The Dragon Rises

— Ты изменился, — заметила Моргана, взяв Артура под руку. Он автоматически дёрнул локтем, защищаясь от её ногтей как и всегда, но на этот раз он почувствовал, как они глубоко впиваются, несмотря на толстую кожаную куртку, которую он носил. Или что-то особенно раздражало Моргану, или её ногти были острее, чем обычно. Краем глаза Артур увидел, что за ними идёт Мерлин. Ему должно быть досадно иметь постоянную тень в виде этого парня, но вместо досады он почувствовал облегчение. — Не уверен, что понимаю, о чём ты говоришь. Улыбка Морганы была застывшей, даже отстранённой. Артур видел такую только тогда, когда козни его сестры работали против неё, и не мог не задаться вопросом сейчас, что же теперь пошло не так. — На обеде ты был очень молчалив. — Я часто молчу, — сказал Артур, нахмурив брови. Он мог смотреть в свою тарелку больше положенного и мало есть из того, что было в ней, но это ничем не отличалось от любого другого обеда. Не его вина, что именно в этот день его мысли были заняты другим. Двадцать рыцарей и один из сыновей тана в качестве ответа на общенациональную войну, устроенную другим королевством? Число мужчин было так мало, что это больше было похоже на пощёчину для Мерсии. Отправка Артура, а не основной наследницы, было эквивалентом высмеивания Мерсии, и явно экстравагантным. Из-за всего этого можно было бы расценить Утера тем, кто ставит Камелот выше всех других королевств, посылая их к чёрту. Артур слишком многого не знал. Почему Мерсия призывала собирать военные отряды? Что было в других бумагах, которых Артур не видел? Что с поведением Утера? Артур мог анализировать их встречу сколько угодно, но он не мог далеко продивинуться, когда у него не было всей информации. И, что ещё хуже, он знал, где получить информацию, необходимую для продвижения вперёд в своём собственном уме, но из-за такого количества людей вокруг Артур не мог отвести Мерлина в сторонку, чтобы, возможно, получить от него какое бы то ни было объяснение. Было невыносимо иметь Мерлина под рукой и не иметь возможности поговорить с ним наедине. — Может быть, но иначе, — сказала Моргана, издав тихий смешкок, от которого Артура пробрало до костей. Он заставил себя не напрягаться. — Но я знаю тебя, братишка. Я знаю, когда ты думаешь о другом. Только о чём? Артур вздохнул. Он притворился, что не замечает, как Мерлин всё больше и больше замедляет шаг за их спиной, ускользая из поля зрения. — О чём мне думать? Улыбка Морганы исчезла. Её пальцы сжались. — Мерсия. — Да, конечно. Мерсия, — сказал Артур, дружелюбно кивая. Он наклонил голову, внимательно изучая девушку. Утер велел ему взять двадцать человек, но не уточнил, каких именно; он задавался вопросом, беспокоится ли Моргана о возможном выборе Артура. Он задавался вопросом, о чём вообще думает Моргана. Обычно откровенная на самые разные темы, Моргана хранила молчание, держа свои мысли при себе. — У тебя есть какие-нибудь комментарии по этому поводу? Моргана сделала пренебрежительный жест, будто насмехаясь. — Что я знаю я понимаю в военных делах? — Довольно много, насколько я помню, — ответил Артур, замедляясь. Он не хотел уходить слишком далеко от Мерлина, хотя и не мог понять, почему. — Ты была любимицей нашего учителя. На этот раз смех Морганы был более искренним, её глаза засверкали от воспоминаний. Она похлопала Артура по руке, потянув его за собой ещё на несколько шагов, прежде чем заговорить. — Ты знаешь, кого из рыцарей ты возьмёшь с собой? Артур уныло покачал головой, чтобы скрыть своё выражение лица. — Конечно, знаю, — прозвучало резко. — В перерывах между приступами гнева Утера и обедом я составил список, подал заявку и намерен поехать уже завтра. Моргана нахмурилась. — Я даже не знаю, что всё это значит, Моргана, — раздражённо огрызнулся Артур. — У меня пока никаких идей. Но скоро будут, надеюсь. — Хорошо, — голос девушки звучал задумчиво и отстранённо. Утер, ко всеобщему удивлению, повторил своё объявление чуть позже. Его слова были встречены мёртвой тишиной, которая медленно наполнялась сомнительными возгласами и восклицаниями. Почти все рыцари