Victory!

Перед тем, как перейти к главе "Разбойники", не удержусь, вставлю сюда некое Междуглавие:

"Матушка Аскольда"

Тут надо написать некоторое описание матушки Аскольда, как она делает рукоделие, и глядит в окно и думает про судьбу своего непутевого сына, размышляет о своей жизни и воспитании, и желает, ему, несомненно, только самого лучшего, совершенно не пытаясь понять, что вообще из него такое выросло, но это большая занудная долгая глава, для которой у автора пока нет материала, потому что нет никакого желания вставать на место матушки Аскольда, похожей на безвкусный кефир, удобренный непонятными пуританскими принципами.... Несомненно, она хорошая женщина, которая просто не поняла, кого она произвела на свет и вырастила, и какой подход к нему нужен. А теперь, "Разбойники" Головорезов Аскольд испугался. По правде говоря, он совсем не ожидал, что Лилиан отыщет таких всамделишних страшных головорезов! Потому что это были настоящие разбойники. Из леса. Которые почему-то были в хороших отношениях с Лилиан, и теперь ему, Аскольду, предстояло с ними сотрудничать, и - желательно - не злить. Их грязные бородатые морды с выбитыми зубами в кровожадных ухмылках пугали с расстояния 30ти шагов. Говорить с ними Аскольд едва мог себя заставить - мешала противная дрожь в коленках. У главного громилы были такие громадные волосатые ручищи, что Аскольду ярко представлялось, что ежели тот возьмет его вот этими ручищами, то может одним движением и в бараний рог скрутить! И какой тогда толк будет Аскольду от его мероприятия - неясно. Хотел уже пожурить Лилиан - мол, зачем таких опасных людей к делу подключила, да поздно уже метаться - разбойники получили четкие инструкции как себя вести и общениание вознаграждения за проделанное дело. Сим вопросом предлагалось озаботиться Аскольду, и он, скрипя зубами, согласился, в надежде, что удастся незаметно выдать за вознаграждение часть выкупа за Фрэнсис. Кстати о Фрэнсис! Ей, в свою очередь, тоже предлагалось познакомиться с подельниками заранее, чтобы обговорить порядок действий! Аскольд очень боялся, что она, увидев этих немытых горилл, испугается, и тогда все прогорит. Признаться, он трепетал в предвкушении снова сжать ее в своих жестких объятиях, поскольку в их последнюю встречу испытал нечто совсем неожиданное, и даже немного опасался, что предстоящая операция окажется не операцией по выкраданию Фрэнсис из отчего дома, а похищением его собственного сердца ею, но так просто сдаваться он из гордости не хотел! Ранним утром они встретились на окраине города, она была одета в темный плащ, а он был на экипаже. Фрэнсис, завидя его, затрепетала, но виду не подала, вскочила в карету, и страстно прошептала: -- Поехали! Хочу их видеть! -- Ты не боишься?? - Аскольд виновато пробормотал. - Они правда страшные!.... -- Я хочу поскорее уже действия! - воскликнула Фрэнсис, - не пугай меня, это я и сама сделать успею.... -- Хорошо, - Аскольд смущенно улыбнулся, впечатленный ее запалом. Фрэнсис нетерпеливо ерзала и барабанила пальцами по сидению кареты, расспрашивая Аскольда о деталях операции. Тот рассказывал ей все, что знал. Девушка внимательно выслушала его, ее лицо было очень сосредоточенным, даже носик побелел, и по окончании его речи, сказала: -- Да... Впечатляет... Ну где уже они, скоро мы доедем?! - вспыхнула Фрэнсис на мгновение, видно было, что внутри нее горит вулкан страсти и желания действовать. Аскольд опешил, девушка начинает удивлять его все больше и больше. Но то ли еще будет... Они остановились возле опушки леса, спустились на землю, и подошли к деревьям. Штефан залихватски свистнул (Аскольд свистеть не умел), и вскоре из чащи появились уже знакомые Аскольду ужасные головорезы. Он с опаской посмотрел на Фрэнсис - как она отреагирует. Фрэнсис вначале изумленно распахнула глаза пошире, а потом на ее лице заиграла озорная улыбка, и она обернулась к Аскольду с шустрым выражением лица: -- Страшные какие! Прямо такие как надо! Как настоящие бандиты...! -- Вообще-то они и есть настоящие бандиты, - растерянно проговорил Аскольд, - я разве не сказал? -- Ой! Так это даже интереснее! - воскликнула Фрэнсис, и потащила его за руку вперед. Через несколько минут она перезнакомилась почти со всеми грозными разбойниками, бесстрашно пожимая руки и восхищенно восклицая: -- Приятно познакомиться! Ваш грозный образ выше всяких похвал! А кто меня будет похищать, скажите мне пожалуйста? - с интересом спросила она, обводя оборванную и бряцающую оружием толпу бородатых загорелых беззаконников. Вперед вышли трое, старший отчитался, изобразив неуклюжий реверанс: -- Михай к вашим услугам, мадемуазель! Завтра ближе к полудню вы выйдете до калитки, и мы вас схватим, не забудьте погромче кричать и отбиваться, - ухмыльнулся он. Его сообщник неуверенно проговорил: -- Она такая миниатюрная, как бы не поломать ненароком чего! -- Уважаемые разбойники, я не такая хрупкая, как вам кажется! - обиженно воскликнула Фрэнсис и сказала: -- Предлагаю сейчас потренироваться - сыграть эту сцену, Аскольд со стороны посмтрит и скажет, насколько правдоподобно выглядит похищение! Мужчины, немного растерявшись, согласились. Фрэнсис отошла к деревьям и сделала вид, что выходит из-за них. Головорезы направились к ней расхлябанным шагом, обступили и начали ловить, но не тут то было - Фрэнсис проворно уворачивалась от них, изображая дикий испуг и вереща во все горло, растерянные мужчины никак не могли ее поймать, но потом она поддалась, и была схвачена, скручена веревками, закинута на плечо к главному и унесена в направлении края поляны. Аскольд стоял, глядя на это, и удивлялся себе еще больше: с волнением и гордостью он наблюдал, как девушка уворачивается от бандитов, а когда Фрэнсис схватили, что-то в его франтоватой душе дрогнуло, и он почувствовал дикое желание ринуться вызволять свою миниатюрную невесту из лап негодяев, и всю оставшуюся сцену простоял как на иголках. -- Ну как, похоже было на настоящее похищение?!!! - подбежала к нему восторженная Фрэнсис. Аскольд удержался, чтобы не обнять ее, прижимая к себе в порыве облегчения, но решил, что не стоит показывать чувства, и сказал в восторге: -- Да! Превосходно сыграно! И не отличить!!! - и взял ее за руки, восторженно глядя ей в глаза. Фрэнсис с детской радостью восклицала: -- Я ведь никогда прежде не играла в театре, это мой бенефис, боже, какое чувство восторга!!! Никогда бы не подумала, что это так увлекательно - играть!!! -- Да-да! - Аскольд все-таки не удержался и поцеловал ее в улыбающиеся губы, отчего Фрэнсис едва слышно ойкнула и обмякла от удовольствия в его руках. Когда ошалевший от своего счастья Аскольд подумывать начал, чтобы оторваться от нее, оба уже были мыслями далеко от похищения. Они даже не заметили, как толпа разношерстных головорезов окружила их, внимательно наблюдая сей долгий поцелуй, и оба очнулись от громких резких аплодисментов. Фрэнсис и Аскольд покраснели и смущенно стояли, не зная, куда деваться. Главарь бандитов - тучный мужчина под два метра ростом, с устрашающе рыжей бородой, подошел к Аскольду и треснул его по спине, так что Аскольд поперхнулся от этого покровительственного жеста: -- Молодец, парень! Так держать!! -- Да... Стараюсь... - прокряхтел Аскольд, потирая спину. Фрэнсис сверкнула взглядом на главаря: -- Что вы себе позволяете! -- Ох, леди, виноват...Не рассчитал силу... - испуганно пошел на попятную бородач. Фрэнсис сурово процедила: -- Надеюсь, что вижу это в первый и последний раз!! -- Да, конечно. -- И, позвольте! - Аскольд встрепенулся: - Во время похищения Фрэнсис - если хоть один волос упадет с ее головы......!!!! -- Ну вы оба даете. Никто вам вреда из нас не причинит!!! - заверил его главарь, немало удивленный. Штефан, наблюдавший события со стороны, усмехнулся в усы: "Да, пропал барин. Крепко втрескался. Сам даже не знает, как крепко. Да со стороны-то оно всегда виднее!!!" Аскольд тем временем взявши Фрэнсис за руку, повел ее назад к карете, детали плана были обсуждены и довольные головорезы направились обратно в чащу. Фрэнсис взволнованно говорила, пока Аскольд подсадил ее на карету: -- Ах, тревожно и радостно так! Головорезы твои славные ребята! -- Только бы все прошло гладко....