Сквозь белую мглу

      Знакомая скамейка в сквере была как обычно пуста, только голуби кружили рядом да ходили вперевалку по дорожке и газону. Голуби — не люди, они если и нагадят, то только на тебя самого, не в душу.       Анна шла по дорожке, и ее светлые хвостики, выбившись из-под вязаной шапочки, весело болтались в такт шагам. Дойдя до скамейки, девушка забралась на нее с ногами и, положив рядом рюкзачок, принялась ждать. Голуби мигом сгрудились вокруг нее, как возле давней знакомой, и она, достав из кармана пакет семечек, стала кормить их. Самый жирный и красивый голубь с гордо выпяченной белой грудкой (Аня называла его Арсением) как всегда удостоился особой чести — сев на спинку скамьи, стал есть прямо из рук у девушки. — Вот такие дела, Арсений, — произнесла Аня, продолжая незаконченный разговор. — Быть может, увидимся еще не скоро. Ты прилетай ко мне на чердак, если что. У меня для тебя и пшена целый пакет припасен.       Голубь не ответил — то ли сказать на это было нечего, то ли клюв был занят пищей. Хотя куда ему еще пшена, и так уже разжирел как последняя сволочь, до чердака вряд ли долетит. Анна даже слегка завидовала ему — сама-то была худая как спичка, сказывались последствия голодного детства.       Отвлекшись от созерцания птичьей идиллии, девушка посмотрела сквозь листву деревьев сквера на величественные башни Монтэга. Ни разу ей еще не доводилось бывать в самом сердце гигантской империи. Не то чтобы она гордилась этим, скорее даже, наоборот. Но иногда все же бывает полезно узнать что-то новое.       Она взглянула на часы: что-то Эрвин опаздывал. На миг мелькнула мысль о ловушке, но тут же пропала: слишком людное место для засады. Вон и мамы с детьми вокруг гуляют.       Наконец в конце дорожки показалась знакомая тщедушная фигура. Эрвин тащил под мышкой две коробки в подарочной упаковке — конспиратор знатный, нечего сказать. — Принес? — равнодушно осведомилась Аня, едва он приблизился к скамейке. — А то как же. — Эрвин приземлился рядом и начал распаковывать первую коробку. — Еле успел последние ухватить, распродажа была. Привет, кстати.       Девушка все так же равнодушно кивнула, посмотрела на содержимое коробки и принялась перекладывать его к себе в рюкзак. — А там у тебя что? — осведомилась она, глядя на вторую коробку с наклейкой магазина «Музтовары». — Новые модификации, — не без гордости ответил парень. — Датчик температуры, охладитель, навигатор, фотоаппарат… — Сразу можешь себе оставить, — махнула рукой Анна. — Не люблю эти штучки. Только мешать будут. — Как знаешь, — Эрвин пожал плечами и внимательно осмотрел Анин рюкзачок. — А почему не в футляре? — Не мой стиль, — ответила Аня. — Я даже на гитаре играть не умею. — А шапку эту дурацкую зачем напялила? — продолжил он, разглядывая серо-красную шерстяную шапку с помпонами на голове девушки. — Весна же на дворе, тепло. — А вот это уже мой стиль, — гордо вскинула голову Анна. — И не тебе меня ему учить. Вздохнув, Эрвин задумчиво похлопал себя по коленям, затем взглянул на часы. — Полчаса еще у нас есть. Может, в кафешке где-нибудь посидим? — Ты же знаешь, меня тошнит от местных забегаловок, — поморщилась Аня. — А я, знаешь ли, жутко голоден… Слушай, а давай я в «Якомиси» сбегаю, возьму нам с тобой по ланч-боксу. Тут недалеко, я как раз успею. Там вкусно, настоящие японцы готовят. — Ну давай, — согласилась Анна. Эрвин почти радостно подскочил и убежал. Глядя ему вслед, девушка усмехнулась. Этот смешной паренек, моложе ее на два года, явно испытывал к ней симпатию, потому и старался услужить. Что ж, для их профессии такое не редкость.       