Учиха-Который-Выжил!

      Вечер медленно перетекал в ночь. Одинаковые, словно сделанные под копирку, дома отзывались приглушенным шумом телевизоров и мирными разговорами своих жильцов. Моросящий дождь, прошедший еще днем, осел на высоких фонарях, заставляя их противно гудеть и потрескивать.       Колеса разрезали лужи, попадающиеся на пути, разбрызгивая грязные капли во все стороны. Цепь велосипеда жалобно скрипнула у дома номер четыре. Этот дом ничем не отличался от своих соседей. Горящие ярким желтым светом окна слепили глаза, а голоса родственников уже начинали раздражать. Пара минут и видавший виды, а точнее габариты Дадли, велосипед оказался на своем месте в гараже. Открыть дверь и сделать шаг в теплый, но неприветливый дом мешали только эмоции, с которых можно было сорваться на и так нервных родственников. Дрожь бежала по телу, мокрая майка неприятно липла к коже, а в кедах хлюпала вода. Тридцать секунд и полная отрешенность на грядущий взрыв.       Я медленно открываю дверь, и зычный голос диктора из телевизора раздается в ушах. К порогу собирается вся семейка. Двоюродный брат хмыкает и противно улыбается, дядя краснеет, тетя наоборот бледнеет. — Какого черта ты пришел так поздно, паршивец?! Ты опоздал на целых три! Чертовых! Часа!! Где ты шлялся?! Тебя кто-нибудь видел на улице?! Не дай Бог нам начнут задавать вопросы! Ты хоть знаешь какой завтра день?! — Вернон был похож на помидор, спеющий прямо на глазах. — Отвечай!       Он подошел ко мне вплотную и начал трясти меня за плечи. Из разбитой губы, кажется, снова пошла кровь. — Там, где обычно. Нет. Да. Сэ-э-эр — односложные ответы всегда бесили его, но больше всего дяде не нравилось, когда я тянул гласные. От возмущения он даже выпустил меня из рук, оттолкнув и брезгливо сморщившись. — Если не прекратишь выступать, мальчишка, то не будешь есть и не выйдешь из дома неделю! Даже во двор!       Дадли хрюкнул за спиной у Дурсля-старшего. Я посмотрел ему в глаза и взглядом обозначил, что его ждет мучительная смерть, если он не перестанет так себя вести. Он быстро осознал все масштабы задницы, куда он угодил, а потому быстро свинтил в зал, настороженно выглядывая из-за дверного косяка. — Хм. — это уже для дяди. — Вернон, давай сегодня не будем. — тетя положила руку мужчине на плечо. — Поттер, иди в ванну обработай… царапины, потом ложись спать. Завтра поговорим.       Я быстро прошел в уборную. Также быстро ополоснулся под теплым душем смывая уличную грязь. Неглубокая царапина на боку, содранные коленки и синяки, как черные пятна далматинца. Хорошо, что они уже завтра, если не полностью сойдут, то побледнеют точно. Да, сегодня неприятностей было выше крыши, как так получилось…       На сегодняшний, уже почти прошедший, день не было запланировано ничего кроме стандартной работы. Все как обычно: сорок минут дороги до Хемпшира, еще восемь минут по городу до дома Майкла. Работа не сложная и она меня сама нашла — просто растолкать пакетики с наркотой или закладки по нужным местам и все. Никогда не знал, что буду заниматься столь странной деятельностью. Оказалось, чтобы получить хоть какой-нибудь легальный заработок нужно согласие опекунов — не мой случай, как говориться.       С Майклом я начал знакомство очень спонтанно. Из-за некоторых разногласий на меня наехал его двенадцатилетний брат. Но он очень быстро «съехал», стоило мне только как следует надавить на его хрупкую детскую психику. Только вот за брата решил вступиться Майк и как-то завязалось у нас общение, пока он не предложил немного заработать. Одному закладки делать опасно, есть шанс, что выследят и повезет, если просто отберут наркоту. А так один копает, а остальные ждут за углом и присматривают. Вообще нас в команде пятеро: я, семнадцатилетний голубоглазый Майкл, четырнадцатилетняя Китти с пирсингом по всему лицу, темнокожий Дик, и подружка Майкла — Роуз. Насколько я знаю они все из неблагополучных, кроме Китти и Майка. У девушки три брата и сестра, а у парня два брата.       