Учиха-Который-Выжил!

      Когда мне исполнилось три года, я почувствовал, что чаша терпения не успевает остужаться. Изо дня в день слушать наставления дяди Вернона, причитания тети и смотреть на до сих пор слюнявую морду Дадли, было, мягко говоря, не комильфо.       Кстати о самом младшем из Дурслей: он почти не рос интеллектуально, то есть словарный запас оставался до неприличия маленьким; зато рос в ширину, причем достаточно быстро, чтобы относительно новые вещи становились маленькими и переходили в мое пользование. С начала, как обычно, все было приемлемо, но к четырем годам, тщедушный и щуплый я тонул в майках и вываливался из штанов.       Хотелось выть на луну, которую, увы, не видно, ибо в чулане нет окон. А еще хотелось поболтать. Просто так, ни о чем. Как бы странно это не звучало, я соскучился по конструктивным диалогам с умными людьми. Сейчас перспектива поболтать с «хорошим мальчиком» Тоби казались мне необыкновенно притягательной. Рикудо меня дери, да даже с тем же Узумаки, сводившим все к «Са-а-аске-е, вернись в деревню!», и то было приятнее общаться!       Но самое страшное, мое единственное развлечение — книги, стали заканчиваться и переходить в женские детективы или справочники с видами сверл и дрелей!       После очередного разговора с дядей я психанул. Вернон, заканчивающий свою речь, хотел прописать «лечебный» подзатыльник и начал размахиваться своей жирной культяпкой, как рефлексы, выработанные годами, сработали быстрее, чем я смог подумать. Переставляю ноги в оборонительную стойку и заламываю в болевой захват, слишком медленно приближающуюся руку. Дядя, до этого стоявший ровно, накренился под собственным весом и повалился на живот. В зале раздался грохот. С кухни прибежала Петуния, начавшая было быстро приближаться ко мне, но остановилась, перекрестившись и прося местного Бога спасти ее мужа… от меня. Кажется, не видать мне пирожного на четвертый день рождения.       Я сразу не понял, чего она так переполошилась, пока не увидел в стеклянной дверце буфета, вращавшуюся запятую в красной радужке моих глаз. Пространство вокруг меня переливалось разноцветными нитями, они скоплением уходили в середину груди. Я вновь посмотрел на тетю, к ней в грудь тоже отходили совсем тонкие и почти прозрачные нити. Вообще вся комната приобрела новые очертания, становясь четче и яснее; там, где скапливалось больше всего энергии — было легкое марево и свечение. Моя коморочка выделялась сильнее всего. Я бы и дальше рассматривал, и сравнивал нити энергии, названные магией, если бы не наступил откат. Было не так уж и плохо, пока резь в глазах не стала раздражать и мешать смотреть. Голова закружилась, и я упал в обморок, как какая-то кисейная барышня.

***

      Очнулся уже в своем родном чулане. Как я это понял? Мне на лицо сыпалась пыль, а под матрасом, утыкалась в бок ручка кухонного ножа, а если просунуть руку между стеной и «кроватью» можно уколоть пальцы об иглы, связанные жесткой леской. Иголки мне нужны чтобы подшивать большую одежду. И еще я пытаюсь набить руку для таких своеобразных сенбонов* и работы с леской, метая их в деревья в саду, на улице, в основном ночью, чтобы никто не видел. Глаза я открывать не спешил: во-первых, жжение еще не прошло, а во-вторых на них была тугая черная повязка с холодящей мазью.       Почему мне все время так плохо от родного Шарингана? Возможно здесь замешаны несколько факторов… Перегрузка тела, которому постоянно «ломают» глаза. Раньше, для меня активировать Шаринган, как дышать было. Также, скорее всего, случается перегрузка мозга из-за увеличения количества поступаемой информации. Кроме глаз болели все мышцы. Такая боль наступает только после долгих и тяжелых тренировок. И я, кажется, вывихнул плечо. Опять напоролся на то, что моя тушка не готова к бравым подвигам и даже самозащите. Фиксирую плечо здоровой рукой и тяну его вправляя на место. Зажмуриваюсь. О да, привет, низкий болевой порог, какая гамма ощущений!       