Семь смертных грехов.

Кэтрин, Бонни и Деймон расположились в кабинете Бонни, и последние пять минут провели в неловком молчании. Утром им троим сообщили о значительных улучшениях в состоянии Кэролайн, и пригласили на встречу. Прибывшие раньше времени Кэтрин и Деймон столкнулись в холле с Бонни, и она утащила их к себе, подальше от чужих глаз. - Бонн, ты знаешь подробности? – не выдержал Деймон. - Мне сказали только, что ее сняли с аппаратов и поддержки сердца, и вентиляции легких. Она сама дышит, и ее сердце работает самостоятельно. - Слава Богу! – выдохнула Кэтрин. - Мда. Теперь осталось выяснить, во что вылился ее последний рецидив. И понять, что делать, чтобы она не вернулась к этому состоянию вновь. – С сомнением проворчала Бонни. - Вы думаете, Майклсон нам в этом не подмога? – насторожился Деймон. - Не знаю, - покачала головой Кэтрин. – Понимаешь, у них, безусловно, присутствует весьма нехилое влечение друг к другу. И оно отнюдь не одностороннее, раз ему удалось до нее достучаться, и задержать на этом свете. Но то, что происходило в последние двенадцать часов, со стороны Кэр, было на подсознательном уровне. Как она отреагирует, когда вернется в сознание, и восстановит в голове всю картину…. Даже при учете того, что она поверит в невиновность Клауса, Стефан за одну ночь никуда не исчезнет. И ее чувства к нему тоже. Запищавший в кармане Бонни больничный пейджер прервал размышления Кэтрин. - Нас приглашают к Ульриху. Пойдем. Клаус посмотрел последний раз на свое отражение в зеркале туалета и остался доволен. Еще десять минут назад взгляд в зеркало буквально напугал его. Заросший щетиной, с опухшим лицом и красными глазами, как у вампира…. Прическа на голове была последней каплей, которая подтолкнула его к мысли, что его зовут Эдвард Каллен. Все это было логичным последствием прошедшей ночи. К счастью, медперсонал больницы с удивительным рвением заботился о нем. И когда он вышел из палаты Кэролайн, для него были готовы два полотенца – одно для душа, второе для лица, все бритвенные принадлежности, вплоть до трех бальзамов после бритья на выбор, расческа, смена белья, свежий хирургический костюм и кеды. На вопрос, откуда это все, Ульрих туманно ответил, что от поклонниц его талантов. В виду того, что Клаус чувствовал себя в компании пожилого доктора весьма неловко, он не стал задавать лишние вопросы, хотя его честно заинтересовало, откуда среди медперсонала больницы такое количество знатоков современной живописи. Не зависая долго на этом вопросе, Клаус в очередной раз вспомнил, как Ульрих ворвался к ним с Кэр в палату. - Стоп, герой-любовник. Не узнаю уж, что ты там за терапию проводишь, но я бы предпочел, чтобы ты остановился. У девушки и так проблемы с сердцем, а ты ее заставляешь краснеть так, что у меня мониторы запотевают. Клаус потрясенно приподнялся на локте, и уставился на доктора. - Ульрих, ты хочешь сказать, что она слышит все, что я говорю? - Судя по тому, как она смущенно краснеет, да. И я честно не хочу представлять, что ты ей там шептал на ушко, что смог смутить девушку даже в коме. В любом случае, рад тебе сообщить, что сердце нашей девочки последние пять минут бьется самостоятельно. - Вы отключили ее от машины? – испуганно замер Клаус. - Да, и весьма успешно. Тот поток скабрезностей, что ты ей шептал, заставил пульс ее ослабленного сердца подскочить аж до 110 ударов. Спокойно, это далеко не критичные показатели, ты на беговой дорожке до них догоняешься за пару минут. Но нашей девочке сейчас лучше не бегать, пока мы не провели обследование, и не выяснили, чего нам стоил вчерашний день. - Понятно. Поможете выпутаться из-под проводов, чтобы я мог встать? - Конечно. Как только Клаус оказался на