И пусть никто не уйдет обиженным

Северус за пару дней почти смог восстановить свойственное ему мрачное душевное равновесие и заняться исследованием волновавших его вопросов зельеварения, требовавших полной отдачи и огромного количества свободного времени, не обремененного отвратительными сочинениями студентов (на которых сразу, не глядя хотелось поставить “тролля”, хотя способности к Прорицаниям у Северуса всю жизнь отсутствовали), когда, конечно, снова случился Поттер. Теперь, правда, для разнообразия тот воздержался от личной встречи и случился в письменной форме. Письмо принесла на диво бестолковая птица, чуть не разбившая голову о стекло веранды и не утонувшая в кувшине с водой на столе. Не то что бы Северус удивился - подобное было вполне в духе скромного героя магической Британии. В письме не слишком ровным почерком Поттер обстоятельно расписал, как сильно он раскаивается в собственном слабоумии (“Дорогой профессор!”, в заключение пассажа с покаянием писало это маленькое хамло, “как видите, я уже избавил вас от необходимости тратить чернила и бесценное время на труд сообщить мне о моих умственных способностях, с ними и так уже давно всё ясно. Хотя, конечно, не смею отказать вам в этом удовольствии, если это необходимо для вашего душевного благополучия”, на этом месте Северус против воли одобрительно хмыкнул), что в силу определенных обстоятельств он не может прямо сказать, что было за зелье, только описать побочные эффекты (“В общем-то, эффект один - меня то и дело забрасывает куда-нибудь. Или кого-нибудь вытаскивает ко мне”, и дальше целых две строчки были закрашены чернилами так старательно, что в одном месте перо продрало пергамент) и жалобный памфлет на тему того, что один только профессор Снейп был в силах спасти несчастного. Как и всегда. Если бы Поттер вместо своих школьных потоков сознания о свойствах аконита в сочетании с бернской семицветкой сдавал ему подобные образчики эпистолярного жанра, то Северус наверняка бы по долженству оценил ум мальчишки гораздо раньше, признал он неохотно. В письме, написанном явно от чистого сердца (“И короткого ума”), в котором тот не кипел от обычной ненависти, а наоборот старательно и разнообразно хамил с удивительной ноткой дружелюбия и непосредственности, Гарри Поттер показался Северусу, к его ужасу, еще более привлекательным. Очаровательным. Это было поистине отвратительно. Конечно, и раньше-то все было не слава богу, но теперь... Северус призвал кусок пергамента и раздраженно на нем написал стремительным летящим почерком: "Мой диагноз - кретинизм вам не поздно еще перевестись в школу для трудных подростков." Потому что этот балаган надо было срочно заканчивать, и чем резче - тем лучше. А ему самому, кстати, неплохо бы было отвлечься от происходящего. Северус развлекаться не умел катастрофически. Хуже он умел только находить себе компанию на ночь, что уж там говорить о компании больше чем на одну ночь. Но мироздание, кажется, решило сжалиться над своим потрепанным судьбой сыном, и к нему, мрачно цедившему алкоголь в самом темном углу магического бара самостоятельно подсел какой-то приятный молодой человек и принялся практически открытым текстом его клеить. Северус так изумился, что даже забыл отреагировать на комплимент своим волосам и носу, только напряженно вглядывался в молодое открытое лицо, лихорадочно шаря по задворкам сознания. В памяти ничего не всплывало: этот человек не был его учеником и вообще явно не понимал, с кем имеет дело. - Вы британец? - с сомнением спросил Северус, невежливо прерывая поток эгоцентричных излияний, которые он автоматически пропускал мимо ушей. - Нет, - радостно замотал головой тот. - Я путешествую по магической Европе, а сам из Америки. Ясно, решил Снейп. Мальчик не безумен, у него просто дурной вкус и он не знает, что такое бывший декан Слизерина. Что ж, его такой расклад вполне устраивал. Через три минуты они аппарировали от входа, не заметив вспышки колдокамеры. Недурное расположение духа Северуса утром продлилось ровно тринадцать минут. Тех самых, что потребовались ему, чтобы встать, умыться и начать готовить завтрак. Ночного гостя он безжалостно выставил еще до рассвета, хотя тот был пугающе ласков и явно считал, что оказался в этой постели не по ошибке, даже телефон свой и адрес зачем-то оставил, но Северус был непреклонен. В конце концов, он не мог позволить