Когда ненависть временно забыта

— Дяденька? — М? Поздний вечер, последние на сегодняшний день рейсы и последние пассажиры метрополитена - это было именно то, о чём задумался и за чем наблюдал Томас, ожидая подходящего поезда. Разве что до момента, пока к нему не обратился некто совершенно неожиданный: ребёнок, стоящий рядом в почти опустевшем метро и всем своим видом наводящий на мысли о том, что привычно-одиноко добраться до дома уже не выйдет. Как бы, надежда умирает последней, поэтому парень отчаянно обратился к беззаботно стоящим невдалеке людям, показывая на совершенно ничего не понимающего ребёнка и выискивая в небольшой толпе предполагаемую маму. — Хэй, тут кто-то потерял! — заметив, что у него не получилось добиться ничего, кроме лишнего внимания и непонимающих взглядов, чёрноглазый огорчённо выдохнул и присел перед русоволосым мальчишкой, сразу же увидев в нём что-то знакомое и мысленно самому себе ответив на несколько вопросов. — Имя? — Торд. Быстрый ответ удовлетворил Томаса, так как благодаря этому процесс знакомства будет не таким уж и долгим. — Ларссон? — парень явно удивил мальчишку своими "экстрасенсорными" способностями, что тоже было ему только на руку: дети доверяют волшебникам. — Торд Ларссон, — так же быстро ответил уже знакомый незнакомец и сразу же встал ровно. Так он кратко показал свою преданность дяде-волшебнику и тем самым вызвал на его лице небольшую улыбку. — «Вот хрень». Чёрноглазый мысленно оценил данную ситуацию: пятилетний Торд, каким-то образом оказавшийся в метро, в совершенно не том году, рядом с совершенно не тем человеком - это не очень. Благо, подобная хрень с Ларссоном происходила довольно часто для того, чтобы перестать такому удивляться. Взять к примеру его пьяную попытку «оживить» понравившуюся хентайную мангу: вырастить тентакли - не проблема; придумать обстоятельства, при которых они могут кого-то захомутать - да без "б". Милая 2д тян? А почему не Томас, которому к "милому" как на гору раком? Ларссону не хило так досталось от него, как и его растениям. А почему бы не сделать Тома фиолетовым монстром? — «Почему, блять, нет?», — после очередного Тордового эксперимента Томас был уже не против стать этим самым монстром и разорвать Ларссона на мелкие кусочки, а потом сожрать. Проблема была в том, что он совершенно не догадывался, как оно работает. Ну и фиг с этим, Торд ведь всё равно получил по заслугам. Тогда лишь Эдд был его спасением. Теперь Эдд будет Томовым спасением в плане «понянчить это маленькое чудовище». Не факт, что Мэтт не присоединится, но Гоулд был всё же ответственнее, поэтому подлежал как основа. Риджуэлл был полностью уверен в том, что сам он и часа не продержится наедине с ребёнком, поэтому спешил поскорее от него избавиться. Уж слишком часто косяки Ларссона отдавались именно на его времяпровождении, поэтому пусть помучится кто-либо другой. То, что Торд младший сейчас просто послушно сидел в вагоне рядом и терпеливо ждал прибытия к нужной станции, необычайно удивило Риджуэлла. Но искать подвоха он не стал, потому просто взял хороший пример, преспокойно закрыв свои глаза. Пять минут ему хватило для полного умиротворения и столько же времени понадобилось младшему для осуществления плана, который заключался в "пиратском" ограблении сплошного кармана синей толстовки. Достав в качестве добычи серую флягу, он умудрился открыть незамысловатую крышку и отпить достаточно для того, чтобы брызнуть гадкой и жгучей водой на чужие чёрные джинсы, услышать совершенно новое для себя ругательство и, запомнив его, громко и неосторожно повторить. — Нет, не запоминай такого! И отдай мне это, — поспешно отобрав своё драгоценное алкогольное сокровище, Риджуэлл бережно потряс флягу и, убедившись в том, что ущерба не так уж и много, закрутил её. — Так делать нельзя. Вообще нельзя трогать чужие вещи без разрешения, понял? — Понял. Как тебя зовут? — мальчик и не догадывался, что прозвучал довольно запоздало, но ответ всё же получил. — Том. — Том, ты глупый. — Чего? — Эта вода испортилась. Её нужно вылить! — Она не... — лишь заметив на себе недовольный взгляд мальчишки, он поднял бровь и тихо усмехнулся. — Ладно. — Глупый Том. Неожиданно-звонкий смех ребёнка заставил содрогнуться всех пассажиров в вагоне и кратко глянуть с сторону источника звука, что Томас, в это время пытающийся хоть как-то растереть влагу на своём колене, заметил не сразу. — Старый глупый Том, — уголки губ чёрноглазого несильно дёрнулись, стоило ему почти про себя повторить давно уже надоевшую фразу, так полюбившуюся Ларссоном. Не так уж и скоро, но Торд всё же узнал о вечернем времени суток, настигнувшем засыпающий город, отчего сразу же как-то рефлекторно склонил голову к рядом сидящему телу, вскоре случайно оказавшись головой на его коленях. Это вызвало небольшую бурю умилённых вздохов и оттого краткий вздрог со стороны парня, ещё не понявшего свою участь "старшего брата'. Стоило мальчишке отключиться и уже вникнуть во всю сладость детского сна, так тут же его нежное плечико начали неосторожно и неуверенно трясти, с попыткой разбудить. Когда дверь поезда открылась, чтобы выпустить или впустить в себя определённое количество людей, эти самые попытки уже можно было назвать напрасными, поэтому Риджуэлл поспешно подхватил небольшое тельце на руки, а когда холодные ладони легли на тёплую шею, тем самым обеспечив себя дополнительной поддержкой, поспешно вышел. Уже оказавшись на улице и посадив мальчика на пустой скамейке, Томас сунул мешающую флягу в карман джинсов и снял свою толстовку, после надев её на того, кто не был обеспечен достаточным количеством одежды на вечер и для кого чужая одежда была слишком большой, но довольно надёжной и согревающей. — Ты точно не помнишь, как оказался здесь? — Я потерялся. Меня мама потеряла. Мама часто меня теряет, — почти сквозь сон ответил маленький Ларссон и вновь доверчиво обвил чужую шею руками, которые были полностью закрыты синей тканью, если не больше. — Ясно, — теперь Риджуэлл целенаправленно спешил поскорее дойти до дома и не мучить ни себя, ни мальчишку ни холодом, ни усталостью. А дойти быстро и без лишних приключений у него получилось вполне. (Хотя бы потому, что тащить на руках спящего или просто не имеющего возможности передвигаться самостоятельно Ларссона ему доводилось часто). На удивление, входная дверь не была закрыта, поэтому он смог с явным облегчением оказаться внутри без жертв, вроде проснувшегося ребёнка. Тот так же сладко сопел в чужих руках и, казалось бы, оторвать его от уже порядком затёкшей шеи не было возможности. Алкоголик серьёзно намеревался всё же рискнуть как-нибудь аккуратно уложить это чудо в кровать и хотя бы не дышать на него пьяным, если уже не опьяняющим дыханием, но любой из его нескольких планов был провален, как только Гоулд завалился в коридор, с вопросами о Торде, который вроде как был дома, но как бы его нет. Он такой метушни и, благодаря прибежавшему вслед Мэтту, мальчик вздрогнул и без лишних усилий распахнул глаза, сначала испугавшись, но после просто спрятавшись в большом капюшоне, выражением своего лица так и намекая: "Дядьки, не шумите, потому что в будущем у меня не будет возможности наслаждаться таким долговременным сном, как сейчас", и они заткнулись. То ли от недоумения, то ли от грозного шика Томаса, принявшего за рефлекс оберегать сон Ларссонов. Дальше всё прошло с пониманием: Том, передавая свою живую находку в руки рыжему, объяснил, что никаких детей он не крадёт и этот мелкий на самом деле и является "пропавшим" Тордом, но, почему пятилетний и почему так спокойно пошёл с ним, он и не догадывается. — И что мы будем с ним делать? — этот вопрос на самом деле волновал Эдда, так как, не смотря на то, что он совсем не против детей и благодаря одному рыжему ребёнку в доме всё же знает элементарные методы воспитания и глядения за этими маленькими чертятами, двадцатилетний Торд был порядком привычнее, а таким резким изменениям радоваться никто и не думал. Вместо ответа Том побрёл в комнату того самого искателя приключений, надеясь найти там ответы хотя бы на несколько вопросов. Всё же он догадывался, что на вопрос "Какого хера" Торду придётся отвечать лично.