ногах, в палату зашла бригада Ульриха. - Я хочу, чтобы ты тут постоял пару минут. Мы хотим попробовать отключить систему вентиляции легких. Может ситуация стабилизировалась, и она сможет самостоятельно дышать. Не хотелось бы затягивать с этим. А то потом еще будем пневмонию лечить. - Э, да. Хорошо. – Клаус не знал, куда себя деть посреди шныряющих врачей. Вчера он не чувствовал себя здесь таким неуместным. - Клаус, лучше отвернись. Вытаскивание трубку из трахеи не самое приятное зрелище. Не хотелось бы тебе второй раз за сутки колоть успокоительное. Вернувшись из путешествия в воспоминания недавнего прошлого, Клаус в очередной раз попытался справиться с пошедшей в разгул шевелюрой. Он торопился вернуться в палату к Кэролайн и убедиться, что все в порядке. Когда он отходил в прошлый раз, все закончилось довольно трагично. И хотя Ульрих заверил его, что «их девочка» дышит самостоятельно, и сердце бьется вполне уверено, бессознательный страх просто гнал его обратно. Выйдя из душевой, он столкнулся с парой медсестер, которые проявили с его точки зрения к нему чрезмерное внимание, и несколько подозрительно откровенный голод в их взглядах на его тело заставил Клауса поежиться. Неловко проскользнув мимо, он с подозрением обернулся и убедился, что девушки никуда не торопятся, а откровенно стоят и пялятся на него. Клаус подумал, что в эту минуту понял, что чувствует девушка, когда мужчины провожают ее взглядом, и свистят вслед. Прибавив шагу, он поторопился добраться до реанимационного отделения, где пока еще находилась Кэролайн. У входа он встретил вечную троицу друзей девушки. - Клаус! – радостно вспыхнула Бонни. – Тебя отпустили умыться? - Мда, не могу сказать, что после этого я стал выглядеть лучше. При взгляде в зеркало все равно создается впечатление, что меня переехал бульдозер. Даже медсестры провожают меня таким взглядом, что мне становится не по себе. - Ну, чему ты удивляешься, - расплылась в довольной улыбке Бонни, - ты же здесь знаменитость. Клаус непонимающе нахмурился. - Не знал, что медработники так интересуются современной живописью. - Да, - усмехнулась Кэтрин, - на самом деле мы медработники большие ценители современного искусства в целом, и бодиарта в частности. Скажи этот треугольник у тебя на плече, это какой-то символ бесконечности бытия? Или это отсылка к искусству времен египетских фараонов? Клаус с недоумением взглянул на Кэтрин. - Откуда ты знаешь… Неожиданно его прервала одна из медсестер, встреченных в коридоре. - Мистер Майклсон, простите, не могу не попросить…. – распахнув халат в области груди, и оголив две весьма аппетитные округлости, она продолжила, - можно автограф? И если можно поставьте на одном из моих пончиков такой же треугольник, как у вас на плече. С трудом сдерживающая хихиканье Бонни, протянула, вынутый из кармана маркер, - Ваше перо, мастер. Покрасневший Клаус выхватил у Бонни маркер, и аккуратно нарисовав треугольник на одном из «пончиков» девицы, на другом поставил аккуратную подпись. Взглянув на лицо девушки, он увидел на нем жуткое разочарование. - Что не так? – нахмурился Клаус. - Вы даже не подержались за него. - За кого? - За пончик. Вам не понравились мои пончики? Клаус закатил глаза к потолку, моля Бога, чтобы дал ему терпение и силы, не убивать эту идиотку. - Мари, мистер Майклсон любит пончики в шоколаде, и с сахарной обсыпкой. – Вставила свое слово Кэтрин. – Оставь человека в покое и иди работай, здесь вам не балаган. Девица продолжала стоять и смотреть на Клауса глазами недоенной коровы. - Что еще? – зарычал Клаус. - Так и не попробуете? – в ее голосе слышалось такое отчаянье, что Клаус сдержался, и не убил девицу на месте. - Они мягкие, упругие, натуральные, никакого