среди пепла и пыли

      Было совсем тихо, все дети уже разбрелись по домам, чтобы успеть на ужин, а Бетти, Арчи и Джаг немного загулялись, играя в догонялки.       — Не догонишь! — прокричала блондинка, убегая с какой-то вещичкой, и, споткнувшись о булыжник, упала, разодрав в кровь колени.       Как обычно бывает в таких случаях, тишину разрезал громкий плач, перемешанный со всхлипами.       Джонс сел перед ней и аккуратно подул на ранки.       — Сильно болит? — протянул мальчишка, продолжая дуть на ссадины.       Купер только кивнула, продолжая реветь. Арчи смотрел на нее и не знал, что сделать. Побежать домой за отцом или матерью, чтобы те успокоили его подругу? Или пожалеть, как Джагхед?       — Знаешь, папа научил меня действовать в таких случаях! — гордо вздернув нос, громко провозгласил он и побежал за аптечкой.       Его дом был совсем недалеко от того места, где дети играли, ведь так как Ривердейл был спокойным городком, и все друг друга знали, детям разрешалось гулять практически по всему городу. Разве что не ходить к реке, а то мало ли что может случиться, все же она глубокая, да и течение сильное.       Но это не было так важно, как разбитые в кровь колени Элизабет и ее плач, который уже в том возрасте убивал мальчишку, который постоянно ходил в шапке-короне. Разве что только летом в некоторые дни ее снимал, потому что было невыносимо жарко.       Аптечка нашлась сразу же, поэтому вскоре Джагхед сидел рядом с все еще ревущей Бетти и аккуратно обрабатывал ей ссадины на коленях. Когда последний узелок на бинте был завязан, Джонс улыбнулся ей и помог подняться.       — Теперь не болит? — поинтересовался он, сжимая ее маленькую ладонь в своей.       — Только чуть-чуть щиплет, но не больно, — помотала головой Купер и обняла его, поцеловав в щеку. — Спасибо тебе, Джагги.       С того дня «Джагги» намертво въелось в его память, словно краска в ткань. Он продолжал прокручивать этот момент в своей голове из года в год и улыбаться каждый раз, вспоминая ее улыбку, легкий поцелуй в щеку и тихое «Спасибо тебе, Джагги».       Взросление, как обычно бывает, далось ему сложно. Постоянные конфликты с родителями, проблемы в школе и младшая сестра, за которой нужно было приглядывать, не давали ему слишком часто видеться с Бетти, которая тоже взрослела. Он понимал, что хотел ее увидеть, но не мог просто так уйти, иначе потом был бы наказан.       Джаг и Беттс виделись только в школе и лишь изредка прогуливались, когда втроем — вместе с Арчи — шли с занятий. Он провожал Бетти, а Арчи просто шел с ними, ведь им по пути, они соседи. Джонс же был лишним.       Окончательно он понял это, когда Купер влюбилась в Эндрюса и сообщила об этом самому Джагу. Это было чертовски больно. Словно по сердцу ножом провели, и не раз.

— Джагги, я тут, — девушка запнулась, сжимая ладошки в кулаки, — влюбилась, — и смущенно улыбнулась. — Что? — в его сердце теплилась надежда, что она говорит о нем, о Джагхеде Джонсе, который с детства был влюблен в нее. — В кого? — В Арчи, — опустила голову Бетти. — Как мне ему сказать об этом?