в зале посмотрели на Артура, прежде чем хлопнуть в ладоши, хотя ожидали ли они, что Артур назовёт рыцарей, которые будут сопровождать его, или они искали какое-то утешение в путанице, которая пришла с нехарактерным решением Утера, Артур не знал. — Ах, — вздохнула Моргана. — Леон будет среди них? Артур остановил их. Он посмотрел на Моргану, но она ничего не сказала. Он не знал, хочет ли она держать Леона рядом для своих собственных целей, что, учитывая их странные отношения, было понятно. Но что-то в её тоне раздражало его. Волнение с тех пор, как Утер принял решение, росло и теперь было ещё тяжелее, и горький вкус появился у Артура на языке. Он не знал, что это было, но что-то было не так. — Он один из наших лучших бойцов, — уклончиво сказал Артур, избегая вопроса. — Так и есть, не так ли? — строго сказала Моргана. Её хватка на руке Артура ослабла, и она сделала шаг назад. — Без него тебе было бы плохо. Артур глубоко вздохнул, не зная, как воспринять слова Морганы. Она хотела, чтобы Леон поехал в Мерсию? Почему? Она снова играла в свои обычные манипулятивные игры, пытаясь заставить Артура принять противоположную точку зрения и оставить Леона? Осторожничая, он пояснил: — Он мой второй. Мне не хочется его отсылать. Я не хочу оставлять Камелот без защиты. Моргана задумчиво что-то напевала. Артур всё ещё не мог оценить её реакцию, но ему показалось, что она выглядит... расстроенной? Артур никогда не играл в игры Морганы, сбивая её с толку более чем один раз, заставляя её говорить ему прямо, а не ждать, пока он попадётся в её ловушки. Ему было интересно, сможет ли он вырвать её истинное желание дня на этот раз, или если она будет держать его слишком близко к груди. — Наверное, так будет лучше, — сказала Моргана. Затем, подняв бровь, она продолжила. — Я имею в виду, оставить его в Камелоте. Утер был неустойчив в последнее время... Артур осторожно взглянул на неё, прежде чем оглянуться, но они были абсолютно одни. Мерлин отступил ещё дальше и замедлился ещё больше. — ...и иметь кого-то в Камелоте, когда он оскорбляет ещё одного тана, было бы мудро. Кто знает? Утер может быть прав в этот раз, и Мерсия действительно в сговоре с Эссетиром, и у нас будет два фронта для обороны. — Возможно, — ответил Артур нейтральным тоном. Он не был уверен, что ему понравилось, как Моргана сформулировала свои слова. Оскорбить ещё одного тана? Как будто Утер привык к этому. Камелот держался особняком, безжалостно защищая свои границы, и за исключением тех случаев, когда политика танов влияла на королевство, Утер поддерживал дипломатические отношения со своими ближайшими соседями, даже если они ему не особенно нравились. В этот раз? В отличие от большинства других танов, унаследовавших их положение, Утер сражался за своё королевство зубами и ногтями. По сути, он был военачальником, столь же успешным на поле боя, сколько и на придворных дуэлях. В нескольких словах Моргана изобразила Утера как маниакального неконтролируемого мужлана, способного привести их к определенной гибели. С чего бы ей беспокоиться? Артур хорошо знал недостатки Утера, но знал и о его сильных сторонах. Недавнее поведение Утера было непохоже на него. Описание Морганы было более подходящим совершенно незнакомому человеку, чем их отцу. Что, чёрт возьми, происходит? — Ты изменился, — несчастливо повторила Моргана. Её рука отпала от руки Артура, и вместо того, чтобы чувствовать себя потерянным, он почувствовал облегчение. Все эти годы он держался за неё или искал убежища с ней, хотя часть его всегда знала, что она никогда не была в такой безопасности, как она себя представляла. Она охраняла его, уговаривала, успокаивала, но теперь, оглядываясь назад, он спрашивал себя, насколько искренней была её поддержка. Она всегда быстро говорила успокаивающие слова, чтобы успокоить Утера, когда тот выходил из себя, но ей не хотелось вставать между ними, когда этот гнев был направлен на Артура. Артур воспользовался случаем, чтобы отойти в сторону. Ему казалось, что он обрывает связи и проясняет свою позицию. Было слишком много неизвестных факторов. Слишком много