***

— Этот грёбаный мудак всё рассчитал, а предупредить нас даже не думал! — каждый недоброжелательный мат Томас как-то зажато мямлил, смотря на уже давно "выспавшегося" мальчишку, мягко сжимающего в руке его мишку и жадно поглощающего множество разнообразных конфет, смело и беспрекословно вытирая липкие пальцы о синий футер. — Чё он не спит? — Я не хочу, — помогая умиляющемуся Мэтту с ответом, паренёк сунул в рот очередной кусок шоколада с начинкой и осторожно отложил фантик в пока что небольшую кучку. — Слушай, а тебе не слипнется? — Нет. — Отлично. Эдд? — теперь Томас отполз в сторону кухни, чтобы смачно и смело высказаться насчёт обнаглевшего Ларссона. — Этот хрен даже записочку оставил. Ты только послушай: "Ушёл в прошлое. Вернусь до завтрашнего вечера, не скучайте". Ему не хватало оставить тут ёбаный след от помады, а то как по магазинам пошёл. Какого хрена ему сдалось в прошлом? Эдд, если он меня там хоть тронет, я его изнутри разорву! — Том, успокойся. Мало ли что, — Эдд наконец обернулся к Риджуэллу, глянув на него так, будто был удивлён тем, что тот подобному ещё как-то удивляется. — Потом всё узнаем, ладно? Заметив у того в руке кружку с тёплым молоком для ребёнка, которым все сейчас были увлечены, Томас как-то недовольно поморщился и отвёл пустой взгляд в сторону, смирённо вздохнув: всё же ему нравился Торд, не пытающийся всеми силами выбесить или вымучить его. Сейчас всё проходило в меру и сглаженно. — А если бы я оставил малого там? — Не оставил же.