Нас накрыли вечером, когда заначка лежала на своих местах и Майк рассчитывался с нами — семь фунтов каждому, иногда чуть больше, иногда чуть меньше. Эти деньги рассчитаны на одного Майкла, но так как мы ему помогаем — он платит.       Понятия не имею, кто к нам пристал может наркоманы или конкуренты. Десять крупных мужчин с ножами на пятерых, точнее на трех (девочки не считаются) — сложно. Дика сильно ранили в ногу, у Майкла подбит глаз, Роуз и Китти отделались растяжениями, а меня слегка черканули по боку.       Комплект сменной одежды, сиротливо лежавший на полке среди кучи вещей Дурслей. Заношенные тряпки, которые перекочевали ко мне от Дадли. Подхожу к грязным вещам, достаю ключ от гаража, бумажник и старый-добрый перочинный ножик. Грязная одежда была закинута в корзину для белья.       Уже у зеркала промываю разбитую губу и бровь антисептиком. Завтра тоже ничего не останется. В такие моменты я чувствую себя Узумаки с его бешеной регенерацией Девятихвостого. Хорошо, что сейчас во мне никто не сидит. Было бы смешно, если бы со мной перекочевали хвостатые или настоящий Поттер засел где-нибудь в сознании… Убираю челку за ухо. Треклятый шрам наконец перестал гноиться, но остался таким же красным. На глаз даже смотреть не хочется.       В комнате выключился свет. Неужели Дурсли доросли до «тонких намеков». Быстро попрятав свои вещи по карманам, выхожу из ванной.       Если утро началось неважно, то и день будет такой же. Тетя яростно долбилась в дверь. Дадли прыгал на лестнице, думая, что на меня сейчас летят клубы пыли. Пф, я вычистил чулан так, что здесь не осталось ни пылинки. Медленно потянулся в разные стороны и поднял с пола книгу, положенную ночью корешком вверх. Библиотека Литтл Уингинга была хоть и небольшой, но интересных книг там навалом.       Глубоко задуматься мне не дал повторный стук в дверь и крики Петунии. Ну что же пора выбираться из своего Логова.       Как обычно меня запрягли готовить завтрак. Самый полезный навык, который я получил у Дурслей — это готовка. Я могу жарить, варить и стряпать разные блюда, и тетя порой скидывает на меня всю работу на кухне.       За спиной раздался крик Дадлика. Он что-то верещал про подарки своим писклявым, похожим на визг поросёнка, голосом. Вернон и Петуния его успокаивали. Они как будто не понимали, что Дадли нагло ими управляет. А чета Дурслей вместо того, чтобы потакать его капризам, давно должны были поставить сынка на место.       После завтрака к нам пришли гости в виде друга Дадли. Ну а я направился в свой чулан-пещерку, выбитую в горе-лестнице. Почти прошел в дверь, как тяжелая рука дяди схватила меня за плечо и развернула к нему лицом. — И куда это ты пошел? — В чулан, сэр. — я смотрел ему прямо в глаза. — А с чего ты взял, что остаешься дома? — дядя усмехнулся себе в усы. — Миссис Фиг же ногу сломала… опять… — Я не буду спрашивать откуда ты это знаешь, но ты едешь с нами. — брови Вернона сошлись к переносице, а нос скривился, как будто он почувствовал плохой запах. — Мне кажется Вы не хотите брать меня с собой. Тем более я уже оставался дома один и все было в порядке. — я сделал вид, что не заметил его кривляний. — О, тебе верно кажется. Я не хочу, чтобы ты вдруг съел праздничный пирог Дадли с голоду или испортил его подарки. Так что ты едешь с нами. Понял? — Вернон яростно процедил всю тираду мне в ухо. — Да-а-а, сэ-э-эр, — гаденько протянул я и не дожидаясь, когда дядя уйдет, вышел за дверь на улицу. — Дядя, как у вас со здоровьем? — С чего такие вопросы, мальчишка? — Вернон недоумевал. — А как у вас с памятью? — он смотрел на меня, как на умственно отсталого и хотел уже было уйти… — Просто вы вчера вечером говорили, что запрете меня на неделю дома… Вот я и интересуюсь не развивается ли у любимого дядюшки старческий склероз? — делаю самое невинное выражение лица, на которое только способен. — Паршивец! — Дурсль попытался достать меня рукой, но я быстро юркнул во входную дверь.       