Приподнимаюсь и толкаю дверь. Закрыта. Замечательно. Общупываю пол руками на наличие посторонних предметов: что-то круглое и глубокое стояло в противоположном конце комнаты — тонкий намек, что выйду я отсюда не скоро. В будущем, практика под кодовым названием «Запри Гарри в чулане» будет проводиться очень часто, но кто мне мешает взломать замок или открыть его при помощи стихийной магии.       Делать нечего, пока не пройдут все «приятные ощущения», выбираться из комнатушки бессмысленно. Погружаюсь в медитацию. Мне давно уже хочется провалиться в свой внутренний мир, но для этого нужен либо сильный эмоциональный толчок, либо равновесие тело-дух. Начинаю прогонять магию внутри тела по воспоминаниям о строении системы циркуляции чакры, может каналы получится создать или точки направленного выхода, чтобы использовать боевой стиль клана Хьюго… Мысли очистились и успокоились.       Я много думал над своим планом на жизнь. Как бы странно не звучало, но жить четко по пунктам на мысленном листочке я не собираюсь, но каждый из пунктов нужно выполнить для успокоения себя. И вот, именно в такие моменты голая надпись обрастает подробностями.       Сила включала в себя влияние и власть или авторитет. Месть, это вообще отдельная история. Хотя напавшего хмыря я уже замочил, навязчивая идея все равно никак не проходит и звенит тревожным колокольчиком. Все потому что при мне очень часто говорили о какой-то мистической защите со сложным названием.       Старикашка и все четыре мужика уверяли Лили о ее надежности, но… но тогда зачем она ходила к своему знакомому? Зачем просила его меня защищать? Зачем она наперекор всем пригласила Лонгботтомов? Зачем разговаривала за закрытыми дверями с самой старшей из них? И вообще, верила ли она в то, что выживет сама и выживу я? Ну и, наверное, самый главный вопрос. На сколько я понял защита делала дом невидимым для непосвящённых, как для магов, так и для маглов. Тогда как нас нашли?       Здесь уже несколько вариантов. Первый: человек по имени Северус Снейп слышал адрес и мог его кому-нибудь сказать, но тогда это противоречит тому, что мама вообще пошла просить у него помощи. Возможно, она специально сказала о том, где мы живем. Хм. Так где его биджу носит? Второй и, наверное, самый неправдоподобный: нас выдали Лонгботтомы, а неправдоподобный, потому что на них были какие-то чары, запрещающие разглашать информацию или вроде этого. Еще нас могли сдать друзья Джеймса. На сколько помню: они не ссорились, чтобы выдавать своих врагу, только разбежались после Пророчества. И еще один — это то что защита оказалась слабой и ее можно как-то убрать, особо не заморачиваясь. Тогда почему старикашка распинался о ее надежности? Прежде чем что-то делать нужно определиться: человеческий фактор или нет. Факты указывают на слабость щита. Лили беспокоилась, да и частое повторение, что она нас спасет. Настолько частое, что очень похоже на самоубеждение или внушение. Так бы все и оставил для себя, но опыт подсказывает, что самый опасный и непредсказуемый фактор — человеческий. Пока я не узнаю все свойства защиты, рассуждать дальше бессмысленно.       Боль в мышцах прошла. Магия помогает убрать синяки и ссадины, но как бы часто я ее не направлял в шрам. Он не исчезает и не проходит, а иногда даже гноится. Откуда он взялся? И когда успел появиться? Шрамы не возникают на ровном месте — меня должны были ранить или проклясть.       