силикона. - Господи, да что же это такое то! У вас со всеми посетителями так обращаются? - Нет, мистер Майклсон! Только с теми, у которых как у вас - такое тело и в штанах весь этот джаз! – томно прохныкала Мари. – Вы уж простите, но на видео хорошо видно, что хозяйство у вас, просто охренительное! И может если бы вы подержались за мои пончики, я могла бы…. - Мари, пошла вон отсюда, быстро, - рыкнула Кэтрин так, что вздрогнули даже Клаус с Деймон. А девица испарилась как в фантастическом фильме. - Какое видео, кто-нибудь может мне объяснить, что происходит? – чуть не заплакал Клаус. - Спокойно, Клаус. – Сдерживая улыбку, ответила Кэтрин. - Когда ты вчера переодевался в коридоре, это не прошло незамеченным службой безопасности. А вчера там дежурили две весьма резвые девчушки, которые тут же слили видео в больничную сеть экстренного оповещения. Так что теперь девяносто процентов женского персонала и двадцать пять мужского хотят познакомиться с твоим охренительным хозяйством поближе. И «весь этот джаз». - О Господи! Подобного стыда я не испытывал класса с седьмого, когда Кол выкрал мои трусы, и пришпилил на доску почета в школе. - Расслабься, - похлопала его по плечу Бонни, - ты осчастливил сотню девушек вчера на ночь. Когда еще похвастаешься подобным. Хотя.... При таком хозяйстве, как у тебя…. - Весь этот джаз! – медленно пропела Кэтрин, играя бровями. - Хватит! – решил проявить мужскую солидарность Деймон, и спасти залитого румянцем Клауса от острых когтей не в меру разыгравшихся девиц. – Будете продолжать в том же духе, я скажу Кэролайн, что вы положили глаз на хозяйство ее парня. Она вам быстро зенки повыкалупывает. - Она не станет, - довольно улыбаясь, покачала головой Кэтрин. - Нет, - игривым голосом согласилась Бонни, - она не станет. Кэр не жадная. - Кэр не жадная. – Кивнула Кэтрин. – Она поделится с лучшими подругами. - Точно, – подтвердила Бонни, - она поделится. - Что-то я не заметил, Бонн, что ты торопишься делиться хозяйством Кола с подругами. – Ехидно отметил Деймон. – Или нечем делиться? - Вынуждена признать Деймон, что делиться есть чем. Похоже, это гены. Знаешь, как говорят - работает в семье. Я, конечно, не имела возможности изучить, и проанализировать, что находится в штанах Элайджи Майклсона. - Гм…. Мисс Беннет, я не знаю в связи с чем, вами был проявлен интерес к содержимому моих штанов, ибо застал только конец вашего выступления. – Размеренный голос Элайджи заставил всех беседующих замереть. – Но если есть необходимость, я готов предоставить вам материал для изучения и анализа. Безусловно, в более приватной обстановке. Продолжавшая стоять к тихо подошедшему Элайдже спиной Бонни закрыла глаза, сделала пару вдохов, взяла в себя в руки, и с коварной улыбкой повернулась к старшему Майклсону. Пожирая его взглядом мерзавка сексуально промурлыкала, - Безусловно. В горааааздо более приватной. – К концу фразы голос Бонни стал низким, еще более сексуальным, буквально пронзающим до костей - Ведь подобные исследования требуют от нас предельной концентрации…. Мы ведь не хотим, чтобы нас что-то отвлекало? Элайджа нервно сглотнул, непроизвольно делая шаг назад. - Не хотим. Бонни довольно хмыкнула, и приблизилась еще немного, убедившись, что Элайджа понимает ее намеки правильно. - И такие исследования требуют чрезвычайной близости. Не так ли? Делая крадущийся шаг вперед, спросила Бонни. - Так, - прошептал Элайджа, завороженно глядя на подходящую все ближе к нему девушку с пластикой пантеры. - И такие исследования нуждаются в тесном, очень, очень тесном физическом контакте. - Нуждаются, - пытаясь справиться с сухостью в горле, прохрипел Элайджа. - Так что спасибо за предложение, Элайджа. – Пальчики