Дисциплина

Исходящий от лампы в кабинете директора свет давил на глаза, заставляя их слезиться, и я чертыхнулась. Не хотелось вновь расплакаться. Я до сих пор ненавидела плакать. После случившего, после признания, после минувшей битвы между ощущением, что меня использовали, и чувствами…к нему, я, наконец-то, смогла вычеркнуть его имя из своей жизни. Полиция взялась за дело, директор поверил моему признанию, и теперь я в ожидании результатов действий полицейских. — Они не смогли его найти, — оповестил директор, и его слова были сродни пощечины. Я моргнула. — Ч-что? — всё, что я выдавила из себя. Лысеющий мужчина взглянул меня с сожалением. — Мне очень жаль. Они сделали всё, что было в их силах. Ты очень смелая, раз уж осмелилась рассказать правду. Я смогла лишь кивнуть. По соленому привкусу на губах, я осознала, что по щекам катятся слёзы: лицо онемело и ничего не ощущало. Прогуливаться по коридорам было сложнее, чем сидеть перед директором. Все вперились в меня взглядом, расступаясь. Заметив меня, окружающие начинали шептаться и тут же отводили глаза. Я вся покраснела и проклинала себя. Чужая рука упала на мое плечо, заставляя обернуться, и лицо тут же смягчилось, когда я увидела Эрена, окидывающего меня ободряющим взглядом. Невольно я упала в его объятия. Леви больше не было рядом, чтобы раздавать приказы. — Они не могут его найти, — пробормотала я в волосы парня, чувствуя, как его хватка становится сильнее. — Они найдут его, — шепнул Эрен, перебирая мои пряди. — Ты в безопасности. Спустя долгое время, я могу верить этому. В руках друга я чувствовала умиротворение, ощущение того, что груз упал с плеч, и теперь я получаю тепло. Я не обращала внимания на трель звонка, сильнее прижавшись к парню. — Я отвезу тебя домой, — решил Эрен, когда коридор опустел. — Я пропущу урок… — попыталась возразить я. — Думаю, они всё поймут, — Эрен слегка поморщился. — Не может быть, чтобы директор не посоветовал тебе вернуться домой. Машина Эрена имела вид автомобиля, повидавшего дороги. Я невольно вернулась в тот день, когда парень приобрел её, что случилось год назад. В нынешнем состоянии можно было подумать, что друг разъезжает на ней лет двадцать. — Да, эта развалюха еще в действии, — усмехнулся Эрен, положив ладонь на капот, и я практически улыбнулась. — Замечательно. Кусок ржавчины явно выглядит хуже, чем я в нынешнем состоянии, — ответила я, оттирая со щек туш. — Во-первых, это не кусок ржавчины. Во-вторых, ты выглядишь…замечательно. Поэтому не ной тут, поняла? — парень открыл передо мной дверцу, его ладонь задержалась на моей, пока я взбиралась внутрь, и я была не в силах сдержать улыбку, то и дело прикасаясь к уголку глаз. Даже когда всё скатилось к чертям, Эрен в состоянии поднять мне настроение. — Хах, — фыркнула я, подпрыгивая на сиденье. — Еще в действии, да? — Эрен, полностью довольный своей «лошадкой», широко улыбался. — Конечно. Я же за ней хорошо слежу, — произнеся фразу, друг взглянул на меня, и в его глазах читалась забота и грусть, ведь я была тем, за кем ему не удалось уследить. Прикусив губу, я отвернулась и уставилась в окно, пока Эрен выезжал со школьной парковки. Обычный разговор о развалюхе друга и вызванный этим смех — даже короткий — помогали мне забыть о боли в сердце. Наверное, это первый шаг, который требуется, чтобы переступить через произошедшее, чтобы забыть его. Где закончилась глава Леви Аккермана, там началась моя с Эреном. — Эй, Эрен, — разрушила тишину я, слегка повернув к парню голову, пока он сосредоточено смотрел на дорогу. — Да? — Помнишь домик на дереве, в котором мы играли в детстве? Кажется, он был в лесу сразу же за твоим двором. — Да, но я переехал… — И? Давай съездим. Очередная улыбка коснулась губ Эрена. — Я скучал по тебе, — сказал друг, заруливая на хорошо знакомую улицу. — Я тоже… Ты даже не представляешь, насколько, — выдохнула я, приоткрывая окно.