- вторил Аскольд. Штефан добвил с козел: -- Главное - не допустить никакому герою опередить вас,хозяин, дабы всамделишней пальбы и кровопролития не вышло.... -- Ой, - Аскольд подавился, представив во что может вылиться их игривая затея. Фрэнсис в надежде сказала: -- Но вы же встанете пораньше, засветло, чтобы всех обогнать! Верно? -- Дааа, - протянул Аскольд, морщась, ибо любителем был поваляться на мягких перинах до полудня. Фрэнсис успокоено откинулась на спинку сидения, и задумчиво глянула в окно. Аскольд сжимал ее маленьку ручку в своих больших ладонях, и не по себе ему было, насколько они стали ближе после этого дня. Тем временем экипаж подъехал к задворкам имения Фрэнсис, и пришла пора прощаться двоим соучастникам грядущего "преступления". Аскольд трепетно проговорил, ощущая в себе заботу и ответственность за ее юную жизнь: -- Фрэнсис, будьте поосторожнее там завтра, с этими разбойниками! Ведь я не смогу все время быть рядом с вами и контролировать их поведение... Обещайте если что дать им отпор! -- О, вы так обо мне приятно беспокоитесь, - покраснела Фрэнсис, - да, я постараюсь... Каждую минуту думая о вас, моем будущем спасителе, я становлюсь смелее! Никогда бы не подумала, что попаду в такое удивительное приключение! Вы - мой покровитель мечтаний девственной души! Аскольд удивленно посмотрел ей в глаза. -- Красиво сказано и неожиданно, - не удержался он от назидательного тона, - Вы, барышня, делаете успехи в изящной словесности! Кто бы мог подумать? -- А вы - в неуклюжей иронии, - парировала Фрэнсис не менее едко. На том и разошлись без лишних сантиментов, дабы не рвать душу. Ночь перед Похищением стояла душная и лунная, спалось всем плохо - Аскольд ворочался в постели, не мог уснуть, все посматривал на часы и за окно - вот вот начнет светать, так уж лучше и впрямь не ложиться... Хотел он краем глаза подсмотреть похищение. И - как ни странно - предался мечтаниям телесного свойства о том, какая награда ждет его после их венчания, а может быть и до, в зависимости от согласия спасенной невесты... Всяких цветов он рвал в своей жизни, но такой дикий прелестный цветок попался ему на глаза впервые, и сам не понимал он, какого подвида и семейства это растение, чего ожидать от него, и чем все это закончится. Поэтому на всякий случай он методично представил по нескольку раз, что и как будет делать со спасенной во имя обучения ее науке любви. Фрэнсис же упала спать, ног под собой не чуя, поскольку впечатлениями был настолько насыщен сей день, что иного финала для него и не подошло бы. Снился ей доблестный Аскольд на белом коне, спасающий ее, связанную, от полчища суровых разбойников. В конце следовал жаркий поцелуй, и лобызания иного свойства среди павших на земь ее пут. Проснулась Фрэнсис засветло, раскрасневшаяся и вся в трепете после столь откровенного сновидения. Куда там ее тайной книжке до такого! В реальности все ведь намного интереснее!!! Штефан спал без снов, выпив бутылочку вина перед сном. Мама Аскольда дремала в кресле с вязанием, сама не заметив, как уснула, в раздумьях о непутевом сыне. Родители Фрэнсис спали спокойно в своей опочивальне, даже и не подозревая, что уготовил им день грядущий. Ну а Лилиан не спала. Она гадала на картах. Просто так. Для себя. И раздумывала о смысле бытия. Ибо чем еще могла бы заняться такая экзальтированная особа, как Лилиан? А Агнешка дремала в объятиях конюха. Потому что они любили друг друга и собирались пожениться. Ку-кареку!!!! - заорал ошалевший петух, взобравшийся на забор. Тотчас же двор имения Аскольда начал просыпаться. Захрюкали