Возвращение к истокам

Справедливо причисляя себя к мазохистам, Поттер быстрым шагом направлялся в подземелья. Видимо, на сегодня ему было мало той волны воспоминаний, что накрыла его с головой, будоража каждое нервное окончание. Поттер будто бы вернулся на десять лет назад, стоя перед массивной дверью и чувствуя, как струйка пота скатилась вдоль позвоночника, посылая дрожь по всему телу. Подземелья за десятилетие не изменились ни на йоту, как, впрочем, и пароль в личные комнаты Снейпа. Пароль, который они придумали вместе, после долгих препирательств и заверений Гарри, что кроме них двоих никто не будет ничего знать. — Орион, — прошептал Поттер и толкнул дверь. Он стоял посреди комнаты и осматривал помещение. В этих комнатах как будто бы ничего и не изменилось с его последнего визита. Разве что поднакопилось пыли… Осколки от разбитой бутылки огневиски валялись у камина, остатки мантии свисали с колченогого стула, а край чего-то выцветшего, смутно напоминающего его старую футболку, виднелся в камине. Поттер поднял с табурета остатки снейповской мантии, стиснул в кулаке и медленно сел, прикрывая глаза и возвращаясь на десять лет назад… — Неправильно! Нет, Поттер, ты совсем меня не слушаешь! Ты не слышишь меня! Я сказал: взмах палочки должен быть резким в самом начале и смягчаться к концу произнесенного заклятия! Снейп в состоянии жуткого раздражения покинул зал, где они оттачивали боевые заклинания. — Остановись, Снейп! — Рявкнул Гарри и метнулся вслед за профессором. Он был вымотан и жутко, невероятно сильно раздражен. Темные заклятия, которым обучал его Снейп, высасывали из него все силы. Руки дрожали не переставая, в глазах мутилось от пота, что заливал лицо, а тут еще и Снейп, не желающий быть хоть немного снисходительным к нему. — Что?! — Мастер зелий резко остановился и развернулся всем корпусом на сто восемьдесят градусов. Поттер едва сумел затормозить в шаге от учителя и уронил руки вниз. Палочка слегка подрагивала, плечи были опущены, как и низко склоненная голова. — Я… — Что вы приказали мне сделать, Поттер? — Простите, — выдавил из себя Гарри, стараясь подавить ярость, что волнами накатывала на него. Он всей кожей чувствовал злость Снейпа, что едва не искрила в воздухе. — Это неприемлемо, Поттер! — Жестко произнес профессор: — Вы же осознаете, насколько Темный лорд сильный противник? Вы же отдаете себе отчет, что в вашей защите в первую очередь будут искать малейшую брешь? Любое неточное движение, и вы — труп! Эти заклятия не терпят неточности исполнения, ибо могут дать непредсказуемый результат в итоге. Я не просто так был против этого, зная, насколько вы не способны к концентрации. Снейп склонялся все ниже и ниже к молодому человеку, к концу своей речи едва не переходя на угрожающее шипение. — Я устал… — Раздалось тихое, а потом Поттер упрямо вздернул подбородок и застыл, смотря яркими, широко распахнутыми глазами прямо на Снейпа. Некоторое, бесконечно долгое время, оба не отводили друг от друга взглядов, пока профессор, тяжело выдохнув, развернулся и едва не бегом рванул в темноту подземелий. Поттер запрокинул голову и покачал головой — он и вправду был вымотан до такой степени, что едва передвигал ноги, и эта эмоциональная вспышка отнюдь не способствовала его отдохновению, высасывая из молодого человека последние силы. Дверь в комнаты Снейпа была распахнута настежь, и Поттер вошел, заклинанием запечатывая вход и прислоняясь к каменной стене, которая совсем недавно была дверным полотном. Профессор стоял у наколдованного окна, созерцая иллюзорный пейзаж. Он всегда казался нереально высоким в этих своих мантиях, что черным водопадом