Смертельный тандем

— Айрис, ну пожалуйста! — Нет, Николь. Ты ещё не готова для этого, — заканчивая распрягать нетерпеливо пофыркивающего Мрака, заявила Айрис. — Ну почему, я же легко овладела всеми заклинаниями, которые ты мне показала. Почему ты не хочешь научить меня самому простому атакующему заклинанию?! — Николь, я уже устала тебе отвечать на этот вопрос, — скрипнув зубами, ответила Айрис, — но отвечу и в этот раз. Ты должна научиться контролировать силу заклинания. — Но я умею! — Да? — иронично подняла бровь Айрис, — а почему же свечи, которые ты зажигаешь, периодически превращаются в кучку расплавленного воска? Николь потупилась, но всё же сказала: — Потому что ты выводишь меня из себя. — Вот именно, — воскликнула Айрис, присаживаясь у сложенных кучей сумок, — сила твоих заклинаний не должна зависеть от твоих эмоций. Ты не должна позволять им управлять тобой. — Кто бы говорил, — чуть слышно пробормотала Николь, ковыряя в досаде кончиком сапога землю. — Да, я часто выхожу из себя, — смиренно согласилась Айрис, доставая запасы для ужина и поглядывая снизу вверх на перетаптывающуюся рядом Николь, — но я умею отделять чувства от разума. И даже если внутри меня бушует ураган эмоций, то заклинание я контролирую разумом. Иначе вокруг меня были бы одни трупы. — Это невозможно, — покачала головой Николь, опускаясь рядом и принимая от Айрис крупу и опалённую и уже выпотрошенную тушку утки, которую днём сшиб фаерболом Ноэль и очень гордился этим, — невозможно контролировать что-то, когда ты, например, в ярости. — Да, — если ты полностью погружаешься в это чувство. Но если оно бушует на поверхности, а внутри ты спокоен, то… — Так ты притворяешься, что злишься?! — подскочила Николь, выставив палец в сторону Айрис в обвиняющем жесте, — я значит переживаю, чувствую себя виноватой, что вывела тебя из себя, а ты… Айрис лишь вздохнула и молча отвернулась, устав спорить с Николь, которая уже второй день атаковала её просьбами научить её хоть какому-нибудь боевому заклинанию. — Ты не права, Николь. Всё не совсем так, — пришел на помощь проходящий мимо Воган, — дело в том, что именно это, да ещё сам запас магических сил, и отличает ученика от мастера. Именно этому учатся много лет все маги – умению контролировать себя, свои эмоции, свою силу. А некромант, да ещё и магистр – это человек, который должен владеть этим в совершенстве. Айрис кинула благодарный взгляд на Вогана и в который раз подумала, что им повезло, что среди них оказался этот человек. Своим спокойствием и рассудительностью он ей напоминал её старого наставника Флориса, и только благодаря ему Айрис ещё не сцепилась с Ноэлем, который наоборот был похож на язык пламени, весело скачущий вокруг. Ноэль в принципе был хорошим парнем, но существенным его недостатком в глазах Айрис была излишняя шумливость. Они с Николь были похожи как брат и сестра, оба светлые и голубоглазые, оба смешливые и молодые – они замечательно смотрелись вместе и это тоже выводило Айрис из себя. — Не зря ведь некромантов называют холодными и бездушными – никакому другому магу так не важен контроль над эмоциями как им, — продолжал тем временем Воган. Он опустил котелок, с которым шёл за водой, на землю, почесал макушку и, смущённо улыбнувшись Айрис, добавил, — и поэтому я совершенно не понимаю, как вы, госпожа Айрис, являясь магистром некромантии, можете быть такой живой и эмоциональной. Это выше моего разумения. Айрис хмыкнула и кивнула в сторону Николь: — Пока у меня не появилась эта ученица, я и была нормальным некромантом – спокойным и… — Бездушным, — радостно закончила за неё Николь и напряглась, готовая броситься бежать, если Айрис вознамерится наказать её за столь явное нарушение субординации. Но от мести её спасло шумное возвращение Ноэля, посланного за ветками для костра. Сначала из кустов раздался громкий треск, как будто к ним ломился кто-то огромный, что заставило всех троих подскочить и приготовиться к бою. А затем на поляну спиной вперёд вышел Ноэль. Пыхтя и упираясь, он тащил здоровое, сухое дерево. — Думаю, этого до утра хватит, — выпрямляясь, радостно воскликнул Ноэль, оглядываясь на остальных. Николь с улыбкой опустила меч, Айрис, выругавшись, погасила заклинание, а Воган, покачав головой, молча