Когда скрываются звезды / The Stars Are Hiding

Стив очнулся от странного звука и сперва подумал, что это рокочет за казармами вертолет, доставивший дополнительное снаряжение для миссии. Потом вспомнил, что операция уже вовсю идет, значит, вероятно, где-то в отдалении тарахтят автоматы. Затем на него обрушились последние воспоминания, он вскрикнул от ужаса, тут же надсадно закашлялся и окончательно пришел в себя. На грудь что-то давило, из-за густой бетонной пыли дышать было адски трудно. Стив прочистил горло и несколько раз осторожно вдохнул. Воздух был затхлым, спертым, а сам он словно лежал под тяжеленным матрасом. Стив старательно проморгался, удивляясь тому, что ни черта не видит, и только потом осознал, что находится в кромешной темноте глубоко под землей. Он снова услышал звук, от которого очнулся, и наконец понял, что это. Мурчание. — Баки? — позвал Стив и снова закашлялся. Горло саднило, похоже, он здорово наглотался пыли. — Бак? Отчет, солдат! Ответом ему было все то же ровное глубокое мурчание. Но Стив почему-то сомневался, что Баки в безопасности, в комфорте и вообще в порядке. Он попытался опустить на глаза тепловизор, но тот был вывернут под странным углом, а крепление заклинило. Вероятно, Стиву здорово прилетело по голове. Он снял шлем, выдрал прибор из креплений и поднес к глазам. Похоже, он был засыпан обломками и находился в какой-то бетонной камере, в тесном треугольном пространстве. Позади была стена около четырех футов высотой и шести в ширину. Сверху нависла бетонная плита, ее подпирала искореженная балка, которая, судя по характерному скрежету, могла вот-вот обрушиться. Повертев головой по сторонам, Стив увидел Баки, лежащего на боку в нескольких футах от него. — Баки, эй! — тихо позвал Стив. Он слышал себя словно сквозь толщу воды. Из-за тесноты помещения, а может от того, что его оглушило взрывом, в ушах звенело. Он снова закашлялся и попытался дотянуться до Баки, но тут его пронзила острая боль, и Стив вскрикнул, невольно схватившись за левое бедро. От самого пояса и до колена вдоль ноги тянулась рваная рана. Травму, нанесенную Золой, при падении еще сильнее разворотило обломками. Но сейчас ее невозможно было толком осмотреть. Через тепловизор Стив едва мог различить разодранную ткань формы, уже заскорузлую от крови. — О, Господи, — выдохнул он, в панике держась за ногу. — Ох, блядь. У него и раньше случались ранения, но это было реально жутким. Несколько секунд Стив старательно дышал, пытаясь унять панику и вспомнить правила выживания на недружественной территории. Стаскивая перчатки зубами, он приложился затылком о стену. Шлем пришлось надеть обратно и тот сразу сполз на глаза. Стив задыхался от боли, но все же был способен соображать и знал, что нужно делать. Из верхнего левого кармана он выудил полевой перевязочный пакет, всадил в рану шприц с антибиотиком и разорвал зубами упаковку с кровоостанавливающей повязкой. Разодрав штаны, чтобы получше осмотреть рану, Стив до крови закусил нижнюю губу. Только бы не закричать. Увидеть во всей красе то, что вызывало у него такую адскую боль, оказалось непросто. Некоторое время он мелко хватал воздух ртом, но все же постарался выровнять дыхание, сконцентрироваться и сдержать подступающие слезы. Делать себе перевязку в полной темноте через прибор ночного видения было той еще задачей. Но Стив все же смог заткнуть рану гемостатической повязкой и достаточно крепко примотать ее бинтом. Перевязывая свое развороченное бедро (никаких нахрен слез, капитан Роджерс!) он старался не думать о жутком щупальце, выскочившем из расколовшегося лица Арнима Золы. Может, ему просто привиделось? Может, на самом деле это было какое-то неизвестное оружие? Мог ли Зола впрыснуть ему какую-нибудь гадость? Из-за боли Стив все равно не мог толком сосредоточиться на этих безнадежных вопросах и за это был ей даже благодарен. Боль была ему не в новинку. Да он вообще был на «ты» с болью и травмами. На этом было проще сфокусироваться. Стив закончил перевязку, закрепил над коленом хвостик последнего бинта и, тяжело дыша, привалился к стене, взмокший и совершенно обессилевший. Затем кое-как собрал себя в кучку и, закусив губу, чтобы не стонать, пополз к Баки. Подбравшись ближе, он поправил тепловизор. Дисплей мигнул и погас. — Проклятье, — выдохнул Стив. Но не успел как следует расстроиться — прибор включился снова. Оказаться погребенным глубоко под землей без единого проблеска света — да проще будет сразу застрелиться нахрен и покончить с этим. — Баки, — позвал он и дотронулся до своего кота. Мурчание отдавалось вибрацией в кончики пальцев. Стив осторожно потряс его за плечо. — Бак, ты в порядке? Каждое движение давалось неимоверными усилиями, но Стив все равно старался ровно держать тепловизор. Иметь свободной только одну руку было