Части целого.

Flashback.

      Его мама всегда говорила тихо, вкрадчиво и обязательно интересно. Таблеток в шкафчике, где давно отвалилась дверца, было немерено, и они часто валялись на грязном полу, потому что женщина их роняла из трясущихся рук. Но, даже такая, она являлась для Тэхена замечательной. Детство, несмотря ни на что, было счастливым временем в его жизни.       Да, может быть, они жили бедно и очень обособленно, где-то совсем на краю города, но мать Тэхена всегда умудрялась находить лишние копейки, чтобы купить очередную безумно увлекательную книгу с цветными картинками, мангу или зарубежные комиксы. Мальчик все это бережно складывал в уголке, перечитывая раз за разом, потому что читал он беспечно быстро, а время при этом тянулось, как резина.       Тэхен для своего пятилетнего возраста был умным, понимал многое и на мать нисколько не обижался, когда та каждый вечер извинялась перед ним за то, что должна много работать для них. Но, поэтому Киму отчаянно хотелось иметь лучшего друга, ведь у всех главных героев должен быть таковой. Честно, всего один напарник по играм — и этого будет достаточно. У Бэтмена вот Робин, у Тома Сойера — Гекльберри Финн. Да сколько угодно литературных примеров можно привести. Только вот, кроме матери, не было и души: дырявая рощица возле дома и небольшой пруд, у которого редко когда разрешалось гулять.       Так что же, помимо чтения, делать дома общительному мальчику-фантазеру со смешной родинкой на носу, когда мать уходила на работу? Правильно, заводить воображаемых друзей и завоевывать с ними воздушные замки.       Тэхен подошел к этому вопросу серьезно, вдумчиво и с неуемным креативом. Потому что не хотелось, чтобы второй голос звучал для него предсказуемо. Это должен был быть кто-то похожий на Тэ, но все равно отличный от него же. Со своим характером, интересами и взглядами, чтобы можно было порой спорить и ругаться. Иначе скучно.       Путем проб и ошибок, сменой голосов и тщательным отыгрыванием придуманного характера, к шести годам у него имелся замечательный товарищ, которого звали Ви. В это же время мама сказала, что было бы неплохо ему начать учиться.       Тэхен по началу безумно обрадовался такой новости. Он пойдет в школу? Познакомится со сверстниками? Но женщина, как не отправила его в детский сад, так и не отправила ни в какое другое учебное заведение. Сколько не выпытывал любопытный ребенок, она лишь как-то грустно улыбалась, трепала его по волосам и говорила, что, увы, нельзя. Тэхен искренне недоумевал, почему именно так и когда будет можно, но пришлось свыкнуться.       Так что, вскоре после этого, в осточертевших четырех потресканных стенах их квартиры вместо веселых картинок и интересных сюжетов появились новые книги по корейскому языку, математике и биологии. От которых самому Тэхену хотелось откровенно спать, а вот его воображаемому другу было наоборот интересно. На этой почве распустились первые ростки того внутреннего конфликта с собой.       — Я не буду это учить, я не хочу. Ну, Ви, пошли половим лягушек лучше? — спрашивал Тэхен у пустоты. Они спорили на эту тему уже битые полчаса.       — Но она же расстроится, если ты не сделаешь домашнее задание, — назидательно ворчал собственный голос, напоминая о матери. — Это не сложно, только тупица не решит этот пример.       — Ох, если тебе так не сложно, не тупица, вот ты и учи, — плаксивым тоном ответил Тэхен, а затем повисла тишина, в которой произошло что-то до безобразия странное.       Мальчик часто заморгал, покрутил головой и уставился на собственные руки, будто впервые увидел. Казалось, что часть него куда-то пропала, и Ви первый раз остался без своего главного собеседника, который его же и придумал. Он очень растерялся, когда понял, что ощущает себя слишком реальным. В итоге, Ким так сильно хотел себе настоящего друга, что просто расщепил окончательно сознание пополам. Но если бы только этим и ограничилось — было бы все намного проще.       Поскольку показатели интеллекта Тэхена были выше, чем у детей его возраста, вторая личность прекрасно понимала и осознавала тот неприятный факт, что ее, по сути, не существует. Такой вот парадокс. Ви был придуман Тэхеном и чувствовал себя ожившей чужой фантазией. По лицу тогда скатились горькие дорожки слез, но мальчик их стер и просто занялся выполнением злополучного домашнего задания.       Когда же он захлопнул учебник, то все вернулось на свои места. Тэхен снова был собой и главным в сознании, но с той лишь поправкой, что общаться с Ви ему стало намного интереснее. Из-за загруженности головы, чтобы не сойти с ума полностью, мальчик напрочь выкинул тот факт, что Ви придуманный. Просто будто бы всегда у него был и все тут.       