Роза Северуса. Год первый.

Северус Снейп был идиотом. Осознание этого пришло к нему ещё вчера, когда, заглянув в календарь, он обнаружил, что первый Квиддичный матч назначен на первую пятницу ноября. "Она под домашним арестом до конца недели." Северус ждал этого даже больше, чем сама Элизабет, но он не мог позволить ей играть. Просто не мог. Она ослушалась его, подвергла свою жизнь опасности и нарушила чуть ли не с десяток школьных правил. Мне таких поблажек не делал никто В голове Северуса вдруг всплыли воспоминания о том, как на шестом курсе Альбус на месяц наказал его за путешествие в подземный лаз под Гремучей ивой. Северус в то время ничего не знал о состоянии Люпина, а все попытки выведать это у Поттера ничем хорошим не заканчивались. Единственной возможностью выведать хоть что-то оставался Петтигрю, Снейпу не составило труда надавить на него, и тот выложил абсолютно всё. Северус тогда целую неделю просидел над книгами в поисках зелья, которое могло бы помочь Ремусу. Сейчас Зельевару как никогда хотелось попросить совета у Дамблдора, но гордость, про которую ему всегда твердил Люпин, не давала ему так поступить. Смущало то, что Элизабет не просила позволить ей играть, более того, она не задала отцу вообще не единого вопроса об этом. Северус понимал, что ведёт себя слишком мягко. Надо поговорить с Минервой — Мишки гамми, — произнёс он, закатывая глаза. — Северус? — Альбус высунул голову из дверного проёма, услышав шум в своём кабинете. — Всё в порядке? Снейп про себя отметил, что видимо, стоит навещать родителей немного чаще. — Всё отлично, мне нужно поговорить с мамой. — Тогда заходи, — Дамблдор отодвинул портер, охранявший его покои, и жестом пригласил сына войти. — Что стряслось? Северус тяжело опустился на стул в гостиной. — Альбус? Кто-то пришёл? — из спальни раздался голос Минервы. — Это Северус, — крикнул Дамблдор в ответ. — У тебя всё хорошо? — Да, мам, — он снова закатил глаза. Минерва вошла в комнату и села рядом с сыном, разглаживая мантию: — Альбус, присядь. — У меня такое чувство, будто я совершаю ошибку, — Северус с трудом выдавил из себя эти слова и в ответ получил именно ту реакцию, которой он так боялся. — Поэтому ты пришёл к нам? — Минерва положила руку ему на плечо, тепло улыбнувшись. — И что же? — Альбус не был так польщён, это был совсем не первый раз, когда сын приходил к нему с такими словами. — После того случая с троллем, — он глубоко вздохнул, — я на неделю посадил Элизабет под домашний арест. — И правильно поступил, — сурово заметила Макгонагалл, — она не должна была подвергать себя такой опасности и меня не волнует, что это было проявлением её гриффиндорской храбрости. — Ты хотела дать ей за это пять очков, — раздражённо бросил Северус, — но дело не в том. В пятницу у неё первый Квиддичный матч. — И? — Минерва прищурилась. — Я не хочу, чтобы она пропускала его. — Это не было бы наказанием, если бы ей не пришлось что-то пропускать, Северус, — твёрдо высказалась Макгонагалл. Где-то я это уже слышал — Это нелегко, Сев, но она ослушалась тебя и виновата в этом сама. Честно говоря, если бы ты не был её отцом, я бы вообще отстранила её на этот год. — Ты бы ни за что не лишила свою команду Ловца, мама. Ты скорее дала бы ей медаль.