свиньи в свинарнике, куры закопошились и закудахтали, выбираясь из закутка на улицу, гуси лениво повернулись в сторону ора, и лошади в конюшне сонно заржали в ответ. От этого шума и гама проснулась Аскольдова матушка в мансарде - Тьфу ты опять уснула за вышивкой! - чертыхнулась и встала, разминая затекшие руки и ноги. Штефан не проснулся, поскольку вино крепко усыпило его. Аскольд подскочил, сдирая с себя одеяло, - Ах! Сколько времени!? Успел или нет!?! Проспал ли?!?! - и вылетел в коридор в неглиже, чем немало удивил спускающуюся в обедню матушку. Скорее даже возмутил. Но что она сказала ему в ответ на его вид, мы здесь цитировать не будем, чтобы не портить приличную книжку старческой руганью. Да и чего еще можно было от нее ожидать. Аскольд вбежал обратно в спальню, накинул халат, и ринулся во двор, будить Штефана. -- Штефан, скотина пьяная!!! Как ты смел надраться, когда такие события предстоят!!?? - возмущенно орал Аскольд, тряся Штефана, и не в силах поднять его с кровати в пристройке для слуг. Кучер нехотя приоткрыл один глаз: -- Вы, барин, не серчайте, я ж не пьяница какой. Так, глотнул во имя успеха мероприятия! - буркнул, и глаз закрыл обратно. Аскольд взвыл, стукая лбом в стену: -- Боооожееее мой!!! - и пнул кучера коленом. - Уволю! Выгоню к чертовой матери!!! -- Это вы зря. Другого такого дурня как я не найдете, - пробормотал тот. - Еще пять минут.... Аскольд выбежал во двор и швырнул в гусей тростью, чтобы хоть как то выместить на чем-то свою ярость. Пнул пролетающую мимо курицу, на что она возмущенно закудахтала, а петух недобро закосил на хозяина и стал бочком к нему подбираться, чтобы отомстить за обиженную, но его коварным планам не суждено было сбыться, потому что дверь пристройки скрипнула, и заспанный Штефан как ни в чем не бывало, потирая глаза кулаками, вышел к Аскольду, и невозмутимо прошествовал к экипажу. Матушка в это время высунулась с веранды и крикнула: -- Аскольд! Сын мой бестолковый, куда едешь, к кому, когда вернешься!? -- Матушка, полно вам - мне не семь лет! Вернусь, когда вернусь! - рявкнул Аскольд, вскакивая в экипаж, как устал он от постоянного контроля со стороны матушки! Та со злыми слезами в голосе погрозила ему кулаком: -- Ты меня в могилу сведешь, грубиян такой-сякой!!!! -- А вы за мной не следите, а не то запру в доме и ключи с собой заберу! - едко бросил Аскольд, и захлопнул дверцу экипажа. "Достала... Старая карга!!!" - буркнул он, насупившись. "Сколько уже можно!!! Я не ребенок! Когда она поймет, что я взрослый человек и сам за себя отвечаю!?" - он закашлялся от злости. Штефан лениво проронил: -- И не поймет.. Вы ж ее сын. -- А ты не подслушивай! - взвизгнул Аскольд, посчитав свои переживания слишком личными. Штефан невозмутимо ответил: -- Жаль вашего батюшку. Был бы жив, не допустил бы этого бабьего скандала. -- Да как ты смеешь!!! Бабий скандал, значит!!!??? - нервы Аскольда начали сдавать от волнения, он сжал кулаки и толкнул кучера в плечо: -- А ну пошли поговорим по-мужски. Мне надоело, что ты обвиняешь меня в таких возмутительных вещах!!! -- Эээ... Барин, вы чего...? Так ведь и опоздать на дело недолго! - растерялся Штефан. Но Аскольд, раззадоренный своей яростью, упрямо выпихал его из экипажа, и между ними завязалась непонятная потасовка, в ходе которой совершенно непонятен был ее исход, поскольку Штефан старался уклоняться, и не бить хозяина со всей силы, дабы не убить его одним ударом на смерть, а сам Аскольд, принимая эти действия за чистую монету, возомнил, будто сильнее Штефана, и принялся его лупить с удвоенной яростью, может не слишком сильно, но назойливо, то напрыгивая, то отпрыгивая от того на своих длинных ногах, будто кузнечик. Штефан порядком утомился, и решил больше не церемониться, одно резкое движение рукой, и Аскольд перелетел через его голову и упал сзади на спину сразмаху в придорожную грязь. Все это произошло настолько быстро, что сам Аскольд