Повесть о Страннице

Настал день долгожданного фестиваля. Город начали готовить к нему за неделю, и ни один из семи дней не был потрачен зря. На главной площади перед замком красовалась широкая сцена, а перед ней — ряды разноцветных шатров с гербами гильдий Элеса. Чаще всего попадались эмблемы с оружием на красном фоне и эмблемы с пегасом на голубом щите, впрочем «Ледяные воины» и «Небесные всадники» из года в год тщательно готовились к выставке мастеров, стремясь поддержать репутацию и удержать внимание местных жителей. Но шатры их меркли рядом с пурпурной, искрящейся на солнце палаткой алхимиков, которая хоть и была в два раза меньше, но привлекала к себе гостей фестиваля не менее успешно. С самого рассвета музыканты играли веселую музыку, под которую танцевали причудливые пары из оборотней разных мастей, волшебников, вампиров и других волшебных рас. Ведь каждый из них с самого начала мог выбрать, кем войти в Панагельм. На закате приступили к торжественной части — награждению гильдии за лучшее изобретение, и им стал очередной проект «Ледяных воинов» — шар из специального зачарованного стекла, который мог поймать и заключить любого стихиаля гораздо быстрее привычных элементалистам свитков. Гудение фанфар слышал весь Оклугейт, и многие разделяли общий триумф. Но не все — Питер сидел среди алхимиков, одетый в пурпурную мантию под стать палатке, и хмурился, глядя на один из образцов шара-капкана, которые «Ледяные воины» раздавали, не скупясь. Хлопок по плечу заставил его вздрогнуть. — Хэй, волчара! Долго ещё будешь пялиться в эту стекляшку? Эль течет рекой! Вокруг столько красоток танцует, а ты сидишь с миной, кислее чем зелье из тестовой пробирки! Огромный пухлый человек с густой длинной бородой присел рядом с Питером, лукаво ухмыляясь. Питер постарался выжать из себя улыбку, которой рыжего ничуть не впечатлил, и тут же тяжело вздохнул. Рыжий понимающе кивнул. — Ты ждал её? Для того чтобы рассказать о нашем открытии, или просто хотел её увидеть? — И то, и другое, Ричард. Но после потери крыльев она хочет научиться ходить по земле самостоятельно. — Ну так не береди и научись для начала ходить сам, если хочешь когда-нибудь стать для неё надёжной опорой. А ещё лучше, бери пример с меня! Откуда-то у толстяка появилось в каждой руке по пинте, одну из которых он настойчиво всучил Питеру, так что тому пришлось торопливо спрятать шар за пазуху и принять эль. Не успел Ричард произнести тост, как прозвучал насмешливый женский голос. — Похоже, я вовремя! А гостям эль раздают? — Тея! — Пит подскочил по направлению к ней, едва не обронив пинту. Его подруга стояла в чёрном плаще и улыбалась. Только губами, без привычного задорного блеска в карих глазах. — Смотрите-ка кто пожаловал, а! — громко рассмеялся Ричард, тоже поднявшись. — Разумеется гостям, особенно старым друзьям, алхимики всегда найдут выпивку! Хэй, Линда, налей ещё, да чтоб пены было поменьше! Проворная лисичка в пурпурном платье с меховым подбоем быстро сообразила ещё одну пинту и подала её Тее. — Так выпьем за дружбу! — громко провозгласил Ричард, на что все алхимики в палатке дружно выдали «Ура!» и все как один залпом осушили эль. Амальтея не собиралась отставать, но именно в этот момент её стихиаль аксолотль с радостным «Уи-и-и-и!» спрыгнул с её плеча, как с трамплина, и плюхнулся в кружку с элем. — Рассэл! Опять?! Аксолотль выпучил глаза на хозяйку с искренним непониманием и выпустил из ротика струйку эля. Алхимики все как один разразились громким хохотом. Пришлось эту кружку оставить маленькому несносному негоднику, а Тее налили другую кружку, которую она на всякий случай держала подальше от своего стихиаля. Звуки суетливого фестиваля растворились в уютной атмосфере дружеской беседы, и всё, что находилось за пределами пурпурного шатра, стало незначимым. Словно на короткое время возникло маленькое автономное королевство, где не было гильдий, не было своих и чужих. С момента, как пришла Тея, отзвучало тостов десять. Рассэл вдоволь