Не хотелось, чтобы он рос, как две отдельные личности, но объяснить все это самому себе было невозможно. Тэхен заигрался и подсознание ни за что бы не признало, что его друга в принципе не существует. Потому что иначе он вновь останется один.       Со временем Ви просто смирился, как бы, ладно, ничего страшного, жить с этим можно. Правда его несколько беспокоило то, что чувствовать свое тело и управлять им он мог, только когда садился за уроки. Тэхен, как в тот первый раз, так и в последующие, словно выключался на этом моменте, то ли от скуки, то ли потому, что его мозг не мог работать правильно, если нужно было запоминать новую информацию на два сознания. Когда все приходило в их «норму», то Ви понимал, что может только наблюдать со стороны за действиями самого Тэхена и общаться с ним. Он не знал, как эти отключки происходят, сколько у Тэ ни спрашивал. Тот был и сам озадачен, отвечая, что ничего не помнит совершенно. Исходя из этой информации, мальчик решил, что если у него когда-то и получится провернуть подобное (просто отключиться, как делал только один из них), то все встанет на свои места — он исчезнет и станет цельным. В далеком будущем Ви окажется действительно прав на этот счет, когда попадет в организацию совсем без памяти.       Тэхен же радовался своему неодиночеству и почти не замечал, что какие-то часы жизни выпадают из памяти, ведь в то время все казалось слишком монотонным. И он не знал, что делает его второе сознание в те пропущенные им промежутки времени, но Ви, по правде сказать, ничего криминального все равно не делал. Он тихо и прилежно учился, чересчур быстро освоив чуть ли не всю школьную программу. Особенно нравилась химия и редкие мамины рассказы про свою бывшую работу, она была ученым по профилю химической физики.       Госпожа Ким лишь диву давалась, каким умным рос ее ребенок, и понимала, что было бы глупо с ее стороны не развивать такой талант. Поэтому, чтобы уже самостоятельно объяснить любознательному сыну все более сложные формулы, она стала ложиться еще позднее, хотя и без того спала мало и работала много, сидя на различных витаминах и успокоительном, потому что она находилась в бесконечном страхе.       Конечно, мало устраивала такая жизнь, но у женщины не было другого выбора. Ее муж в одночасье после свадьбы стал совершенно другим. Далеким от того человека, которого она знала. Из любящего и внимательного, он превратился в больного и одержимого мыслью запереть жену дома, периодически избивая. Она уходила от него к родственникам, пыталась заявлять в полицию, но напрасно.       Все дело было в родном брате ее мужа, которого звали Ким Лиен. Он был жесток и социопатичен, но намного умнее и расчетливее брата, поэтому и стал уважаемым и влиятельным бизнесменом. Мужчина создал себе целую видимость добропорядочной и идеальной жизни, заподозрить в чем-то криминальном его было сложно, хотя на этом он и построил свою карьеру.       Семья для этого человека была всем. Лиен нездорового брата всячески опекал и помогал, в чем бы та помощь не заключалась. Найти сбежавшую жену и вернуть обратно? Легко. Подкупить парочку полицейских? Нет проблем. Лишить возможности выезда за пределы Сеула? Стоит ли отвечать и на этот вопрос. Мужчина готов был сделать все, лишь бы не допустить скандала и не опозорить честь семьи.       Поэтому мать мальчика, узнав о своей беременности, решилась на отчаянный шаг. Ей повезло найти самый заброшенный дом на отшибе города. Стоило больших усилий построить такую вот осторожную и уединенную жизнь, где в любой момент могут вернуть в кошмар, которому противостоять она не в силах. Но лучше попытаться жить хотя бы так, чем сдаваться на милость психопату. Вот так женщине практически семь лет удавалось скрываться от всего мира. Может, получилось бы намного дольше, если бы она однажды не осознала то, что ее сыну нужна серьезная помощь.       Первое подозрение подкралось во время вечерних занятий. Обычно ужасно активный и задающий бесконечное множество вопросов Тэхен вел себя гораздо спокойнее, понимал с полуслова, просто кивая головой. Впрочем, эти подозрения довольно быстро отметались, женщина списывала все на обычную сосредоточенность. В те моменты некая грусть и пустота в глазах своего ребенка никак ею не замечались. Ведь она слишком уставала, времени хватало только на то, чтобы объяснить материал сыну, который очень вежливо просил ее об этом, а потом уложить спать.       И такое положение вещей очень угнетало. Угнетало, то что она оставляет собственного ребенка постоянно одного. Поэтому мать Тэхена как-то решилась взять выходной, чтобы побыть с ее единственной радостью в этом мире.       