – почему-то вспомнил Стив. – Да, мадам Президент, я даю ему рацию, – Роберт протянул прибор Ти Джею. – Мистер Хэммонд, ответьте вашей матери, она в ужасе. – Д-да, мам, я в п-порядке, – запинаясь, пробормотал Томас в микрофон рации. – Род-джерс? Врод-де бы... цел. Хэммонд опустил прибор и тихо спросил, ошарашено таращась на Стива: – Т-ты цел? Прош-шу, скажи, что д-да. Стив взял рацию у него из руки и сам ответил Элейн Берриш, глядя в глаза её сыну: – Да, мадам Президент, я тоже цел. Нас обстреляли... – ...на пересечении Хэмилтон-стрит и Кэпитол, знаю, – взволнованно говорила она. – Слава Богу, что с ним были вы, капитан Роджерс... Господи Боже! Примите благодарность матери, я у вас в долгу. Её голос дрожал так, что даже искажения звука по рации не могли это скрыть. Скорее, даже подчёркивали. – Не стоит, мадам Президент. Сейчас будем у вас, – добавил Роджерс и отдал рацию Роберту. Затем глянул на Хэммонда, бледного, как полотно, в росинках холодного пота на висках, и твёрдым голосом добавил: – Держись, парень.