чертовски неудобно. Баки лежал на боку в неестественной для человека позе, но зная, какие коты гибкие, Стив подозревал, что проблема не в этом. А вот расплывшееся под ним темное пятно крови, определенно, было проблемой. Стив осторожно потрогал шею Баки сзади — там, где его закогтил русский кот. Раны оказались куда серьезнее, чем он думал. — Ох, Баки… И все же кровь шла не из них. Три длинных рваных царапины, пересекающие мягкую шерстку на загривке, хоть и выглядели скверно, но уже успели запечься корочкой. Осторожно, насколько позволяла теснота каменного мешка, Стив перевернул Баки на спину. На лбу темнела свежая рана, из которой обильно лилась кровь. — О, нет. — Он убрал волосы Баки от лица, зачесал пятерней назад, задев бархатные уши. Они легко пригладились под рукой и снова упруго выпрямились с тихим щелчком. От поглаживаний тревожное мурлыканье прервалось, поэтому Стив осторожно погладил снова. Теперь, когда паника от боли отступила, он старался дышать не слишком глубоко и часто, чтобы экономить воздух в замкнутом пространстве. Успокоившись, он аккуратно вскрыл еще один перевязочный пакет и, очистив Баки рану спиртовой салфеткой, прижал к ней кровоостанавливающий патч. Затем осторожно размотал бинт у себя на бедре, оставив лишь столько, чтобы повязка держалась на месте. Голова раскалывалась. Стив прислонился к стене. Шлем глухо стукнулся и пробороздил по бетону, так что Стив просто снял его к чертям и отбросил в сторону. Даже если остатки стены обвалятся — толку от него все равно будет немного. — Хреново, что для вас не делают шлемов, ребята, — с сожалением вздохнул Стив, поглаживая Баки по голове и ушам. Под волосами он чувствовал мягкий густой подшерсток, видно было, как светлый мех на ушах спускается ниже. Это место, где у людей были уши, Баки всегда скрывал волосами. Все кошачьи скрывали, подумал Стив, нежно поглаживая мягкую шерстку. Даже в армии носили длинные волосы, словно не хотели, чтобы люди чувствовали себя неловко из-за их уникальных отличий. Неловко поерзав, он выудил из заднего кармана гипотермический компресс, раздавил реактив внутри, и осторожно приложил пакет с образовавшимся льдом Баки ко лбу. — Надеюсь, так будет полегче, — тихо сказал он. Выключив тепловизор, чтобы сберечь заряд батареи, Стив положил прибор на колени и устроился рядом с Баки. Одной рукой он придерживал компресс со льдом, другой все так же мягко поглаживал кота по голове и ушам. Он понимал, что нужно встать и искать выход, разработать хоть какой-нибудь план, решить, что делать — откапываться или ждать помощи. Но пока был просто не в силах думать об этом. Поэтому он просто попытался выровнять дыхание и стал молиться.

* * *

Услышав стон, Стив дернулся и едва сдержался, чтобы не взвыть от боли. Похоже, он успел задремать. — Очнулся? — хрипло спросил он, нашаривая на коленях тепловизор. — Ага… — ответил Баки и тут же поправился: — Так точно, сэр. Он закашлялся и попытался подняться. В мутной зеленой тьме Стив видел, как Баки сел, опасливо потрогал голову и, наткнувшись на повязку, осторожно ощупал ее. Хвост, словно проснувшийся сам по себе, отдельно от остального кота, приподнялся и загнулся кончиком вверх. Баки устроился поудобнее, подобрал ноги, укутал их хвостом, и Стив живо вспомнил, как он сам в такой же позе прятался в мамином гардеробе. Тогда он притворялся, будто играет в прятки, но на самом деле просто скрывался от отца. Но здесь и сейчас он по крайней мере был не один. Через тепловизор зрачки Баки сияли словно начищенные монеты. Моргая как испуганный совенок, он осмотрелся в тесном пространстве. — Темно тут. — Ага, я заметил, — фыркнул Стив. Баки улыбнулся в ответ, сверкнув зубами. Через прибор выглядело жутковато, но видеть его улыбку сейчас было таким облегчением. — Даже для меня, — усмехнулся Баки и, подавшись к Стиву, сказал: — У вас кровь, я чувствую запах. Вы ране… О, господи! — Он случайно ткнулся в Стива и обнаружив, что нога перевязана, осторожно ощупал и осмотрел ее. — Кто вас научил так накладывать повязку? Это же черт знает что. — Ну, я бы не отказался от небольшой помощи, но кое-кто дрых на службе, — притворно вздохнул Стив, и Баки весело фыркнул. Смеяться в их ситуации было совершенно неуместно, а учитывая нехватку воздуха, еще и безответственно, но смешок Баки оказался таким заразительным, что Стив невольно подхватил, и через несколько секунд они уже хохотали вовсю, утирая слезы, а потом еще долго хихикали, успев забыть, из-за чего вообще начали смеяться. — Похоже у нас крыша едет от нехватки кислорода, — заключил Стив, и Баки снова фыркнул. — Задохнуться — не худший способ попасть на тот свет, — сказал он и Стив снова рассмеялся. — Вообще-то считается самой мучительной смертью из возможных, — заверил Стив, едва сдерживая вновь подступающий смех. Баки