Это был летний день. Дул легкий ветерок смешанный с щебетанием птиц, и женщина сидела вместе с ее сынишкой возле пруда.       — Я хочу подарить тебе небольшой набор для экспериментов, чтобы мы могли понаблюдать за всем наглядно, — говорила она, мягко улыбаясь и с гордостью в глазах. — Тэ, солнышко, ты же уже решил формулу, которую я вчера тебе давала?       — Ох, я не знаю, мне надо спросить.       — Что спросить? — удивилась госпожа Ким. А потом и вовсе очень испугалась, когда услышала странного содержания монолог.       — Так ты решил все? — вслух интересовался Тэхен, а смотрел лишь на гладь воды и хмурился. — А что за набор? Я тоже хочу посмотреть теперь. Эй, нет, в смысле мне помолчать?       «Ты дурак, — отвечал голос в голове. — Зачем надо говорить об этом? Она не должна знать ничего».       — Почему не должна? Ви, я не понимаю, что такого?       — Солнышко, с кем ты говоришь? — обеспокоенно спросила госпожа Ким, а в ответ ей пришло совершенно неожиданное и беззаботное:       — Это мой друг, мамочка. Его так зовут — Ви, и он учит за меня все уроки! — так буднично и само собой разумеющимся тоном.       Женщина напугалась еще больше, начиная задавать наводящие вопросы. Она была шокирована, когда поняла, что ее сын действительно не может ответить даже на самое простое из программы начальных классов.       — Так, хорошо, — тяжело вздохнула мать, пытаясь успокоиться и прийти в себя от таких новостей, — а что мне скажет твой друг? Это же он решил мою формулу?       В ответ очень долгая тишина, в которой лишь кваканье лягушек и шелест деревьев.       — А он… Кажется, он обиделся, — наконец ответил мальчик.       — Ох, Тэхени, солнышко, — грустно произнесла мать и обняла сына.       Ви, по правде говоря, тогда не обиделся, а решил устроить бойкот. Ему надоело, стало раздражать собственное бессилие, что он не может контролировать Тэхена и ничего из того, что тот говорит. Даже более того, Ким совершенно не понял, что без задней мысли выдал этот секрет. Что за идиот делит с ним сознание… В тот момент Ви решил, что будет правильно игнорировать происходящее. Может, хотя бы так удастся стать нормальным?       Но проходит время, а лучше не становится. В мальчике появляется постоянная злость и раздражение, выход которым сложно найти в его положении. С Тэхеном неинтересно дружить, тот постоянно болтает что-то до ужаса глупое, пытаясь завести разговор и прося поиграть, как раньше. Ви упорно его игнорирует и чувствует себя несколько странно, когда наблюдает со стороны за обеспокоенным лицом своей матери. Она еще больше устает, постоянно спрашивает о нем, о Ви.       Который давно перерос Тэхена, но при этом не приблизился ни на шаг к тому, чтобы стать главным в своей голове. Ведь когда его придумывали, то изначально был задан какой-то определенный набор интересов, вроде любви к комиксам и точным наукам. Как битая программа, в которой многого не доставало, потому что Тэхен, в силу своего возраста и малого опыта, не мог его наделить такими важными вещами, как сочувствие, любовь и прочее. Просто не подумал об этом, когда хотелось только веселиться и играть. Вот именно тут и возникала главная преграда для Ви. Его удерживало собственное отчаянное детское желание. Он не мог переступить первое, и самое главное, заложенное правило в свою личность, хотя оно определенно стало противоречить его нынешнему уровню развития. Ви чувствовал только пустоту и это самое правило, от которого он был зависим: «Оставайся моим другом всегда, заботься обо мне».       Как же злило такое положение вещей. Хотелось свободы и самостоятельности, никак не хотелось опекать это несмышленое создание, что так и зависло в одном возрасте. Единственное, что со временем мальчик научился делать, так это принудительно отключать второе сознание, подавляя и обретая контроль над телом. Но если сдерживать Тэхена слишком долго, то начинала жутко болеть голова. Ребенок тяжело вздыхал в такие моменты и злился, что не в силах избавиться от надоедливой части самого себя.       Однажды Ви не выдержал, обвинив во всем дурацкие учебники. Ведь все началось с них. Мальчик сложил все в кучу и решил… сжечь. Тогда он впервые почувствовал эту странную тягу и желание превратить в пепел абсолютно все вокруг. Огонь, на удивление, успокаивал и завораживал.       Подобные действия со стороны своего ребенка окончательно убедили госпожу Ким в срочной необходимости найти квалифицированную помощь. Сколько лет прошло, могла ли она надеяться, что муж оставил ее в покое, и когда она вернется в город, то никто их не выследит, не найдет?