Роза Северуса. Год первый.

Пару дней спустя, Северус, устав постоянно трансфигурировать Люнуса, перенёс заклинание на изумрудный браслет, принадлежавший когда-то Эйлин Принц. Он аккуратно застегнул его на запястье дочери. — А что, если он просто упадёт? — нервно спросила Элизабет. — Тогда ты придёшь ко мне, и я наложу заклинание на что-нибудь другое. — Но он такой красивый… Я не хочу потерять его. Северус вздохнул. Разумеется. Браслет важнее боли, разрывающей её голову. — Не беспокойся. Не потеряешь. Закончив, Снейп разрешил ей отправиться в Башню Гриффиндора. — Я не могу остаться здесь, чтобы увидеть Ремуса? — Мы обсуждаем важные вещи, Элизабет, это не для детских ушей. Ремус останется на ужин, тогда и встретитесь. — Я не ребёнок! — девочка нахмурилась. Они собирались говорить о ней. Несправедливо, что она не может быть с ними. — Нет, но сейчас ты хнычешь словно младенец, — рявкнул Снейп, — у тебя урок через десять минут. — Я имею право знать, что вы говорите обо мне! — Никакого отношения ты к этому не имеешь. Делай что тебе говорят, быстро на урок. — Какой бред… — пробормотала Элизабет, отворачиваясь. Северус схватил дочь за плечо, разворачивая к себе: — Что? — Ничего, — снова промямлила она. — Так я и думал, — Северус наклонился ближе, — иди. Сейчас же. От его взгляда у Элизабет застыла кровь в жилах и, потеряв всякую смелость, она постаралась как можно быстрее выскочить за дверь.

***

— Элизабет! — Рон, оставив позади Гермиону, нёсся её навстречу. — Ты сделала эссе по Трансфигурации? Она застыла, словно не увидев его, тогда он ткнул её в плечо. — А? — Эссе. По Трансфигурации. Ты его сделала? Элизабет растерянно хлопала ресницами: — А… Да. — Вот видишь, — надменно проговорила Гермиона, — я же говорила, что она сделает его. — Уверен, это только из-за Макгонагалл, — фыркнул он. Всю дорогу до класса Элизабет нервно теребила браслет на своём запястье.

***

— Почему она начала чувствовать боль сейчас? — озадачился Ремус, сидевший в кресле напротив Северуса. — Если Он возвращается, то почему Элизабет не чувствовала ничего раньше? А если ты прав насчёт Квирелла, то он должен был пытаться вернуть Сам-Знаешь-Кого ещё с осени. Северус состроил гримасу: — Надеюсь, я не прав насчёт Квирелла. Надеюсь, я ошибаюсь насчёт возвращения Тёмного Лорда. Разумеется, я никогда и не думал, что он мёртв, и, следовательно, Элизабет могла чувствовать что-то и раньше… Чёрт, я не знаю. — Возможно он зол, — Люпин задумался. — Квирелл пытался добраться до твоей дочери, он покушался на её жизнь. Может быть, тот факт, что ему помешали, разозлил Его? — В этом нет смысла, — Снейп покачал головой. — Он словно мучает её на расстоянии, — Северус посмотрел на друга. — Элизабет обижена на меня. Думает, мы что-то скрываем. — Но так и есть, — он пожал плечами, — она может злится сколько угодно. Ты думаешь, ей действительно снятся кошмары? Ты знаешь, что Тёмный Лорд может сотворить с разумом лучше, чем кто-либо. — Знаю, — тихо отвечал ему Северус. — И не собираюсь говорить об этом ей. В любом случае, в один прекрасный день эта информация навредит ей. Хотя ты не представляешь насколько тяжело что-то скрывать от Элизабет. Она самый противный и надоедливый ребёнок, которого я знаю. — Просто она папина дочка, — с улыбкой заметил Ремус. — Я никогда не был таким, — запротестовал Снейп. — Ага, — он ухмыльнулся. — Так это не ты искал в Запретном Лесу единорогов на четвёртом курсе? — Это другое. — Ой, правда? А тебе ведь было так же интересно. И ты подверг себя опасности. — И получил наказание за это. — Это да. Но, думаю, Элизабет было бы интересно узнать, что её отец, весь из себя правильный, когда-то имел обыкновение получать по заднице чуть ли не каждый день. — Люпин, — Снейп прищурился, глядя на усмешку друга. — Я владею Тёмными Искусствами, не забывай. Ещё слово, и обещаю, твоё тело никогда не найдут. Тот в ответ лишь рассмеялся, затем добавив: — У тебя есть Аконит? Северус встал со стула, направляясь в лабораторию. — И всё же ты этого не заслужил, — пробормотал он себе под нос.