стекали по телу, закованному в броню из одежды, неприступности и надменности. Поттеру иногда казалось, что ходи Снейп совершенно обнаженным, никто бы не посмел произнести в его адрес что-то издевательское, потому что не одежда была его броней, а его внутренняя сила — уверенная и бескомпромиссная. В тот самый момент, когда Гарри это осознал, он понял — влюблен. Безоговорочно, сильно, бесповоротно. Он бы никогда не осмелился предложить себя Снейпу, если бы не отчаянное желание хоть на миг почувствовать свою принадлежность кому-то особенному. В какой-то момент одиночество, страх, желание любить и быть любимым пересилило здравый смысл, и он сдался. Редкие ласки, что позволял себе Снейп лишь распаляли огонь в душе Поттера, а тот будто бы не замечал этого, бросив все силы на обучение избранного боевым навыкам. — Гарри, — раздалось тихое, с теми самыми рокочущими перекатами, которые будили в душе парня волну неконтролируемой влюбленности и жажды жизни, — ты должен научиться абстрагироваться. Наше тело — лишь инструмент мозга, и если уметь им управлять, то можно преодолеть любую проблему. Снейп повернулся к Поттеру, тяжело вздыхая и призывая себя к спокойствию. — Я не могу, — выдавил из себя тот и низко опустил голову. — Концентрация. Сейчас ты должен научиться в первую очередь именно этому. Отбрасывать в сторону все эмоции, чувства, желания и сосредотачиваться лишь на главном. На том, что важно и нужно в данный конкретный момент. — Мне нужен перерыв, хотя бы немного отдыха и тишины. Снейп подлетел к нему и схватил за плечи. — Ты же понимаешь, что Темный Лорд не даст тебе этого! Ты же должен осознавать, что он не упустит шанса сыграть на твоей слабости и он отыграет свою партию с блеском. Гарри, — Снейп перевел дух и обхватил Поттера руками за затылок, — если ты попадешь к нему в руки, дементоры покажутся тебе безобидными щенками. Он безумец и он тебя ненавидит настолько сильно, насколько и любит. Любит себя в тебе, понимаешь? Поттер качнулся вперед и уткнулся Снейпу в грудь. Ладонь, что лежала на затылке, судорожно сжалась, причиняя парню боль. Гарри на миг подумал, что профессор хочет его оттолкнуть, но тот лишь сильнее прижал к себе его и опустил подбородок на макушку Поттера. — Гарри-Гарри, что же нам делать… — Бормотал он в волосы Поттера. — Займись со мной любовью. Мне это нужно сейчас. Не так как обычно, не просто дай мне кончить, а сделай это по-настоящему. Его сердце колотилось с неистовой силой в груди, он приготовился к неизбежному отказу, который получал последние несколько месяцев их близких отношений. — Сделай это уже! Слышишь? — Поттер оттолкнул от себя Снейпа и отшатнулся: — Я должен знать как это бывает. — Что бывает? Секс? Гарри, секс — это всегда секс, и не важно, насколько он полон. Есть много способов заняться любовью без проникновения. Я бы мог сделать тебе… — Нет! Нет-нет! Неужели ты не понимаешь? Неужели у тебя нет ни малейшей догадки, почему я прошу тебя об этом? Снейп прикрыл глаза и сжал пальцами переносицу. — О, ты живешь в этих своих идиотских принципах про студента и его учителя, но при этом спокойно отсасываешь мне при любой удачной случайности, или с удовольствием дрочишь мне, чтобы я снял это гребаное напряжение. Это с твоими моральными принципами вразрез не идет, не так ли? А трахнуть меня у тебя не хватает смелости. Или желания? — Заткнись! — Рявкнул Снейп и вдавил Поттера в стену: — Ты не имеешь ни малейшего понятия, что происходит со мной, когда ты ведешь себя как обезумевший от похоти книззл! — Так скажи мне это, Мордред тебя возьми! Объясни мне, ты же учитель! — Тебе будет проще выкинуть меня из головы, если мы не