нахлебался эля, наигрался с прочими стихиалями, которых выпускали погулять в пределах палатки и спрятался в письменах договора на руке хозяйки. Девушка чувствовала, что и завтра маленького водного компаньона на озорство не потянет. Одиннадцатый тост обязали выпить на посашок, и произнёс его опять Ричард: — За подругу гильдии алхимиков, которой мы всегда будем рады, как были рады когда-то моему другу Колину! И выпить Тее в этот раз пришлось до дна. С румяными щеками она покинула палатку, опасаясь возможности за одну ночь превратиться из элементалиста в алхимика, но, когда почувствовала, что её ведёт куда-то вправо, оказалась схвачена за локоть. Питер вышел вместе с ней и как раз вовремя, чтобы не дать упасть. — Никогда не видел тебя настолько пьяной, — заметил оборотень. — Всё когда-то случается, — усмехнулась девушка, ища глазами лавку. — Может, сразу телепортировать тебя домой? У меня как раз свиток припасен. — Ха! Узнаю школу Розы… — пролепетала девушка, чувствуя прилив тошноты. Питер не стал долго мешкать и достал свиток из сумки на поясе. Краткая вспышка — и они оказались в какой-то тесной коморке. Пустые серые стены, циклеванный паркет, обшарпанная старая тумбочка, гардероб со сломанной дверцей и скрипучая раскладушка с твердым, как камень, матрасом — вот и всё, что было здесь. — Погоди… мы куда-то не туда попали, — начал бормотать Пит, но Тея уже успела присесть, заставив пружины матраса жалобно скрипнуть. — Туда, туда, — тихо ответила она, заваливаясь на бок и зеленея. — Ведро есть? — опасливо спросил юноша, на что Тея пальцем указала на уборную. Она успела лишь раз медленно моргнуть — и ведро уже стояло перед ней, а Пит присел рядом на раскладушку, потому что больше сесть было некуда. — Я не понимаю… — сказал он, нахмурив брови и прижав уши. — Почему ты отказалась пойти в башню и отсиживаешься в таких условиях? — Просто нашла местечко подешевле, пока не закрыла долги гильдии. — Какие ещё долги?! — Колин оформлял кредит для изобретения Йозефа. Небольшой, но даже после продажи того немногого, что уцелело от гильдии, чуть-чуть закрыть не хватило. — Почему ты ни слова не сказала? — Потому что я осталась единственным «крылом». Так того требует закон Элеса, и как только долг будет погашен — я смогу снять гильдию с регистрации. Питер рывком встал с кровати и облокотился на оконную раму, смотря на белый снег за окном и стиснув зубы. Уши его были прижаты, хвост гулял туда-сюда. — Всё равно, ты мне ни слова не сказала! И ты осталась не одна — нас двое. Амальтея усмехнулась. — Ну, если так смотреть, то есть ещё Лири и Джиллес. — Нашла кого вспомнить! Они уже давно у «ледяных»! — «Давно» по-твоему? Они перевелись всего лишь за день до того, как… как… — она не смогла заставить себя договорить и, резко выдохнув, сменила окончание фразы, — да и ты очень быстро нашёл себе новую семью и новый дом. — Амальтея! — от возмущения Пит, не сдержавшись, оскалился и покраснел, но Тея лишь покачала головой. — Я тебя не виню, Пит. Просто ответила тебе, почему решила сама покончить с тем, что осталось от «крыльев». Это мой реквием. Питер снова отвернулся к окну и замолчал, глядя на медленно падающий снег так, будто ничего интереснее сейчас быть просто не могло. Молчание нарушила Тея, когда её лицо приобрело более-менее здоровый оттенок. — Так кто стал победителем ярмарки мастеров? — «Воины», — глухо ответил волчонок. — Кто бы сомневался, — усмехнулась она, — а с чем выступали? Питер подошёл к ней и протянул стеклянный шар. — Вот с этим. Тебе ничего не напоминает? Амальтея нахмурилась, внимательно рассматривая предмет, а потом резко села, отчего матрас под ней взвизгнул. Её карие глаза забегали, по черточкам рассматривая магический символ на шаре. — Это… это!.. — Да, — кивнул Питер, — тот же символ, который использовал Йозеф. Над которым они с Колином бились столько месяцев. — Но откуда?! Они не могли сами вдруг его придумать! — Конечно нет. Посмотри внимательно, чем эта формула отличается от той, которая