***

Был вечер пятницы, Северус тихо постучался в спальню Элизабет. Девочка с грустным видом сидела на кровати, свесив ноги и держа в руке учебник по Истории Магии. — История Магии? — он опустился на край кровати. — У меня появились дела, Элизабет, я вернусь через пару часов. Может, ты чего-нибудь хочешь? Не поднимая взгляда, она покачала головой: — Нет, сэр, я дочитаю и пойду спать. — Ладно, — он нежно поцеловал дочь в лоб. Северус уже собирался было закрыть за собой дверь, как вдруг Элизабет окликнула его. — Папа! — Что такое? — он настороженно развернулся к ней. — Что с твоей ногой? Ты был у Мадам Помфри? Северус в ответ лишь покачал головой: — Укусы магических существ очень тяжело вылечить, они должны пройти сами по себе. Элизабет проводила отца взглядом, а затем устало свернулась калачиком на кровати. Она была разочарована, опустошена тем, что пропустила свой первый матч, подвела команду, но она всё равно понимала, что не стоит спрашивать у Северуса, позволит ли он её играть. Элизабет старалась просто пережить эту неделю, надеясь, что на этом всё и закончится. Однажды Дурсли наказывали её на месяц шесть раз подряд, каждый раз, когда срок исходил, они просто находили новую причину не кормить Элизабет или находили ей очередную работу по дому. Она уже отложила учебник и переоделась в пижаму, как вдруг раздался стук в дверь. Распахнув её, она оказалась лицом к лицу с профессором по Защите от Тёмных Искусств. — Профессор Квирелл? — Элизабет не могла и предположить, что привело его к ней в такое время. — Ваш о-о-отец сказал, что в-вы заинтересованы в д-д-дополнительных за-за-занятиях по моему п-п-предмету, М-м-мисс Эванс. Элизабет вопросительно уставилась на профессора. Её отец всегда говорил, что ученики должны полностью концентрироваться на уроке, и тогда им не понадобятся никакие дополнительные. — Нет, спасибо, сэр, — девочка попыталась закрыть дверь, но Квирелл не дал её этого сделать. — Эт-т-то не очень ве-ве-вежливо с вашей с-с-стороны, Эванс, — мужчина протиснулся в комнату, прижав девочку к стене. Элизабет почувствовала, как шрам отозвался острой болью, как иногда бывало в классе. Но сейчас боль стала настолько сильной, что Рози, не выдержав, закрыла глаза. — Твой отец хотел, чтобы ты пошла со мной, — из-за боли Элизабет даже не заметила, как профессор перестал заикаться. — Нет, сэр, — она попыталась выбежать из комнаты, но споткнулась об порог. — Что здесь происходит? -— сквозь затуманенное болью сознание до неё донёсся голос Северуса, Элизабет почувствовала, как он взял её за руку, помогая встать. — Квирелл?! Что вы здесь делаете? — Я п-п-пришёл поговорить о-о-об оценках в-в-вашей до-до-дочери, — ответил Квирелл, — её у-у-успеваемость оставляет же-же-желать лучшего. Северус нисколько ни поверил сказанному. — Спасибо, Квирелл, а теперь оставьте нас. Снейп отвёл Элизабет обратно в спальню. — Как ты узнал, что что-то случилось? — спросила она, поглаживая рукой всё ещё горящий болью шрам. — Дверь зачарована, я всегда узнаю, если она открывается. Я подумал, ты отправилась на игру. — Я ведь наказана, папа. — Знаю, я просто параноик. Хотя, сейчас это было очень кстати, — он прищурился, серьёзно посмотрев на дочь. — Что-то не так? — Мой шрам... он иногда болит. — Что значит иногда? — он обеспокоенно взял Элизабет за руку. — Может пару раз в неделю. Северус вынул из ящика какую-то мазь, пахнувшую травами, и аккуратно провёл по шраму. — Болит? — Скорее горит, — девочка расслабилась, когда боль стала отступать. — Элизабет, я хочу, чтобы ты рассказала, что именно сейчас произошло. Снейп внимательно слушал рассказ дочери, время от времени проводя рукой по её шикарным волосам. Когда она, наконец, закончила, он гневно стиснул зубы: — Больше не открывай никому дверь, если меня нет, — проговорил он. — Прости. — Я не злюсь, Элизабет, — заверил он, заботливо укрывая её пледом. — Спи, я буду рядом. Северус нежно проводил рукой по её спине, пока не услышал тихого сопения. Придвинув кресло ближе к кровати, он устроился поудобнее. Квирелл ещё пожалеет об этом