не понял, что случилось, только что он прыгал на Штефана, а теперь перед его глазами голубой небосвод, а за шиворот течет что-то ужасно холодное и неприятное! -- Штефаааанннн!!!! Зараза...!!!! - прорычал бедняга, маша рукой в поисках помощи, чтобы подняться. Помощь подоспела, крепкая мозолистая ладонь Штефана вытащила Аскольда из грязи, он встал, оглушенно отряхиваясь, и горестно взвыл: "Мой камзол...!!! Штефан!?!?! Время!!!!!!" -- Что делать!? Как успеть! - метнулся он к воротам, вбежал во двор, перепугав гусей и прислугу своим грязным всклокоченным видом - а выглядел он как никогда колоритно: грязный белый камзол, торчащие во все стороны измазанные грязью волосы, перекошенное от ужаса лицо, и отчаянная жестикуляция. Он так разнервничался, что не смог сразу объяснить горничной, что ему нужно, та шарахнулась от барина и хотела было скрыться побыстрей, но тот поймал ее рукой, и через пять минут она переспросила: -- Вам переодеться принести? -- ДА!!!! - он горестно закатил глаза, - Сколько вам объяснять!!!! И побыстрей!!! - а сам обессиленно облакотился на стену дома. Кажется, никогда прежде он так не волновался, и не делал столько порывистых лишних движений. "Глупец!! Идиот!!! Что ты творишь!? Вместо того, чтобы ехать к Фрэнсис, подрался со Штефаном, измарал костюм, теперь вот ждешь новый пока принесут, Господи, ну почему у меня не получается ничего без этой кучи лишних действий!!!? Кошмар!" - он схватился за голову. Дело в том, что ему категорически воспрещено было нервничать, потому что когда он нервничал, то есть волновался по-настоящему, он начинал творить подряд все, что приходило в голову, а приходило ему всегда что-то неожиданное и не всегда логически оправданное предыдущим действием, так что с некоторых пор Аскольд зарекся искать острых переживаний, дабы не травмировать всех окружающих своей реакцией. Как правило, он начинал хаотично носиться в разных направлениях, изводя своими нервами всех остальных, и себя самого в первую очередь. Поэтому, когда служанка принесла-таки камзол, Аскольда уже надо было отпаивать мятным чаем, поскольку он пришел в столь глубокое замешательство, что его уже била нервная дрожь. -- Наконец-то! За смертью посылать! - гаркнул он, выхватывая из рук служанки новый костюм, поспешно содрал грязный пиджак, бросил его прямо на землю, поверх рубашки накинул чистый, зажал штаны в охапку, и побежал обратно к экипажу. Служанка неодоумевающе покрутила пальцем у виска, глядя ему вслед, и со вздохом подняла брошенную одежду. Опять стирки прибавилось, - подумала она меланхолично, заходя обратно в дом. ... Аскольд лихорадочно переодевался, изогнувшись в совсем непонятную, но единственную подходящую для этого позу на сидении экипажа, бросая на спину Штефана настороженный взгляд: а то как повернется, скотина? Но Штефан благоразумно не поворачивался. Так что сгорать со стыда Аскольду не пришлось, да и оделся он довольно быстро. Грязные вещи были затолканы туфлей под сиденье, Аскольд кое-как восстановил дыхание. Проговорил: -- Ты меня того... Прости... Нервы шалят...! -- Знамо дело - вы еще ни разу пистолета и сабли в руках не держали, а придется научиться за сутки, вам красавицу вашу еще вызволять! -- Ой.... - Аскольд судорожно сглотнул, потому что об этом он и вовсе не подумал, и если бы Штефан не напомнил... Пока он думал только о том, как бы успеть попасть в сцену похищения, чтобы достойно отыграть свою роль.. ..................................................................................................... -- Подонки! Вы за это заплатите!!! - истошно закричала Фрэнсис, схваченная бандитом, который поволок ее к повозке, прочь от калитки отчего дома. На крыльцо выбежали слуги, привлеченные громкими воплями сопротивляющейся девушки, кто-то в ужасе крестился, кто-то побежал в дом звать хозяев, а еще пара человек устремились к отчаянно дерущейся Фрэнсис, но конечно же не успели. Фрэнсис была запихнута