вздохнул, потрогал повязку на голове и Стив внезапно ощутил, как настроение в их тесном убежище неудержимо покатилось вниз. — Спасибо, что перевязали меня, сэр, — тихо произнес Баки. — Простите, что завел нас в эту западню. — Что ты такое говоришь, — запротестовал Стив и закашлялся. Даже без тепловизора он чувствовал, как Баки смотрит на него в кромешной тьме. Переведя дух, он продолжил: — Ты мне жизнь спас. Ты с самого начала предупреждал нас не соваться вниз. Если бы я послушал тебя… — Вы и послушали меня, сэр. Это я потащился сюда за Броком. Не хотел отпускать его одного с этим мерзким капитаном Уордом, — внезапно признался Баки, словно почуяв, что Стив и сам был об Уорде отнюдь не лестного мнения. — Я думал, ты этого кота на дух не переносишь, — с деланным равнодушием сказал Стив. Он не хотел поднимать тему их неуставных отношений, но, даже если забыть про тот откровенно насильственный секс, Стив был удивлен, что Баки так привязан к другому самцу. — Так и есть, — ответил Баки. — Но я просто не мог отпустить его одного туда… к этому… Точно. Зола. От воспоминания у Стива снова прошел мороз по коже. — Что это было вообще? — Если б я знал, — с досадой пробурчал Баки. — Арним Зола, он… он был просто… — Баки недовольно рыкнул и завозился на месте. — Он был чем-то очень плохим. — Этого недостаточно, — категорично сказал Стив. Потому что «очень плохо» неспособно было в достаточной степени передать, что он видел. — Вы с Броком явно чувствовали, что с Золой что-то не так. А его лицо? Что это за штука, которой мне прилетело? — Да понятия не имею, что за чертовщина там творилась с его лицом, — огрызнулся Баки. — Не представляю, что за дрянь из него выскочила. У меня просто было предчувствие. Я знал, что там что-то скверное. Возможно, из-за того, что они оказались в ловушке, или из-за того, что они пережили, а может из-за того, что их чуть не разнесло взрывом, а потом едва не раздавило насмерть — голос Баки звучал резко. Стив никогда не слышал подобного раньше. Баки был напуган. — Я не врубаюсь, — признался Стив, и Баки застонал от бессилия. — Понимаю. Но я правда не могу объяснить лучше. Как будто запах, но не совсем. Оно пропитало воздух от кабины лифта до самого низа. Но это нечто большее, чем просто запах. — Баки снова раздраженно засопел. — Не могу объяснить. Не знаю я, что это было. Стив догадывался, что Баки, вероятно, говорил об инстинктивных страхах. Боязнь огня, страх высоты или арахнофобия, в которой он ни за что бы не признался. Кошачьих ценили за их инстинкты хищника, за способность видеть в темноте и ориентироваться по запаху, а также за физические преимущества. Похоже, Зола пробуждал в котах что-то такое. Некое чувство, недоступное Стиву из-за ограниченных человеческих возможностей. — А раньше ты когда-нибудь чувствовал что-то подобное? Баки шумно вздохнул и поерзал на месте. — У вас случались ночные кошмары? Настолько жуткие, что, когда вы просыпаетесь, у вас мороз по коже от ужаса, вы взмокли, чувствуете запах собственного пота и вас мутит. — Кажется, я понимаю, о чем ты, — кивнул Стив. Ему не доводилось пугаться до холодного пота. Но теперь стало интересно — что за кошмары снятся Баки, от которых у того сводит желудок. Он вообще не знал, что кошачьим снятся сны. — А там это ощущение нахлынуло со всех сторон. И я словно отупел. Не мог думать ни о чем другом. — Баки поежился и потянул носом воздух. А потом вдруг подобрался, навострил уши, задрал нос и принюхался. — Что это?.. — Что — это? — тупо переспросил Стив и снова навел на Баки тепловизор. Прибор мигнул несколько раз, и Стив увидел, как Баки, припав на четыре точки разглядывает и обнюхивает железную балку. — Ты что-то учуял? — Воду, — ответил Баки. — И она льется не сверху. Низко присев, Баки осторожно ощупал кончиками пальцев здоровенную груду искореженных обломков, и Стив задержал дыхание. Он прогнал вновь возникшую мысль о том, чтобы застрелиться, но винтовку оставил поблизости. Черта с два он похоронит себя здесь заживо, задохнувшись под обломками. Хотя они и так тут заживо погребены. От этих мыслей Стива невольно пробила дрожь и Баки оглянулся на него. — Вы в порядке, сэр? — Ага, — бодро ответил Стив. — Просто… тесновато тут. — Не так чтобы очень, сэр, — беззаботно отозвался Баки и Стив, улыбнувшись, эгоистично порадовался тому, что кот рядом. — Здесь дренажная труба, — сообщил Баки и снова посмотрел на Стива своими огромными сияющими глазищами. Он ощупал узкий металлический уголок, похожий на раму вентиляционной решетки, и ухмыльнулся. — Водосток достаточно большой, чтобы пролезть в него. Баки так воодушевился, что Стив тоже воспрял духом. Желание жить оказалось сильнее клаустрофобии. — Вероятно водоотвод, чтобы серверную не затопило в случае чего, — предположил Стив и запрокинул голову, словно мог