Верный (ли?) выбор

Открыла глаза девушка в старом кабинете отца. По ощущениям, кто-то огрел её по голове чем-то тяжелым, руки были связаны за спиной через ножку большого письменного стола из дуба. Белое платье собирало всю пыль с пола. Во рту чувствовался вкус крови. — Где оно? — внезапно в темноте появилось бледное, длинное лицо, обрамленное темными волосами. Серые глаза не выражали ничего, кроме усталости. — Если бы я и знала где «оно»…а мне было бы неплохо узнать, какое «оно» вы имеете ввиду? Оно, например, стоит вон в том углу, — Регина кивнула в угол кабинета, где несмотря на тень разглядела Фенрира Сивого. — Девчушка, ты видимо не понимаешь, что мы здесь не шутки шутим. Отвечай, иначе я сделаю тебе больно, — Долохов устало ухмыльнулся. — Твоя мать — девчушка, — на этот раз ухмыльнулась девушка, — Я ещё раз повторяю, скажите, зачем пришли или убирайтесь из моего дома. Да и чем же вы хотите меня напугать? Родителей моих вы уже убили, а честно говоря, больше рычагов воздействия я не вижу. — Оставь меня с ней Долохов, минут на двадцать, — Сивый осклабился. — И пташка споет нам другую песенку, если, конечно, ещё сможет петь. — Ты помнишь, что сказал Тёмный лорд, Фенрир. В какой-то степени ты права, девочка. Но мы то прекрасно знаем, что там внизу находится твой любимый, и твои друзья… и твои родственники, — он усмехнулся, — оставшиеся. Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду. Хватит игр. — Да что ты? Думаешь кто-нибудь из них значит для меня больше чем родители, и пытки кого-то из них заставит мне сказать вам то, чего я не знаю? — Но чего уж тут, мы могли бы договориться, — немного отодвинулся от неё Антонин. — Я бы сказал тебе, кто убил твоих родителей. На секунду в глазах девушки проскочила искра, и Долохов это заметил: — Я, как видно, угадал. — Любой из вас сделал бы это не думая и с большим удовольствием. Вы все мерзкие твари, заслуживающие ада, и каждый в равной степени. — Зря ты так пташка, я вот был там, — Фенрир снова подал голос. — Слышал, как кричала твоя матушка. Кровь слизеринки прилила к голове, ей захотелось кинуться на него, без палочки и в одиночку. Зубами перегрызть эту глотку, разодрать эту ухмыляющуюся морду. — Сначала она конечно держалась, сильная женщина, надо отдать ей должное. Но вот когда мы начали… — Заткнись! Закрой свой грязный рот! — завопила девушка. — Ты не стоишь земли по которой она ходила, безродное животное! Долохов взмахнул палочкой и на плече девушки образовался глубокий порез, разорвав платье. Было адски больно, но Регина даже не поморщилась, злость, лютая ярость наполняла её всю. Девушка кашлянула и сплюнула прямо под ноги Долохову. — Идите к черту, уроды. На этот раз Сивый достал из-за пазухи небольшой нож. Подошёл ближе и коснулся остриём пореза, кинжал оказался раскалённым. Девушка до крови прикусила губу, но не пикнула. В глазах слегка потемнело. — Как думаете, отсутсвие невесты долго будет незаметным? — медленно проговорила Регина. — Долохов, ну дай ты разок укусить, будет почти незаметно, — захохотал оборотень. — Вот подожди немного Сивый, сейчас она ещё нужна Лейстренджу, а вот когда он женится, я уверен ему не понадобятся все её части, — Долохов оскалился. — Он с тобой поделится, я думаю. — Надеешься меня напугать? Напрасно. Живой я ему не дамся. — Бойкая девчушка, прямо как