Падение дома Фоксбрейнов

      Мы с удивлением уставились на внезапного посетителя. Тот взглянул на наручные часы.       – От моего офиса на Пекарной до вас добираться сорок минут, – сказал он, – Я приехал за тридцать пять минут и шесть секунд. Ну, давайте, посвящайте меня в суть дела! Кого здесь убили?       Гепард говорил довольно быстро. Я едва поспевал за его мыслями.       – Что вам здесь нужно? – резко спросил Ник.       – Как это что? – нахмурился агент. – Мне позвонили по номеру 33-812-221В. Это значит, что кого-то убили. Назвали адрес. Это ведь «Гостиница Фоксбрейн»? Или я чего то не понимаю?       Из столовой выбежала бобриха. В след за ней шел разгневанный муж.       – Это я вас вызвала, мистер Дюпен! – сказала Жоржета.       – Я мсье Дюпен, мадам. – с улыбкой поправил гепард. – Продолжайте, пожалуйста.       – Простите нас, – вмешался Джордж, – Моя глупая жена вечно лезет не в свои дела! Ей как будто больше всех надо, вечно своей самодеятельностью...       – Заткнись, Джордж! – рявкнула Жоржета. – Здесь произошло нечто странное, мсье Дюпен. Сегодня утром умер хозяин этого отеля. Его нашли сидящим в кресле у себя в кабинете. Рядом с ним стоял графин с отравленным вином, причем от этого яда умирают в муках и судорогах, а хозяин сидел в кресле спокойно и непринужденно! Его нашла жена. Вчера они ссорились, а теперь она вдруг находит его, якобы покончившим с собой...       – Так, постойте-постойте! – Джуди прервала поток разъяснений бобрихи. – Мы трое из полиции: офицеры Джуди Хоппс, Николас Уайлд, младший следователь Патрик Мактейлз. Уже все выяснилось! Результаты вскрытия показали, что хозяин умер от передозировки снотворного. У него в карманах обнаружены две пачки лекарства и предсмертная записка. Да, рядом нашли графин с ядом, но покойный, очевидно решил изменить способ отравления. Так что, ничего странного тут нет!       Гепард взирал на крольчиху с недоумением.       – То есть вы хотите сказать, что я приехал зря? – разочарованно спросил он, – Ну уж нет! Я не уеду отсюда без потенциального сюжета в кармане, тем более, что здесь не все так просто, как кажется.       – Знаете, – сказал Джордж Бивер, – У нас не так много денег, чтобы заплатить вам, так что, вынуждены откланяться.       – Ничего страшного! Я никогда не требую с клиентов столько, сколько они не могут себе позволить. Иногда сама загадка стоит того, чтобы её разгадали и я делаю это бесплатно. Сейчас я планирую осмотреть место преступления и опросить постояльцев. Думаю, раз уж здесь есть трое блюстителей закона, они с удовольствием помогут мне разобраться и введут в курс дела. Разумеется, если докажут, что в самом деле являются полицейскими...       – Простите великодушно, – с притворной любезностью оскалился Ник, – А вы сами, простите кто? Частный детектив? Вы не предъявили никаких документов. Вам вообще разрешено здесь находиться, и проводить свои расследования? У вас есть документы, подтверждающие, что ваша деятельность законна?       Происходящее было мне совершенно неинтересно. Я оставил толпу разбираться со своими делами, а сам поднялся наверх к моей дорогой Розе. Однако она заперлась в своей комнате и заявила, что хочет побыть одна. Разочарованный я принялся блуждать без дела по коридору второго этажа, пока не наткнулся на Роджера Мортимера. Лис стоял в углу, и что-то напряженно писал в маленьком блокноте.       – Чем вы занимаетесь? – спросил я у него.       – Поисками тайника. – ответил он, не поднимая взгляда.       – Что-то не заметно! – усмехнулся я.       – То что незаметно - еще ничего не значит. Начинать поиски можно по разному, в зависимости от того, что известно! Если известно, только то, что секретное отделение находится в доме, в таких случаях я обычно беру карту здания и начинаю искать места, где оно может располагаться. Здесь важно все: количество этажей, расположение комнат, толщина стен, толщина перегородок между этажами, размеры чердака и подвала, количество ступенек и объем лестницы. Измерив все это можно найти что-нибудь странное, например: одна из стен гораздо толще остальных, спрашивается - зачем делать такую толстую стену? Начинаешь ее обыскивать и тут бац, а в ней хитро замаскированное пустое пространство! Секретные люки, фальшивые шкафы, спрятанные в стене сейфы - чего я только не повидал за свою карьеру. Когда ищешь какой-нибудь документ - тут уже гораздо сложнее: спрятать бумажку можно в полу, за зеркалом, в выдвижных ящиках между досками, вариантов миллион, приходится обнюхивать носом каждый квадратный сантиметр. В данном случае, как я понял, мы ищем то ли мешок, то ли сундук с деньгами. Так что, тайник явно большой. Но в данном случае все гораздо интереснее.       Наш покойный мистер Фоксбрейн сказал, что отец его спрятал все, что успел сохранить после разорения в фамильном тайнике, который был создан черт знает когда. У них была семейная традиция: каждый член семьи был обязан найти этот тайник, следуя подсказке, а затем хранить его местоположение в тайне, после чего передать загадку по наследству. Это была какая-то проверка, типа достоин ли Фоксбрейн носить эту фамилию, действительно ли у него такой хитрый и острый ум? Дед Питера, а потом и его отец сумели отыскать этот тайник, а сам Питер - нет. Вот теперь это предстоит мне.       – И что за подсказка? – заинтриговано спросил я.       – «Огастос знает секрет», – сказал Роджер, – Эти три слова являются ключом к началу поиска. Вот я и пытаюсь понять, что это значит. Думаю это какая-то анаграмма. Вот пытаюсь переставить буквы в слове «Огастос», чтобы получилось что-нибудь осмысленное, но пока ничего не получается: «Гатосос», «Согасот», «Тосагсо»... всё это явно не то! Может надо переставить буквы во всем предложении? Это уже гораздо сложнее.       –Хм-м-м... – задумался я. – Огастос - это прадед Питера. Первый из Фоксбрейнов.       Мортимер поднял глаза.       – Серьезно? Вы уверены?       – Ну конечно, –кивнул я, – Его портрет висит в кабинете Питера.       В лисьих глазах забегал хищный огонек.       – Покажете? – спросил он, убирая блокнот в карман.       Мы спустились вниз и зашли в зловещий кабинет, где произошла трагедия. Джуди и Ник были здесь с Дюпеном. Очевидно гепард как-то убедил их в законности своих действий и теперь они объясняли ему ситуацию. Гепард ползал на коленях по кабинету, осматривая пол в большое увеличительное стекло.       – Прошу вас, не отвлекайтесь! –произнес я. – Мы только на картину посмотрим! Вот, глядите: это Питер, это его отец Дуглас, далее, насколько я помню, его дед Бартоломью, а это прадед, которого звали Огастос.       На первом портрете высокая малая панда с гигантскими седыми бровями, в сюртуке опоясанном золотой цепочкой от карманных часов, стоял, опираясь на старинные напольные часы, показывающие без двадцати пять, и хитрющим взглядом смотрел на нас.       – Это единственный его портрет в доме? – спросил Роджер, внимательно изучая картину.       – Да, насколько я помню!       – Можно снять её? Я думаю, вдова не будет против?       – Что это вы делаете?! – грозно крикнул Дюпен. – Здесь нельзя ничего трогать! Это не по правилам! Здесь место преступления.       – Мы всего лишь выполняем последнюю волю усопшего! – сказал я, помогая лису снимать картину со стены. – Не забывайте, что мы тоже на страже правопорядка.       Роджер погладил стену, которую скрывал портрет и постучал по ней кулаком.       – Сейфа за картиной нет. – объявил он. – Значит дело в самом полотне.       Мы отошли к окну, чтобы не мешать агенту заниматься ерундой, и осмотрели произведение искусства. Роджер обшарил обратную сторону холста, поводил когтями по раме, подул в щели, между рамой и холстом - это не дало никакого результата.       – Сзади ничего нет, – вздохнул Роджер, – Может дело в сюжете картины? НУ КОНЕЧНО ЖЕ! – просиял он. – ЧАСЫ!       – Это часы, которые стоят в столовой! – вспомнил я. – Которые не работают!       – Загадка для детского сада! – рассмеялся Мортимер, – Бежим скорее в столовую! Ник, повесь пожалуйста картину обратно!       