была на нашем изобретении? — Вот здесь, — Тея ткнула ногтем в середину круга с символами, — не хватает черточки. — Или же там была царапина. Стремительный уход Джиллеса и Лири из гильдии теперь приобретало совершенно иной смысл. — Как давно ты это заметил? — тихо спросила она. Питер помедлил, затем, глубоко вздохнув, ответил: — За неделю до… ну, ты понимаешь. — Ты сказал об этом хоть кому-нибудь? Оборотень поджал губы и уши. Тея прикрикнула, не дождавшись ответа: — Сказал?! ­— Нет. Тогда я ещё не получил экспертизу Ричарда и не мог быть полностью уверен, а зря панику наводить не хотел. Глаза Теи перестали бегать. Напротив, она смотрела в одну точку невидящим взглядом, а лицо её исказилось от боли. Всё теперь для неё приобрело совершенно другой смысл: ярость электриса, погубившая «крылья», стремительный уход Джиллеса и Лири, знания Питера… Волчонок хотел погладить подругу по плечу, но услышал резкое «уходи» до того, как успел её коснуться. Чувство досады крепко ухватило его за горло, не позволив вымолвить ни слова, и он в тишине покинул коморку. Лишь только Питер закрыл за собой дверь, тяжёлую, вязкую тишину расколол звук бьющегося стекла.

***

— Пожалуйста, дайте отсрочку, и я оплачу с процентами! — Если бы я жалела всех, кто приходит ко мне с такими просьбами, думаешь, долго бы города в Элесе простояли? Плати за электроэнергию, или электричества в своей квартире тебе не видать! Уже полчаса Амальтея рядилась в администрации, держа дрожащей от озноба рукой квитанцию, срок которой истекал сегодня. Да, даже в этом мире приходится платить за все, что получаешь. Она задержала оплату в прошлом месяце, так как тарифы повысились, а выручка с выполнения заданий напротив, упала, потому что теперь у неё не было гильдии. Сейчас для Теи отключение от электричества означало катастрофу в полном смысле этого слова, ведь на ней работала отопительная система в той маленькой коморке. Все батареи подключены к сети, и если свет отключат, то не важно, где ты ночуешь — дома или на улице. Будет так же холодно, если не хуже. Амальтея не отступала, потому что некуда было отступать в этом споре. Вдруг она содрогнулась всем телом. Дыхание перехватило, а затем, раздирая грудь, вышел мокрый кашель. Когда приступ прошел, она взяла носовой платок и отошла, чтобы высморкаться, а когда вернулась, женщина, с которой до этого Тея всё время спорила, покачала головой: — До чего же доводит отсутствие огненного и ледяного контрактов! Милочка, в Элесе без них не выжить, ты в курсе? — Я в курсе, — ответила девушка хрипло. — Но мне уже ничто не поможет, если вы не дадите мне отсрочку хотя бы на день. — До закрытия ты сегодня можешь успеть оплатить счет. Никаких отсрочек. Нашла бы ты себе лучше гильдию — сама себе создаешь проблемы! Амальтея ушла ни с чем. Нужно было срочно где-то заработать, а пока в поисках светлых идей она могла направиться только в свою маленькую квартирку, которую купила не так давно в городке Клертон. Питеру она ничего не рассказывала. Тея простила его за молчание, которым он внёс свою лепту в гибель их семьи, но восстановить общение с ним в прежнем режиме пока не находила в себе силы. Они созванивались регулярно, он постоянно спрашивал её о делах, самочувствии, успехах и прочем, а Тея бессовестно ему врала, что у всё хорошо. Хотя в последнее время она не отвечала на видеозвонки — эти соловьиные глаза, красный нос и нездоровый румянец никого не обманут. Понадобилась бы тонна косметики, чтобы привести девушку в человеческий вид. Глупо? Возможно. Но не в её характере жаловаться. Амальтея подошла к тумбочке, слушая гулкое эхо собственных шагов, которое еще больше подчеркивало пустоту моей обители, выдвинула все ящики и разложила их на раскладушке, после чего стала разгребать всё, что там было. С прошлого заказа, когда надо было достать гривы пламенных пегасов и листья мандрагоры, оставалось несколько ингредиентов для создания Огненного камня — магического предмета, которым пользовались для усиления