Вскоре они уже за обе щеки уплетали палочками японскую, к счастью, немодифицированную лапшу. Эрвин даже причмокивал от удовольствия. — Наедимся как в последний раз, — глубокомысленно заметила Аня. — Слушай, Эрвин, а ты, если что вдруг со мной случится, будешь приходить сюда и кормить голубей вот на этой скамейке? Он так и вытаращил на нее глаза, едва не поперхнувшись. — Ты что хоть такое говоришь? — Я так и знала. — Аня отставила в сторону коробку из-под лапши, поднялась. — Никакой ты мне не настоящий друг, Эрвин. Ну все, я пошла. — Подожди! — Парень вскочил, глядя на нее встревоженным взглядом. — Конверт не забыла? — Здесь он, — она хлопнула по внутреннему карману, взяла рюкзак.       Эрвин пристально смотрел на нее и, ясное дело, не хотел отпускать. Решив напоследок его обрадовать, Анна шагнула к нему и, притянув к себе, долго и смачно поцеловала в щеку. Парень весь так и покрылся красными пятнами, явно смущенный и в то же время обнадеженный таким развитием их отношений. — Ну, не переживай за меня так, — улыбнулась ему Аня. — Все будет хорошо, я вернусь, и мы с тобой свалим к чертям из этого города…

***

      Администраторша за стойкой в холле «Монтэг Индастриз» с удивлением взирала на стоявшую перед ней девушку. Потрепанная зеленая куртка, джинсы с разрезами на коленях, растянутые кеды, небрежно болтавшиеся светлые хвосты и скейтборд под мышкой. В первое мгновение работница компании подумала, что эта девица просто ошиблась зданием — никто в таком виде сюда прежде не заявлялся. — Добрый день, — лениво, словно жвачку, растягивая слова, произнесла странная блондинка. — Курьерская доставка документов, к мистеру Броудену, на пятьдесят четвертый этаж.       Удивленная еще больше, администраторша заглянула в свой компьютер и узнала, что в это время Броуден действительно ожидал курьерский заказ. — Хорошо, поднимайтесь, мистер Броуден вас ждет, — вежливо улыбнулась она курьерше. Та, никак на это не отреагировав, медленно поплелась к лифту. «И кто только таких вообще на работу берет?» — с презрением подумала администраторша.       Торопиться Анне было действительно некуда. В холле и лифте небоскреба было полно народу, все куда-то спешили, суетились. Чтобы сохранить спокойствие посреди всего этого, нужно было просто быть собой.       Вот лифт, тренькнув сигналом, остановился на нужном этаже. Все так же лениво передвигая ногами, Аня направилась вперед по пустому коридору. Из-за стены, целиком состоявшей из толстого стекла, открывался великолепный вид на Монтэг-сити. Город-паук, затягивавший в свои сети многие жизни и судьбы. Город, о который разбивались все самые счастливые надежды. Аня всей душой ненавидела этот город.       Возле тяжелых запертых дверей дежурили двое охранников с пистолет-пулеметами. Типичные дуболомы, хотя тот, что справа, выглядел не так страшно. Должно быть, из бывших бодибилдеров. Или даже стриптизеров. — Куда? — шагнул навстречу Ане его товарищ, по виду типичный орангутан. — Посторонним сюда нельзя! — Я курьер, к мистеру Броудену, — вздохнула Аня и показала конверт: иначе точно бы не поверили. — Опаздываете, девушка, — укоризненно покачал головой «стриптизер». — Уже на пять минут. Мистер Броуден ценит пунктуальность. — Для приличной девушки это совсем не опоздание, — попыталась отшутиться Анна. — Так я могу пройти? — Обождите, — задержал ее правый охранник. — Что у вас в рюкзаке? Мы обязаны все проверить.       