***

Северуса Снейпа едва ли можно было назвать терпеливым человеком. Время от времени он должным терпением относился к дочери, но вот к Квиринусу Квиреллу он не испытывал ничего подобного. Прошлой ночью Северус и глаз не сомкнул, отчасти потому что в кресле засыпать не совсем комфортно, а отчасти потому что Элизабет дважды за ночь просыпалась от кошмаров. В последнее время ей часто стали снится плохие сны, и Снейп совсем не знал, что с этим делать. Проводив дочь до Большого Зала, он уверенно зашагал по коридору в сторону кабинета Квирелла. — П-п-профессор Снейп, очень п-приятно... — Оставь эти любезности для кого-нибудь другого и слушай меня внимательно, — Снейп достал из кармана мантии палочку, — мне наплевать, в какие игры ты играешь, но если не оставишь в покое мою дочь, разговаривать будем по-другому. — Северус, я всего лишь... — Меня это не волнует. Определись, наконец, кому ты верно служишь, Квирелл. Тёмный Лорд мёртв. Я не знаю, что ты хочешь сделать с Камнем, и какого Мерлина ты пришёл вчера к Элизабет, но советую тебе быть осторожным. Развернувшись на каблуках, он направился к выходу.

***

Рон сделал глоток тыквенного сока: — Может Лисси? Как думаешь? — Во-первых, — Элизабет загнула палец, — не Лисси. Рон всё ещё пытался подобрать прозвище для подруги, но та отклоняла другие варианты. Ему казалось, что "Элизабет" — слишком длинное имя, нужно что-то попроще. Однако самой Элизабет не нравилось даже простое "Бетти." — Я же говорила, — фыркнула Гермиона, — если ей не понравилось "Лиззи", она вряд ли согласится на "Лисси". — Ты что-то хотел сказать, Рон? — Мы разговаривали вчера вечером... Я и Гермиона, — он покусывал губы от напряжения, — ты не думала, что твой отец хочет... не знаю... заполучить то, что охраняет Пушок. Элизабет нахмурилась: — Он ведь профессор. Если бы он хотел этого, то спросил бы профессора Дамблдора. — Когда ты уже перестанешь так его называть? — Как? — Ты ведь иногда называешь Макгонагалл бабушкой, но когда мы недавно столкнулись в коридоре, ты назвала его "директор". — Потому что он и есть директор. — Разумеется, — за их спиной раздался низкий голос Дамблдора, — Элизабет, я хотел бы поговорить с тобой в своём кабинете после завтрака. — У меня Трансфигурация, профессор, — беспокойно ответила девочка. — Я оповещу профессора Макгонагалл. Полагаю, Мисс, пароль вам известен.

***

— Лимонная меренга, — поднявшись в кабинет директора, Элизабет увидела его сидящим за своим столом. В углу комнаты стоял её отец. — Присаживайся, Элизабет, — Альбус жестом указал на стул напротив. — Лимонную дольку? — Нет, спасибо, сэр. — Твой отец тоже всегда отказывается, — спокойно заметил он. — У меня проблемы? — Ты уже сделала что-то, о чём я не знаю? — Северус вдруг встревожился. — Нет. — Хорошо, тогда, думаю, проблем у тебя нет. — Элизабет, — Дамблдор, наклонившись, устремил на неё полный серьёзности взгляд, — профессор Квирелл угрожал тебе? — Не совсем так, я имею в виду, прямо он ничего угрожающего не говорил... — Но ты была напугана. — Да, сэр, он уговаривал меня пойти с ним. Он сказал, что папа хотел, чтобы я ходила на дополнительные занятия. — И ты не поверила ему? Элизабет отрицательно покачала головой: — Папа ненавидит такие занятия, он считает их глупыми. — Я не совсем уверен, что использовал именно такие слова, — фыркнул Северус. — Однако это утверждение верное. Альбус откинулся на спинку стула. — Надо ждать, Северус. — ОН пытался напасть на неё! Я не хочу, чтобы она ещё хоть раз появилась в его классе. Элизабет обеспокоенно переводила взгляд то на директора, то на Северуса. — Но ты ведь говорил, что Защита от Тёмных Искусств — это очень важно, особенно для меня... — Это важно. Но учить тебя буду я сам, — он свирепо глянул на отца в ожидании ответа, но, не получив его, продолжил, — я отведу тебя на Трансфигурацию, Элизабет.