Время, когда я был без сознания, это два-три дня не больше. Я проспал первые два дня в доме у Дурслей (так, вроде, Вернон сказал) и вообще был в отключке во время переправки к ним. Кто был в доме? И кто меня пришел забирать? И тем более сколько времени с начала пожара прошло, прежде чем меня забрали? На последний вопрос есть более-менее точное предположение — примерно часов шесть. Да, со временем все же проще и есть определенные рамки, чем с Фид… как-то там, барьер в общем.       Переползаю на пол, сгибаю ноги в коленях, руки складываю в замок за головой. Всю энергию в глаза, для того, чтобы магия не упрощала задачу. И начинаю качать пресс. С трех лет, каждые три дня приседаю, отжимаюсь, качаю пресс, делаю растяжку и бегаю… от агрессивного Дадли. Ну не бить же его, а умные речи не поймет.       Волосы, еще не очень длинные, скоро начнут лезть в лицо. Тетя пыталась меня обстричь на лысо, правда получилось у нее вырезать только большой клок сзади. У меня весь вечер был перманентный шок: не только от вида белой полосы на затылке, а от самого ощущения колючих волосинок. Я собирался мстить ей за такое вероломное действие, но на следующее утро с удивлением обнаружил исчезнувшую лысину на моей многострадальной голове. В планах отрастить челку для сокрытия приметного шрама. Но пока я хожу только до магазина и детского садика с миссис Дурсль, а это не так критично.       Повязку с глаз я снял через два дня, когда уже совсем не чувствовал жжения. Результат меня не очень порадовал. Нет, зрение осталось таким же хорошим, но левый глаз так до конца и не зажил. Склера — белая часть глаза — совсем не восстановилась, и на ней так и остались красные прожилки лопнувших сосудов от уголков до самого зрачка. Неудобства это не приносило, но выглядело на любителя. Мне сразу вспомнился Какузу, потому что у него так же, как и у меня сейчас, были зеленые глаза и красная склера, кроме всей малоприятной внешности.       Правый же глаз полностью зажил. Связано ли это с тем, что в левом глазу у меня был риннеган, или просто что-то пошло не так — понятия не имею. Если болячка не пройдет, то придется вносить небольшие коррективы в образ: отрастить волосы так, чтобы они закрывали не только шрам, но и глаз. В итоге получится примерно такая же прическа, с которой ходил в последние годы жизни. Для удобства, волосы сзади можно оставить покороче.       Кстати, в детский садик ходит только Дадли и всего три-четыре раза в неделю. Детский сад, как я понял, это то место куда приводят детей. И собирают их в группы примерно одинаковые по возрасту. Там проходит подготовка перед начальной школой и адаптация к обществу. В такие дни я остаюсь либо дома помогать, либо иду к соседке — миссис Фигг.       Арабелла Фигг — милая женщина со своими причудами. Она разводит кошек и делает это с таким фанатизмом, что иногда проскальзывает мысль о ее нестабильной психике. Особенно тогда, когда она достает альбом и начинает рассказывать о своих любимцах, как о людях. Она говорит об этом каждый раз, как я приду в гости. Я люблю кошек, больше всего говорящих, и с ними у меня связано очень много хороших воспоминаний из детства. Старший брат придумал игру на ловкость и скорость, в которой нужно собирать отпечатки лап самых разных кошачьих: начиная от самых маленьких и заканчивая Нэкомата — лидером кошек-ниндзя. Но я не люблю, когда они шпионят против меня. Слишком внимательный взгляд, преследование в якобы невзначай. Они очень похожи на ниннеко**. Это напрягает. Либо я стал параноиком.       Так как прицельно метать всякий мусор у меня не получиться из-за того, что у этого тела навыки пока не наработаны, я стал ловить недо-шпионов, развивая ловкость, и таскать за хвост. Ребенок же.