Рабастан любит, развлечется же он с тобой, — оборотень с силой надавил на раскаленный клинок. — А с тобой он уже развлекался, животное? — захохотала Слизеринка. В глазах снова стало темнеть. Резкий удар по лицу. — Круцио! — её крики должен был услышать весь Норфолк. Боль оказалась просто невыносимой, хотелось умереть, отдать все и каждого, только бы это прекратить. Тысяча раскаленных до бела ножей словно пронзали каждый миллиметр её кожи, тело словно рвали на куски. Казалось, это длилось целую вечность, насколько Регина могла думать при такой боли, она молила всех богов прекратить это. — Кра-аааам! Краа-аааам! Ви-иииктор! — кто-нибудь должен услышать, кто-нибудь должен помочь. Долохов и Сивый смеялись глядя на неё, но ей было всё равно. В момент всё прекратилось, тело жутко болело, кожу, казалось, пытались содрать. Её сильно трясло. Платье было порвано, и как только Регина смогла открыть глаза она поняла, что из-за того, как она дергалась, веревка, держащая её, ослабла — она могла вытащить руки. Только куда бежать? Дверь однозначно заперта. Окно? Стекло бы она разбила, но лететь со второго этажа… Внезапно, девушка вспомнила, что на всех дверях лежит особое заклятие, благодаря которому, как бы кто не запирал дверь, человек, в котором течёт кровь Хейдли, пройдёт беспрепятственно. Кровь, которая так бесполезно текла на пол пачкая белое платье.  — Ну что дорогуша, теперь расскажешь нам где твой вор-отец прятал вещь Тёмного Лорда, или попробуем ещё раз? — Да, — прохрипела девушка. — Откройте вон тот шкаф, — она кивнула на самый дальний от неё комод. Пожиратель и оборотень подошли туда, куда указала девушка. Хейдли, тем временем, собрав все силы которые в ней остались, выдернула руки из веревки, ободрав кожу и кажется вывихнув одно запястье, со скоростью, которую, кажется не развивала никогда в жизни, полетела к двери. Снеся дверь с одной петли девушка кубарем скатилась по лестнице на первый этаж и потеряла сознание. Вся в крови, в порванном грязном платье и дрожащая она очнулась в ту же минуту и услышала женский крик. Глаза всё также покрывала пелена, и видела она не чётко: — Позови Крама, быстро. Позови Виктора! — в порезанном плече сильно закололо, руку, казалось, сейчас оторвёт, — Кра-ааам! — девушка кричала громко как могла, — Ви-ииктор! Из-за угла послышался топот шагов, кто-то бежал к неё. — Мерлин всемогущий, что здесь происходит? — раздался знакомый голос. — Пожиратели Смерти, наверху... Где Виктор?.. — с каждым словом она слабела. — Пропустите! Отойдите! — кричал родной голос, но девушка уже стала проваливаться куда-то. — Кра-ам… — прошептала она. — Я здесь! Я здесь! Регина, что с тобой?! — её схватили теплые руки и с силой прижали к себе. — Отец, уведи всех гостей в зал. Скажи, что в дом проникли Пожиратели Смерти… *Крам* Она лежала на полу в луже крови, платье, или лучше сказать то, что от него осталось, пропиталось красным цветом. Регина смотрела куда-то вперед, но не видела его. — Кра-ам… — прошептала она. — Я здесь! Я здесь! Регина, что с тобой?! — её схватили теплые руки и с силой прижали к себе. — Отец, уведи всех гостей в зал! Скажи, что в дом проникли Пожиратели Смерти. Сюда срочно нужен целитель! Регина, не закрывай глаза! Не закрывай! — он с силой стал трясти её, но сразу прекратил, боясь навредить. Она уже не слышала его.