На улице было бы тепло, если бы не северный ветер, то и дело гуляющий под одеждой. Солнце то пряталось, то появлялось из-за облаков. Лужи на дороге все еще не высохли, и похоже произойдет это еще не скоро. На вечер нудный метеоролог в возрасте обещал дождь.       Мы дружно погрузились в машину, которая оказалась маленькая для пяти человек. Возможно, если бы Дадли и Пирс были хоть немного поменьше в ширину, то мне не пришлось бы почти сливаться с дверью автомобиля. И тем более переносить визжание младшего Дурсля прямо себе в ухо. Пробок на дороге не оказалось, хоть за это спасибо. До Риджентс-парка мы добрались в течении часа и еще немного времени потратили, чтобы доехать до северной его части, в которой находился зоопарк.       Дядя Вернон ушел покупать билеты, оставив нас стоять около машины. Глазастый на еду Дадли заметил ларек с мороженным и быстро потащил туда тетю Петунию и Пирса. Хоть мы и уехали немного южнее графства Суррей, погода осталась прежней, и я не хотел сейчас есть мороженное. Просто скрылся за спиной тети от не менее глазастой на детей продавщицы.       С толпой людей вошли в парк. На самом деле место красивое, много разных животных и птиц. Только мое внимание привлекали не звери, а большое здание почти по центру парка в нем находились хладнокровные животные и террариумы. Оно чем-то отличалось. Я даже знаю чем — оно зачарованно и это было видно даже обычным зрением. Уже под конец прогулки мы зашли внутрь. Сразу бросились глаза клетки со змеями. Все они были какими-то вялыми и не реагировали на людей. Мои опекуны уже изрядно устали и на меня обращали минимум внимания, следя только за сыном и его другом. Вот теперь можно и начать.       Прикрываю глаза и активирую Шаринган с двумя запятыми. Здание сразу же оплетается нитями магии — так и знал. Похоже где-то здесь есть магический зоопарк или что-то похожее. Тщательно осматриваю сначала террариумы. Очень-очень подозрительные змеи. Не все, но у некоторых силуэт плыл, а нити магии окутывали все тело. Я лучше обойду стороной этих тварей. В первое время у Орочимару никак не мог привыкнуть к этим ползучим гадам. Особенно, если зазеваешься рядом с сеннином, то можно отсчитывать секунды до прыжка какой-нибудь сильно ядовитой змеюки. У меня был с ними контракт, но гордые орлы были намного сговорчивее подлых змей и шли на контакт лучше. Потому хладнокровные гады отправились в топку. Обхожу клетки по середине коридора, стараясь следить за всеми из-под челки. Так и шел. Пока не заметил дверь, оплетенную магией, словно новогодняя елка украшениями. Чудно…       Глаза потухли. Рука медленно взялась за круглую ручку и повернула ее. Дверь поддалась и тихо открылась. Помещение было светлым и просторным. На полках стояли клетки и террариумы, под потолком висели жердочки на которых сидели совы и другие птицы с ярким окрасом. На уровне моих глаз было несколько вольеров, где поддерживался свой климат. Похоже я попал в настоящий волшебный магазин или аналог зоопарка, только с посетителями тут видно не густо. Как интересно: дверь в кладовую открыла для меня настоящий клад.       