стихиалей игниса. Если успеть за час выставить его на рынке по сниженной стоимости, то как раз к концу дня успеется заплатить недостающую сумму за электричество. Так она и поступила и вскоре оказалась на рынке Мароса — торговой деревушки алхимиков и магов, где элементальные камни пользовались особым спросом. За время ожидания продажи, её внимание привлек один молодой человек. Он всячески подзывал к себе прохожих косноязычными кричалками, стремясь продать два зачарованных шара, которые были у него с собой. Один, со стихиалем терры, ему таки удалось продать какому-то прохожему новичку, которому нужна была помощь с квестом. А второй, со стихиалем игнис, кричи не кричи, так и остался никому не нужным. А ведь всё было бы по-другому, не задери он ценник выше башен замка Оклугейта. Тея занервничала, то и дело бросая взгляд на настенные часы. Если огненный камень не купят в течение часа, ей не успеть добежать в администрацию до закрытия, и прощай тепло! — Лот № 188 продан! Амальтея, подойдите за деньгами! — объявили в зале, и девушка метнулась к окну выдачи. Всё… осталось только оплатить счета и задолженности. Но тут… — Если никто не купит, я разобью его ко всем чертям!!! — вдруг услышала она гневный крик и увидела, как неуравновешенный глупец уже занес руку с шаром, чтобы швырнуть его на кафельный пол. Огонек отчаянно задрожал в стекле и сжался до маленькой точки, будто желая исчезнуть до того, как узнает боль и смерть… — Стой! — Амальтея не заметила, как оказалась рядом, и сама удивлялась тому, как крепко ухватила юношу за руку. — Если он тебе не нужен, отдай его мне. — Сколько дашь? — Тысячу, — сквозь зубы назвала она довольно приличную сумму. — Две. — Но это дорого! — Тогда я лучше его разобью! На глазах девушки навернулись слезы. Выбор очевиден: либо оплата света, либо спасение этого несчастного стихиаля, который виноват только в том, что его поймали. Амальтея сморгнула, чтобы не дать себе заплакать, и выдохнула: — По рукам! Торопиться уже не было смысла. Она безнадежно опоздала. Опустив низко голову, девушка шла по дороге, засыпаемой крупными хлопьями холодного снега. Её пробуждение произошло когда-то в начале зимы, когда было еще не так холодно, а теперь морозы пробирались через каждую щель под одежду, впиваясь клыками в кожу и заставляя тело дрожать. Руки потрескались и покраснели от холода, и всю дорогу, она сжимала в сумке стеклянный шар. Стоило ли оно того? Квартира встречала свою хозяйку безмолвием и прохладой, которой в скором времени суждено было обратиться в лютый холод. Амальтея легла на кровать в одежде, чтобы не замерзнуть, а сумку положила под голову — единственная подходящая альтернатива ещё не купленной подушке. — Апчхи! — Тея чихнула, дрогнув всем телом, отчего даже раскладушка затряслась. Вдруг она почувствовала приятное тепло под своей щекой. Причем оно понемногу растекалось по всему телу. Не понимая, что происходит, она приподнялась на локтях и заглянула в сумку. Там лоскутками теплого красного пламени мерцал волшебный шар. Амальтея вытащила его из сумки и сжала в обеих руках, тот запылал еще чуть сильнее. Она улыбнулась: — Ты… меня греешь? Стихиаль пока не мог ответить. Без помощи магов или заключения контракта покинуть ловушку было нельзя, а у Теи пока не было связи с элементом игнис, чтобы быстро решить этот вопрос. Но стихиаль, ещё только находясь в шаре, уже старался совершенно осознанно заботиться о ней. По щеке девушки потекла слеза, на этот раз от тёплого чувства, близкого к благодарности и надежде. Как ни странно, замерзая в пустой квартире на жесткой постели, без гроша и крошки хлеба в кармане, можно быть счастливым. Амальтея прижала шар с огоньком к сердцу и свернулась вокруг него калачиком. Она забылась глубоким сном, когда на руке вспыхнули новые письмена ярко-алого цвета, свидетельствовавшие о том, что огненная стихия стала её союзником. Это не разбудило Тею, но сквозь сон она почувствовала, как после этой перемены голову обняли чьи-то мягкие лапки.