вопросов. Слишком многое ему придётся сделать самому. Мысль об уходе, о том, чтобы начать свой собственный путь, была волнующей. У него никогда не было возможности построить себе страховочную сеть, и было странно работать без неё сейчас, хотя в глубине души он знал, что у него самая крепкая поддержка из всех. Дуб на его груди вырос из прикосновения Мерлина во время ритуала связывания, как саженец, вырывающийся из шелухи, становясь крепким и сильным в мгновение ока. Увидев, как знак дракона выжег целебную марку на коже Мерлина, он ожидал того же и приготовился к боли. Артур был удивлен не только прохладой прикосновений Мерлина и гладкостью темнеющих линий на его коже, но и многими другими вещами. «Никому нельзя это показывать, — говорил Мерлин, извиняясь и сожалея на одном дыхании, как будто знак дуба был чем-то постыдным. Выражение лица Мерлина исчезло прежде, чем Артур успел спросить, что оно означает, маг с трудом отвёл руки. — Ну. В традиционной церемонии привязывания связующий не должен иметь метки. Я сделаю талисман, чтобы спрятать её. Просто... просто прикрой это пока.» Просто прикрой это пока. Это то, что делала Моргана? Что она скрывала? Артур выдохнул и повернулся, чтобы посмотреть в окно. Он не любил секретов. Он мог понять, когда они исходят от Мерлина, потому что Мерлин провёл почти всю свою жизнь в бегах, преследуемый, будучи едва чем-то больше, чем лиса для охотников. Он никогда не мог позволить себе роскошь доверять кому-либо, и любое такое доверие было бы трудно завоевать. На это потребуется время. Артур был готов дать Мерлину некоторую свободу действий. Артур был уверен, что у него будут ответы в любом случае, вплоть до того, как странно Мерлин отреагировал на их метки и что они означали, но это может подождать. Они едва знали друг друга. У Морганы не было такого оправдания. Они были родственниками. Они выросли вместе. У них были общие учителя. Они провели равное количество времени на тренировочных полях и в зале суда, пока их обязанности не были более полно сформированы. Артур думал, что они с братом и сестрой довольно близки, но в эти дни он чувствовал, что у него больше общего с Кеем, который был негодяем в лучшие дни. Что она скрывала от него? Что она планировала? Заметив внимание Морганы, Артур тяжело вздохнул и почесал рукой подбородок. — Конечно, я изменился. Ко мне привязан колдун, — сказал Артур, внимательно наблюдая за ней. — Я предполагаю, что такое событие каким-то образом, но меняет человека. В глазах Морганы появилась вспышка облегчения. Она снова взяла его за руку, и на этот раз её ногти не впились в складки изношенной кожи, спасая её от увечий. — Не знаю, — легко ответила она. — Моргана, — вздохнул Артур. Он оглянулся через плечо, как будто искал Мерлина, но он ещё не завернул за угол и не догнал их, и его не было видно. Куда бы он ни исчез, Артур искренне надеялся, что Мерлин появится быстро. — Что мне вообще делать с колдуном? Особенно с таким, как он? Ты видела, как он выглядит? Колдун он или нет, сомневаюсь, что в лучшие дни он способен на большее, чем зажечь свечу. — Он немного груб, — согласилась Моргана, но это было единственное сочувствие, которое Артур знал, что получит от неё. — То, как он говорит, неплохо развлекает, и только. Ты должен избавиться от него как можно быстрее. — Я даже не знаю, в чём он хорош, — пожаловался Артур, хотя он чертовски хорошо соврал. Воспоминание о том, как Мерлин швырял пули в их противника, было выжжено в его сознании. — Судя по тому, что я видела, он хорош далеко не во многом, — сказала Моргана с улыбкой на губах. — Он достаточно силён для полу-приличной защиты. Может быть, он может разжечь костер, если тебе это нужно, но он больше помеха, которая потянет тебя вниз, чем что-либо другое. — Ты думаешь? — Он слаб, — серьёзно сказала Моргана. — Он недостоин сына тана. Чем скорее ты от него избавишься, тем лучше. — Почему Утер... — Артур прервался. Он колебался. — Почему Утер сделал то, что сделал? Это какое-то наказание? Взгляд Морганы потемнел. На этот раз её улыбка была натянутой. — Ты знаешь Утера и его игры. Я сказала ему, что