в душную карету и дверца захлопнулась, отделяя ее от творящегося снаружи безумства: она успела увидать, как выбежал на крыльцо батюшка, как полотно побледнел и зашатался, а потом глаза его налились кровью и он ринулся к калитке, но карета уже набирала ход и вскоре не было ничего видно. Фрэнсис вскочила на сиденье и выглянула назад: к ее имению подъезжал знакомый экипаж, ах, чуть-чуть опоздал! Аскольд выскочил из кареты и столкнулся лицом к лицу с батюшкой. Больше ничего увидать она не успела, поскольку ее карета свернула на проселочную дорогу и понеслась к лесу. Фрэнсис взволнованно перекрестилась. Все мысли ее были сейчас рядом с напуганным трепещущим Аскольдом. Только бы не потерялся, только бы нашелся, что сказать, мужество и решительность вызволить красавицу показал! Только бы... -- Что случилось, сударь!? - воскликнул Аскольд, едва сдерживая бег сердца стремительный, вылившийся в одышку и неспособность говорить. Нечеловеческим усилием он сохранял на лице спокойствие, а в душе у него бушевал ураган. Перед ним стоял отец Фрэнсис, наиболее влиятельная в городе фигура, которой ничего не стоило раздавить его, Аскольда, как букашку, если вдруг.... Отец Фрэнсис был настолько встревожен, что до него не сразу дошло, кто перед ним. -- Похитили!!! Сволочи!!! - застонал он, вцепляясь руками в свою шевелюру, - Мою дочь похитили!!!! Кто?!?! -- Господи!! - подбежала матушка, бледная как призрак, по ее щекам стекали слезы, - Господи Иисусе! Разбойники.... Что делать!?!?! -- Ах! Черт! - Аскольд изобразил сопереживание. - Черт побери, окажись я на этом месте минутой раньше, я , быть может, смог бы предотвратить это! Безутешные родители только тут заметили, что рядом с ними стоит человек. Отец изумленно вскинул брови: -- А вы здесь какими судьбами очутились!? -- Ехал по делам, да вот.... - Аскольд обескуражено развел руками. - Кто мог отважиться на такое? Зачем ее похитили!!? -- Не знаю!!! - сокрушенно воскликнул отец. - О! Черт! Коня !!! Коня мне!!! За ними, скорее в погоню!! - он встрепенулся. Аскольд услужливо предложил: -- Почему бы вам не воспользоваться моей повозкой, раз уж я здесь оказался... Коня вам будут подавать дольше... -- А вас не затруднит? - в надежде спросил отец. Аскольд воскликнул: -- Умоляю вас, девушка в беде, мои дела подождут! Отец с благодарностью посмотрел на него и запрыгнул в экипаж, Аскольд плюхнулся рядом. Штефан стегнул лошадей, и повозка понеслась. -- А вы не видели, куда они повернули? - спросил отец. Аскольд, стараясь не выдать себя ничем, сказал: -- Нет, не видал, но, быть может, Штефан... -- ...Барин, я и впрямь видел - повернули куда-то налево... - отвечал Штефан с козел. -- Так гони же лошадей!!! - вдохновенно и немного картинно воскликнул Аскольд, махнув рукой в повелевающем жесте. Отец сурово нахмурился: -- Подонки.. Они за это ответят... Знать бы еще, что им надо.... -- Успокойтесь, на нашей стороне время, мы еще можем их догнать... -- Ох, я один, надо было дать слугам приказание ехать следом, вместе бы мы их одолели... -- Обижаете! А мы со Штефаном на что? - изумился Аскольд. Отец, не менее изумленно воззрился на него: -- А вы, сударь, позвольте, разве умеете драться и при вас есть пистолет?! - Аскольд вздрогнул при слове об оружии, но невозмутимо отвечал: -- Низкого же вы обо мне мнения, раз думаете, что я завсегдатай лишь светских вечеринок. Я, да будет вам известно, и фехтованию обучен и стрельбе из пистолета - с десяти шагов в цель попадаю! - с достоинством закончил он. Отец изумился: -- С чего вы взяли, что я такое думаю!! -- Об этом все говорят, насколько мне известно, грязная молва, порочащая достойное имя в наши времена порой бежит впереди безыскусной скромной правды! - вкрадчиво отвечал Аскольд. - Вы изумлены? Да... Мне и самому так часто хочется отсюда уехать, до того эти слухи уже допекли... Ведь ни один их автор не подходит ко мне, дабы уточнить детали