Осколки любви

Я трясусь в автобусе и наблюдаю за угасающими огоньками на дороге, полыхающими, словно в последний раз. Мы уезжаем домой. Этот лагерь практически не оставил у меня положительных эмоций. Лишь ярко вспоминался случай, когда все друзья враз отвернулись от меня, в то время, как я была абсолютно не виновна в этом. Или когда мы неудачно прорепетировали. Или когда я захлёбывалась слезами, вспоминая Алекса. — Алина, ты как? — раздаётся над ухом любимый голос. — Я… в порядке, — дёрганно отвечаю я и отворачиваюсь от Адриана. Не в порядке я. Странное предчувствие не дает мне покоя вот уже неделю. Такое чувство, что обязательно случится что-то плохое, когда мы приедем в город. Я не знаю, что и как, но случится. И что-то плохое. Голову затуманивают различные мысли и просто не дают мне покоя. — Мне не нравится твой видок. Ты уже неделю ходишь ни жива ни мертва. Я одариваю Адриана взглядом, а-ля «Отвянь» и вновь отворачиваюсь к окну. Тошно. Мне неприятны эти мысли, которые медленно убивают во мне оптимистичную Алину. В конце концов я засыпаю. Как всегда, разбудил меня Адриан. Была б под рукой какая-нибудь кувалда или хотя бы топорик, я бы долбанула его, как следует. Но ни кувалды, ни топора нет, так что зарубить Адриана мне не удалось. К тому же, убивать парня — не самая лучшая идея. Домой попала на автопилоте, удачно уклонившись от расспросов сестры и брата. Следующая неделя прошла, как в тумане. Дом — школа — репетиция по музыке — репетиция спектакля — дом — сон — дом — школа, и так далее, по кругу… Наконец, настал день концерта. Вся группа была на нервах, особенно я. Розалия сшила нам костюмы. Для меня она приготовила красное бархатное платье с прозрачными чёрными вставками и волнистой юбочкой выше колена. Его дополняли мятый чёрненький корсет на симпатичной шнуровке и такие же сапоги по колено. В общем, красота. Я с головы до ног осыпала Лея и Розу (а заодно и Лизандра) благодарностями. Но моё шестое чувство просто сводило меня с ума. Накануне концерта это страшное чувство настолько зашкаливало, что я выглядела как мертвец, восставший из могилы. За час до концерта, когда я сидела в гримёрной, ко мне зашли Роза, Кас и Аня. Увидев меня, Аня тихо матюкнулась на русском, Роза встала, как вкопанная, а Кастиэль ошеломлённо пробурчал: «Твою ж мать…» У них были свои причины на эти действия. Синяки под глазами, как воронье гнездо, спутанные волосы, сомкнутые в одну полосу бледные губы и белое лицо, как у смерти — у меня был тот ещё видок. А теперь представьте, что это всё происходит незадолго до выступления. Шок ребят был абсолютно оправдан. — Знаешь, что? Сейчас я притащу Адриана, и он будет отчитываться за тебя, потому что не имел права допустить этого! — выпалила Аня и убежала, предположительно, в поисках Эдриана. Через минуту она вернулась, грозно держа за локоть моего парня. — Что ты сделал с моей сестрой?! — Аня, а он-то тут при чём? — запоздало спросила я: надо было задать этот вопрос раньше, до того, как она нашла Агреста, но она смылась прежде, чем я успела что-либо сказать. Сестра начала быстро оправдываться, а Роза, наконец, взяла себя в руки. — Кас, будь добр, притащи мою косметичку. Парень вылетел из гримёрной, после чего меня начали активно допрашивать. Про свои навязчивые мысли я решила им не рассказывать и уклончиво ответила: — У меня просто слегка кружится голова… Адриан взял меня за руку. — Ты такая холодная… Что-то случилось? Я отрицательно покачала головой и подставила Розе лицо, чтобы он начала над ним колдовать. Спустя некоторое время всё было готово. Ярко-красная, как кровь, помада, тёмные тени и много тоналки. Розалии не удалось убрать