Нехотя сняв с плеч рюкзак, девушка передала его охраннику слева. Тот, раскрыв его, перевернул над столиком для досмотра, и наружу выпали все скромные Анины пожитки. — Это еще что такое? — грозно прорычал «орангутан», поднимая огромной волосатой ручищей пистолет новейшей модификации. Второй охранник сверлил Анну грозным взглядом, явно готовясь забить тревогу. — Да расслабьтесь вы, — примирительно подняла Аня руки. — Он игрушечный, можете сами проверить. У младшего брата сегодня день рождения, я ему в подарок несу. — И верно, — заметил «бодибилдер», осмотрев пистолет. — А это тогда что? — Он взял в руки гранату со столика. — Тоже игрушка? — Естественно, — усмехнулась Аня. — Он у меня в войнушку знаете как играть любит? Ничего не поделаешь, времена сейчас такие жестокие. — Поговори мне еще тут о временах, — пригрозил охранник справа, продолжая перебирать вещи на столе. — Ну, а нож-то твоему брату зачем? Чтобы он во время игры себе или кому-нибудь еще глаз случайно выколол? — Нож не ему, нож бате, — ответила Аня. — Он у меня рыбалку любит. — А это еще что? — Громила слева взвесил на ладони пакет с белым порошком внутри. — О господи, да мука это, мука! — всплеснула Аня руками. — Брату на день рождения пирог нужно испечь, вот мать и попросила купить. — Действительно, мука, — подтвердил «стриптизер», надрезав ножом пакет и попробовав щепотку порошка, словно наркодилер в старом фильме. — Слушай, девочка, ты что, разыграть нас решила? — Больно мне надо, — пожала плечами Аня. — Так может, пропустите меня уже к вашему боссу? А то я с вами больше времени потеряю, чем если бы просто опоздала. Охранники с угрюмыми лицами переглянулись. — Ладно, проходи, — вздохнул тот, что справа. — Нам свое место дороже. Но если еще раз решишь так приколоться… — Ладно, больше не буду, обещаю, — поспешно закивала Анна. Охранник меж тем набрал на панели в стене код, и двери раздвинулись в стороны, приглашая девушку внутрь.       Кабинет президента «Национального банка Монтэг» выглядел стандартно. Ну просто стандартней некуда. Письменный стол, сейф, какие-то шкафы с непонятного назначения красивыми вещицами, фотографии и грамоты на стенах, окно с бронированным стеклом. Хозяин кабинета также оригинальностью не блистал: лысеющий бородатый человек с большой головой и квадратной челюстью, в рубашке с галстуком, он сидел за столом и с кем-то переговаривался по видеосвязи. — Да-да, восемь процентов… Восемь, говорю, меньше не бери… Что значит почему? Юрий, ты еще будешь мои приказы обсуждать? Выполняй и не спрашивай! Все! Вечером проверю!.. Он дал отбой и уставился на вошедшую девушку с подозрением. Но, слава богу, сразу заметил конверт у нее в руках. — Ну наконец-то! Почему так долго? — сердито заговорил Броуден. — Ваша охрана меня задержала, — пожала плечами Аня. — Ладно, давай сюда.       Он взял конверт, раскрыл его и, надев очки, принялся читать бумагу внутри. Аня меж тем достала из внутреннего кармана куртки пистолет, нажатием кнопки перевела его в боевой режим. Уловка с игрушками сработала как надо: отвлекшись на них, дуболомы у дверей совсем забыли обыскать ее саму. — Эт-то что такое? — Дочитав бумагу, банкир поднял очки на лоб и вскинул на девушку яростный взгляд. Лицо его мигом побагровело. — Простите, ничего личного, — вновь пожала плечами Аня. — Всего лишь ваша судьба. Привет от «Арвато». — Она, впрочем, так и не знала, кто именно заказал Броудена, но «Арвато» было наиболее вероятным вариантом.       Смазанный глушителем выстрел в грудь — и объект распластался по столу. Анна подошла ближе, методично сделала контрольный в голову. Внутри, как уже много лет подряд, ничего даже не шелохнулось. Сделано и сделано, значит, так надо. А теперь пора было уходить.       