Бонни вышагивали по телу Элайджи от пупка, вдоль галстука, к затянутому узлу. - В случае острой необходимости, я с удовольствием воспользуюсь вашей щедростью. - Господи, какие же вы стервы! – простонал Деймон. – Как я вас терплю столько лет, в голове не укладывается. Элайджа провел рукой по лбу и тихо спросил Деймона, - Они всегда такие? - Нет, в обычные дни они еще хуже. Сегодня у них стресс и всего двое. - Покачал головой Деймон с сочувствием глядя на старшего Майклсона. - Дэми! – капризно сложила губки бантиком Кэтрин, - мы не стервы. Мы хорошие. Деймон испуганно вздрогнул, и понял, что он попал. - Мы хорошие, Дэми, - переключила свое внимание на Деймона Бонни. - Э, э, э! Нет! Нет, со мной у вас этот номер не пройдет! У меня иммунитет! - Ты нас отталкиваешь, Дэми? – низко прохрипела Кэтрин. - Ты отказываешься от нас, Дэми? – с любопытством склонила на бок голову Бонни. - От нас двоих сразу? – изумление в голосе Кэтрин, заставило Деймона закрыть глаза. - Чокнутые бабы! Ненавижу ваши трюки! – Деймон бормотал с закрытыми глазами. – Это все Стефан! Послал мне бог общительного братца! За что мне это чудное наследство! - Почувствовав маленькую ладошку Кэтрин у себя на груди, он испугано распахнул глаза. – Кэт, не надо! Пожалуйста! Ну, пожалуйста, не надо! - Кэтрин! – голос Шейлы обрушил на Деймона волну облегчения. – Хватит издеваться над несчастными! Бонни, спрячь когти. Мальчики ничего вам не сделали, чтобы оттачивать на них свой маникюр. - Грэмс, ты всегда разрушаешь любое веселье, - недовольно проворчала Кэтрин, которую внезапно лишили мышки, с которой она только-только собирались поиграть. - Ульрих сказал, что Кэролайн должна прийти в себя с минуту на минуту. Можешь остаться здесь и развлекаться дальше. А можешь взять под ручку Бонни и отправиться к вашей третьей сумасшедшей. Клаус, естественно вы с Деймоном тоже можете пройти. – Видя замешательство на лице молодого человека, добавила Шейла. – Хочу вас предупредить. Ульрих провел ряд обследований. Во время последнего инцидента у Кэролайн случился инфаркт. Раздавшееся дружное «ах» заставило ее кивнуть. - Да. К счастью, некроз тканей затронул крошечный кусочек, верхушку сердца. Скажем так, не самая главная часть этого органа. По утверждению Ульриха, она оклемается, и сможет вести полноценную жизнь, но придется пройти курс медикаментозного лечения, и конечно, ей предписан в ближайшие три месяца абсолютный покой. Пожалуйста, никаких стрессов, разговоров по душам и уж конечно на все три месяца ваши занятия стрипденсом отменяются. Это понятно? - Да, мэм. – дружно откликнулись Бонни и Кэт. - И еще, у нее могут быть провалы в памяти. Помимо того, что были перерывы в подаче кислорода в мозг, может быть психологическая блокировка. Поэтому будьте осторожны и деликатны. - Да, мэм, - еще раз откликнулись девушки. - Ну, тогда пошли. Кэролайн настояла на том, чтобы ее посадили. Она все еще была дезориентирована, и не понимала, почему здесь оказалась, но беспомощно лежать, глядя в потолок, было не про нее. Медсестра, отмывающая следы пластыря с ее щек, любезно предложила Кэролайн зеркальце, со словами «вот, ваш парень такой красавчик, вы же захотите выглядеть хорошо. Он бедняжка от вас всю ночь не отходил ни на шаг. Так и проспал с вами на операционном столе. Вот сейчас умыться отошел». Кэролайн нахмурилась, но решила не уточнять ничего из услышанного. Заглянув в зеркальце, Кэр поморщилась. Вид у нее был жуткий, краше в гроб кладут. И она честно не завидовала этому самому парню, не то чтобы он у нее был. Когда открылась дверь, и на пороге появилась Грэмс, Кэролайн расплылась в приветливой улыбке. - Мисс Шейла! Теперь понятно, почему я до сих пор жива, чтобы бы там со