Я огляделся еще раз и приметил высокую стойку из темного дерева. Она резко контрастировала с помещением. На ней стояла антикварная высокая касса с витыми узорами на стенках, рядом стоял маленький звонок, такой я видел только в фильмах с отелями. Он был украшен похожими узорами. На столе было еще много вещей, и все они находились в педантичном порядке, как и весь магазин в целом. Здесь не было ни запаха, который обычно бывает в таких магазинах, ни грязи, кажется, что здесь нет места даже для самой маленькой пылинки.       Думаю, полчаса у меня есть и можно осмотреть все повнимательнее. Я подошел к клеткам с разными условиями, они стояли ближе всего к стойке. Среднего размера витое гнездо из зеленых палок, напоминающих бамбук. Внизу была подпись «Окками». Внутри лежали два красивых серебряных яйца. Любопытство одолело меня, и я все-таки решил проверить насколько сильна разница в температуре. Оглянувшись на стойку еще раз, медленно протянул руку внутрь гнезда. Из-за тренировок руки слегка огрубели, но разница была настолько сильной, что ее получилось почувствовать: влажно, душно и очень тепло. Трогать яйца было бы глупо с моей стороны, так что я просто перешел к следующему вольеру. На подставке примерно три фута в ширину и длину росло дерево на три головы выше меня, и на нем сидели странные человеко-бомбукообразные существа: маленькие палочки, у которых можно различить голову, ноги, руки и тельце, чуть больше ладони взрослого. Рядом стояла табличка с надписью: «Лечурки». Я снова протянул руку и почувствовал, что климат здесь почти не отличается от предыдущего гнезда. Дальше шло еще несколько животных с подобными условиями. Около пятнадцати клеток с экзотическими видами. Здесь были только детеныши или еще даже не родившиеся… особи.       Остальные стеллажи были заполнены более привычными для глаз животными: змеи, жабы, крысы. Еще стояли на полках выше подставки с яйцами самых разных размеров. Несколько минут я стоял просто, смотря на яйцо с белой скорлупой в частую черную и желтую крапинку. Мне захотелось потрогать его… и забрать себе. Я поднялся на цыпочки и уже коснулся его пальцами, как…: — Юноша, что вы делаете?       Мда, Саске, тебя опять переклинило. Нужно было выбираться из столь щекотливой ситуации и уходить отсюда как можно скорее. Делаю самое невинное лицо. — Сэр, оно мне очень понравилось, и я захотел узнать какое оно на ощупь. Только потрогать…       Мужчина высоко роста и с сильной проседью в волосах, проворчал в усы, что-то вроде того, что все дети одинаковые. Была в нем еще одна колоритная деталь: левый глаз закрывала кожаная повязка с узором, чем-то похожим, на тот который был на старой кассе и колокольчике. Он в целом имел немного потрепанный вид, что не вязалось с моим представлением о хозяине этого места, и еще слегка прихрамывал. — Добро пожаловать в «Лавку фамильяров». Это магазин с необычными питомцами для необычных людей. Меня зовут Энтони Филиппс. — маг пронзительно смотрел на меня, ожидая моего представления.       Он мне не нравится, думаю, пока не стоит светиться в мире магии. Только вот перед кем мне светиться? Перед старшим Поттером или Сириусом. Если бы они хотели, то давно бы нашли меня. Но тонкое шестое или черт знает какое чувство говорило мне, что лучше сейчас обмануть и вообще валить отсюда, как можно быстрее. — Я, я Гарри Уч… Уинтер, — странная фамилия вышла. С таким же успехом можно было назваться Гарри Саммер или Гарри Спринг… но ничего лучше не пришло в голову.       В помещении стало душно и жарко. — И где же твои родители Гарри и почему ты здесь один? — У моего кузена день рождения, и я с его родителями, гулял по зоопарку. Только вот слегка замешкался и выпустил их из виду. А потом заметил странную дверь, и вот я здесь… — Хм, можешь рассказать мне где все-таки твои родители?       Какой дотошный старикашка. Продолжаю сохранять наивную мордашку: — А что случилось с вашим глазом, сэр Филиппс? — Я его хм… утратил. — мы до сих пор смотрели друг другу в глаза. — Вы ответили на свой же вопрос.       