***

      Как я и ожидал, мой день рождения прошел без вкусного пирожного, тетя Петуния окончательно перешла на сторону Вернона и тоже начала читать лекции или просто игнорировать.       В этом году Дадли будет ходить в специальную подготовительную группу перед младшей школой. Не знаю точно, но похоже Дурсли уверены, что я и читаю, и пишу, и вообще у меня есть все знания для поступления в английскую школу. На самом деле они почти попали в точку, только пишу я все еще плохо и неаккуратно.       На этот год у меня большие планы, которые я начал исполнять на следующий же день после «праздника». Здраво решив, что начать развивать глаза нужно с начала. Планирую два-три раза в месяц активировать Шаринган с одним томое и пока это не получиться легко и непринужденно, буду биться над первой стадией.       Проблемы появились почти сразу, но они были не критичными — как заставить осмысленно активироваться Шаринган. Все прошлые разы, он появлялся на адреналине и стрессовых ситуациях. Конечно, можно пойти и нарваться на неприятности, потому что ни высоты, ни ран я не боюсь, а можно просто заставить сердце биться быстрее. Начинаю быстро приседать, разгоняя кровь по жилам и резко перенаправляя всю магию в глаза. Недостаточно. Усиливаю поток за счет резерва. Еще чуть-чуть! Ну же! Ноги подкашиваются. Глаза адски жжет. Но я сделал это — весь мир вокруг начал пестрить линиями энергии. Вчера Петуния закрыла меня на замок — представляю маленький светящийся шар в руке. Он появился. Направляю комочек энергии в замок, чтобы он открылся. Щелчок. В доме тихо: дядя на работе, а тетя пошла уводить Дадли на занятия. Еле волоча себя, иду к противоположной стене, встаю на нее и совсем немного прохаживаюсь, тратя последние силы. Глаза защипало еще сильнее. Кое-как передвигаю ноги захожу обратно в чулан, закрывая за собой дверь. Перестаю выжимать резерв, делая свои глаза обычными. Вроде неприятных ощущений меньше, но все равно плохо. Опять отходить придется.       Но вскоре я нашел зависимость! Мой резерв, недавно выработавшийся, держит меня на стене или потолке примерно пять-семь минут — это, кстати, большое достижение! Так вот, насчет зависимости — Шаринган работает именно на резерве, выкачивая из него магию еще и на свою активацию, не полностью, но все процессы должны происходить внутри тела. Следовательно, если я хочу его долго использовать, то и резерв мне нужен больше.       Самый наглядный пример раскачки запасов чакры, магии моего мира, является бесклановая Сакура. Она начинала работать с самыми маленькими крохами и доросла до того, что смогла восстанавливать за несколько дней своей чакрой просто огромный резерв Узумаки. На сколько помню, у нее всегда был великолепный контроль над энергией. Значит с этого можно начать. Слышал от своих одногодок о ее тренировках с Пятой Хокаге: каждый день спуская чакру до нуля на физические упражнения и медицинские практики, она стала чудовищно сильной. Вот и готов второй пункт плана развития резерва. И самое главное — печать Бьякуго но Инь. В течении трех лет, каждый день по капле, энергия накапливается в одной точке, доходя до определенных объемов формирует печать и так сказать дополнительные запасы энергии.       С этого места начинаются два основных различия: Первое — вся чакра делилась на несколько видов, которая вырабатывается внутри человека. Она же делится еще на два типа Инь и Ян, женское и мужское начало. И природная энергия, существующая без влияния человека. Эти два вида энергии были в моем мире. Здесь же только природная. Второе отличие — само строение тел людей. Чакра идет по чакроканалам и создаётся из очага — это отдельная система организма, а магия, проходит через ядро и смешивается с кровью, как я понял. Мама очень часто говорила это, когда я ранил себя, мол не давай свой генетический материал кому попало — проклянут.       Так вот о печати. Сакура копила Инь чакру для медицинских техник, она вырабатывала ее сама и у нее было куда копить все это. Хотя с последним можно поспорить из-за того, что резерв у шиноби изначально один.       В конце формирования на лбу появляется ромб, символизирующий, что печать завершена. Харуно скорее всего ориентировалась на Цунаде, у который тоже был ромб. Значит, рисунок может появиться где угодно и какой угодно, по моему желанию. Например, от крохотной точки на колене, до огромного сердца на пояснице. Копиться же будет энергия, проходящая через ядро, то есть природная и невыработанная самостоятельно. Самый большой минус всей этой заморочки с Бьякуго — это то, что нельзя использовать запасы, которые копишь иначе все придётся начинать сначала. Стоит ли это того? Да, определенно, да. Мне все равно пока расходовать энергию некуда…       Похоже нужно искать неприятности в местной школе для тренировки тела и набивания руки. В этом мире не принято калечить малолеток, но я тоже внешне ребенок. Но для меня лично это будет выглядеть примерно так: «Хм, бегите дети, взрослый сорокалетний дядька придет по ваши тела и души».       Лицо исказилось в ухмылке и злобный, коварный смех наполнил комнату.