остаться рядом человеку, чей вкус был так плох, что предпочел выбрать Северуса Снейпа при наличии альтернатив. В ожидании, пока сварится его утренний кофе, Северус взял со стола свежий номер газеты. С передовицы на него смотрел он сам, приобнимающий вчерашнего молодого человека за талию для совместной аппарации. Мальчик смотрел на него почти что с обожанием и даже помахал настоящему Снейпу с колдографии, послав заодно пару воздушных поцелуев. “СЕВЕРУС СНЕЙП”, орал заголовок, “ТЕПЕРЬ НА ГОЛУБОЙ СТОРОНЕ ВМЕСТО СВЕТЛОЙ?” У Северуса заныли зубы. В основном из-за того, каким безвкусным был заголовок - в конце концов, за свою репутацию ему уж явно переживать было глупо. Да и вообще, сдержанно решил он, намазывая хрустящий тост маслом, эта история в некоторой мере даже облегчала ему жизнь. И передумал ровно через четыре секунды, когда Поттер материализовался у него на столе, чуть не уронив собой баночку с джемом - практически нос к носу. - Э-э-э… - тот был как всегда красноречив. - Доброе утро, профессор. - Я вам больше не профессор, - только и огрызнулся Северус вяло, откладывая смятый в пальцах от неожиданности тост. - Ну и чем обязаны на сей раз? - спросил он, вперившись взглядом в стушевавшегося гостя - Поттер сидел так близко, что он с изумлением разглядел у него на носу бледные веснушки, о существовании которых никогда не подозревал. Северус на долю секунды позволил себе задуматься о том, как эта кожа должна выглядеть летом. - Ну так? - поторопил он Гарри наконец. Где же тот нахал, что писал ему недавнее письмо? Северус чувствовал себя практически обманутым. Гарри долго смотрел на него честными глазами, прежде чем ответил: - Я не знаю, почему так вышло, - взгляд его стал еще честнее. А потом он отвел взгляд и случайно заметил на краю стола сложенную газету - надо сказать, Северус редко видел, чтобы на чье-то лицо так стремительно наползала тень. - Я смотрю, вы уже ознакомились с последними новостями магического мира, - как можно самодовольнее ухмыльнулся Северус, вспомнив, что в его системе координат нападение все еще было лучшей защитой. Заодно, глядишь, полюбуется на отвращение на чужом лице и наконец сможет убедиться окончательно, что пора выкинуть из головы это гиппогрифово дерьмо. Поттер никогда и близко не подойдет к нему. - Ознакомился, - буркнул Гарри хмуро. - Осуждаете? - подтолкнул его Северус в верном направлении, надеясь закончить это все побыстрее. - Да! - вскинулся тот, - Потому что сколько можно мусолить жизни всех нас, даже когда Война уже кончилась? Все эти журналисты никогда не давали прохода мне и моим друзьям, но теперь, когда мы тихо доучиваемся, они совсем с цепи сорвались и хватаются за малейший чих любого из членов Ордена. Про вас после биографии Скиттер вообще газеты что только не выдумывали! И что у вас есть тайные дети, и что вы работорговлей занимались, и что у вас с Дамблдором была связь, - Гарри даже поежился на этих словах, и Северусу тоже захотелось. - В общем, - продолжил он, - я не могу не осуждать этих людей, потому что они должны уважать чужое право на частную жизнь, и вы, после всего того, что сделали для нас, заслуживаете этого уважения особенно. Северус старательно задавил поднявшуюся в груди горячую волну признательности (возмутительно было даже её ощущать), покачал головой и сообщил самой светской из своих интонаций: - Все еще защитник сирых и угнетенных. Но вы как никогда кстати, Поттер - мне нужно взять у вас кровь, - закончил он и призвал коротким взмахом палочки небольшой прозрачный фиал из соседней комнаты. Надо сказать, решение сдаться на волю судьбы и Поттера пришло внезапно и явно еще обещало принести ему много сожалений и разочарований. - Зачем? - опешил тот от перемены темы. Мимика у Поттера все же была очень живая. - Разве не вы на днях обстоятельно просили о помощи? - он поднял бровь и раскупорил фиал. - И ваше появление на моем обеденном столе только что стало решающим аргументом. Гарри смиренно кивнул и протянул руку. Со стола, впрочем, слезть и не подумал. - Я сегодня проведу основные анализы, а после занятий прошу вас явиться ко мне для наложения диагностических чар для окончательного прояснения картины. Гарри закивал. Потом вдруг замер: - Я не умею так перемещаться по собственной воле. И координат аппарации сюда не знаю. Северус вздохнул. - Во-первых, я не умею перемещаться по собственной