мной не случилось. - С возвращением, дорогая. Я чертовски рада, говорить с тобой вновь. Ты нас немного напугала. - Немного? – фыркнула Бонни, вырываясь из-за спины бабушки. – Это теперь так называется? - Кэтт, Бонни! – всхлипнула Кэролайн, глядя на подруг. Через мгновение Бонни уже забиралась в постель Кэролайн, стараясь умаститься так, чтобы подошедшей с другой стороны Кэтрин хватило места. Когда подруги смогли, как котята с двух сторон прижаться к виновнице их волнений, девушек, наконец, отпустило. - Ну, конечно. А бедному Деймону никто местечка не оставил, - со счастливой улыбкой на лице, проворчал Деймон, чуть не плача. Вчера он потерял веру, что еще когда-нибудь свою подругу живой. И видеть ее сейчас было самым большим счастьем на земле. - Деймон, - улыбнулась Кэролайн, и тихо прошептала. – Твое место в моем сердце, оно оставлено там для тебя навсегда. Скромно зашедший в палату Клаус встретился взглядом с голубизной растерянных глаз. - А ты…, - Кэролайн потеряно нахмурилась. - О Боже! – поднялась с плеча Кэр Кэтрин. – Она его не помнит! - Не помнит? – подскочила Бонни, глядя в глаза ничего не успевающей сказать Кэролайн. – Действительно не помнит. Две егозы мгновенно переглянулись, и Кэт тут же повернулась к растерянной подруге. - Кэр, это же Клаус, твой парень! - Мой парень? – с сомнением спросила Кэролайн, глядя на остолбеневшего Клауса. - Да, да, – радостно подтвердила Бонни. – Твой парень. - Эээ, и давно? Ну, мы, это, того…. – Кэролайн даже слов подобрать толком не могла. - Три месяца, - бодро ответила Кэт. - Да, три месяца, - уверено кивнула Бонни. - И мы встречаемся, как пара…. - Кэр, ну что ты как маленькая! – возмутилась Кэтрин. – Как любовники вы встречаетесь. - Да, - кивнула Кэролайн, - как любовники. Так вот, про кого говорила медсестра, когда говорила «ваш парень»! – наконец, осознала Кэролайн. - Надо же как. - Здравствуй, милая! – смущенно улыбнулся Клаус, слегка съежившись под упреждающими взглядами Кэтрин и Бонни. Кэролайн почувствовала, как у нее кружится голова, и ей дурнеет. Заметив, что девушка побледнела, Шейла нахмурилась. - Так, вертихвостки, визит окончен. Кэролайн надо отдыхать. А у вас куча дел. Марш, работать. Девушки поцеловали в обе щечки подругу, обещали забежать в обед и, выходя, потащили с собой Деймона, но Кэролайн его остановила. - Дэй! Останься. Деймон довольно усмехнулся. Он обожал эту директорскую интонацию его Кэролайн. - Что ты хочешь Блонди? Надеюсь, тебе не приспичило сегодня поработать? Если тебе никто не сообщил, у тебя случился инфаркт. Тебе нужен покой. - Не волнуйся, я не собираюсь работать сегодня. Подожду до завтра. Просто хотела сказать, что в моем плаще, который висит в моем кабинете, во внутреннем кармане лежит ключ. Он от сейфа, под моим столом. Вставишь ключ, введешь восьмизначную дату нашего знакомства, повернешь ключ два раза направо и один налево. Внутри лежит нотариальное заверенное объявление тебя моим представителем по всем вопросам нашего бизнеса и меня лично. С момента попадания документа в твои руки, ты являешься моим волеизъявителем по любым возникающим в мое отсутствие вопросам. По сути это документ, который любому усомнившемуся в твоем праве решать вопросы единолично доказывает, что ты это я. - Очень приятно, - усмехнулся Деймон. – Ты знаешь, что ты сумасшедшая? Что может случиться за пару дней, что мне потребуются подобные полномочия? К тому же, Блонди, где твои мозги! Жены мужьям не выдают такие доверенности! - Ты мне больше чем муж. Так что перестань кокетничать, и иди, работай. Я не хочу, чтобы из-за моего состояния наша компания потеряла хотя бы цент. Завтра пришлешь сюда мою ассистентку со всем необходимым, и я приступлю к работе