подобрал котелок и отправился за водой. Ноэль, вновь вцепившись в дерево, дотащил его до центра поляны. — Айрис, костер будем делать здесь? — выдохнул Ноэль. Айрис окинула его холодным взглядом: — Госпожа Айрис, — поправила она. — Но Николь обращается к вам на «ты», и я подумал…— смутился Ноэль. Айрис шагнула к стоявшей рядом Николь и, приобняв её за талию, подтянула к себе. Девушка напряглась, но молча подчинилась, Айрис почувствовала, как сбилось её дыхание — То, что позволено Николь, не позволено больше никому. Тебе ясно? — и Айрис вопросительно приподняла одну бровь. Окончательно смутившийся Ноэль покраснел и кивнул, не глядя на девушек. — Я пойду соберу ещё сухих веток для костра, — пробормотал он и поспешно скрылся в лесу. Как только Ноэль исчез из виду, Айрис поспешно отпустила Николь и сделала шаг в сторону. Девушка подняла на неё удивлённые глаза и тихо спросила: — Что это было, Айрис? Зачем ты так поступила? — Нужно было поставить его на место, — пробормотала Айрис, отводя глаза. — Но ты могла это сделать и без моей помощи, — возразила ей Николь. — Мне не нравится, что он крутится вокруг тебя, — вынуждена была признать Айрис. — Ты что, всех будешь так гонять? — лукаво улыбнулась Николь, склонив набок голову. Айрис вспыхнула и, резко отвернувшись, вновь направилась к сумкам. — Я просто не люблю, когда рядом со мной посторонние, — бросила она, не оборачиваясь. У Николь чуть не вырвался очередной вопрос, но она вовремя успела прикусить язык, видя, что Айрис начинает злиться. — И да, ты – не посторонняя, — раздраженно дёрнув плечом, ответила Айрис на невысказанный вопрос Николь, перенося вещи поближе к будущему костру. Николь задумчиво улыбалась, глядя в напряженную спину Айрис, ей хотелось обнять эту сердитую женщину, хотелось гладить эти плечи, чтобы они расслабились под её руками… Николь тряхнула головой, сгоняя наваждение. Айрис же, спиной чувствуя на себе взгляд Николь, злилась всё сильнее, потому что ей хотелось обернуться, схватить эту девчонку в охапку и утащить в кусты – ситуация стала выходить из-под контроля, что её ужасно раздражало. В голове звучали насмешливые слова Клариссы: «Твои эмоции выдают тебя с головой». Чувствуя, что сейчас взорвется, Айрис, бросив вещи, выхватила меч и резко развернулась к опешившей Николь. — Может, потанцуем немного? — хрипло спросила она, тяжело дыша. — Сейчас? — удивилась Николь. — Да, сейчас, — кивнула Айрис, сверля её яростным взглядом, — мне требуется разрядка… — Понимаю, — насмешливо протянула Николь и озорно сверкнула глазами, — вина и женщин под рукой нет. — Ну почему же, — зло прошептала Айрис, делая ещё один шаг по направлению к Николь, — одна женщина всё-таки есть, помнится, ты сама уверяла меня в этом. Хочешь предложить мне такой способ снятия стресса? Николь молча отвернулась, поднимая свой меч с сумок, лежащих у дерева. «А если я скажу да? — мелькнула в её голове безумная мысль, а богатая фантазия тут же дорисовала возможное развитие событий. Николь решительно отогнала нахлынувшие видения и развернулась навстречу наставнице. Айрис налетела как ураган, яростно столкнулись клинки, звон стали разнёсся над лесом. На поляну выскочили встревоженные маги и замерли, любуясь захватывающим зрелищем. Посреди поляны, в последних лучах заходящего солнца танцевали свой грозный танец две женские фигуры. Они двигались то плавно и текуче как вода, то яростно и стремительно как языки пламени. На мгновение вспыхивали клинки, отражая солнечный свет, таинственный узор света и тени постоянно перетекал и менялся, а скорость танца всё увеличивалась, и наконец две фигуры слились в одну, ураганом кружащуюся по поляне. Но вот последний удар, и одна фигура вновь распалась на две части – тяжело дыша, девушки остановились глядя друг на друга. — Вот это танец, — удовлетворенно выдохнула Айрис, — спасибо, ученица. — Всегда к вашим услугам, наставница, — улыбнулась Николь, вытирая пот со лба, и мечтательно добавила, — сейчас бы охладиться. — Да тут совсем недалеко есть ручей, — тут же встрял Ноэль, — я могу отвести вас туда. —Спасибо, — отрезала Айрис, — мы как-нибудь сами разберёмся. Она аккуратно положила меч и, неспешно, направилась в сторону, указанную Ноэлем. Дойдя до края поляны, она