The Cure

POV Ларин. Сколько я уже в отключке? Минуту, две, час? Хованский, ты тварь конечно. Но я и сам виноват, постоянно забываю, что силы у него больше и поэтому толчок в плечо может кончиться, к примеру, тем, что произошло сейчас. Голова болит, холодный пол неприятно обжигает кожу. Внезапно горячие руки обхватывают мои запястья, а после чувствую, как меня тащат куда-то. Интересно, что со мной собираются делать? Привяжут к кровати и изнасилуют? Или просто свяжут? Снова ощущаю жесткость подушки под головой, а после тепло… Меня накрыли одеялом, как мило. Пока я в «ауте», можно повспоминать что-нибудь приятное… Приятное. А что есть приятное? Для каждого же оно своё, неизменное. Приятное может быть разных размеров и форм. Может быть пушистым и большим, или же неосязаемым и маленьким. Так что же приятного было в моей жизни? Не могу сказать, что знакомства можно отнести к этой категории. Хотя признаюсь, некоторые встречи я до сих пор вспоминаю с теплом. Вещи? Моя укулеле — приятная вещь. Животные? Дядя Пес хоть и был жутко проблемным псом, но всё же приносил веселые и приятные моменты в мою серую жизнь. Девушки? Так, опустим это. Как раз на моменте размышления о девушках и их принадлежности в моей жизни, подсознание приказало мне открыть, наконец, глаза. Пусть свет и не был включен и источником освещения служили окна, глаза всё равно неприятно резануло. Пытаясь уйти от этой неприятной боли, поворачиваю голову в сторону. Сидит. За моим столом. Ещё и с моей гитарой. -Положи, где лежало. Кажется, что я просто беззвучно сказал это, но увидя положительную реакцию, успокоился. -И тебе не хворать, алкашня. Приподнимаюсь на локтях, садясь на кровати. -Что же привело тебя в мою обитель столь внезапно? Кажется, я уже знал ответ на этот вопрос.