Качели

Все бумаги Юра подписывает и, по сути, перекладывает ответственность на себя. Врачей никто не освобождает от обязанности попытаться сохранить жизнь обоих, но теперь омега вынужден серьёзнее относиться к своему здоровью. Угроза была серьезная, но Юра старался не думать о возможных последствиях. Сдав ещё раз полный набор анализов, он смог уйти из больницы, получив хороший результат обследования. Срок близился ко второму месяцу, что означало скорое окончание самого непростого первого триместра беременности. Малышу ничего не угрожало, он развивался точно так же, как и остальные эмбрионы на таком сроке. Юра был несказанно рад тому, что через долгих семь с половиной месяцев сможет держать на руках своего самого любимого крохотного человечка. Омега уже представлял, как будет выглядеть их с Отабеком сын: красивые карие глазки, чёрные густые волосики, как у отца, светлая кожа и маленький, чуть вздёрнутый носик, как у папы. Юра инстинктивно положил руку на живот, будто защищая своего кроху от всего мира. Сейчас они вдвоём, и никто не сможет испортить этот счастливый момент. Даже сама природа благоволит такому хорошему исходу: яркое солнце, пробивающееся сквозь расходящиеся облака, тёплый ветерок и располагающая атмосфера. Юра шёл домой, даже не чувствуя беспокойства. Сейчас он был уверен в том, что соберёт вещи, деньги и поедет в свою съёмную квартиру. Благо, об этом он договорился, пока был в больнице. Отабек ничего не знал, поэтому препятствовать планам не будет. Не успеет, ведь сейчас его, скорее всего, нет дома. Подходя к родным дверям, омега начал теребить в руках ключи. На душе заскреблись кошки, но мысли о сыне заставили его успокоиться и глубоко вдохнуть. Двери оказались открыты, и Юра невольно дрогнул. Альфа дома. Произойти может всё, что угодно. Руками прикрывая живот он зашёл внутрь и замер, переводя взгляд вниз. Пол был усыпан картонными сердечками и лепестками роз, совсем как в фильмах или сказках. Он сейчас действительно чувствовал себя принцессой Диснея, вылезшей прямиком из экрана. Он шёл ровно по следу, глупо улыбаясь, пока не наткнулся на Отабека, стоящего напротив с огромным букетом цветов. Букет был настолько огромным, что альфа держал его двумя руками, при этом не имея возможности обхватить его по диаметру. — Юрочка… Я так ждал тебя, — Алтын подходит ближе, перекладывает астры в левую руку, а правой притягивает омегу к себе, слегка отодвигаясь, чтобы не задевать живот. — Откуда ты знал? — омега не мог скрыть эмоций и полнейшего недоумения: о выписке знал только он сам и персонал больницы. — Я спросил у врачей, они мне всё рассказали. Я приходил каждый день, спрашивал о вас и ждал, когда ты согласишься общаться. Я ждал этого дня, Юр, и я не упущу шанс. Просто выслушай меня. Я люблю тебя больше жизни. Я люблю… вас с Артуром, поэтому не отвергай меня, пожалуйста, — его сильный, жестокий и безжалостный альфа встал на колени, отложив букет в сторону. Плисецкий только сейчас заметил, что дом украшен в стиле дня всех влюблённых, с приглушенным светом и романтичной атмосферой. — Я… Я не могу, Бека, — Юра только сейчас заметил, что плачет, — я снял квартиру и не могу рисковать своим сыном. — Давай попробуем, пожалуйста? Артуру будет лучше расти с родным отцом, а тебя я буду оберегать. — Спасибо, но я так не могу. Я ценю твою заботу, но не хочу рисковать. — Юра был смущен, поэтому старался перевести тему как можно скорее. — И почему Артур? — Красивое имя. Но можешь сам придумать, если не нравится. — Он будет Андреем, — Отабек кивнул, согласившись. — Так что ты решил? — альфа встал с колен и взял Юрия за руку. Тот отозвался тёплой улыбкой и посмотрел Алтыну прямо в глаза. — Я буду жить один. Мы можем встречаться каждый день тут или где-нибудь ещё. — Ты не против того, чтобы видеться со мной? — Отабек поднял букет и протянул его парню. — Я готов гулять с тобой целый день, если надумаешь. — Мы можем видеться, гулять, что угодно, но жить будем раздельно, — омега опустил глаза в пол, чувствуя некую неловкость. — Пойми меня, пожалуйста. — Если так нужно для вас, то я готов, — Отабек целует Юру в живот и отводит в комнату. На маленьком столике их спальни стоят чашки с недавно заваренным чаем, два кусочка пирожного и маленький плюшевый котёнок. — Я забрал всё, что приносил тебе в больницу, буду дарить постепенно теперь, — Отабек ставит букет в напольную вазу и подаёт руку Юре, помогая ему сесть на стул. — Ничего не болит сейчас? — Всё хорошо, — Юра и по сию минуту не может выйти из состояния лёгкого шока и растерянности. — Тогда… — альфа касается губ Юрия своими, и омеге кажется, что теперь всё точно будет хорошо.