обернулась и вопросительно глянула на нерешительно перетаптывающуюся на месте Николь: — Ну, ты идешь? Николь, не желая спорить в присутствии посторонних, подняла сумку, в которой лежало её любимое земляничное мыло, смена белья и прочие мелочи, и молча пошла за Айрис. — Да, и ещё, — посмотрев в сторону магов, добавила Айрис многозначительно, — если нет желающих познакомиться с проклятиями некромантов, то не советую ошиваться возле ручья, пока мы купаемся. Кинув взгляд на Ноэля, по его смущённому виду Николь догадалась, что именно эта идея пришла ему в голову. Идти пришлось недолго, буквально через пять минут послышался шум ручья, а ещё через три девушки вышли к его берегу. Ручей был метра полтора шириной и не очень глубокий. Через прозрачную воду просматривались камушки на его дне. — Я пойду за поворот, а ты располагайся здесь, — не оборачиваясь, произнесла Айрис и пошла вверх по ручью. Дождавшись, пока Айрис скроется за изгибом ручья, Николь быстро разделась, расплела косу и с наслаждением вошла в прохладную воду. Дойдя до середины, она остановилась — вода здесь доходила ей до середины бедра, и легла на спину, раскинув руки и глядя в небо. Когда кожу начало пощипывать от холода, она вернулась на берег. За поворотом слышался плеск – видимо Айрис тоже не теряла времени даром. Николь быстро намылила голову, и вернувшись в воду, принялась смывать мыло, как вдруг почувствовала резкую боль в левом бедре. Приоткрыв глаза, она увидела гибкое черное тело, которое извиваясь быстро уплывало прочь. Вскрикнув от ужаса, Николь застыла на мгновение, а потом кинулась к берегу. Айрис вовсю плескалась посередине ручья, когда услышала тихий вскрик, а потом ей в голову ворвалась Николь: «Айрис, змея… меня укусила змея». Не помня себя, Айрис кинулась вниз по ручью и через минуту выбежала к берегу, где оставила Николь. Девушка с лицом белым как мел, сидела возле своих вещей и широко открытыми глазами, полными ужаса, смотрела на Айрис. — Я умру? — тихо прошептала она. — Не говори глупостей, — уверенным голосом произнесла Айрис, хотя внутри у неё всё дрожало от страха, — куда она тебя укусила? Ты её рассмотрела? Николь дрожащей рукой указала на две аккуратные дырочки на левом бедре, которые уже покраснели. — Надо отсосать яд, — заявила Айрис и растянулась рядом с Николь. Она сдавила ранку рукой так, что выступила кровь и затем, припав ртом, принялась высасывать яд, периодически сплёвывая его в сторону. Вдруг она прервалась и спросила, приподняв голову, — а помнишь, бабка Меланья давала зелье от ядов – где оно? Николь непонимающе похлопала глазами, а потом на её лице появилось осмысленное выражение: — Ах да, точно. Оно тут… у меня в сумке, — и она дрожащей рукой принялась развязывать сумку, но ничего не получалось. — Постой, дай я, — Айрис, приподнявшись, села рядом, взяла у неё из рук сумку и, развязав её, высыпала всё содержимое прямо на траву. — Вот этот, — воскликнула Николь, указывая на пузырёк с жидкостью красного цвета. Открыв его, Айрис осторожно поднесла пузырёк к губам Николь: — Пей, только понемножку. Николь сделала несколько глотков, и Айрис забрала пузырёк: — Достаточно. — Внимательно поглядев в глаза девушки, она спросила, — как ты? Что-нибудь странное чувствуешь? Николь прислушалась к себе и неуверенно покачала головой: — Нет, вроде всё в порядке… только голова немного кружится. — Ну это может быть от волнения, — кивнула Айрис и вновь склонилась к ногам Николь. Чуть прикусив зубами ранку, она вновь принялась отсасывать зараженную кровь. Николь, понимая, что с ней ничего страшного не происходит, постепенно приходила в себя и страх отступал, заменяясь другим чувством. Склонив голову, она потемневшими, словно грозовое небо, глазами смотрела на обнаженную Айрис, лежащую возле неё, на её чёрные волосы, сейчас касавшиеся бедра Николь, на напряжённые плечи и спину, на руки, осторожно сжимавшие ногу девушки. Рука Николь сама потянулась и зарылась в густые пряди, лаская затылок Айрис. Айрис вздрогнула и замерла на мгновение, а затем, оттолкнувшись от земли руками, резко села напротив Николь. Её серые глаза потемнели, а расширившийся зрачок заполнил собой всю радужку. — Что ты делаешь, Николь? — хрипло спросила она. — Не знаю, — еле слышно ответила