дистанционно. Сегодня я буду отдыхать - говорят, у меня был инфаркт, и у меня есть парень. Так что вали отсюда. - Как скажешь Блонди, я люблю тебя! – Деймон склонился, поцеловал Кэролайн в лоб. И уже выходя из комнаты, повернулся к Клаусу, и угрожающе взглянул в глаза. – Береги мою Кэролайн. – прозвучавшая в голосе угроза заставила Кэролайн закатить глаза к потолку. Она дождалась, когда Деймон закроет за собой дверь, и повернулась к скромно стоящему у стены Клаусу. - Я пить хочу, - попытавшись усесться поудобнее проворчала Кэролайн. - Да, конечно, милая. Клаус пошел за водой к столику с инструментами. Он уже вполне освоился со спецификой реанимационного отделения, где палаты пациентов являлись в то же время операционной, ежесекундно готовой к проведению хирургического вмешательства. И Клауса совершенно не смущали ни реберная пила, ни многочисленные скальпели. За последние часы он с ними сроднился, и сейчас с удовольствием задержался у стерильных приборов, лишь бы не идти к Кэролайн. Нагромождение лжи, которое учинили ее подруги, угнетало его и заставляло избегать девушку. - Гм…, ты о чем-то задумался? Заметив заминку, поинтересовалась Кэролайн. Клаус решительно развернулся, подошел к ней и отдал, предварительно отрыв, бутылку с водой. - Ничего особенного милая, просто тяжелая ночь. Кэролайн с жадностью сделала пару глотков. - Как ты здесь оказался? - Бонни заехала за мной ночью. Я узнал от нее, что ты в больнице. Клаус старался говорить максимально честно, от чего его ответы были несколько скомканными. Кэролайн понимающе кивнула. - Вы с Бонни дружны? - Бонни врач моей дочери. Она согласилась ее обследовать. Я ей очень признателен за это. А еще у нее намечается роман с моим младшим братом Колом. У них очень странные, и горячие отношения. Бонни, та еще штучка, а Кол просто шалопай и баламут. Они будут восхитительной парой. - Как мы? – с еле уловимым вызовом спросила Кэролайн. - Нет, милая. Они совсем на нас не похожи. Это все равно, что сравнивать джаз и рок-энд-ролл. - Что мы? - Конечно, джаз, милая. - Как мы познакомились? Клаус опустил глаза в пол. Он был не готов врать. - Мы встретились в баре. Я не смог пройти мимо. Слово за слово, и нас захватило. - Какое странное слово «захватило», - улыбнулась Кэролайн. - Но это так и есть. С той минуты, как я увидел тебя первый раз, я не могу перестать, о тебе думать. - Сестра сказала, ты был здесь всю ночь? - Я отходил на несколько минут привести себя в порядок. К сожалению, в этот момент у тебя и случился приступ. Ну, а когда я вернулся, понял, что больше не посмею оставить тебя одну. Благо, ко мне все тут крайне благосклонны. - Ты покорил их своей преданностью мне? – с какой-то горечью в голосе спросила Кэролайн, и Клаус усмехнулся. - Если бы! Вместо этого меня угораздило переодеться в общем коридоре из обычной одежды в такой хирургический костюм. А девицы из службы безопасности распространили мой сеанс стриптиза по системе экстренной связи больницы. Я тут местная знаменитость. У меня даже автографы берут. Кэролайн скромно улыбнулась, и опустила глаза. - У нас немного странные отношения? - Почему ты так решила? Кэролайн исподлобья следила за нервными перемещениями Клауса, пытаясь предугадать его действия. - Ну, ты не поцеловал меня, не потянулся обнять…. Девочки, как вошли, сразу кинулись меня тискать, Деймон выковырял из своей ледяной души чувства, и поцеловал меня. А ты мой парень, и держишься, будто мы чужие. - Милая, мне кажется, не совсем честным и этичным бросаться к тебе с поцелуями, если ты меня не помнишь. Сомневаюсь, что тебе хочется целоваться с незнакомцем, когда ты только пришла в себя. К тому же, - проскользнувшая в голосе Клаус боль заставила Кэролайн