разглядеть наверху то, что недавно было серверной. — Возможно, по нему получится выйти в канализацию, а через нее к океану. — Или к более глубокому коллектору, — пожав плечами, ответил Баки. — Хорошо бы там было побольше места, чтобы хоть встать в полный рост. Возьмитесь-ка вот здесь. Стив неловко сунул тепловизор в карман, чтобы освободить обе руки. Баки взял его за руки, направил куда нужно, и они вместе попытались отодвинуть плиту. Груда обломков над их головами заскрежетала и покатилась, заставив обоих замереть. Сверху упало несколько кусков цемента, посыпалась мелкая бетонная крошка, но ничего более крупного не обрушилось. И все же они еще пару минут стояли, замерев на месте, едва дыша и прислушиваясь. — Жуть, — шепотом признался Стив. — Кажется, я в штаны напрудил, — поддержал Баки и Стив рассмеялся. Они предприняли новую попытку. Вслепую, по команде Баки Стив изо всех сил навалился на плиту. И когда та наконец сдвинулась в сторону, рухнул на колени, стараясь не заорать от обжигающей боли. — Капитан, вы… — с беспокойством начал Баки. — В норме, я в норме, — поспешно отмахнулся Стив. Он вынул тепловизор и увидел как Баки расчищает доступ к водостоку. Кот отшвырнул в сторону обрывки кабелей, покореженный кусок металла, который раньше был серверной стойкой. Водосток явно был намного старше, чем высокотехнологичная постройка над ними, по краям решетки запеклись крупные пятна ржавчины. Баки вставил в зазор лезвие ножа, ударил камнем по рукояти и решетка, отделившись от стены, с дребезгом упала в пыль. Они ухмыльнулись друг другу как два придурка, неимоверно довольные этой маленькой победой, и Стив отодвинулся, давая Баки доступ к отверстию. — Я пойду вперед, — объявил Баки, заглянув в трубу. — И если путь свободен, помогу вам выбраться. Как бы ни хотелось Стиву возразить, сейчас было не время. В конце концов, Баки делал свою работу, и даже не будь Стив ранен, это было его обязанностью. К тому же Стив знал, что он действительно в этом хорош. И все же, когда кончик пушистого хвоста исчез в узкой шахте водостока, Стива окатило волной паники от мысли, что Баки, покинув это относительно безопасное место, мог влипнуть во что-нибудь похуже. Он подобрался к дыре и заглянул внутрь, придерживая тепловизор. Тьма внутри была совершенно непроглядная и на какую-то секунду Стива охватило отчаяние. Прибор позволял видеть всего на несколько футов перед собой, а Баки был слишком далеко. Стив слышал шорохи, но не мог сориентироваться, насколько далеко ушел его кот, движется он вверх или вниз. Даже если труба уходила наверх, вряд ли там был выход на поверхность. Стив помнил, как долго они спускались на лифте, и понимал, что сейчас они наверняка находятся намного ниже уровня моря. К тому же, если б сюда поступал свежий воздух, Баки бы его учуял. Но он сказал только «вода». Не успел Стив задуматься, способен ли Баки отличить соленую воду от пресной, как тот крикнул: — Капитан! Я нашел, где заканчивается водосток. Лезть недолго. Даже, вы справитесь, сэр! Стив хотел выдать в ответ что-то остроумное, будто все ему нипочем, но в голову ничего не пришло. Зато он мог с полной уверенностью сказать, что протискиваться по узкому промерзшему водостоку с развороченным бедром — было самой поганой хренью в его жизни. Приступ клаустрофобии был наименьшей проблемой. Стив полз по ребристой трубе, то и дело проезжаясь раной по обледенелой стали, и это было адски больно. Спуститься на спине, помогая себе локтями, он не не смог, слишком тесно было внутри. Впервые в жизни Стив пожалел, что не остался тощим заморышем, каким был на первом курсе старшей школы. Позже у него случился невиданный скачок роста и он вымахал в здоровенного лося ростом шесть футов три дюйма. Теперь никакая снаряга не могла ему помочь, а длинная громоздкая куртка для русской зимы вообще была сплошной проблемой — Стиву чувствовал, что воздух вокруг него как будто сгущается. Это было не удушье, но непроницаемая темнота давила на него. Особенно когда он обнаружил, что не может дотянуться до тепловизора в кармане. Тьма была такой плотной, что Стиву казалось, будто с каждым вдохом она проникает к нему в легкие, словно нефть. Внезапно он снова вспомнил жуткое лицо доктора Золы, нечеловеческий, ужасающий оскал, с которым оно раскололось, как появившееся из оскала щупальце хлестнуло его, оставив огромную рану. И сразу же Стива затопила паника, легкие свело спазмом. Ему необходимо было увидеть дневной свет или вообще хоть какой-нибудь свет, просто чтобы не сойти с ума. Ему нужно был глоток свежего воздуха, лишь бы не дышать этим — затхлым, пыльным, в котором все еще был привкус озона после взрыва наверху. Тонны разрушенного бетона, камней и обломков над ними — давили на него почти физически. В какой-то момент Стиву показалось, что труба стала