выдуманного.... Общество... Бездельников! Что с них взять!? Чешут языками, вместо того, чтобы работать, творить, устремления высокие питать к искусству! - яро воскликнул Аскольд, внимательно следя за реакцией отца Фрэнсис на свои слова. Похоже, они попали точно в цель. Мужчина был обескуражен и вслушался. Аскольд продолжил: -- И сколько таких сплетников решатся вызволять вашу дочь, ежели бросить клич? Кому есть дело до чужой беды?! -- А вы решились бы полезть в гущу разбойников один без оружия, чтобы ее спасти? Ужели смогли бы? - отец Фрэнсис скептично наморщился. Аскольд прикрыл глаза и полушепотом с достоинством проговорил: -- Да. Решился бы. Даже если бы это стоило мне жизни! -- Поговаривают, милостивый сударь, что... - отец Фрэнсис угрожающе приумолк, - что вас с ней видали.... -- Мы пару раз сталкивались на званых вечерах, да. Но суть не в этом. А в том, что женщина - какой бы она ни была - молодой ли, старой ли, нуждается в этом жестоком мире в надежной защите, крепком плече рядом, и я, как подобает истинному мужчине, не мог бы оставить в беде нуждающуюся! - мягко парировал его удар Аскольд. - Знаком я с ней, или нет, я в любом случае не смогу пройти мимо....! -- Что ж, коли так, беру вас в свои союзники, - задумчиво отвечал отец. - А потом посмотрим... Так ли вы хороши в бою, как себя расписываете. Каков вы человек, Аскольд. - и он отвернулся глядя в окно. Тем временем они подъезжали к роще. -- Тпррррууу!!! - заорал Штефан и повозка резко остановилась. Они чуть не наехали на большой валун. Мужчины вышли и молча замерли, глядя на валун. На нем чернела надпись сделанная углем: "Выкуп за Фрэнсис - ... золотых. Завтра в 10 на этом же месте." Аскольд присвистнул. Разбойники постарались от души, и присовокупили к конечной цене вопроса еще немного, видимо, чтобы никому обидно не было в итоге.... Отец Фрэнсис озирался кругом, засучив кулаки, но тихо шелестела на поле рожь, пел соловей в кронах деревьев рощи, и нигде - ни души. Повозка похитителей как сквозь землю провалилась, оставив после себя четкие указания к действиям. Аскольд наморщился: -- Что будете делать? -- Канальи.... Так вам это с рук не сойдет...- процедил сквозь зубы отец Фрэнсис. Но тут же безвольно опустился на землю рядом с камнем и закрыл лицо рукой. -- Что с вами, все хорошо? Нужна помощь? - встревоженно тронул его за плечо Аскольд. Отец простонал: -- Это все мое состояние... Нет, я найду деньги, конечно же... Если это поможет обойтись без кровопролития! Если они вернут мою доченьку... Но тогда я буду разорен.... Господи..... Кому понадобилось.... Опорочить мое доброе имя? Или...отнять честь у моей единственной дочери!?!? - он яростно сжал кулаки. Аскольда передернуло. "Только после свадьбы, если она будет!!!" - подумал он. -- Погодите! Быть может, нам удастся, забрав вашу дочь, наказать преступников! Нужно просто грамотно спланировать засаду... - предложил Аскольд. Отец встрепенулся: -- Верно! А и верно говорите! -- Если позволите, я сейчас отвезу вас назад в имение, а вечером заеду к вам, и мы придумаем план засады, а завтра все осуществим! - вкрадчиво сказал Аскольд. Отец Фрэнсис угрюмо кивнул. -- Везите... Вот это позор... - он залез в экипаж и в бессилии откинулся на спинку сидения, закрыв лицо рукой. ...Аскольд привез страдальца к воротам имения, где того встретила заплаканная жена, общими усилиями ему удалось немного успокоить безутешных родителей, после чего с облегчением направил экипаж к лесу обходной дорогой, чтобы увидать Фрэнсис. Аскольд весьма был встревожен, особенно на фоне тревоги отца Фрэнсис за ее девичью честь. Вовсе не хотелось Аскольду, чтобы украл ее, не дай Бог, кто-то другой насильно... В порядочности разбойников быть убежденным никто его и не заставил бы, поскольку это разбойники с большой дороги - пусть и подкупленные, но кто их знает, что у них на уме. Поэтому Штефан лошадей гнал нещадно, а Аскольд весь извелся, дико переживая в преддверии