***

— Серьезно, я не думаю, что это хорошая… — Тсс! — я прислонила палец к губам парня, хихикнув, и оборвала его жалобы. Пробраться на чужой двор — определенно плохая затея. — Кто сейчас здесь живет? — шепотом спросила я, прокрадываясь на территорию. — Пожилая пара, наверное, — пожал плечами парень. — Отлично, значит, их дети уже взрослые. Он полностью наш. — У них могут быть внуки! — возразил Эрен, вынуждая меня вновь прикрикнуть. Мы перебрались через забор, но друг по неосторожности споткнулся об вазон. Не заставил себя ждать оглушительный лай, и глаза парня расширились, когда он заметил рычавшую на него маленькую собачку белой окраски. Я запаниковала, замерев: владельцы не могли проигнорировать учиненный балаган. — Дерьмо, уходим! — свистнула я и схватила друга за руку, убегая в сторону заднего двора, в направлении небольшого отверстия видневшегося на углу забора. Эрен пролез с трудом, но вот мы вдвоем скрываемся с места преступления, игнорируя крики пожилой пары, врезающиеся в спину. Оба грязные и запыхавшиеся после пробежки через чащу леса, мы не могли найти покоя, пока не убедились, что отдалились на безопасную дистанцию. Закинув голову, я тихо рассмеялась, и уловила заботливый взгляд Эрена на себе, пока он приводил дыхание в норму. — Что? — поинтересовалась я, прервав смех. — Ничего, — помотал головой парень. — Как скажешь, — ответила я, легко ударив друга по руке. — Нам уже семнадцать, не думаешь, что мы уже выросли для подобных проказ? — проговорил Эрен, откидывая мешающие волосы со лба. — Нет, просто ты недостаточно натренирован для веселья, — поддразнила друга я, на что он тут же отреагировал: — Эй! — Эрен старался сохранять образ парня, гордость которого задета, но напускная злоба сразу иссякла. — Идем? Добравшись до старого домика на дереве, я ощутила приток ностальгии. — Он всё еще здесь, — я вытянула шею, чтобы рассмотреть былое убежище. — Сомневаюсь, что это безопасно, — задумчиво вставил Эрен, потирая подбородок и тоже вглядываясь в сооружение, которое гнило от ветхости. Я закатила глаза и начала взбираться по лестнице. Лестницей это можно было назвать с натяжкой, ведь многие ступеньки отвалились, и теперь это скорее доски, прибитые к дереву. Я ступила на первую ступеньку, проверив её на прочность, прежде чем взбираться наверх, и сейчас это было намного легче, ведь ноги и руки стали длиннее. Старое убежище было путешествием в прошлое — всё стояло на оставленных местах: неработающий фонарик, одеяло, которое пришлось по вкусу мотылькам, и постеры с группами. Я вспомнила, как приходила сюда вместе с Эреном, Армином и Микасой: мы четверо делили пространство, играя в «правду или вызов», и даже со смешками заглядывали в страницы взрослого журнала, украденного из магазина. Больше всего потешался Эрен. Я помню, как плакала на его плече, после разбитого в седьмом классе сердца или несвязно бормотала про очередную ссору с родителями. — Поднимайся! — позвала я друга, слыша, как тот ворчит, взбираясь наверх. — Надо же: тут всё, как прежде! — воскликнул Эрен, просунув взъерошенную макушку внутрь и разглядывая убежище. Я буквально чувствовала, что он тоже окунулся в воспоминания. Забравшись внутрь, друг подсел ко мне, с интересом поглядывая на плакаты и стряхивая в сторону конфетные обертки. — Есть еще порох в пороховницах? — Эрен кивнул в сторону плаката, на котором были изображены The Clash[1]. — Помнишь, как мы слушали Arctic Monkeys и ели попкорн со вкусом карамели? — воскликнула я, и парень согласно кивнул. — Мы тогда устроили настоящее караоке, к нам присоединился Армин… Но Микаса отказалась! — Пока не попробовала пиво, которое мы позаимствовали у твоего отца, — я рассмеялась, вспомнив нашу первую выпивку. — Ха! Армин сделал буквально глоток, а вот Микаса не знала меры. Можешь себе представить? Наверное, всё дело в её желании никому не проиграть. — Да, она действительно хотела доказать, что перепьет всех нас… а оказалось, что она ужасная певица. Эрен не мог унять смех, и его настроению поддавалась я, чувствуя, как улыбка расплывается на лице. — Боже, надо бы повторить. Вот это было время. Это место, как наш маленький мир. — Эй, знаешь что? Думаю, у меня сохранилось пара песен на телефоне, — сказала я, доставая его из кармана. — Похоже, больше нет необходимости в использовании того куска пластмассы, который ты называла Айподом, — отметил Эрен, во взгляде которого зажегся знакомый огонек. Водя пальцем по монитору в поисках композиции, я, наконец, остановила свой выбор на песне «Stop The World I Wanna Get Off With You»[2] и взглянула на прояснившееся с первых нот лицо друга. — …За исключением тебя, я ненавижу всех в этой комнате, — пробормотал парень в унисон словам песни, остановив глаза на моем лице. Я осознала, что не могу отвести взгляд от него, — песня, Эрен, домик на дереве, — как будто перенеслась во времени, вернулась в среднюю школу, когда всё воспринималось проще. Чем дольше смотрела на друга, тем яснее ощущала разливающееся в животе тепло. Я наблюдала, как парень медленно приближается к моему лицу, пока его губы мягко и невесомо не прикоснулись к моим, что это прикосновение сложно было назвать поцелуем, ведь друг быстро отстранился. Я схватила пытавшегося отодвинуться Эрена за ладонь, и он проследил за моими действиями, прежде чем наши пальцы переплелись. Мы слушали любимые песни нашего прошлого, облокотившись об стену и не отпуская ладони друг друга. Я растворилась в этом моменте, закрыв глаза. Большего мне не требовалось. Давний товарищ и вкус беззаботной молодости. Пусть поимка Леви принесла бы мне окончательный покой, но сейчас витающая в домике атмосфере уносила воспоминания о нем далеко-далеко, и веселье, разделенное с Эреном, заставляло почувствовать себя в безопасности. Провести время с другом — было самым верным решением спустя череду совершенных ошибок. Спустя длительное время, я раскрыла глаза и словила на себе внимательный взгляд Эрена, переполненного восхищением. Я слабо улыбнулась и ответила на его взгляд. — Что на этот раз, Эрен? — Ничего. Просто ты до сих пор остаешься самым прекрасным, что я когда-либо видел. [1] — https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/originals/4e/f0/0f/4ef00fe996e925c520696708ff3ddae9.jpg [2] — ссылка на песню https://www.youtube.com/watch?v=3PyoxMSEHYI