колдун ничего особенного не представляет, и что мы должны освободить его, как только сможем. Я была удивлена, что он предложил этому мальчику. Какая глупость, какая глупость. — Полагаю, — не совсем уверенно ответил Артур. Моргана просияла. — Кстати, где твой маленький питомец? Он уже заблудился? — Она заговорщически наклонилась. — Или ты его подставил? Кто-то взял на себя задачу избавиться от него для тебя? Сердце Артура сжалось, хотя он выучил своё выражение лица пассивной озабоченности. Он открыл рот, чтобы отмахнуться от исчезновения Мерлина, как от мухи, и в это же время Мерлин сам споткнулся в коридоре позади них. Он стукнулся о декоративный стол, едва успел поймать вазу с цветами, и выпрямился снова. Моргана насмешливо фыркнула. — А, вот и он, — сказала Моргана, отворачиваясь. Она потянула Артура за собой. Глаза Артура сузились. Он не пропустил новый, взбалмошный взгляд Мерлина, и то, что его одежда выглядела слишком помято. Он видел, как Мерлин двигался по полю битвы, и знал, что нет никакой вероятности того, что он действительно настолько неуклюж, чтобы врезаться в стол, даже с такой ногой. Артур замедлился, используя свой высокий рост и вес, чтобы не дать Моргане утащить его, и наблюдал, как Мерлин бросил тёмный взгляд по коридору, за углом, вне поля зрения Артура. — Где ты был? Вопрос прозвучал жёстче, чем он предполагал, но шаги на расстоянии внезапно остановились, прежде чем медленно отступить. Выражение лица Мерлина ничуть не прояснилось. Поджав губы в тонкую линию, он сказал: — Извините, подскользнулся и упал. Пришлось воспользоваться туалетом. — Как грубо, — фыркнула Моргана. — Да, должно быть, это шок, узнавать, что некоторые люди до сих пор время от времени спотыкаются и заблуждаются, не то, что вы, голубых кровей... — Артур освободился от внезапно острой хватки Морганы и схватил Мерлина за руку немного грубее, чем хотел. — Ой. Что я сделал? — Прости, Моргана. Похоже, мне придётся потратить часть своего свободного времени, обучая своего магического питомца, как вести себя в культурной компании, — сказал Артур, таща за собой Мерлина. — Я бы не надеялась на успех, — крикнула Моргана им вслед. Артур махнул рукой за спиной, показывая, что слышал. Он продолжал тащить Мерлина за собой, пока они не свернули за угол в пустой коридор. Ослабив свою хватку на Мерлине, он спросил: — Ты в порядке? — Бывало и хуже, — ответил Мерлин, отряхиваясь. Послышалось слабое шуршание, когда он разгладил жилет и поправил воротник рубашки. — Я же сказал, что лучше тебе держаться поближе, особенно в замке. Куда ты подева... Мерлин полез в жилетку и вытащил наспех сложенные и сморщенные свитки, которые Артур видел у Утера. Рыцарь онемел от этого зрелища. — Почему... — Ты хотел их увидеть, не так ли? — Спросил Мерлин. — Я даже не собираюсь спрашивать, откуда они у тебя, — сказал Артур, запихивая их обратно в жилет Мерлина. Мерлин хмыкнул. — Если бы я знал, что ты любитель руки распускать... — Тише, — сказал Артур, снова хватая Мерлина за руку. На этот раз он был мягче, когда они шли по коридору, направляясь на верхние уровни в покои. Никто из них не заговорил, пока они не прошли мимо нескольких слуг, поднимавшихся по лестнице. — Пришло время поговорить, — сказал Артур. Он говорил очень тихо. — Что-то не так. — О, хорошо, я думал, что это только я заметил, — сказал Мерлин, остановившись на полпути вверх по лестнице, чтобы глубоко вздохнуть. Артур поморщился, забыв, что Мерлин также был ранен в верхнюю часть спины, потерял много крови и, технически, всё ещё восстанавливался. Любой другой всё ещё был бы на больничной койке, отсыпаясь от так называемых целебных жидкостей Гаюса, но Мерлин избегал этого, держась поближе к Артуру с того момента, как стал достаточно здоров, чтобы двигаться. — Значит, я не ошибаюсь, — сказал Артур. — Нет, — ответил Мерлин. Артур искоса взглянул на Мерлина, вспоминая их первый настоящий разговор. Я хочу, чтобы ты выиграл войну, которая обязательно придёт. — Это та война, о которой ты говорил? — Я пока ничего не знаю. Возможно. — Мерлин дёрнулся, похлопав себя по груди, где он