воле, сэр, а во-вторых, я надеюсь, по собственной воле через камин вы перемещаться умеете? Минерва вам откроет, я попрошу. Северусу даже уже не было жаль испорченного завтрака - он любовался тем, как на лице Поттера медленно отражалось осознание своей непроходимой тупости. Жизнь все же была… недурна. Северус глухо выругался себе под нос. Потом вспомнил, что ничто не мешает ему выругаться гораздо громче, и позволил себе это маленькое удовольствие. Потому что кровь несчастного идиота выглядела, пахла и ощущалась как смесь, которая наверняка могла бы рвануть при малейшей неосторожности - и таковой по существу и являлась. Потому что помимо абсолютно физиологически здоровой плазмы, эритроцитов и других нормальных кровяных клеток Северус в процессе достаточно поверхностного сканирующего анализа обнаружил следовые количества магических антител из слёз феникса, следовые же количества яда василиска (но всё это пусть и было опасно, хотя бы было объяснимо), тревожную смесь гормонов и плохо определимых компонентов неизвестного зелья. Многие гормоны, среди прочего, далеко выходили за пределы нормы в одну или другую сторону. Плюс, показатель сырой магии откровенно зашкаливал, что делало кровь совершенно нестабильной. Поить Поттера явно ничем из зелий было нельзя - как бы не сделать только хуже. Да и колдовать над ним он бы не рискнул. Ах да, еще, судя по всему, Поттер пил своё чертово зелье недавно - совсем недавно, буквально на днях. Он его не бросил, хотя даже кретин бы догадался, что надо завязывать с такими вещами. Когда Поттер неуверенно вышагнул из камина, отряхивая перепачканную мантию, Северус уже был готов - накрутил он себя за прошедшую пару часов превосходно. - Я понимаю, - начал он без лишних предисловий, переходя на отточенное годами свистящее сипение, при помощи укуса Нагайны доведенное до совершенства, - что вы считаете себя исключением из всех правил и по всем параметрам особой статьей, да и вообще уже один раз умерли. Но всё равно, Поттер, какого чёрта вы продолжаете хлебать эту дрянь, хотя очевидно, что она превращает вас в ходячую магическую бомбу? - Я… Северус вскинул ладонь в нетерпеливом жесте, явно показывая, что еще не закончил. - И куда смотрят ваши так называемые друзья и учителя, которых совершенно не беспокоят ваши неконтролируемые перемещения? Почему вы сами ни к кому не обратились за помощью? Вас может расщепить в результате такого заброса или выплеск магии примет новую, более разрушительную для вас форму, или… Северус почувствовал, что неожиданно быстро выдохся. Все равно Поттер молчал, опустив голову и покорно выслушивал его тираду, словно первокурник-хаффлпаффовец, а не как Поттер. - Сэр? - осторожно поинтересовался тот, с опаской поднимая на него глаза. - Вы что, хотите сказать, что за меня волновались? Северус почувствовал неожиданно острое и непонятное желание запустить в Поттера банкой с сушёными тараканами. - Что. Вы. Пили, - тихо, очень отчетливо спросил он. Поттер упрямо молчал и отводил глаза, напрягаясь с каждым словом, словно это были не слова, а любовно заточенные кинжалы, вгоняемые ему под кожу. - Так, - повторил Северус уже по-настоящему сердито. - Дайте угадаю: это было что-то совсем глупое, иначе бы вы так не артачились и не дурили мне голову. Так что же это было? Очередное изобретение Уизли? Нет, по всей видимости, тем более, они бы сами с вами в таком случае возились. Тогда что? Что-то из зелий, завязанных на магическое ядро волшебника?.. - он задумался и принялся перебирать зелья, приходившие на ум. Выходила какая-то ерунда - все они были Поттеру ни к чему. - Вы же не собирались ставить опытов со своими новыми силами, доставшимися в подарок от Лорда? - сощурился он. Гарри отчаянно замотал головой. Лицо его выражало крайнюю степень уныния и неловкости. - Я… - начал он, потом прочистил горло и решительно продолжил, с вызовом вскинув голову, - Отворотное я пил. Несколько раз. А то жизни вообще уже никакой не было, - добавил он понуро, словно пытаясь объясниться. - Отворотное, - тупо повторил Снейп, переваривая эту новость. Вот дерьмо, Поттер, как и ожидалось, живет насыщенной подростковой жизнью и влюблен. Да еще и с любовной магией всегда очень сложно разбираться. - Замеча-ательно, - наконец, протянул он язвительно. - Контрафактное, я так понимаю? Политика в области любовных зелий сейчас очень строга. Гарри кивнул, явно