***

Через четверть часа на месте были волшебники из Министерства и мракоборцы. Да только, что толку? Долохов и Сивый сбежали в момент, едва поняв, что Регина вырвалась. Сейчас, она лежала в своей кровати, с перебинтованным плечом, в чистой одежде. Целитель из больницы Святого Мунго прибыл почти сразу. Крам сидел в кресле держа в руках бокал виски и смотрел как собирается целитель. — Ей нужен отдых, рана нанесенная магией будет заживать дольше, чем обычная, и порез довольно глубокий, была задета артерия — но только слегка. Никакие внутренние органы не задеты, сухожилия целы, три сломанных рёбра уже срослись, запястье вправлено, — говорил седовласый волшебник спокойно, но был преисполнен жалостью к обоим. — И ещё, вынужден вам сообщить, что девушку вероятнее всего пытали. Недостаточно долго, чтобы причинить вред здоровью, но для такого слабого организма это огромный стресс, а для самой леди — шок. Крам молча, но внимательно слушал, не глядя на целителя. — Я оставлю вам успокаивающую настойку, от нервов. И отвар, которым нужно промывать рану на плече. Завтра я вас навещу. — Благодарю, сэр… — прохрипел Крам. — Когда она очнётся? — Полагаю, что скоро, но ночью мисс Хейдли должна спать и набираться сил. — Она уже не мисс, — буркнул болгарин глядя в одну точку, но быстро поправился. — Признателен вам, очень признателен. Мы в долгу не останемся, — он всё также не отрывал взгляд от кровати, на которой лежала его любовь. Целитель ушёл. Крам продолжал сидеть в кресле и пить, не обращая внимания на неудобства и неприятный вкус алкоголя. Всё внутри него перевернулось, когда он увидел её, лежащую всю в крови. Он не мог поверить, что кто-то способен причинить вред такому слабому и прекрасному существу. Хотя, возможно, она показалась ему слабой лишь в тот момент, потому что таковой он её никогда не считал. Такая решительная, уверенная и сильная. Резкая и одновременно внимательная. Бутылка пустела, парень всё больше погружался в себя. Сейчас, он чувствовал себя маленьким мальчиком, бессильным и не понимающим ничего. «Что мне делать?» — звучало у него в голове. — Крам… — с кровати послышался шёпот. Болгарин резко подскочил опрокинув недопитую бутылку на пол, от чего та разбилась. — Я здесь, здесь, — он подбежал к кровати. *Регина* Боль почти оставила её, плечо ныло, тело слегка покалывало, рёбра справа жгло, но это всё было ничем в сравнение с тем, что она уже перенесла. Крам подбежал к ней весь бледный. Она чувствовала сильный запах алкоголя. — Привет, — Слизеринка устало улыбнулась. Парень с облегчением выдохнул и поцеловал её в лоб. — Ляг, полежи со мной. Он залез на кровать рядом с ней и девушка снова уснула крепким сном.

***

Утром, к ним снова пришёл целитель и сам промыл рану. Регине стало намного лучше. — Это мелочь, — резко отрезала девушка вылезая из-под одеяла. — Я не буду лежать целыми днями из-за какого-то пореза, который уже почти зажил. — Тебе нужен отдых, — Крам начинал злиться. — Какая необходимость тебе вообще вставать с кровати? — Тогда, может мне в ней всю жизнь пролежать? Лучше бы помог мне спуститься по лестнице. На самом деле, плечо изрядно беспокоило девушку. Иногда, она просыпалась по среди ночи от пульсирующей боли где-то повыше груди. Но признавать это, Регина решительно не желала, постоянно повторяя: — Меня расстраивает лишь то, что я не проводила гостей, и что мою свадьбу запомнят благодаря нападению на невесту, а не из-за её размаха. — Роб, принеси мне завтрак в столовую, — бросила она стоявшему рядом эльфу. — Госпоже лучше лежать в кровати, Роб принесёт вам завтрак в постель мадам, — опустив глаза проговорил эльф. — Быстро. Завтрак. В столовую. Да повкуснее, — девушка сделалась ещё более раздражительной. Встав на ноги и гордо задрав нос, Хейдли медленно проследовала к двери и ещё более медленно спустилась в столовую. — Ты невыносима, ты знаешь об этом? — сказал Крам не улыбнувшись. — Конечно знаю.