девушка не отводя подернутых пеленой желания глаз от губ Айрис. Лёгким нажатием руки она заставила Айрис наклониться ближе, и сама потянулась ей навстречу, прикрыв глаза. — Госпожа Айрис, госпожа Николь! — раздался голос Вогана, — с вами всё в порядке? — Всё в порядке, Воган, — откликнулась Айрис, отодвигаясь от Николь. — Вас слишком долго не было, и мы забеспокоились, — раздался виноватый голос из леса. — Николь укусила змея, но уже все хорошо, не волнуйтесь — мы сейчас придем, — и Айрис, взяв руку Николь в свою, поднесла её к губам и осторожно поцеловала. — Нам надо идти, Николь, — прошептала она и встала. Николь молча следила за ней из-под полуопущенных ресниц, её грудь высоко вздымалась от частого дыхания. Айрис сглотнула и медленно отступила в ручей. Резко развернувшись, она кинулась с головой в холодную воду, а вынырнув, бросилась вверх по течению, кинув не оборачиваясь: — Одевайся, я скоро зайду за тобой. По дороге к костру их встретили встревоженные маги, которые не смели подойти к ручью, помня предостережение Айрис. Увидев девушек, они накинулись на них с расспросами. — Какого цвета была змея? — тут же спросил Воган. — Вроде бы чёрная, —неуверенно ответила Николь. — Полностью чёрная или с узорами? — уточнил Воган. — Нет, узоров я не заметила, — уже увереннее сказала Николь. Воган чуть расслабился и перевел взгляд на Айрис. — Я отсосала яд, и у нас было противоядие, — пояснила Айрис. — Вам повезло: если бы Николь укусил водяной тайпан, то никакое противоядие бы не помогло. А вы, госпожа Айрис, попытавшись отсосать яд, тоже были бы отравлены. Ноэль лишь переводил широко распахнутые испуганные глаза с Николь на Айрис и обратно. Только сейчас Айрис вспомнила о своем страхе перед змеями, и её начала бить крупная дрожь. *** Вокруг уже сгустились сумерки, деревья сгрудились вокруг поляны тёмной стеной, из глубины леса время от времени раздавалось уханье филина, слышались шорохи и странный шум, а маги, сидя у мирно потрескивающего костра, рассказывали друг другу о тех местах, где родились и где успели побывать за свою жизнь. Николь нечего особо было рассказывать – она родилась и всю жизнь провела в маленьком городке, где её и свела судьба с Айрис. Ноэль родился в деревеньке неподалёку от Сколвика и за свою жизнь успел побывать лишь в ближайших городах, так и не добравшись пока до столицы, о которой грезил. А вот Воган родился на южной окраине государства, и жизнь помотала его по всему миру. Он рассказывал и об утончённых и прекрасных эльфах, с которыми ему довелось встречаться всего несколько раз за долгую жизнь, и о весельчаках гномах, и о том, как он путешествовал через Вольные степи, где хозяйничали кентавры. Он успел поучаствовать в нескольких войнах и пересёк весь материк с запада на восток и с юга на север. Поднимался в горы и спускался в ущелья, бродил по лесам и умирал от жажды в песках Зандиры. Но вот воду он не любил, и поэтому за морями побывать ему не удалось. Ноэль с Николь слушали, открыв рты и задавая время от времени различные вопросы. Лишь Айрис отмалчивалась, покуривая свою трубку. Когда рассказ Вогана закончился, несколько минут стояла тишина. А потом Ноэль, словно спохватившись, обернулся к Айрис. — Ну а вы, госпожа Айрис? Где родились вы? — После захватывающей истории Вогана вам будет неинтересно, — попыталась отбиться Айрис. — Мне интересно, Айрис, — тихо сказала Николь и, заглянув в её глаза, попросила, — расскажи. Айрис смущённо кашлянула и, не в силах противиться просьбе девушки, призналась. — Я родилась на Звёздных Рудниках, — увидев изумленные взгляды магов, она пояснила, — в посёлке, где жил обслуживающий рудники персонал. Моя мать была целительницей — лечила и тех, кто охранял рудник, и заключенных. Отца своего я не помню – мама говорила, что он был маг, сосланный на рудники. За ним она и пришла туда добровольно. Как и другие, долго он не протянул, хотя мама старалась поддержать его силы. Его сослали на пять лет – он прожил три с половиной года, намного больше, чем другие, но недостаточно, чтобы выйти на свободу. Мне было два года, когда он умер. А мама так и осталась в поселке у рудника. Работы ей всегда хватало, но она мечтала научиться исцелять то, от чего умер мой отец и от чего рано или поздно