встречи. Да, самое страшное в виде знакомства с отцом Фрэнсис уже состоялось - не так оказался страшен черт, как его малюют, однако полного спокойствия относительно исхода мероприятия Аскольд все еще не имел. Признаться, никогда доселе в жизни ему не приходилось так нервничать!!! Но где же милая Фрэнсис!? Они подъезжали к стану разбойников... Представьте: угрюмый дремучий лес, тенистые ели обрамляют неприветливую маленькую полянку, громко пахнет хвоей, спокойно и сумрачно на ней... Здесь, именно здесь, на этой неприметной сквозь листву полянке, раскинулся лагерь отъявленных головорезов - грозы тех мест! И именно там, в одном из грязных походных шатров, спрятана (связана, замучена) невинная девушка по имени Фрэнсис, наверняка уже из сил выбившаяся звать на помощь! Да, именно поэтому здесь так тихо! К горлу Аскольда подступил комок, а кулаки сами сжались, он решительно и бесшумно устремился к лагерю. Что-то еще здесь изменилось с его последнего визита.... Неуловимо изменилось, но вот что? Он никак не мог понять... Тишина прутом каленым колола в уши, нервы его были на пределе, его подбрасывало над землей от нетерпения, и тут, на мгновение остановившись и всмотревшись в окружающий его пейзаж, он внезапно понял, что не так! О, Боги - между шатрами были натянуты веревки, на которых мирно сушились разноцветные тряпки. Пахло вкусной едой. На воздухе не было ни души, однако раздавался довольный храп из некоторых шатров. Аскольд в недоумении оглянулся еще раз, и его боевой пыл начал спадать. Да, зловещая картина постепенно превращалась в, как это называют, "интимный портрет" кисти голландских живописцев - абсолютно бытовую уютную сценку, в которой места не было всем тем ужасам, которые только что пришли Аскольду в голову. Он тихо позвал: - Фрэнсис! Ау??? Зашуршал полог одного из шатров, и проворно выскользнула наружу маленькая стройная фигурка. В груди у Аскольда все затрепетало, и он устремился к ней с объятиями, она с благодарным тихим стоном повисла у него на шее, обхватив ее руками крепко крепко, и готовая к поцелую, но Аскольд зарылся лицом в ее шею и стоял так долго, не решаясь разжать объятия. "Слава богу, с тобой все в порядке!" - не то думал, не то прошептал он. Фрэнсис громко сопела ему в ухо. Наконец, оба решились отстраниться и посмотреть друг другу в глаза. "Ура! Кажется, он стал выглядеть намного живее и моложе!" - отметила про себя Фрэнсис, видя его горящий деятельный взор. "Сколько в этой маленькой, в дочери мне годящейся девчонке, огня!" - благодарно изумился Аскольд. Они держали друг друга за руки, и никто не решался сказать первое слово. Фрэнсис обмирала, боясь спросить о том, как продвигаются дела. Аскольд проговорил первым: - Батюшка твой, признаться, прелюбопытный тип, кажется, я его уже даже уважаю, он так распереживался, когда тебя выкрали!!!... С ним я беседу имел удачную, кажется, все идет как надо. А ты, я вижу, тоже времени не теряла? - и он кивнул в сторону развешенных постиранных вещей. Фрэнсис довольно рассмеялась: - Да, скучать мне тут совершенно некогда, они славные, эти твои разбойники, им ведь в хозяйстве тут никто не помогает, стирают одежду раз в месяц, а тут я..... Я их суп научила вкусный готовить, всей бандой мне помогали, кто-то лук чистил, кто еще чего... И такие послушные, ты бы видел! - Ты - прелесть! - восхищенно выдохнул Аскольд, а его руки сами потянулись поглаживать ее по спине. Фрэнсис тут же покраснела и проборомотала, отводя взгляд: - Вы, Аскольд, меня смущаете.... Дождемся ли свадьбы? Аскольд внезапно смутился тоже, тряхнул шевелюрой и будничным тоном воскликнул, убирая руку: - Итак, завтра днем состоится твое вызволение из лап кровожадных разбойников!!! Ты готова? - А у меня есть какой-то выбор? - лукаво рассмеялась она. - Тогда давай немного погуляем по окрестностям, а позже я поеду к твоему отцу, продумывать детали мероприятия... А завтра... - Да, завтра...- вторила она....