Безмятежную тишину в кабинете внезапно разорвал сигнал тревоги. В следующую секунду двери распахнулись и в кабинет влетели «орангутан» и «стриптизер». Аня едва успела укрыться за столом Броудена, как над ее головой загрохотали пулеметные очереди. Впрочем, оба охранника оказались тупыми как пробка. Почти одновременно высадив в сторону Ани весь боезапас, они кинулись перезаряжаться. Воспользовавшись этим, девушка высунулась из укрытия и двумя выстрелами уложила обоих.       Однако знатная подстава вышла с сигнализацией. Не иначе как Эрвин оказался в этом замешан. Аня про себя решила, как только вернется, вывести его на откровенный разговор.       В коридоре ее поджидал сюрприз в виде еще трех охранников. Тремя выстрелами прикончив и их, Анна кинулась к лифту, но на полпути передумала и свернула к вентиляции. Что ж, раз по-тихому уйти не получилось, придется действовать как в кино. А Аня, которая всегда ненавидела ранние утренние пробежки, в последнее время совсем перестала следить за своей физической формой.       С трудом выломав решетку вентиляционной шахты, она на четвереньках двинулась внутрь. Спуск вниз по вертикальному тоннелю длиной в двести метров был делом довольно рискованным, но, по счастливому совпадению, Аня почти идеально вписалась в проем и успевала при падении тормозить о стены руками и ногами. «Рассказать кому, как сбегала отсюда, не поверят», — думала она, стараясь отвлечься от навязчивой тревоги.       Но вот ее подошвы стукнулись о твердую поверхность — похоже, она достигла самого низа. Проползя еще несколько метров вперед, Аня ощутила свежий ветерок, бивший из-за решетки прямо ей в лицо. Оттуда же доносились автомобильные гудки и быстрый топот ног: ясно было, что этот проход вел прямо на улицу.       Выбив ногами решетку, Аня вылезла наружу и быстро огляделась. Она находилась у самого выхода из здания, куда, привлеченные тревогой, уже съезжались автомобили полиции и корпоративного спецназа. В такой суматохе можно было легко затеряться в толпе, и Анна, натянув на голову шапку и капюшон, расслабленно двинулась вперед по улице. — Стоять! Ни с места!       Аня замерла, услышав за спиной щелчок взводимого затвора и четко ощутив направленное прямо ей в затылок дуло пистолета. Охранник, поняла она, скосив назад глаза. Должно быть, заметил в ней что-то подозрительное. Ну ничего, еще можно будет выкрутиться. — Брось пистолет! — скомандовал охранник.       Проклятье! Даже про пистолет знает! Стало быть, уже караулил ее здесь. Решив не рисковать, Анна медленно положила оружие на асфальт. — А теперь на колени! И руки за голову! — последовал приказ.       Будет обыскивать, поняла Аня, подчиняясь. Ну значит, все не так плохо. По крайней мере, с одним будет проще справиться.       Охранник действительно подошел ближе и стал одной рукой обшаривать куртку девушки. Пистолет он по-прежнему держал направленным ей в голову, и это было плохо. Если бы он хоть на секунду опустил оружие, можно было бы прямо из этого положения пнуть его в колено, а когда он согнется — головой ударить в лицо. А так приходилось идти на лишний риск.       Решившись, Аня развернулась, так что ствол пистолета оказался у самого ее лица и, схватив охранника обеими руками за запястье, резко вывернула его. Однако прежде чем выронить пистолет, он успел инстинктивно нажать на спуск…       Вспышка от выстрела ударила прямо в глаза Анне, и тут же наступила кромешная мгла. Но только не черная, как описывали в книгах, а наоборот, молочно-белая и оттого не менее страшная.