умирали все, кто спускался в рудники. — А что это за болезнь? — спросил Ноэль. — Никто не знает, — ответила Айрис, глядя в пламя костра. Помолчав несколько минут, она спросила. — Вы знаете о том, как появились Звёздные рудники? Николь кивнула и сказала: — Жрецы рассказывали, что много веков назад была война между богами. Астар и его сестра Немис воевали с богиней смерти Нефтис, которая коварством захватила в плен богиню Телус, жену Астара. Остальные боги разделились на две противоборствующие стороны. И только несколько богов всё не могли определиться, на чью сторону встать. И было много бедствий и разрушений – земля содрогалась много дней, огонь сжег всё на расстоянии сотен километров, реки и моря вышли из берегов. И долго никто не мог взять верх, пока богиня удачи Тихес не приняла сторону Астара и Немис. И тогда Астар сбросил с небосвода Нефтис и ударом молнии пробил в земле дыру, в которую скинул её. А сверху бросил осколок звезды, чтобы запечатать вход. Осколок упал у подножия восточных гор. На огромном расстоянии вокруг него было уничтожено всё живое. И долго ни одно живое существо не осмеливалось селиться поблизости от того места. Только спустя столетия животные и птицы стали возвращаться в те края. Наконец и среди людей нашлись смельчаки, которые решились отправиться на разведку и обнаружили, что осколок звезды раскололся от удара о землю, а горы за эти столетия почти скрыли обломки. Но в некоторых местах стали попадаться удивительные камни, которые сияли как маленькие звёзды и были твердые, как алмаз. И не было больше на всей земле подобных камней. Слух о этих удивительных камнях разлетелся по всему миру. За них стали предлагать баснословные деньги, и те, кто умел раздобыть такой камешек, сразу становились богачами. Король быстро взял добычу этих камней под свой контроль. И казна была полна, а государство процветало. Но на поверхности камни быстро закончились и пришлось прорубаться сквозь камень, чтобы найти еще. Так и возникли рудники. А болезнь наслала на людей Нефтис, разгневанная тем, что люди слишком близко подошли к её подземным владениям. — Хм, — усмехнулась Айрис, — весьма своеобразное преподнесение истории. Впрочем, как всегда… Все было немножко наоборот – сначала упал обломок звезды, а уж потом начались бедствия, вызванные его падением. А болезнь действительно появилась, когда люди стали спускаться вглубь гор, через какое-то время они начинали болеть. Начиналась она с головной боли и сонливости, потом начинали выпадать волосы, а на коже появлялись язвы – если человек выходил в это время на поверхность, то он ещё мог выздороветь. А у тех, кто продолжал спускаться вниз, через пару месяцев начинали кровоточить дёсны, появлялись боли в костях и желудке, и вскоре человек умирал в мучениях. Больше никто не хотел спускаться в эти рудники ни за какие деньги. И поэтому было принято решение отправлять туда преступников. Только вот Нефтис тут совершенно не причем… — Конечно, вы защищаете её, — подал голос Ноэль, — ведь эта богиня — покровительница всех некромантов. — Не всех, — спокойно возразила Айрис, — я уважаю её, но считаю своей покровительницей Немис. — Почему? — удивился Воган. — Так получилось… Я не хочу об этом говорить, — и Айрис замолчала, вновь уставившись в костёр Вскоре все потихоньку потянулись спать. Одна только Николь осталась рядом с наставницей, которой подошла очередь дежурить, охраняя лагерь. — А ты почему спать не идешь? — спросила её Айрис, поднимая голову, — ты можешь поспать пару часов, пока я разбужу тебя. — Мне не хочется спать. Если позволишь, я лучше посижу тут. Айрис лишь пожала плечами и вновь перевела взгляд на огонь, о чём-то задумавшись. Николь выждала некоторое время, а затем робко тронула наставницу за рукав, привлекая внимание. — Расскажи, как ты стала некромантом, — попросила Николь, ожидая, что Айрис вновь откажется говорить о себе, но к её удивлению Айрис заговорила. — Это долгая история, — сказала она. — Ничего, впереди у нас целая ночь, — улыбнулась Николь. — Ну что ж – тогда слушай. — Айрис вновь набила трубку, собираясь с мыслями, и начала свой рассказ: — Как я уже говорила, мы с мамой жили в поселке у рудника. Она была доброй и весёлой – и все её любили, и стражники, и