ожидая уничижительной тирады, в которой бы Северус уже дал себе волю и обстоятельно изложил, что же он думает о Поттере, его скудных интеллектуальных способностях и дурацких проблемах. Этого всего Северус говорить не стал, только устало вздохнул: - И что, Поттер, вы серьезно? Пить отворотное из-за смешных подростковых страстей?.. Конечно, нормальные люди переживают это в пятнадцать, потому что не заняты спасением мира, но всё же. Вам-то, с вашей славой и прочими неотразимыми достоинствами, да страдать? Тот только упрямо поджал губы, и весь язык его тела кричал - в больное лучше было не лезть. - Неужели нашелся в мире человек, способный отказать самому мистеру Поттеру? - продолжил Снейп как ни в чем не бывало, старательнее продавливая неожиданное слабое место. На самом деле чувства у него сейчас были до предела смешанными от таких известий. Поттер был безнадежно влюблен. Поттеру не отвечали взаимностью. - И кто же эта во всех смыслах поразительная особа? - он постарался придать голосу самый свой индифферентный тон. Гарри вспыхнул. И - промолчал. Снейп даже почувствовал укол разочарования. Вот она, печальная старость - даже Поттеры уже не выходят из себя. Мир рушится, делать в нем людям старой закалки больше нечего. - Ладно, - наконец отмахнулся он. - Забудьте. Это мне безразлично. Что вы тут делаете лицо страдальца? Я же не сказал, что не стану вам помогать. Мне на самом деле безразличны ваши душевные порывы сами по себе и с кем у вас там не клеится. А вас как обычно вытащить за шкирку из дурного дела - это я могу. Садитесь, - коротко велел он, призывая коротким резким росчерком палочки высокий табурет с кухни. - Закройте глаза и не вертитесь. Тот подчинился. И даже почти не ерзал следующие несколько минут, пока его просвечивали разными диагностическими чарами на предмет сохранности магического ядра, патологий и аномалий. Картина складывалась по-прежнему неутешительная. - Помочь вам может только время и покой. - Но… - Никаких “но”. У вас и так стабильностью и не пахнет, вмешиваться в попытках исправить было бы безумием. Концентрация компонентов вашего зелья в крови должна скоро снизиться, но только если её не подпитывать. Вы поняли, Поттер? Немедленно выкиньте эту дрянь и справляйтесь сами. В конце концов, вам хватило смелости пойти и умереть за мир во всем мире, так что любовную неудачу вы точно переживете. В глазах у Гарри появилась отчетливая тоска. Северус, до этого всю жизнь избегавший лишних тактильных контактов, сейчас протянул руку к чужому подбородку и заставил Гарри поднять голову, чтобы взглянуть в глаза и точно донести важность этой мысли. Потому что его здоровье того не стоило. И почти без удивления отметил промелькнувшую в момент прикосновения в глазах панику - конечно, кому понравится, чтобы тебя трогал неприятный тебе человек?.. - Поттер, - бесконечно устало сказал он, отстраняясь, и принялся массировать собственные виски, - вы феноменальный идиот. Маги десятилетиями работают над пробуждением подобных способностей к беспалочковой, сырой магии, гармонично развиваются, практикуются. На вас, как обычно, все падает с небес готовеньким благодаря вашему исключительному везению, - он поморщился, - и вы все равно умудряетесь применять такой дар в исключительно глупых и мелочных личных целях. Это как заклятием Осгуда для дезинтеграции волшебных зданий открывать сливочное пиво. - Ничего они не мелочные! - возмутился тот, - и вовсе даже не глупые. Северус тяжело вздохнул. А потом вдруг к собственному изумлению отвесил Поттеру легкий подзатыльник. - Брысь отсюда. Возвращайтесь в школу. Больше спите, больше колдуйте, чтобы расходовать энергию. Я вам в ближайшие дни сварю зелье. Нет, оно не вылечит, оно просто поможет контролировать магию чуть лучше, слегка подавит её. Как временная мера. Поттер смотрел на него теперь чуть ли не с обожанием, хотя все еще предельно несчастно. - Будет неплохо, если вас занесет ко мне через пару дней, я смогу настроить зелье конкретно на вас - будет на порядок эффективнее. Тот радостно и энергично закивал, заставляя Северуса внутренне поморщиться - потому что, вообще-то, он мог взять пару волос у Поттера хоть сейчас и больше с ним не видеться. Но не мог же он на прощанье не воспользоваться ситуацией. Решено, он сварит чертово зелье как можно быстрее и выставит мальчишку из своей жизни окончательно. Замечательный план.