сжиматься, и его охватил ужас. Он никогда не выберется отсюда. Лаз оказался совсем не таким коротким, как уверял Баки. Не успел Стив накрутить себя еще сильнее, как его подхватили под мышки и Баки выволок его задыхающегося из трубы в такое же кромешно темное помещение. — Вот и все, — сказал Баки. Взвалив Стива на себя, он оттащил его от трубы и усадил возле стены. Близость его тела ощущалась почти как объятие, и Стив пожалел, когда пришлось опереться на холодную стену, а не прижаться к теплому коту. — Здесь тоже темень непроглядная, но пространства намного больше. Наконец-то можно дышать сколько влезет. Стив только кивнул, не в силах произнести ни слова. Он держался за ногу и хватал ртом наконец-то относительно чистый воздух. Дрожащей рукой он выловил из кармана тепловизор и поднес к глазам, но экран ничего не показывал. — Черт, — прошипел он и, стукнув прибор по боку, увидел зеленую вспышку. — Твою мать, вот же срань. — Сломался? — Похоже, — ответил Стив, снова постучав по тепловизору. Дисплей, мигнув, включился на несколько секунд, и Стив поспешно осмотрелся. Он сидел недалеко от края огромной ямы. А оглядевшись вокруг, понял, что помещение, в котором они оказались, такое большое, что дальности тепловизора не хватает, чтобы разглядеть стены. Словно он оказался в олимпийском бассейне. Дисплей снова погас и Стив вздохнул. — Только на ударной тяге и работает… А ты? Разглядел тут что-нибудь? — Уж побольше вашего, сэр. — Стив слышал, как Баки улыбается. — Но не слишком много. Тут яма, примерно в четырех футах от нас обрыв, так что не подходите близко к краю. Я заглянул в нее, но дна не видно. Я вижу трубу, по которой мы сюда проникли, стену, из которой она выходит. Потолок низкий, примерно в футе над головой. Пока не вижу ни размера помещения, ни другого края ямы. Стены тут бетонные и мокрые от воды, но я не слышу, чтобы она где-то текла. Просто запах чувствую. Стив кивал, слушая подробный рассказ Баки. — У меня есть две светящиеся палочки, — вспомнил он, радуясь, что он не совсем бесполезен. — Они светятся минут двадцать примерно. А у тебя? Баки с досадой цокнул языком. — У меня ничего светящегося, — признался он, присев на корточки рядом со Стивом. — Просто надобности в таком никогда не возникало. Есть лазерный резак. Но заряда у него едва хватило, чтобы взрезать проволочный забор. Стив сдвинулся, зашипев от резкой боли, пронзившей раненую ногу, и вытащил из внутреннего кармана формы два пластиковых стержня. — Держи. — Он протянул один Баки. — Просто надломи посередине. Согни пополам. Баки взял палочку, хрустнул капсулой внутри и отодвинул от себя на вытянутой руке, когда та засветилась зеленым. — Прикольно, — оценил он. Стив отметил, как огромные круглые зрачки слегка сузились до вертикальных, приспосабливаясь к свету. — Ого, видок у вас дерьмовый. — Да и ты тут, знаешь ли, не самая горячая штучка, приятель, — с улыбкой парировал Стив, только чтобы не застонать от невыносимой боли. Где-то в нижней части трубы он ободрал себе рану, и теперь это место горело огнем. Боль, и без того сильная, стала просто невыносимой, у Стива все мышцы в теле были напряжены. — Я схожу осмотрю периметр этого… места, — сказал Баки и повертел головой по сторонам, выбирая направление. — Вдруг случится чудо, и оно окажется не просто огромным бетонным мешком. — Должно же нам наконец повезти, — дрогнувшим голосом сказал Стив. — Далеко уходить не стану. Если помещение слишком большое, вернусь, — заверил Баки. Он пытался успокоить Стива, но так, чтобы это не выглядело слишком явным. И Стив оценил эту деликатность. — Просто… постарайтесь не истечь кровью, пока меня не будет. — И не надейся, — прохрипел Стив, откинув голову назад с глухим стуком. Зажав светящуюся зеленым палочку в зубах, Баки отправился на обход. Свет тускнел быстрее, чем Стив надеялся. Он проследил взглядом, как зеленый огонек повернул ярдах примерно в двадцати, перешел на другую сторону и двинулся обратно. Похоже, Баки дошел до противоположного края ямы и теперь исследовал его. Потом светящаяся палочка проплыла вдоль дальней стены, остановилась на секунду прямо напротив Стива, двинулась дальше, а затем свернула и стала приближаться к нему. Наблюдая за этим, Стив прикинул, что яма размером примерно пятьдесят на двадцать ярдов. И похоже, они опять оказались в бетонном «мешке». Вскоре на четырех притрусил Баки, поднялся на ноги и, вынув палочку из зубов, объявил: — Есть плохие новости и хорошие новости. Дыхание у него было частым, но легким. Человек, пробежавший сто сорок ярдов, запыхался бы сильнее. — Пожалуйста, скажи, что единственная плохая новость в том, что это «мешок», — взмолился Стив. — Плохая новость — это «мешок» без явного входа или выхода. Хорошая новость — есть участок стены, по которому не сочится вода. Я думаю, там может