***

Открыв глаза на следующее утро девушка не обнаружила Крама рядом, но зато почувствовала вкуснейший аромат запечённого мяса. Посмотрев на календарь, слизеринка поняла, что Рождество уже было на носу, иначе не скажешь. Она выпрыгнула из кровати и только когда подбежала к двери поняла, что плечо у неё почти не болит, лишь слегка покалывает. Регина побежала вниз по лестнице и обнаружила Крама в гостиной. Он сидел склонив голову над старой книгой. — Хээй, привет! — радостно закричала девушка. — Чего это ты оставил меня одну в кроватке? — Доброе утро, — болгар с улыбкой отложил книгу. — Ты так мило спала, что я не смог тебя разбудить. — Завтра же Рождество! Я уже и забыла совсем, — девушка была явно воодушевлена праздником. — Я хочу в Лондон. Крам покачал головой: — Тебе нужно быть дома до полного выздоровления. — Ох, да брось, плечо уже совсем не болит, правда, — внезапно девушка посерьёзнела. — А чего это я вообще разрешение-то спрашиваю, мне не десять, а ты не папа. — Я твой муж, так что правильно делаешь, — ухмыльнулся болгар. «Муж» Слово которое должно ласкать ей слух, сейчас, Регине явно не понравилось. Она резко замолкла, образовалось неловкое молчание. И что бы как-то его нарушить девушка проговорила: — Поэтому, я разрешаю тебе пойти со мной. Если сравнить Косой Переулок с тем, каким он был годом ранее, его легко можно было не узнать. Не было больше той оживленности — витрины почти всех магазинов были заколочены. Посмотрев на воцарившееся уныние, Регина повела Виктора в магловские кварталы. Там было более людно, всюду висели гирлянды, маленькие магазинчики заманивали покупателей яркими вывесками и разноцветными конфетти. Девушка накупила огромное количество сладостей, две гирлянды на батарейках (чем была ужасно восхищена) и фигурку Санта Клауса. Регина вернулась домой довольная и раскрасневшаяся с мороза. Пообедали они в гостиной, перед весело-потрескивающими бревнышками в камине. — Тебе, наверное, тяжело будет об этом говорить, но я должен спросить, — Регина удивленно подняла на него глаза. — Чего от тебя хотели Пожиратели Смерти? Воцарилось неприятное молчание. Они ещё не обсуждали это. — Они ищут что-то. Какую-то вещь, которую по их словам, украл у Волан-де-морта мой отец. Судя по всему, это либо что-то очень ценное, либо опасное для него. А возможно, и то и другое. И скорее всего, эта вещь находится где-то в доме, — решив сказать всё как есть, ответила слизеринка. — Возможно, нам стоит её поискать? — Возможно. — Регина опустила глаза. — Мне, знаешь ли, вообще не очень хочется вспоминать об отце, но я думаю, это необходимо. В его старом кабинете лежит целая стопка его дневников, может быть, в них есть что-то полезное, — пожала она плечами. Рождество прошло тихо, от гостей и праздника они решили отказаться. Зато днём после, Регина с Виктором отыскали все дневники Эддарда Хейдли и перенесли их в спальню. — Здесь нет ничего, что хоть отдаленно напоминало бы то, что мы ищем! — воскликнула Слизеринка после третьего часа поисков. — И мы даже не знаем, что именно нужно искать. — Возможно, стоит взять более раннние записи… Регина кинула чёрную книжку в стопку просмотренных и подошла к горе тех, что им ещё предстояло просмотреть. — Может, действительно нужно посмотреть дневники, которые он вёл во время Первой Магической Войны… — она откинула последние записи и нашла несколько блокнотов двадцатилетней давности. Спустя ещё час чтения девушка начала нервничать и раздражаться. — Давай вот эти я прочитаю вечером — она указала на три дневника с 1989 года, — а на сегодня закончим. — Хорошо. Сейчас, только дочитаю. У болгарина дневники явно вызывали больше интереса, чем у Регины. Девушка, по большей части, старалась их просматривать, не вчитываясь. Она, как будто, боялась увидеть записи о себе, или о чём-то, что отец скрывал от семьи. — Послушай-ка, вот здесь что-то интересное. Твой отец пишет странно, как-будто это что-то значит, — Хейдли подошла к нему и Виктор стал читать вслух. — «14 февраля 1980 год. Розье был схвачен и убит мракоборцами, не имея полезных сведений для Министерства и не представляя особой ценности для Тёмного Лорда. Больше некому открыть тайну. ОН никогда не узнает правды». — Нужно отложить этот дневник, и прочитать предшествующие, — Регина почувствовала, что они что-то нашли. Её сердце забилось чаще.