всю бледность лица, но она хотя бы придала ему более-менее здоровый оттенок. В гримерку влетела Ирис. — Алина… — запыхавшись, тревожно позвала она. — Лизандр пропал. — Как пропал? — Я мгновенно вскочила со стула и выжидательно уставилась на Ирис. — Вот так. Трубку не берёт, в школе его нет, Кас тоже ничего не знает. Я оторопела. Дрожащими руками достала телефон и набрала Лизандра. Долго слушала гудки, потом сбросила вызов. — Роза! Может, ты что-нибудь знаешь? — взмолилась я. — Нет, абсолютно нет, — растерянно пролепетала она. Я ещё раз набрала друга, и (о боги!) он поднял трубку. — Алло? — раздался заспанный голос. — Где тебя черти носят?! Поэт фигов! У нас выступление через полчаса, а второго солиста нет! Где ты?! — набросилась я на Лизандра. — Я забыл, проспал… Ждите, скоро буду, — коротко ответил он и положил трубку. А я обречённо и одновременно облегчённо взвыла. — Он забыл. Сейчас прилетит, — пояснила я друзьям, которые внимательно на меня смотрели, ожидая моего ответа. — Забыл?! — взревел Кастиэль. Мы с девчонками еле его успокоили. Все принялись ждать нашего друга. В принципе, ничего другого нам и не оставалось. Буквально через десять минут в дверях гримёрной показался Лизандр. Мы все разом набросились на него. Но потом успокоились. Пришёл же? Пришёл. Вовремя? Вовремя. Вскоре подошло время начала выступления. Первым мы исполняли опенинг «Токийского гуля». Зал встретил первую песню оглушительным рёвом. В зрителях были все: одноклассники, простые люди с улицы и даже некоторые родители. После первой песни моё напряжение как рукой сняло. Я играла, пела плечо к плечу с Лизандром и получала от этого неимоверный кайф. Я пела последнюю песню, когда заметила в толпе до боли знакомое лицо. Сердце дрогнуло, голос сорвался; я чуть не выронила микрофон из вмиг ослабевших и уже дрожавших рук. Во время проигрыша Лизандр коснулся моего плеча и быстро спросил: — Что-то случилось? Алина? Я нервно мотнула головой, слабо извинившись, попросила продолжать без меня и быстро ушла со сцены в гримёрку. Через минуту там появилась Роза и испуганно спросила, что со мной стряслось. Я смогла выдавить из себя лишь одно слово «Алекс» и разрыдалась; Розалия коротко спросила: «Бывший?» и после моего кивка принялась меня утешать. Я слышала, как Лизандр извинился за моё отсутствие и оповестил аудиторию, что волноваться не нужно и концерт продолжится по плану. Теперь на меня давила ещё совесть, ведь я подвела группу. Я рыдала в голос от осознания собственной никчёмности. Подруга достала огромную упаковку салфеток и присела рядом. Аня тоже прибежала узнать, в чём дело, но Розалия отправила её назад, объяснив, что мне одной жилетки вполне хватит, а ей стоит поддерживать своего парня. Мы снова остались наедине: плачущая я, обеспокоенная Роза и огромная упаковка салфеток. К тому моменту, когда я окончательно успокоилась, концерт уже закончился. Группа немного урезала репертуар из-за моего отсутствия и отказалась выступать на бис. По моей просьбе сестра объяснила всё ребятам и попросила их дождаться меня на сцене. Розалия подправила мой макияж, насколько это было возможно, и я, стараясь не показывать своё состояние, максимально спокойно и гордо вышла на сцену. Ребята собрались в середине, в зрительном зале остался только он. При виде меня Алекс хищно улыбнулся, от чего меня аж передёрнуло, и воскликнул: «А вот и она!». Хлопая в ладоши и смеясь, он поднялся на сцену и, подойдя ко мне почти вплотную, вкрадчиво произнёс: — Ну, привет. Давно не виделись, правда? Меня снова передёрнуло от его тона. Сейчас этот человек не вызывал у меня ни малейшей симпатии. — Пошли в гримёрку. Там и всё обсудим.

