Судья умер, да здравствует Король!

      Феб, Эсмеральда и Квазимодо прибыли в Эренделл. Они поразились резкой смене погоды: только что было лето, солнце светило жарко, и вдруг во всем королевстве завыла вьюга. С неба падал густой снег. Они услышали, как люди перешептываются о том, что у королевы случилось что-то ужасное. Феб решил взять быка за рога, вспрыгнул на какое-то возвышение и начал речь:       — Люди Эренделла! — закричал он. — В вашем городе есть один человек, который может причинить вам много зла! Мы пришли освободить вас от него! Если кто-то из вас его видел, скажите нам, где он, и мы сделаем так, чтобы никто от него не пострадал! Вот как он выглядит!       С этими словами он развернул холст с портретом судьи Фролло.       Люди слушали, что им со смешным французским акцентом говорит этот незнакомец, а когда он развернул холст, то в толпе начался шепот.       — Да это же Клавдий де Молендино! — закричал кто-то. — Я его знаю, он меня вылечил, когда я страдал от язв по всему телу.       — И меня он вылечил!       — И мою дочь!       — Да что ты врешь, незнакомец?! — вперед вышел бородатый мужчина, в котором Клод узнал бы Гая. — Клавдий — очень хороший человек, я лично его выхаживал, и он подарил нам с женой свой дом! И кажется, я знаю, из-за кого тут началась зима! Как только вы тут появились, в Эренделле сразу стало холодно! А ну, слезай оттуда, я тебе сейчас покажу, где раки зимуют!       Толпа с одобрением закричала. Но тут со стороны раздался звонкий голос их королевы.       — Что здесь происходит?! Немедленно прекратите!       Люди расступились, давая ей дорогу. Эльза вышла на образовавшийся пустой пятачок и внимательно посмотрела на чужаков, разглядывая их.       — Значит, это вы пришли за Клавдием, — холодно сказала она. — Ну, что ж, идите за мной.       Она повернулась и пошла ко дворцу. Феб, Эсмеральда и Квазимодо пошли за ней, ловя на себе враждебные взгляды людей.       Эльза провела их в комнату, где замерз Клавдий.       Эсмеральда увидела сидящего на коленях судью Фролло, и ахнула. Он стал ледяной статуей до малейшего волоска. И это, несомненно, был он, она знала это. Цыганка вгляделась в лицо человека, который так пугал ее все это время. В руке он словно держал что-то драгоценное, а на его лице застыла такая нежность и любовь, какую она обычно видела на лице у Феба, но совершенно не ожидала увидеть на лице такого жестокого и злобного человека, как судья.       Она хотела подойти поближе, но ее отнесло сильным порывом холодного пронизывающего ветра.       Эльза увидела, как эта женщина хочет дотронуться до ее Клавдия, и вдруг ощутила такую ярость, какой не чувствовала за всю свою жизнь. Это из-за них он тут стоит совершенно замерзший, а у нее, Эльзы, даже нет уверенности, получится ли у нее разморозить его так же, как она разморозила свою сестру! Она ветром отшвырнула Эсмеральду подальше от Клавдия и прорычала:       — Не смейте до него дотрагиваться! Мало вам того, что мне пришлось сделать с ним это, так вы еще поглумиться над ним хотите!       — Я вовсе не…       — Мне все равно, что вы скажете! — в груди Эльзы разрасталась с новой силой боль и злоба. — Он знал, что вы за ним идете. И сказал, что лучше замерзнет, чем покинет меня, потому что слушать его вы бы не стали! Уходите отсюда! Оставьте меня с моим горем.       Лед острыми копьями потянулся к чужакам. Анна в страхе смотрела на свою исходящую болью сестру, понимая, что Эльза делает это совершенно неосознанно.       — Но мы не можем! — простонал Квазимодо, пятясь к выходу. — Нам надо до него дотронуться, чтобы попасть в свой мир!       — Это вам не поможет! — горько рассмеялась Эльза. — Клавдий теперь не человек, а глыба льда. Хоть оближите его теперь, ничего у вас не выйдет.       — Но как же мы попадем домой? — прошептал Феб.       — Об этом надо было думать до того, как вы пришли сюда! — закричала Эльза.       Копья льда резко рванулись вперед, и чужаки еле успели увернуться.       — Эльза, стой! — Анна подбежала к сестре. Она осторожно положила Эльзе на плечо свою руку и поняла, что Эльза еле сдерживает слезы. — Пожалуйста, позволь мне с этим разобраться.       Эльза молча кивнула. Анна подошла к чужакам, доставая из-за пазухи медальон.       — Здесь его волосы, — сказала она. — Я их срезала для Эльзы… Но если вы не можете попасть к себе, то думаю, они вам помогут. Дотроньтесь до них. Только быстрее, пока моя сестра еще в состоянии контролировать себя. Боюсь, что надолго ее не хватит.       Эсмеральда осторожно взяла медальон в руку, положила его себе на ладонь и открыла. Внутри лежала седая прядь волос. Она посмотрела на своих спутников и сказала:       — Надо сделать это одновременно.       — На счет «три», — кивнул Квазимодо.       Феб начал отсчитывать. Когда он досчитал до трех, они разом коснулись волос судьи и исчезли.       Анна выдохнула и обернулась к Эльзе. Та стояла и молча плакала.       — Эльза… — позвала Анна.       — Спасибо, — прошептала Эльза. — Ты не могла бы оставить меня с ним наедине?       — Да, конечно… — Анна вышла, тихо прикрыв за собой дверь.       Эльза подошла к Клавдию и опустилась перед ним на колени.       — Пожалуйста, Клавдий, — она коснулась его ледяного лица. — Стань собой, ну пожалуйста…       Слезы текли по ее щекам, но она уже не замечала этого. Эльза потянулась и прижалась своими губами к его рту. И обмерла, когда его губы потеплели и чуть открылись. Она почувствовала, как его руки обвились вокруг нее, обнимая, и вот они уже целовались, сидя на полу…       Сколько прошло времени, никто из них не знал. Они оторвались друг от друга, и Эльза прошептала:       — Пойдем. Надо привести королевство в порядок. Боюсь, что я опять его заморозила.       Они вышли из дворца на площадь, и люди встретили их восторженными криками. Счастливая Эльза расслабилась и принялась устранять зиму, которую она невольно устроила. В королевстве опять настало лето. Клод обнял ее за плечи.