***

Крам уже сопел отвернувшись к окну, в то время как Регина внимательно читала дневник за 1979 год. «10.03.1979 Кет должна была родить два дня назад. Я очень беспокоюсь за неё и за дитя. Кейтилин же отлично себя чувствует, говоря, что вероятно ещё не время. Целители соглашаются». «14.03.1979 На свет появилась счастливая розовощекая девочка — Реджина Кристин Хейдли. Мы давно думали об этом имени. Оно имеет древне-латинское происхождение и в переводе означает «королева». Девочка похожа на меня. Кет это очень радует, она измотана, но довольна — Рига мучила её почти двое суток». Все записи были похожи одна на другую, ничего примечательного, ни слова о Темном Лорде. Пока девушка не открыла последний дневник, не на что, собственно, уже не надеясь. В очередной черной книжечке не хватало нескольких страниц. Листы были вырваны из середины. Регину это очень насторожило, и она побежала в кабинет отца, надеясь найти там хоть что-то. Девушка ухватилась за соломинку, и не собиралась её отпускать. В кабинете, она стала вытаскивать из ящиков все подряд, вытряхивать из шкафов вещи и шарить в углах. Бегая туда-сюда, девушка почти не обращала внимания на скрип половицы. Пол в кабинете отца был выстелан досками красного дерева, и так уж повелось, что одна из досок все время скрипела, стоило слегка на неё наступить. Отец упорно отказывался делать ремонт, что изрядно настораживала Регину с матерью, но в последние несколько лет, никто кроме Эдда и не заходил к нему в кабинет, поэтому тема деревянного пола была забыта. Слизеринка в очередной раз пронеслась к столу, и снова услышала этот скрип. — Чёртовы доски! Почему нельзя было их поменять?! — воскликнула девушка, и её осенило. Регина замерла, и медленно прошла к противоположной стене, прослушивая каждый шаг. Найдя скрипучую половицу Слизеринка наклонилась и постучала по ней. Как девушка и ожидала, звук был такой, словно внутри находилась полость. Регина с силой принялась двигать доску, но та плохо поддавалась. Хейдли попыталась пробить её, и снова девушку ждала неудача. Проковырявшись с деревяшкой около получаса, Регина всё-таки вытащила её. Самодельный тайник представлял собой небольшой квадрат пространства, которое заполняли листы бумаги и небольшая шкатулка. Девушка достала все содержимое и начала читать. «02.02.1980 Розье не хотел отдавать мне воспоминание, но он единственный, кто знал о том, как именно пропала Бузинная палочка. Я стёр ему память, но этого недостаточно. Волан-де-морт запросто может снять заклятие, и тогда Розье всё ему расскажет». «10.02.1980 Розье должны схватить со дня на день. Мракоборец Фергюсон находится под заклятием империус, он приведет остальных к Пожирателям, и в суматохе убьет Розье». «20.02.1980 Всё прошло как по маслу. Волан-де-морт, как оказалось, и не подозревал какую палочку увели у него из-под носа. Дамблдор, в свою очередь, предложил свою помощь. Забавно, предлагать помощь, когда всё уже сделано. Альбус считает счастливой случайностью смерть Розье… ему нельзя доверять всего, но как друг, Дамблдор будет очень полезен. Чтобы завоевать его доверие я на время передам ему Бузинную палочку». У Регины словно пол ушёл из-под ног. Дамблдор, такой добрый и честный, велел ей искать то, что всё это время было у него. То, из-за чего убили её родителей, и чуть не убили её саму.