быть какая-то свежая заплатка, замазанный дверной проем или что-то вроде того. Но не уверен, что смогу сломать эту хрень в одиночку, так что…— Баки замолк и многозначительно посмотрел на Стива. — Так что придется мне оторвать задницу и помочь, — заключил Стив. — Так точно, сэр, — подтвердил Баки. Даже в тусклом зеленом свете Стив заметил, как он виновато поморщился. Кое-как, постанывая и прерываясь на отдых, Стив по стеночке поднялся на ноги. Он практически повис на Баки, тот крепко обнял его за талию, и оказалось, что идти не так уж трудно. Не успел Стив порадоваться везенью, как палочка стала угасать, а они еще даже поворот не сделали. Минут за пятнадцать он проковылял расстояние, которое Баки пробегал за пятнадцать секунд. — Быстро же она сдохла, — вздохнул Стив, сжимая палочку в руке. Руки Баки в это время были заняты Стивом, которого он волок на себе, будто никчемный мешок с дерьмом. — Не страшно. Для меня света более чем достаточно, — заверил Баки. Видимо, по ходу дела Баки успел избавиться от бронежилета, и теперь Стив чувствовал, какой жар исходит от его тела. Как от печки. Или дело было не только в Баки. Может быть, в помещении было жарко. Стив не мог толком понять. Его самого то и дело бросало в жар, он весь взмок, но изо всех сил старался держаться на ногах. — Притормози, — выдохнул Стив. Баки остановился и помог ему привалиться спиной к стене. — Я вспотел как лошадь. Стив расстегнул молнию. Шлем, перчатки и балаклава остались наверху, в заваленном закутке. Настала очередь зимней куртки. — Она вам понадобится, когда мы выберемся отсюда, — обеспокоенно сказал Баки. Но Стив все равно стряхнул куртку на пол. Черт возьми, он сварился бы заживо, если б не снял ее. — Снаружи минус десять, сэр, — настойчиво напомнил Баки, взволнованно кружась вокруг него. — Ну, мы пока что туда не выбрались, — вяло огрызнулся Стив. Из-за жара он чувствовал себя совсем разбитым. — И я точно не смогу выбраться, если сдохну тут от перегрева. Он обшарил куртку, рассовал все необходимое по уцелевшим карманам полевой формы, застегнул на бедрах пояс разгрузки и оставил тяжеленную куртку лежать у стены. Поднимая его на ноги, Баки проворчал себе под нос что-то явно неуставное, но Стив пропустил это мимо ушей. Теперь, когда на нем остался только поддоспешник, он остро чувствовал через ткань жар тела своего кота, ощущал как перекатываются мускулы под тонкой формой, когда тот снова обхватил Стива за талию и принял на себя его вес. Несмотря на разбитое состояние, ощущение было таким приятным. — Боже, ты и правда горячая штучка, — выпалил Стив и тут же вспыхнул, осознав, как двусмысленно это прозвучало. Баки что-то невнятно промычал в ответ. Когда они доползли до участка, который присмотрел Баки, Стив сразу понял, почему кот решил поискать выход здесь. Даже в тусклом свете почти погасшей палочки светлый цемент заметно выделялся на фоне темных отсыревших стен. Баки прислонил его ко влажной стене, и Стив медленно сполз на пол. — Просто дай мне отдохнуть минутку. — Стив очень старался говорить не слишком жалобно. Стена под спиной была такой холодной, что сразу стало легче, как после глотка воды. Ммм, подумал Стив. Вода. — Давайте бросим палочку в яму, посмотрим, насколько там глубоко, — предложил Баки, отойдя в сторону. — Потом другую зажжем. — Осталась последняя, — напомнил Стив, но все же бросил гаснущую палочку вниз. Вскоре та звонко ударилась о дно и покатилась дальше, словно дно было под сильным наклоном. — Вау, — прошептал Баки и вытянулся за край ямы, отслеживая палочку. Когда ее поглотила темнота, он поделился: — Внизу огромное сливное отверстие. Как ливневка на главной дороге. За каким дьяволом его вообще тут сделали? Резервуар? Для морской воды? Для чего он здесь? — Русские, — пожав плечами, ответил Стив, словно это все объясняло. Он откинулся на стену и добавил: — Армейский Инженерный Корпус разберется. Ну, или японцы. Если мы когда-нибудь выберемся отсюда, закончил он про себя. Он повернул голову, но в полной темноте уже не смог различить сухой участок бетона. Нашарив его рукой, Стив ощупал шероховатую стену и задумчиво хмыкнул. — У меня два полных магазина патронов. Есть последняя граната, но, боюсь, срикошетит так, что вся постройка обвалится нам на головы. Опять. — Попробую ножом, — сказал Баки. — Буду выбивать им бетон как стамеской. Лазерный резак приберегу на крайний случай, если не получится. Если потребуется много времени, будем меняться. Может, когда расковыряем достаточно большую дыру, и ваша связь заработает. Стив кивнул и отнял руку от стены. На потную ладонь налипли крупинки песка. Похоже, цемент тут наляпали довольно небрежно. — Если наши парни все еще наверху, — уклончиво ответил Стив, стараясь не думать о том, что их могли просто бросить тут. — Как думаете, Брок и капитан