заключённые, и даже некроманты были с ней вежливы и добры. Я гордилась ею и мечтала, что когда вырасту, тоже стану целительницей. В посёлке было мало детей, но мне было не скучно. Мы часто уходили в горы на целый день, где мама собирала травы для зелий, а я просто носилась вокруг неё, собирая цветы. А в плохую погоду мы с другими детьми собирались у нас, и мама рассказывала сказки и волшебные истории, а иногда к нам приходил старый некромант мастер Флорис и рассказывал о магах, войнах и приключениях. Лет с пяти мы с ребятами начали бегать на плац, где тренировались стражники. И они иногда нам давали деревянные мечи и разрешали попробовать сражаться. Мы, конечно, пытались, но сил не было даже на то, чтобы поднять этот тяжёлый меч, а стражники, глядя на нас, только покатывались со смеху. Но мы не обижались и все равно прибегали в свободное время и смотрели, как они тренируются. Тогда я и подружилась с Говардом. Высокий, светловолосый и голубоглазый, он был как герой из сказок, которые рассказывала мне перед сном мама. Он был очень весёлый и учил меня драться на мечах. Айрис замолчала, переводя дух и со светлой улыбкой глядя на пляшущие языки пламени, как будто видела там картины своего детства. — У меня было счастливое детство, несмотря ни на что, — вдруг тихо произнесла она и вновь затихла. Николь терпеливо ожидала продолжения и любовалась её чётким профилем на фоне костра. Вот Айрис вздохнула, словно не хотела продолжать. Улыбка погасла на её губах, а брови нахмурились. Но Николь ждала, и она продолжила. — Когда мне было семь с половиной лет, всё внезапно кончилось. Мою мать нашли убитой возле водопада. Николь вздрогнула и, взяв Айрис за руку, сжала её, выражая сочувствие. Айрис, прикрыв глаза и не отнимая руку, продолжила: — Я, как сейчас, помню окровавленное платье, то самое платье, которое так любила мама. Помню, как упала возле неё, как просила открыть глаза и подняться, как меня не могли оторвать от её тела. Помню чувства, которые разрывали меня и магию, которая заклубилась вокруг. Но это была не та светлая и добрая магия, которую применяла мама, чтобы лечить людей, вокруг меня собиралась тёмная и мрачная сила. Помню, как люди пятились в ужасе от меня и мастера Флориса, кричавшего какие-то слова, его взмах рукой — и я погрузилась в благословенную тьму, которая спасла меня от боли и отчаяния. Когда я пришла в себя, мастер Флорис предложил мне стать его ученицей. Оказывается, в порыве гнева и отчаяния у тела матери я обратилась к тёмной энергии, и она повиновалась мне, что поразило его. Обычно некроманты не берут для обучения детей в таком возрасте. Мне было всё безразлично в тот момент, я не знала, что делать и как жить, и я согласилась. А со временем, когда я узнала, что некроманты могут вызывать дух умерших людей и общаться с ними, у меня появилась цель — вызвать дух матери и узнать, кто виновен в её смерти. И это придало мне сил, дало желание учиться и жить дальше. В свободное время я продолжала бегать на площадку, где упорно тренировалась вместе со стражниками и уже наравне с ними. Они смеялись и говорили, что если из меня не получится некроманта, то они ждут меня в своих рядах. А ещё я по-прежнему общалась с Говардом: мы иногда катались на лошадях по окрестностям, он продолжал учить меня сражаться. И, мне кажется, я была немного влюблена в него. До шестнадцати лет я училась у мастера Флориса, он многому научил меня, но никак не хотел учить общению с мёртвыми. Каждую неделю я ходила на могилу матери, её тело не сожгли, как обычно делали со всеми умершими на рудниках. Мастер Флорис попросил предать её тело земле, чтобы я могла навещать её могилу и его не посмели ослушаться. И вот наконец, когда мне исполнилось шестнадцать, в качестве подарка мастер Флорис научил меня заклинанию вызова умерших. Не помня себя, я прибежала на могилку, но у меня ничего не вышло – слишком много лет прошло с тех пор. И напрасно я молилась Нефтис, которую, как и все некроманты, считала своей покровительницей – она не ответила и не помогла мне. Я сидела и плакала, и вдруг в отчаянии решила попросить помощи у Немис — богини правосудия и возмездия. Я просила её помочь мне восстановить справедливость, помочь наказать виновных. Я стояла на коленях на