спрятал скомканные свитки. Он почесал челюсть и повернулся к Артуру. — Моё мнение? Определённо та. — Двадцать рыцарей? — спросил Артур. Смех Мерлина был сухим. — Да уж. Мерлин значительно замедлился, и Артур проследил за его взглядом по коридору к человеку, стоящему за пределами покоев Артура, большие пальцы зацепились за его пояс. Леон. Артур почти забыл, что он должен был поговорить с Леоном, попытаться разобраться в том, что между ними было. Прошло время, когда они были друзьями настолько близкими, что даже угроза телесного наказания не заставила бы одного предать другого. Артур не знал, когда это изменилось. Он всегда думал, что это началось, когда Артур получил командование рыцарями, но у него было ощущение, что вражда между ними началась давным-давно, когда Леон связался с Морганой. Но как Леон мог так полностью отвернуться от него? Для каких целей? Что сделал Артур и сможет ли он восстановить их дружбу, пока не стало слишком поздно? Из-за мрачного лица Леона Артур подумал, не вышли ли они далеко за пределы точки невозврата. Для виду, а возможно, и из-за извращённой иррациональной потребности чему-то навредить, Артур оттолкнул Мерлина от себя. Он услышал с внутренней дрожью, как Мерлин вскрикнул от удивления, споткнулся и врезался в стену. Артур продолжал, не обращая внимания на состояние своего «питомца», и подошёл к Леону. — Пойдём внутрь, — сказал Артур, потянувшись к двери в свою комнату. — В другой раз, Артур, — хрипло сказал Леон, отступая. — Мы должны были поговорить, — сказал Артур резко. — Мы собираемся поговорить. Пойдём. — У меня встреча с Морганой, — ответил Леон, одной рукой схватив рукоять меча за поясом. Вероятно, это не должно было быть угрожающим жестом, но Артур воспринял его именно так, многозначительно глядя на руку Леона с поднятыми бровями, пока Леон не ослабил хватку. — Я пришёл только сказать тебе это, вот и всё. Я проведу вечер с Морганой. Теперь каждый вечер будет таким. — Ты мой второй среди рыцарей. Ты докладываешь мне, а не Моргане. У тебя есть обязанности, — опасно сказал Артур. — И одна из моих обязанностей — защита Морганы, как ты сам постановил, — сказал Леон. Он наклонился с насмешливой ухмылкой, настолько приглашающей, что Артуру захотелось сбить её с лица удачным ударом. — Если только ты не забыл. Маленькая игра Утера всё ещё продолжается. Угрозы её жизни реальны. — Леон... — Поговорим в другой раз, — сказал Леон, его тон был резким. Он повернулся на каблуках, посмотрел прямо перед собой и откинул плечи назад, маршируя по коридору. Он прошёл мимо Мерлина, даже не взглянув в его сторону, и побежал вниз по лестнице. Артур не мог вспомнить, когда в последний раз Леон так тщательно его избегал. Конечно, это был не первый раз, когда он упомянул имя Морганы в этом отношении. Но прежде всего, Леон был не из тех, кто забывает обычную вежливость, не говоря уже о военном протоколе, и Артуру было очень любопытно, что Леон откровенно проигнорировал команду своего начальника и дошёл до того, что лаял приказами, которые он не имел права отдавать. Мерлин оттолкнулся от стены, оглянувшись через плечо на тёмную лестничную клетку и прошёл мимо Артура, прежде чем подойти к нему с меньшей хромотой, чем следовало бы человеку в его состоянии. Он остановился перед Артуром. — Судя по выражению твоего лица, есть вероятность, что ты думаешь, что это неправильно, то, что я считаю неправильным? Наверное, это одно и то же. Но лучше поговорим внутри. Артур едва почувствовал пальцы Мерлина на своём плече, но позволил ему действовать. Мерлин открыл дверь и вошёл первым, яркий магический свет сформировался в его ладони и плавал внутри неё со скоростью музыкальных струн. Он двигался так, как будто был разумным, ищущим что-то, и, когда он не нашёл это, разбился на дюжину кусочков, которые свистели, освещая всё в комнате. Мерлин затащил Артура внутрь. Он закрыл за собой дверь. И только после громкого щелчка защёлки и поворота засова в замке Артур встряхнулся и приказал: — Займись охраной покоев. Артур проигнорировал наглость в голосе Мерлина, когда тот ответил: — Всё, что прикажете, милорд.