      Этот диалог врезался в его память, прокручиваясь в голове парня круглые сутки. Оценки ухудшились, отношения с родителями тоже. Мама бросила его с отцом, а сама с дочерью уехала, Джагхед стал слишком нервным и безучастным. Спасал только ноутбук, в котором были написаны тысячи слов, выражающие его чувства. Да, Джонс писал рассказы, новеллы, повести и романы. Это спасало его от внешнего мира, а его друзей от ссор с ним.       Целое лето он не видел ни Арчи, ни Бетти. Сидел в своем мирке в старом кинотеатре или в «Pop’s», где пил любимый холодный милкшейк с шоколадом днем и горький кофе, обжигающий язык, вечером, когда засиживался в кафе, охваченный вдохновением.       Время тянулось медленно, дни проходили очень долго, даже несмотря на то, что Джонс проводил его, уткнувшись в ноутбук.       Один из таких дней выдался особо жарким, поэтому сидеть в старом кинотеатре стало невыносимо. Было душно и пыльно, каждый шорох, каждый голос и каждый шаг, доносившийся откуда-то снаружи, отвлекал парня, из-за чего он злился. Брюнет понимал, что виноват только он сам, ведь все его мысли занимала Бетти и приятные моменты, проведенные с ней.       Неужели она даже не вспоминает о нем? За все лето она ни разу не позвонила ему. Может, у нее проблемы? Или ей на него плевать, ведь у нее на уме только Арчи, так?       Джонс, конечно, склонялся ко второму варианту, но старался верить в то, что девушка просто занята, может, уехала куда-то. Ведь летом нечем заняться, все разъезжаются, мало кто остается в Ривердейле.       Джаг вздохнул и поднялся, решив, что будет лучше сходить в кафе и выпить холодный милкшейк, который бы остудил его горячую голову.       Открыв двери, парень зажмурился. Яркие лучи палящего солнца падали прямо на его лицо, попадали в глаза, ослепляя. Брюнет не очень-то любил такую погоду, ему по душе были пасмурные дни и моментами срывающийся дождь. Он часто гулял под ливнем, насквозь промокая. Да, после этого он мог заболеть, но это его не волновало. Только дождь мог остудить его, привести мысли, роящиеся в его голове, в порядок, расставить все, так сказать, по полочкам.       Натянув шапку ниже — хоть и было жарко, он решил ее не снимать, — молодой человек направился в «Pop’s», чтобы выпить холодный милкшейк и отдохнуть, полностью отдавшись мыслям о Купер. Джагхед понял, что пытаясь от них избавиться, делал только хуже, ведь все мысли мешались, голова тяжелела, становилось трудно думать о продолжении романа.       — Джагги! — послышалось со стороны.       Джонс сразу обернулся на голос. Во-первых, он узнал, кто это, а во-вторых, кроме нее его так никто не называл. Вообще.       — Бетти? — тряхнув головой, спросил он. — Не ожидал тебя встретить. Думал, ты уехала, — чуть улыбнувшись, обратился парень к подбежавшей к нему подруге. — Рад встрече.       — Я тоже, — рассеянно протянула блондинка, поправляя на голове высокий хвост. — Решила прогуляться, Арчи занят, думала сходить к тебе. Кстати, каждый раз, когда приходила к тебе, тебя не было дома. Где ты пропадал? — удивленно посмотрела на него девушка. — Неужели ты меня избегал? — неловко рассмеялась она.       Она приходила к нему? Черт, как он мог это пропустить? Дурак!       — Нет, что ты, — он почесал затылок, из-за чего шапка съехала на бок. — Просто я был немного в другом месте, наедине с собственными мыслями.       Бетти не знала о том, что брюнет жил в старом кинотеатре, поэтому Джаг не хотел ей об этом говорить.       — Тогда все в порядке, — она улыбнулась. — Ты помнишь, как мы тут играли в детстве? — девушка обняла себя руками, вспоминая беззаботные деньки.  — Разбивали колени в кровь, бегали, смеялись. Хорошее было время.       Джонс улыбнулся и кивнул. Пока его мысли и воспоминания ворохом кружились в голове, Купер ловко сдернула с его головы шапку и побежала.       Парень даже сказать ничего не успел, только взглядом проводил. В памяти сразу всплыли воспоминания того дня, когда Бетти впервые назвала его «Джагги», когда споткнулась, убегая с его шапкой, и разодрала колени, когда он помог ей, обработав ранки и аккуратно перевязав.       Момент, и Купер кричит: «Не догонишь!».       Момент, и она машет ему его же собственной шапкой, которую забрала у него.       Момент, и девушка спотыкается о булыжник и падает.       Колени, не прикрытые тканью — сегодня, как и в тот день, Бетти надела шорты, — были разбиты в кровь, а из ее глаз катились слезы. В точности, как тогда в детстве.       Джагхед подбежал к ней и сел рядом, разглядывая ссадины. Даже, казалось, они были на тех же самых местах. Судьба так благосклонна к нему?       — Сильно больно? — обеспокоенно спросил парень, аккуратно подув на ранки, а в ответ получил лишь кивок. — Тогда пошли, — он ловко подхватил девушку на руки и понес домой.       Он давно не был в трейлере, где ЭфПи жил один после того, как Джагхед ушел в старый кинотеатр. Брюнет надеялся, что отца дома не будет.       — Джагги, — всхлипывая, протянула девушка. — Я могу сама дойти.       Он помотал головой и успокаивающе улыбнулся. С одной стороны, ему было самому безумно больно от того, что Бетти плакала из-за разбитых коленей. С другой, ему нравился этот момент. Нравилось то, что он нес ее на руках, что она снова называла его «Джагги», что они были рядом, и никакой Арчи Эндрюс им не мешал.       Открыв дверь в трейлер, Джонс зашел в него с Бетти на руках и усадил ее на диван, а сам полез за аптечкой. Судьба решила сделать ему такой подарок в виде повторения самого любимого дня из детства? Да, Джаг любил этот день, ведь тогда он смог помочь Элизабет, а она отблагодарила его невинным поцелуем в щеку.       Достав коробочку с лекарствами и бинтами, он открыл ее. Как хорошо, что все было на месте. Джаг быстро обрабатывал ранки и дул на них, если сильно щипало, а потом аккуратно перевязал бинтами. Завязав последний узелок, он поднялся и помог встать ей.       — Теперь не болит? — поинтересовался брюнет, взяв свою шапку и натянув ее на голову.       — Немного щиплет, но не больно, — улыбнулась она и снова стянула его шапку. — Спасибо тебе, Джагги.       Блондинка поднялась на носочки и коснулась его губ, обняв за шею. Джонс автоматически прижал ее к себе и ответил на поцелуй.       Сколько времени он мечтал об этом, знал только черт, которого он вечно ругал. Купер решила, что надо быть смелее.       — Бетти, — нехотя оторвавшись от ее губ, прошептал парень. — Ты специально это устроила? — улыбнулся он.       — Нет, за это спасибо судьбе, но мне все нравится, — обняв его крепче, Элизабет уткнулась в его шею.       — А как же Арчи? — вдыхая родной аромат, спросил он.       — Я шла к тебе, чтобы сказать, что была дурочкой, раз влюбилась в него, — улыбнулась она. — Это было помутнение. Дурацкое помутнение, которое истрепало мои нервы.       — Я люблю тебя, Бетти Купер, — неожиданно даже для себя произнес парень.       — А я люблю тебя, Джагхед Джонс.