Уорд спаслись? — спросил Баки. — От этой… штуки. Стив почувствовал, как холодный пот ползет за ворот формы и, помолчав секунду, ответил: — Надеюсь, что да. Баки на мгновение замер и Стив подумал, что тот надеется на обратное, но никогда не признается в этом. Кот вернулся к работе. Стив даже представить не мог, что случилось в лифте после того как сомкнулись створки. Но был уверен, что Уорд и Брок не сдались бы без боя. Как бы он ни относился к спесивому придурку Уорду и его наглому коту — Стив не хотел, чтобы его товарищи по оружию погибли. От этой штуки, подумал он с тем же отвращением, что и Баки. Баки тем временем точными размеренными ударами всаживал нож в стену. Он отыскивал любую часть стены, которая хоть как-то поддавалась, шов или просто слабое место. Стив слышал, как сыпется на пол песок и бетонная крошка. Баки расстроенно вздохнул, продолжая ковырять стену. — Жаль, молотка нет, — пожаловался он, ударив рукояткой одного ножа по другому. — Угроблю отличные ножи. — Жаль, морфия нет, хоть немного бы, — поморщившись от боли, подхватил Стив. — И стейк бы, — добавил Баки. Раз уж они распахнули двери в страну грез, почему бы не повеселиться. — И Брайана МакФрили, — пробормотал Стив, чувствуя, как под монотонное постукивание наваливается усталость. Стена под спиной была ледяная, его била дрожь. Похоже, жар, наконец стал спадать. — В горячей ванне. — А это еще что за хрен? Стив чуть не расхохотался. Обычно Баки почти не выражался в его присутствии, а теперь, похоже, не мог остановиться. И почему-то Стив был за это благодарен. — Просто звездный питчер «Чикаго Кабс». Старый добрый Микки Фри. — А, — усмехнулся Баки. — Вы же говорили, он бросает как школота. — Ага, зато как офигенно выглядит в белых обтягивающих штанах. — Оу, — понимающе протянул Баки. — Теперь ясно, почему вам так нравится профессиональный бейсбол. — Это спорт джентльменов! — с притворным возмущением воскликнул Стив. — У него сложные правила! Там нужно мыслить стратегически, а не просто прыгать за мячом, как некоторые тут, хвостатые. — Эй! — рассмеялся Баки. — Я вообще-то видел, как вы аплодировали. Так что не делайте вид, будто вам не понравилось. — Виновен, — признал Стив и тоже засмеялся. Похоже, адреналин в крови стал спадать — его бил озноб, голова слегка кружилась. Что ж, по крайней мере он мог улыбаться, болтать с Баки и не слишком грузиться тем, в какой заднице они застряли. — Я реально был в восторге. Да думаю, и все наши тоже. Вам надо играть почаще! И нас зовите посмотреть. — Эм… — Баки на несколько секунд перестал стучать и ощупал получившуюся выбоину пальцами. — Мы играем не за тем, чтобы люди смотрели. — Что? Но почему? Это же потрясающе! Я никогда раньше не видел, чтобы коты вытворяли такое. — Просто… Люди и так все время наблюдают за всем, что мы делаем. Вся наша жизнь у них на виду, — объяснил Баки, не осознавая, похоже, что сказал «они», словно не относил к «ним» Стива. Он рассеянно поковырял ножом проделанное углубление, покрутил им, проверяя прочность цемента. — Приятно делать что-то только для себя. — О… — только и мог сказать Стив. — Тогда… Сожалею, что испортил вам игру. Ты мог бы сказать мне, ну, знаешь… — Нет, не мог бы. Стив не понял, но по тону Баки было ясно, что тема закрыта. — Ладно, — начал он в надежде вернуть их непринужденные взаимные подколки. — Теперь ты знаешь, какие парни нравятся мне. Что насчет тебя? Брок из тех котов, на которых ты обычно, эмм… охотишься? Баки внезапно замер, перестав стучать. — Нет, — твердо ответил он. — Брок не в моем вкусе. Голос Баки звучал раздраженно и Стив понял, что лучше снова сменить тему. — Что случилось бы после матча, если б я не появился? — Это успех. Так держать, Роджерс! Постукивание возобновилось. Нож скрежетал так, что Стиву казалось, будто даже цемент сопротивлялся этому разговору. — Вы были правы, сэр. Я всего лишь хотел сбросить напряжение. Просто выбрал не того парня. — Не похоже, чтоб у тебя вообще был какой-то выбор. Баки фыркнул, откалывая от бетона очередной кусок. — Брок просто душка. Со мной все было в порядке. — Он тебя со всей дури о стенку шарахнул, сомневаюсь, что с тобой все было в порядке, — возмущенно возразил Стив и тут же поморщился, поняв, что спалился. — Это не… — Баки осекся и замолчал, когда до него дошло. — Как долго вы там стояли? — Достаточно долго. Я не собирался вмешиваться. — Стив тряхнул головой, вспомнив, как застукал их в душе, и решил не признаваться, что видел и это тоже. — Я думал, что вы, ребята, просто… Не знаю. Нравитесь друг другу. — Так зачем вмешались? — едко спросил Баки. — Потому что, когда один говорит «нет», а второй продолжает — это насилие. Я могу закрыть глаза на неуставные отношения, но к изнасилованиям это не относится. Брок явно перешел черту. — Для людей, возможно. — Для кого