***

— Зачем пришёл? — спросила я ледяным тоном. — Увидел объявление на улице и решил посмотреть концерт. Должен признать, вы легко справились без меня… — Повторю свой вопрос. Зачем ты пришёл? — выделяя каждое слово и холодно глядя ему в глаза, отчеканила я. — Хотел извиниться перед своей девушкой. И ещё был бы не прочь вернуться в нашу группу, — слащаво пропел Алекс. Я аж задохнулась от возмущения. — Ещё чего тебе хочется? Во-первых, я не твоя девушка; у меня есть парень, который НИКОГДА не предаст меня, в отличии от тебя. Во-вторых, ты не вступишь в нашу группу, — твёрдо произнесла я. — Ты сделал выбор год назад. Гад, — презрительно фыркнула ему в лицо. — Но… Я же люблю тебя! Это же… любовь… — состроил виноватую мордашку брюнет. Ах, какая игра! Год назад я бы купилась, но не сейчас. — Нет, дружочек. Любовь была, когда ты меня не предавал. Любовь была, когда ты целовал меня и говорил, что я лучшая. Любовь была год назад, Алекс. Не я тебя бросила, а ты! Ты! Ты ушёл, оставив на память лишь тяжёлую депрессию и воспоминания. — Но это ведь несерьёзно. Пойми, дурочка, я предлагаю вам такой шанс! Со мной вы пробьётесь на высшие топ-чарты Франции! К тому, же я, правда, понял свою ошибку и люблю тебя… — почти шёпотом закончил он. Сердце предательски дрогнуло, вспомнив прежнего Алекса. Как же он хорошо умеет притворяться… Как жаль, что я замечаю это только сейчас… — А ты отупел без меня, — вздохнула я. Мне на глаза попалось зеркало в виде сердца, которое принесла Роза, и плюшевый заяц. Я, недолго думая, схватила зеркало и показала Алексу. — Смотри. Вот это была наша любовь. Потом ты меня предал и… — Я с силой разбила зеркало об угол стола. Ребята ахнули, но ничего не сказали. — И наша любовь… Раскололась. А теперь представь, что вот это моё сердце, — Я взяла плюшевого зайчика. — Ты взял и вколол эти шипы мне в сердце. Как-то так, — Я с силой вдавила осколок в зайца. — Потом близкие мне люди вытащили эти шипы, — Я бросила осколок на пол. — Но шрамы остались. И однажды в моей жизни появился вот этот человек, — Я притянула за руку Адриана. — Он вылечил мои шрамы и заполнил пустоту в сердце любовью. А что осталось от НАШЕЙ любви? Так вот, дружок. Ты считаешь, что это — любовь? — Я вновь схватила в руки зеркало и продемонстрировала ему. — Нет, друг. Это осколки любви, — горько бросила я ему, кинула зеркало на пол и развернулась к Алексу спиной.  — Убирайся из моей жизни и больше не возвращайся. Ты не достоин даже Амбер. Вали. Ты нам не нужен. Я перевела дыхание и посмотрела на ребят. Кастиэль кивнул. Я развернулась и со всей силы долбанула ему кулаком по лицу со словами: «Это за всю ту боль, что ты причинил мне и ребятам. Прощай». Алекс на мгновение прижал ладонь к носу, размазав кровь, и, увидев её, взглянул на меня. В его взгляде читалась неподдельная ярость. Он выскочил из комнаты, как ошпаренный. Ребята молчали. Они понимали, какую боль я сейчас испытывала. Спустя пару минут в гримёрную зашёл какой-то мужчина средних лет. Блондинистые волосы, очки, серые глаза и строгий костюм. Похороните меня под сакурой, я где-то видела его лицо, но не могу его припомнить. — Я могу Вам чем-то помочь? — вежливо спросила я, силясь вспомнить, где же видела его. Мужчина ничего не ответил и прошёл мимо меня. Он остановился перед бледным, как полотно Эдрианом. Неужели это… — Так вот, чем ты занимаешься вместо учебы! — воскликнул мужчина и отвесил Эдриану нехилую пощёчину. — Что вы себе позволяете?! — встала я на защиту Адриану. — Тебя это не касается, — Мужчина взглянул на меня испепеляющим взглядом как на ничтожное насекомое. — Ещё как касается, — грубо ответила я. — Рукоприкладство — это подло. Успокойтесь. Вы не имеете право его бить. Кто вы вообще такой? Вы позволили себе зайти, не представившись, и ударить одного из участников нашей группы. — Я его отец. А Вы кем ему приходитесь, мадемуазель? Полагаю, что никем. Поэтому не суйте нос в чужие дела. — Я его девушка. Вы не имеете права к нему прикасаться. — Девушка? А вы не ошиблись в статусе? Может, просто развлечение, на пару ночей? Тут уже не выдержал Адриан: он влепил отцу такую пощёчину, что у мужчины вспыхнул отпечаток ладони на всю щеку. Все замерли. — Что ты себе позволяешь, щенок?! — взревел мужчина и поднял руку для удара. Но её перехватил Кастиэль. — Убирайтесь отсюда. Вам здесь не рады, — Он грубо откинул его руку и грозно уставился на него. — Ты мне больше не сын, — холодно бросил мужчина и, развернувшись, ушёл. Мы все пребывали в глубочайшем шоке. Первым от этого состояния отошёл Эдриан. Он вылетел из гримёрки. Я вскочила и кинулась за ним. Адриан выскочил на улицу и догнал отца. — Пап, я… — Мальчик, ты ошибся, я не твой отец. Мужчина подошёл к лимузину и, сев в него, уехал. Адриан, выругавшись, побежал через дорогу в сторону парка. Я снова поспешила за ним, но… слишком поздно заметила несущуюся на него иномарку, которую он, очевидно, не видел. — Адриан! Визг тормозов и громкий вскрик. Я видела, как от сильного удара, Адриан, словно в замедленной съемке, отлетел в сторону, перевернувшись в воздухе. Я плохо помню дальнейшее: окровавленное тело любимого на дороге, сирена скорой, врачи… Ненавижу концерты…