могиле матери, глядя в небо, и мне показалось на мгновение, что среди туч мелькнула крылатая фигура с мечом в руке, а может, это просто разыгралось моё воображение. Но, тем не менее, я замолчала от изумления и в тот же миг услышала пьяный голос. — Всё никак не успокоишься, маленькая шлюха. Опустив голову, я увидела еле стоящего на ногах Бродо, одного из местных стражников, в чьей компании часто видела Говарда. Его мутные пьяные глаза бегали по мне, как будто ощупывали, а из уголка рта стекала ниточка слюны. Закрывая глаза, я вижу эту картину, хотя столько лет минуло с тех пор. — А ты выросла, — сально усмехнулся он и сделал шаг ко мне, — пора тебе узнать, что такое мужчина… Он стал расстегивать свои штаны, бормоча: — Сравню, так ли ты хороша, как твоя мать… Она была сладкой штучкой, так кричала и вырывалась, когда мы её…, — он осёкся, встретившись со мною глазами, и закричал: — Не смотри на меня её глазами! Мы не хотели её убивать. Если бы она не сопротивлялась… Я не могла больше этого слушать и бросила в него проклятие. Он упал, корчась и задыхаясь, а я стояла рядом и глотала слёзы. Когда он затих, я вызвала его дух и в этот раз у меня всё получилось. Он рассказал мне всё, что случилось в тот день. Как он в компании таких же подвыпивших стражников, среди которых был и Говард, встретили у водопада мою мать. Как они изнасиловали и убили её. Я выяснила имена всех, кто был с ним. И всех я убила в ту же ночь. Всех, кроме Говарда. За пару недель до этого он оставил службу и уехал к себе на родину, даже не попрощавшись со мной. Вернувшись в свою комнату, я стала собирать вещи, собираясь бежать из посёлка – на мне было четыре трупа, и я не хотела оказаться в рудниках, теперь уже в качестве заключенной, раньше, чем доберусь до Говарда. Когда вещи были собраны, я открыла дверь и увидела мастера Флориса. – Подожди немного, девочка, — сказал он, входя в комнату, — прежде чем ты уйдешь, я хочу тебе кое-что рассказать. — Мне надо бежать – я убийца, — прошептала я, не смея поднять на него глаза. — Я всё знаю, Айрис, — грустно улыбнулся он. — Так ты знал, кто виновен в смерти моей матери? Знал и ничего не сделал? — я не могла поверить своим ушам. — Я не мог, — вздохнул Флорис, — я обещал твоей матери, что воспитаю тебя, и когда придёт время, ты сама отомстишь за неё. — Обещал матери? — прошептала я. — Да, я разговаривал с ней после её гибели. Её душа не нашла покоя — она не могла оставить тебя. Я пообещал взять тебя к себе, но она всё равно не могла уйти – слишком велики были её гнев и отчаяние. И тогда я забрал её боль, чтобы освободить от этого груза, — по лицу Флориса скатилась одинокая слеза, — я не мог её просто развеять, а иначе она не хотела уходить... Я знала, что есть такое заклинание, когда некромант не хочет уничтожать духа и не может по каким-то причинам выполнить то, что держит его на земле, тогда он может забрать всю боль, страдания себе, тем самым освобождая душу. Но это очень больно – тот, кто решается на такое, испытывает всё, что испытывала душа. И Флорис сделал это для моей матери. Лишь намного позже я поняла, что он любил её все те годы, что был рядом, но это было позже, а тогда… Тогда он рассказал мне, где искать Говарда, и передал мне узелок, в котором были деньги. — О трупах я позабочусь, — сказал он, — никто не узнает, что это сделала ты. А когда выполнишь то, что задумала, обещай мне, что поступишь в Академию Магии. Эти деньги собрали для тебя все наши ребята. — Обещаю, — сказала я. Он дал мне письменное свидетельство о том, что я являюсь его ученицей и он отпускает меня для поступления в Академию. Утром я ушла из посёлка. Несколько месяцев я скиталась, идя к городу Говарда. В деревнях мне иногда удавалось подзаработать на еду. Деньги, которые передал мне Флорис, я не хотела тратить. Когда наконец я добралась до нужного места, то не стала спешить. Я узнала, где живет Говард и где бывает, выяснила маршрут, по которому он ходит. Я выжидала несколько дней и выбрала момент, когда он будет один возвращаться из трактира. Когда я вышла ему навстречу, он всё понял – страх мелькнул в его глазах, когда он выхватывал свой меч. Но я не стала сражаться с ним, я метнула в него чёрный поток, а когда он скорчился на земле, просто