вздрогнуть. – Тебе не кажется знаковым, что из всех ты забыла именно меня? - Мда. Ну, я тут подумала. Может, если ты подойдешь поближе, сядешь рядышком и поцелуешь меня…. Может, я вспомню нас. Тебя. Клаус закрыл глаза. Он уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но остановив сам себя, сдался. Он подошел к Кэролайн, сел рядом с ней, взял ее руку, и стал целовать пальчики, как делал это на протяжении всей ночи. Кэролайн склонилась к его лицу, и, дразня, коснулась своими губами, его губ. Не почувствовав отдачи, она тонко улыбнулась, повернула голову к его уху и тихо прошептала. - В чем дело Клаус? Боишься, что если поцелуешь меня, то весь твой самоконтроль улетучится и ты трахнешь меня прямо на операционном столе? Я все утро пыталась понять, насколько, ты думаешь, устойчива эта конструкция, и выдержит ли она все то, что ты хочешь со мной сделать? И хотя перспектива оказаться голой и связанной в твоей спальне не кажется мне лучшим вариантом в мире, в сложившейся ситуации это выглядит более безопасно, чем обещанный тобою жесткий трах в операционной отделения реанимации. Клаус потрясенно замер, повернул голову и встретился со сверкающими издевкой глазами Кэролайн Форбс Сальваторе. - Ты ничего не забывала? - Я ничего не забывала. Мне жаль, что Кэтрин и Бонни втянули тебя в этот бред с амнезией. Я знаю, они немного чокнутые, но я их от этого люблю не меньше. - Ты…. Ты хотя бы на секундочку представляешь, как ты меня напугала? – еле сдерживая слезы, спросил Клаус. – Я поверил, что ты меня забыла! – Обхватив ее лицо руками, он впился в ее губы со всей возможной страстью. Почувствовав легкой противление, он зверем зарычал на нее и с силой протолкнул язык, сквозь сомкнутые губы и зубы, не оставляя ей ни единого шанса на сопротивление. Когда через несколько мгновений он почувствовал, с какой страстью она ему отвечает, Клаус, не сдержавшись, расплылся в улыбке, оторвался от ее губ, и, не отпуская из рук лица любимой, заглянул в глаза. - Я не делал того, в чем ты меня обвинила. Я клянусь, я не знал, кто ты пока не вернулся домой, и за что злишься, пока мне не объяснили это Кол и Бонни. Пожалуйста, я прошу тебя, бей меня, ругайся со мной, мучай меня! Делай все, что угодно! Но больше никогда не смей отворачиваться от меня и уходить! Ты поняла меня? - Поняла, - судорожно закивала Кэролайн. И устремила взгляд на его рот. – Иди сюда! – притянув рукой его голову, скомандовала Кэролайн. И как только он оказался в досягаемости, впилась в его рот поцелуем. Когда их поцелуи стали перерастать в нечто большее, как наиболее взрослый и сознательный из двоих, Клаус отстранился. - Давай, милая, не стоит испытывать судьбу, тебе надо немного восстановиться, прежде чем я смогу сотворить с твоим телом все эти восхитительные вещи. И хотя мне придется второй раз за утро принимать ледяной душ, я не готов рисковать твоим здоровьем. Кэролайн прижалась лбом к его плечу. Она действительно чувствовала себя усталой. Легкое головокружение вызывало тошноту, и довольно мерзко звенело в ушах. – Не уходи, посиди со мной. - Я никуда не собираюсь. Я только хотел попросить, чтобы нам принесли поесть. Не знаю, как ты, а я умираю с голоду. Кэролайн потратила последние силы, чтобы положить голову на подушку аккуратно. Она слегка зажмурилась от накатывающей головной боли. - Хорошо, но возвращайся скорее. Я не хочу оставаться одна. - Я мигом милая. Клаус вышел на пару минут, договорился с Жасмин о доставке еды и цветов для Кэролайн, и тут же вернулся в палату. - Милая, я здесь. Кэролайн подняла изумленный взор. - Молодой человек, я не знаю, что вы там себе возомнили, но я вам никак не милая. Выйдите за дверь, и передайте секретарю, что она уволена.