станем близки так, как ты этого хочешь. Я не выживу в этой войне, Гарри, я это знаю, но выживешь ты, и тебе нужно будет жить дальше. А я… Я не имею права сейчас окончательно потерять голову, а это неизбежно случиться, если… — Нет, ты не умрешь, не смей так говорить! — Поттер со всей силы стукнул его кулаком в грудь: — Или ты полагаешь, что я не стану тебя оплакивать в том случае, если у нас не будет полноценных отношений? Ты идиот, Снейп, потому что я влюблен в тебя. Я тебя люблю и не знаю, что буду делать без тебя. В спальне был настоящий бедлам. Поттеру на миг показалось, что с той самой ночи здесь никто больше не ночевал. Разворошенная кровать, скомканные одеяла, подушки, разбросанные по полу, опрокинутый флакон на тумбочке, покрытые пылью жирные пятна на стойках кровати и следы ногтей, что неровными параллельными полосами виднелись на поверхности деревянного изголовья. Поттер медленно обводил взглядом каждый дюйм спальни, с горечью констатируя, что даже спустя вечность, он не сможет окончательно выбросить из головы то, что здесь происходило. В голове всплыли слова Снейпа, произнесенные в один из тех тихих вечеров, когда он позволял Гарри лежать на диване, вдыхая тяжелый аромат свечей и пытаясь очистить сознание от всего лишнего. — Медитация, Гарри, помогает очистить голову от всего лишнего. Научись отключаться от насущного, задумайся о вечном, раздвинь границы подсознания и окунись в себя, почувствуй каждую клетку, каждую мышцу. Ты в состоянии наполнить самого себя силой. Помни, ты способен мысленно замедлить действие летящего в тебя проклятия, если сумеешь научиться основам концентрации. Ну, по крайней мере, за десяток прошедших лет он научился делать это просто виртуозно. Сосредоточенно обведя взглядом комнату, Поттер вперился в нечто, напоминающее маггловскую картину. Черный квадрат на белом фоне. Он никогда не понимал абстрактного искусства и предпочитал что-то более понятное и приятное глазу, но Северус частенько зависал перед этим странным «шедевром», будто бы проваливаясь в одному ему известные глубины подсознания. Поттер замер перед картиной и прикрыл глаза, а затем медленно протянул руку, проходя сквозь полотно и оказываясь в небольшой каморке со стеллажами. Он осмотрелся, заметив что заколдованные светильники зажглись сразу, стоило только магу полностью очутиться в помещении. Полки были пусты. То, что десять лет назад поражало воображение Поттера, сейчас отсутствовало полностью. Пыль и забвение — вот все, что осталось от личной библиотеки мастера зелий. Он несколько раз бывал здесь и втайне восхищался тем, насколько бережно Снейп относился к своим книгам. Поттер внимательно осмотрел комнатушку и с грустью отметил, что Снейп, очевидно, выгреб все до последнего фолианта. Он мог оставить все свои личные вещи, но книги — книги он не бросил бы никогда. — Чертов Снейп! — Рыкнул Поттер и стиснул переносицу. Он так надеялся разыскать хоть что-то стоящее, то, что могло бы помочь им в поиске решений! Но полки остались глухи к мольбам мага, а пыль медленно вернулась на свои места, безмолвно радуясь разочарованию посетителя. Он глупец, если надеялся на Снейпа. Уже ступив одной ногой обратно в комнаты бывшего любовника, Гарри краем глаза заметил что-то в самом углу каморки. Тонкая, в мягком переплете книжка-пособие по ритуалистике была погребена под толстым слоем пыли и если бы не белая обложка, Поттер бы ни за что не обратил на неё внимания. — Уильям Беггинс «Кровные ритуалы и все, что с ними связано», — прочел он и вздохнул: — Ты даже Снейпу оказалась не нужна? Что же, я тобой не стану пренебрегать. Гарри отряхнул пыль с книжки и покинул каморку.