перерезала ему шею. — За мать и за себя, — прошептала я. Исполнив долг, мне уже ничего не хотелось, но я обещала Флорису и поэтому отправилась в столицу. Я пришла туда на исходе лета, и моих денег едва хватило, чтобы оплатить обучение. Вступительные экзамены я сдала легко – ведь там главное вовсе не способности, а твой кошелёк. У меня не было друзей среди учеников – я была не их круга, но мне было плевать: я все силы отдавала учебе. И я стала одной из лучших – как бы не относились они ко мне, но были вынуждены это признать. — А что было потом? — тихо спросила Николь. — В двадцать три года я окончила Академию. Я стала хорошим некромантом – безразличным и равнодушным ко всему. И десять лет бродила по стране, упокаивая мёртвых, иногда помогая в расследованиях Ордену Возмездия и совершенствуя свои знания. А потом король Элориса, дружественного нам государства с западного материка, обратился к нашему королю за помощью. В их государстве почти нет магов, а затяжная война привела к тому, что слишком часты стали прорывы тёмной энергии. В нашем государстве последние десятилетия было довольно спокойно, и старый король, а в то время ещё правил отец нынешнего короля, дал согласие. Гильдия магов призвала всех некромантов, желающих вступить в армию Элориса, и следующие десять лет я провела за морем. Когда война кончилась, а большинство неупокоенных навсегда упокоились в земле, я вернулась в Килару, где сдала экзамен на звание магистра некромантии, и после этого мне была предложена должность в Академии Магии. И последние двадцать лет я преподаю в академии. Вот вкратце и вся история моей жизни… — Айрис замолчала, продолжая вглядываться в языки пламени, весело пляшущие на остатках дерева. — Теперь я понимаю, почему ты так разозлилась на того стражника в моем городе, — прошептала Николь. — И почему своей покровительницей считаешь Немис. А потом она накрыла руку Айрис, которую так и не отпустила, второй рукой и заглянула ей в глаза, — но если тебя предали, это не значит, что нельзя больше верить людям. Айрис молчала, склонив голову. А Николь больше всего на свете хотелось в этот миг прижать к себе эту упрямую женщину, защищая от всего мира, гладить густые локоны и шептать что-нибудь успокаивающее на ухо, но она знала, что Айрис не примет жалости. Поэтому лишь придвинулась поближе, тесно прижавшись к её боку. — А ты виделась ещё с мастером Флорисом? — вдруг спросила Николь. — Нет, — покачала головой Айрис, — я больше не возвращалась туда. Николь ласково погладила Айрис по плечу и шепнула, — давай, когда всё закончится, наведаемся туда. Проведаем твоего наставника, сходим на могилу матери… Айрис повернула голову и внимательно вгляделась в глаза Николь: —Ты правда этого хочешь? — Да, Айрис. Айрис улыбнулась и сжала руку Николь в своей, — ты удивительная, — прошептала она, и в глазах её отражался звездный свет. Долго ещё они сидели, укрывшись плащом от ночной сырости и глядя в костер. Наконец пришло время дежурства Вогана. Растолкав его, девушки устроились спать. Подмерзшая Николь, сжавшись в комочек, крепко прижалась спиной к Айрис. Почувствовав, как она мелко дрожит, не в силах согреться, Айрис вздохнула и, развернувшись, придвинулась поближе, крепко обняв девушку. Николь сначала напряглась, а потом, постепенно согреваясь, расслабилась и вскоре засопела. *** Утром Айрис, проснувшаяся как всегда первой, обнаружила, что теперь Николь обнимает её сзади. Девушка слегка навалилась на неё, закинув ногу на наставницу. Айрис возмущённо зашипела и попыталась выбраться из плена, но Николь лишь подгребла её под себя, как любимую подушку, и уткнулась носом ей в затылок, сладко посапывая. "Ну вот и что с ней делать? - мрачно рассуждала Айрис, поняв, что дёргаясь лишь усугубляет ситуацию, – может, пощекотать? Или крикнуть на ухо?". Пока она предавалась коварным планам, рука Николь скользнув, упала ей на грудь, и мысли Айрис сразу сменили направление. Отчаянно задергавшись, Айрис наконец вырвалась из объятий Николь, разбудив при этом девушку, и красная как бурак, рванула под удивленными взглядами магов и ничего не понимающей спросонья Николь в сторону ручья. «Надо с этим что-то делать, — умываясь ледяной водой, думала Айрис, — дожила, бегаю от собственной ученицы!»