Мы стремглав побежали в восточный конец отеля. Во мне проснулась какая-то бешенная жажда приключений. В столовой никого не было, здесь было довольно душно. Мы подбежали к часам.       – Они? – спросил Мортимер.       – Те самые! – уверенно сказал я.       – Похоже? – лис оперся на часы, и улыбнулся той хитрющей улыбкой, какой улыбался Огастос.       – Один в один! – усмехнулся я. – Изначально этот отель был домом Огастоса, построенным во времена Грандиозной Апатии, когда процветал атомный бизнес, не удивительно, что он сделал тайник на случай, если будет внезапная облава.       Лис принялся внимательно осматривать и ощупывать старинный предмет. Он открыл дверцу и пошатал маятник. Потом осмотрел те места, где часы прилегали к стене. Он на минуту зашел в кухню, после чего выбежал оттуда с грандиозным торжеством на лице:       – Стена кухни заканчивается с противоположной стороны, как раз там, где начинаются часы! – вскрикнул он. – Есть место для маленького чуланчика!       – Отлично! Но как туда попасть?!       Лис схватил часы лапами и изо-всех сил потянул на себя. Скулы его морды максимально напряглись.       – Не сдвигается! Надо чем-нибудь подцепить, чтобы можно было отодвинуть!       – Чем, например?       – Вспомнил! – просиял Роджер. – Там на улице есть ангар с инструментами. Как думаете, там может быть ломик, или что-то в этом роде? – Возможно! – пожал плечами я.       – Ну так быстрее, принесите что-нибудь!!!       Я пулей вылетел из столовой и помчался к выходу так быстро, что на ходу чуть не сбил Эмму Скоткинс, разгуливающую в печальных думах по коридору. Я выбежал на улицу на мороз, быстро обогнул дом (благо вьюги на этот раз не было) и с удовольствием вдыхая свежий холодный воздух, зашел в затхлый сарай.        Здесь был почти непроглядная тьма, однако оставив дверь нараспашку, я разглядел очертания сваленных в кучу лопат и лыжных палок. Вскоре, среди груд остального хлама, я нашел ломик, молоток и стамеску. Думаю этого хватит. Я помчался обратно в дом. Смерть Питера Фоксбрейна совсем выветрилась у меня из головы. В данный момент все мои мысли крутились вокруг сокровища.       Я вбежал в столовую и свалил инструменты на стол. Роджер Мортимер в этот момент захлопнул окно.       – Вы проветрили? Отлично. – отдышавшись сказал я. – Этого хватит?       Лис перебрал принесенные мною инструменты.       – В самый раз! – кивнул он. – Начнем пожалуй.       Я взял в лапы лом, он взял молоток и стамеску. Тут я заметил стоящий на краю стола зажженный керосиновый фонарь, который Мортимер очевидно снял со стены.       – Это зачем? – спросил я.       – Там должно быть темно в тайнике. – сказал Роджер. – Я решил зажечь лампу.       – Пустяки! У меня есть фонарик на телефоне.       – У меня тоже, но мой телефон разрядился! Давайте, вы подходите справа, я - слева.       Я просунул ломик в щель, отделяющую часы от стены, Мортимер забил с обратной стороны долото.       – Готовы? На счет «три»!       Мы что было мочи, потянули часы на себя. Изначально они не поддавались, но вскоре раздался сильный треск и антиквариат обрушился нам под ноги, словно поверженный в бою воин. Казалось, что звон был слышен по всей округе, осколки стекла, вместе с шестеренками разлетелись по полу. Оказалось, что часы действительно скрывали собой маленький тайный проход, за которым была беспроглядная тьма.       Я включил фонарик, Роджер взял в лапу зажженную лампу и мы по одному, сначала я, а затем он, протиснулись в проход. Ход был довольно узким, однако заканчивался он довольно просторной комнатой, в которой не было окон. Стены комнаты были кирпичные без обоев, и сочились какой-то противной жижей. Здесь было трудно дышать. Мы принялись озарять комнату лучами наших светильников. Голые стены, голый пол, такой же потолок, без какой либо люстры. Мы осмотрели пол, осветили каждый угол...       Комната была пуста. Абсолютно. Помимо грязи и плесени, которой был покрыт каждый дюйм, в комнате было абсолютно пусто. Никаких мешков, никаких сундуков, даже полок нет. Мы стали осматривать более детально, ощупывать стены на предмет секретных сейфов, из-за чего лапы наши стали покрыты слоем многолетней грязи.       – Ничего не понимаю. – сказал спустя десять минут Роджер. – Никаких люков в полу и потолке, никаких секретных ниш в стенах. Никаких надписей и пометок. Где же всё?       – Похоже над нами кто-то посмеялся. – заключил я. – Видимо Дуглас решил перед смертью забрать остатки семейных сбережений и потратить их.       – Не может быть! – разочаровано провыл Мортимер.       – Видимо в доме не один такой тайник. –заметил я.       – Нет! Фраза «Огастос знает секрет» привела нас к картине, а картина - к этому тайнику за часами. В загадке имелось ввиду именно это место. Но здесь больше нет никакого направления. Я не надеялся, что мы найдем здесь заначку, но думал, что тут будет вторая загадка, которая приведет нас к третьей, третья - к четвертой, и так далее, пока в конечном итоге, мы не дойдем до сокровища... Но тут ничего нет: никаких надписей, никаких рисунков, ни одного намека. Это тупик!!!       В столовой раздался крик. Я рывком метнулся к выходу, протиснулся сквозь щель в стене, и лицом к лицу встретился с дикобразихой миссис Экьют. Она стояла как будто парализованная, с ужасом глядя на валяющуюся на полу груду щепок, стекла и шестеренок.       – ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИЗОШЛО? – взвизгнула она.       – Мы тайник Питера искали. – объяснил я. – Вот нашли...       Роджер вышел в столовую вслед за мной, покачивая своим фонарем.       – КТО ЭТО УБИРАТЬ ТЕПЕРЬ БУДЕТ?! – кричала дикобразиха. – О, Боже, весь пол в грязи!       Лис задул огонь в фонаре и вернул его на свое прежнее место, на гвоздик над дверью в кухню.       – Просим прощения, миссис Экьют. – произнес я. – Мы не знали, что там будет так грязно. Где тут можно лапы помыть? На кухне? Спасибо.       Мы с Роджером отправились на кухню.       – И задние лапы тоже вымойте! – гневно бросила нам в след горничная. – Глядите какие вы следы на полу оставляете!       – Совсем как в тот раз, в Усадьбе Скроллов. – сказал Роджер, когда мы поласкали руки под краном. Пришлось израсходовать почти всё мыло: эта пакость так пристала к меху, что не хотела отмываться. – В тот раз покойный хозяин имения тоже заставил нас с наследниками искать тайник с ценными бумагами. Оказалось, что он уничтожил все бумаги перед своей смертью и хотел тем самым поиздеваться над своими родственниками и друзьями.       – Видимо это такая специальная забава покойных богачей: устраивать поиски несуществующих сокровищ! – предположил я. – Кем они себя возомнили? Думают, что это смешно?       – По-моему нисколечко!       Мы вернулись в столовую. Миссис Экьют ползала по полу, отмывая наши следы.       – Из-за вашего керосинового фонаря тут еще и гарью теперь пахнет! –ворчала она. – Теперь еще и проветривать придется! Откройте окно!       Я направился к окну, но Мортимер опередил меня.       – Еще что-нибудь? – с виноватой улыбкой спросил он, приподнимая оконную раму.       – Да! Поставьте часы на место.       Мы повиновались. Спереди антиквариат, надо сказать, особо не пострадал, разве что стекло, оберегающее циферблат, разбилось.       – ТАК, А ЭТО ЧТО ЕЩЕ ТАКОЕ?! –дикобразиха указала на край стола. Часть скатерти в углу была покрыта черными пятнами.       – О, простите пожалуйста, –взмолился Роджер. – Это я руки вытер! Там в тайнике за часами очень грязные стены. Помыть их не помешало бы!       – КАК?!!! – глаза горничной запылали искрами. – ГРЯЗНЫЕ ЛАПЫ О БЕЛОСНЕЖНУЮ ТКАНЬ?!!! НЕСЛЫХАНО!!! Я велю миссис Фоксбрейн взять с вас штраф за такое. Уж извините, но это ни в какие-ворота!       Я покинул столовую, оставив этих двоих разбираться между собой. К моему удивлению, ко мне подошел гепард в пиджаке.       – Мсье Мактейлз, – серьезно сказал он мне. – Зверополис не сомневается в вашей преданности. Думаю нам может понадобиться ваша помощь! Я хочу собрать в гостиной всех, кто есть сейчас в отеле. Не могли бы вы привести сюда вдову покойного хозяина? Мне сказали вы можете влиять на неё.