Мужчина заулыбался и потрепал меня по голове: — Ох, какой стервец! Ха-ха-ха, и я раньше таким был! Так значит, родителей нет. Слушай, Гарри, ты замечал в себе какие-нибудь странные способности? Тебе ведь не больше десяти лет, ведь так? — Да сэр, но мне почти одиннадцать, точнее скоро будет, — продолжаем строить ребенка, — И да, кажется, есть что-то такое… — Например, что? — мужчина присел, чтобы оказаться со мной одного роста. Напрягает.       И тут я понял! Он меня читает, причем успешно, но поверхностно. Мне стало жарко из-за напряжения. Только сейчас я ощутил, как разогнал магию в теле, сопротивляясь воздействию. Так Учиха сосредоточься. — Я могу пройти по стене или потолку, но это получается через раз. — А покажешь мне? — Мне опекуны запрещают творить чертовщину и ведьмовство. — делаю большие глаза. -Они говорят, что я странный и опасный, — на поверхность подкидываю воспоминания о «проповедях» дяди Вернона. Пока все идет не по плану, но уже лучше, чем было. — Все мы немного странные. Вот смотри, как я умею — он вытянул руку вперед и на ней загорелся шарик света и подбросил его вверх. Сфера распалась на тысячи маленьких огоньков. Я на лице сделал неописуемый восторг и чуть не подпрыгивал, — теперь твоя очередь.       Бодренько иду к стене около двери и встаю на нее ногами. Магия разогналась еще быстрее и легкое влияние совсем спало. Прохожу вверх и потом вешу вниз головой несколько секунд. Отталкиваюсь, делаю кувырок и приземляюсь на пол около Энтони. — Поразительно! Не каждый чистокровный волшебник способен на такое в твоем возрасте! — Я ВОЛШЕБНИК?! Это как в сказках, да?! — пора заканчивать и валить отсюда. — Да, Гарри, ты самый настоящий волшебник. Когда тебе исполнится одиннадцать лет, ты пойдешь в школу волшебства и магии Хогвартс. Как ты, надеюсь, понял, я тоже волшебник. И тоже маглорожденный. — Что? Куда? Какой? — еще чуть-чуть. Как бы невзначай перевожу взгляд на большие часы неподалеку, — Сэр, простите, но мне пора. Меня, наверное, опекуны уже ищут… — теперь очень грустная мина. — Да, ты прав Гарри. Подожди секунду. — Филиппс слегка махнул рукой, и яйцо сорвалось с места, попав прямо ему в ладонь, — Оно очень старое, и из него уже, скорее всего, никто не появится. Его можно продать и получить неплохие деньги, но просто так я тебе его не отдам. — один мудрый человек мне как-то сказал: «Все, что говорится до слова „но“ — лошадиное дерьмо». — Если ты будешь приходить сюда и помогать старику по магазину, то можешь его взять.       Вот и сейчас так. Вроде не развод, и сыр не бесплатный. Только все очень подозрительно. Мне кажется с ним связываться себе дороже и вообще может проще выкупить яйцо, чем соглашаться на всякие сомнительные предложения. — Я очень признателен вам и ваше предложение, наверняка, очень щедрое. Но, даже приняв его, я бы не смог постоянно ездить к вам, потому что живу далеко, и родственники меня не отпустят. Это яйцо мне и правда понравилось, но возможно его время придет, когда я вырасту и просто выкуплю его у вас. Не сочтите за грубость. Мне правда пора уже. До свидания, мистер Филиппс.       Фу-ух, это было сложно. Я развернулся и спокойным шагом направился на выход из магазина. Когда я почти взялся за ручку, сзади раздались хлопки и возгласы: «Браво, Браво». Вот теперь стало жутко. Я обернулся и увидел, как он направляет на меня палочку. Попал. — Умный юный волшебник — большая редкость в нынешнее время. Правда в том, что оно стоит гроши. До свидания, Гарри Уинтер.       Пас волшебной палочкой, и я стою рядом с рассерженными дядей и тетей, а карман штанов неприятно оттягивает. Похоже к одиннадцати годам я поседею с этой магией. Наша компания оперативно погрузилась в машину и отправилась домой.