***

Элизабет казалось, что роль преподавателя Защиты шла Северусу даже больше, чем Мастера Зелий. Он заставлял дочь тренироваться до тех пор, пока она не начала чувствовать, что у неё словно руки отваливаются. Заканчивалась уже вторая неделя декабря, Минерва во время завтрака спрашивала, кто из студентов намерен остаться в школе на Рождественские праздники. — Я остаюсь, — сказал Рон, рот его был набит вафлями, — родители собираются навестить Чарли, так что мы остаёмся здесь. — Я поеду домой, — ответила Гермиона, потягивая свой тыквенный сок. — А я... — Элизабет растерянно смотрела на бабушку. — Я не знаю, папа ничего не сказал. — Он часто остаётся в замке, но ты можешь спросить его. Потом сообщи мне, или я могу сама поговорить с ним, — сказала она, водя пером по своему пергаменту. — Не надо, я спрошу. У меня Защита утром.

***

Инцидент с Квиреллом потряс Северуса до глубины души. Она должна уметь защитить себя. — Папа? — Expelliarmus! — он обезоружил её. — Да? — ПАПА! — Ты всегда должна быть готова. — Хорошо... — в её тоне чувствовался сарказм, совсем как у отца, Элизабет скрестила руки на груди, — бабушка сегодня спрашивала о том, кто останется в Хогвартсе на каникулы. Она подняла с пола свою палочку. — Она сказала, что ты обычно остаёшься здесь. — Да, слежу за студентами вместо твоих безответственных бабушки и дедушки, — он криво усмехнулся. — Хорошо, — она поправило мантию. — Папа? — Да? — Expelliarmus! — палочка Снейпа почти вылетела из его руки, заставив Элизабет улыбнуться. — Совсем не плохо, мой маленький львёнок, — признал он, — но не прищуривай глаза перед заклинанием, это мешает тебе. — Я концентрируюсь. — Концентрируешься или просто щуришься? — он взял со своего стола книгу. — Прочитай это. Снова прищурившись, Элизабет прочитала название, но не смогла разглядеть имя автора. — Нам срочно нужно к Помфри. — Папа, с моими глазами всё нормально. — Всё определённо не "нормально". Пойдём. Уже через час Элизабет Эванс стала обладательницей новой пары очков. — Всё такое чёткое! — взволнованно говорила она. Северуса вдруг осенило, она остановился посреди коридора, наклонившись к дочери. — Элизабет, поэтому у тебя были проблемы с Зельями? Ты не видела доску? Почему ты не рассказала мне? — У меня были очки, — смущённо ответила она, — я думала, что и так вижу хорошо. — То, что было у тебя раньше мне трудно назвать очками, — он положил руку ей на плечо, — Петунья наверняка купила их в каком-нибудь магазине "Всё за доллар", всегда говори мне, если с очками что-то не так. Думаю, тебе понадобятся новые примерно через год. — Папа? — Да? — Если мы остаёмся здесь на каникулы, могу я попросить тебя кое о чём? — Ты будешь в своей комнате, но если захочешь, можешь звать Уизли на чай. — Спасибо, но я не про это. — То есть, твоего парня это не касается? — ПАПА! Северус ухмыльнулся, жестом позволив ей продолжить. — Давай обойдёмся без Защиты от Тёмных Искусств! Пожалуйста! Он устало закатил глаза: — Только в честь Рождества. Но не надейся, что я скажу то же самое летом. — Спасибо, папа, — она обняла его за талию, прижимаясь к отцу всем телом. — Всегда пожалуйста, — тихо ответил Северус, зная, что на следующих каникулах ей придётся учить в два раза больше.