угодно! — Для людей, — с нажимом повторил Баки, одновременно с силой ударив ножом по осыпающейся стене. — Малые дисциплинарные взыскания на местах это тоже насилие. Но только если вы бьете человека. Человеческого детеныша никогда не призвали бы в армию, это даже не рассматривается… — Баки резко замолчал и перевел дыхание, явно сдерживая себя, чтобы не сболтнуть лишнего. Он словно не заметил, что внезапно разоткровенничался. — Баки… — Стив отчаянно хотел извиниться, но за что? За то, что мир такой какой есть? Разве Баки не гордился службой в армии? Разве не был благодарен за это? Ведь армия это лучшая судьба, на которую может рассчитывать кот, особенно такой сильный некастрированный самец, как Баки. — Я не… — начал было Баки, а потом его тон вдруг стал ровным и официальным, словно он схлопнулся и решил закончить разговор. — Мне не хотелось бы обсуждать это. Если не возражаете. Вы совершенно правы. Я не должен был рисковать, вступая в неуставные отношения с Броком. И я ценю подаренный вами шанс избежать наказания, сэр. — Прости, — все же произнес Стив, сам толком не понимая, за что извиняется. Уж точно не за несовершенство мира. Он все пытался понять, почему Баки откатился на ту дистанцию, что была между ними на базе. Но стена под спиной так приятно холодила, что Стива уже клонило в сон. — Похоже у меня шок. Я просто несу чушь, чтобы не отключиться. — Понимаю, но почему нужно говорить именно об этом? — выпалил Баки. — Потому что ты заслуживаешь большего, — сказал Стив, окончательно забив на офицерский этикет. — Заслуживаешь того, кто будет относиться к тебе намного лучше. — Это не от меня зависит, — напомнил Баки. И прежде чем Стив успел сопоставить его слова с контролируемым правительством разведением и всеми своими аргументами о согласии, нож Баки с громким треском вонзился в цемент и застрял. Удивленно хмыкнув, Баки убрал второй в ножны и обеими руками взялся за рукоять, торчащую из стены. Он налег всем весом, а потом, помогая себе хвостом, крутанул рукоять — и из стены вылетел кусок бетона размером с бейсбольный мяч. — Хоумран, — выдохнул Баки. — Что там? Что ты видишь? — Там… пока не понятно. Еще одна стена или дверь? Это… — он сунул руку в пробоину и пошарил там. — Это металл. И он обледеневший! — Если мы закончим в ближайшие несколько минут, не мог бы ты принести мою куртку? Похоже, я и правда поспешил с ней расстаться. — Нет уж! — воскликнул Баки. — Вы так настаивали! Теперь выкручивайтесь как хотите, человек. И Стив рассмеялся — легко и по-настоящему непринужденно. Баки с удвоенной силой набросился на стену. Через несколько минут он разочарованно зарычал. — Разрядите ваш автомат, — внезапно попросил он. — Что? Зачем? — Мне нужно что-нибудь тяжелее ножа. А котам запрещено брать в руки заряженное оружие, — слегка расстроенно ответил Баки и сразу опомнился. — Пожалуйста, сэр. Несмотря на то, что голова от боли шла кругом, Стив хорошо помнил тот отчет о первом нарушении, который составили на Баки. — Ты ведь раньше держал в руках заряженное оружие, — сказал Стив. Морщась от боли, он привычным движением снял со своего М4 магазин и, потянув затвор, извлек патрон из патронника. — Только… всего лишь один раз, сэр, — ответил Баки, разом утратив всю свою дерзость. — Хм, тот выстрел был произведен с расстояния больше тысячи ярдов. По движущейся мишени. Почти в темноте. Сдается мне, ты тогда не в первый раз держал в руках снайперскую винтовку. Стив передал коту разряженный автомат и тот направился к стене. — Что ж, сэр, — тихо произнес Баки. — К счастью для вас, в последний. Иначе меня никогда не назначили бы вашим охотником. — Не стоит слишком верить в удачу, Бак, — возразил Стив. Возможно, Баки никогда и не узнает, что охотником его назначили именно благодаря Стиву, несмотря на то, что армия требовала уволить его с позором — когда снайпера, чьим наводчиком был Баки, убили и кот взял его винтовку. В тот день, нарушив устав, Баки спас жизни трем солдатам — прекрасно зная, что позже у него будут проблемы. Этого уж точно не стоило стыдиться. Стив помнил, что в тот день Баки спас жизнь и двум котам. Дум-Думу и Морите, поправил он себя. Теперь он знал, как их зовут. Баки в это время продолжал разбивать стену — пыль и цементное крошево летели во все стороны. В какой-то момент Стив услышал громкий лязг — приклад ударился о металлическую пластину. — Ты б осторожнее, там снаружи могут быть русские, — предостерег Стив. — Что ж, тогда попрошу у них помощи по-русски, — фыркнул Баки. — А когда они войдут в дверь, вы их убьете. — Дьявол, — восхитился Стив. — И это меня называют Звездно-Полосатый Парень-с-планом. — Полная фигня, — возразил Баки. — По-моему плевать вы хотели на любые планы. Стив театрально закатил глаза, а потом рассмеялся от этой напускной сварливости. Как же ему повезло.