Кабанья голова. 1981 год…

Аберфорт Дамблдор протирал бокалы самой грязной тряпкой, которую только можно было найти. Услышав звонок, он поднял взгляд на вошедшего мужчину. — Ты немного не в своей тарелке, не так ли, Альбус? — Я просто пришёл выпить, — разочарованно выдохнул он. — Северус места себе не находит, он узнал о свадьбе Лили. — Нужно время. Я слышал, у этой Лили есть ребёнок, предполагаю, он от Поттера? — Возможно. Альбус поразился тому, насколько хорошо ему удалось сохранить всё в тайне. За исключением Ремуса, Сириуса и Минервы на свадьбе его сына никто не присутствовал. Аберфорт, тем временем, наслаждался болью брата. «Карма, — думал тот. — За Ариану». — Он так уязвим, — продолжал Альбус. — я не переживу, если он вновь примкнёт к своим старым друзьям. Люциус Малфой уже втянулся в эту войну, и воюет он совсем не на той стороне. Волшебник отхлебнул огневиски. — Малфой приходит сюда постоянно, — ответил Аберфорт, уже обдумывая свой план. Если это действительно разобьёт его сердце… Значит, встреча его дорогого Северуса с Малфоем должна состояться наверняка. Наблюдая за тем, как эта гнусная мысль пустила корни в сознании его брата, Альбус попытался сдержать улыбку. Девять лет он «лепил» из Северуса то, что ему было нужно, поощряя неуверенность молодого человека в себе и его бунтарский характер. Оставался последний кусочек пазла… Дамблдор несомненно обзаведётся шпионом…

***

Дракон вылупился ещё в конце апреля, но увидеть его Элизабет, Рон и Гермиона смогли лишь в начале мая. — Норвежский горбатый! — воскликнул Рональд. — Ты уже дал ему имя? — спросила Элизабет, пытаясь накормить крылатое создание. — Норберт, — гордо ответил ей Хагрид. — Он умный малый, правда, Норберт? — он потрепал дракона по голове. Разозлённый Норберт плюнул в Гермиону адски горячим пламенем, но она вовремя смогла увернуться. — Хагрид! — Элизабет оттащила подругу дальше от стола. — Он опасен! — Не выдумывайте. Он просто играет, — Хагрид выглядел оскорблённым. Чересчур энергичный дракон уже через секунду, развернувшись, вонзил зубы в руку Рона. Послышался крик, Уизли весь побледнел.

***

Северус медленно закрыл дверь кабинета. — Элизабет, — строго начал он. — Мы оба знаем, что мистера Уизли укусила не собака. — Но ведь он сам так сказал. — Я знаю. А ещё я знаю, что ты всеми силами избегаешь лгать мне, и я бы даже похлопал, если бы ты не делала это так плохо, — он скрестил руки на груди. — Теперь же я уверен, что рука мистера Уизли распухла до размера Квоффла от укуса. Но мне необходимо знать, кто его укусил. Папа… — У Хагрида есть… — едва слышно пробормотала девочка. — Прошу прощения? Не расслышал последнего слова. — Дракон, — потупив взгляд, произнесла Элизабет. Снейп многозначительно кивнул, поджав губы: — Так я и знал. Глупые дети, о чём вы думали? — он подошёл к камину. — Подожди меня в своей комнате, нужно разобраться с твоим парнем. — Но папа! Ухмыльнувшись, Северус бросил порох в огонь и шагнул внутрь. Пройдя в комнату, Элизабет, сама того не заметив, взялась за учебники, её отец обычно становился от этого чуть более спокойным. Вдруг раздался стук в дверь. Кто это может быть? Повернув ключ, она оказалась лицом к лицу с Фредом Уизли. — Хэй, а где Джордж? — С Роном. Что-то случилось? — У Хагрида есть дракон, — девочка тяжело вздохнула. — ЧТО? Она засомневалась, видела ли когда-нибудь Фреда без привычной ему улыбки. — ТЫ С УМА СОШЛА? Ты же видела Чарли! Думаешь, эти шрамы появились у него сами по себе?! — Но он ещё совсем крохотный, будто ящерка… — Огнедышащая, агрессивная и непредсказуемая ящерка, — он растерянно покачал головой. — Я убью Рона. — Ты просто злишься, что мы не звали тебя с собой, вот и всё, — Элизабет попыталась разрядить обстановку, думая лишь о том, как сильно взгляд Фреда сейчас напоминал ей Северуса. — Ты знаешь, что дело не в этом! Да, мы с Джорджем постоянно валяем дурака, но ни один из нас никогда не сделал бы ничего, что могло бы привести нас в Больничное Крыло. Снейп молча стоял в тени и испытывал довольно странные ощущения, наблюдая за тем, как самый беспечный по его мнению человек отчитывал его дочь. Неожиданно, мистер Уизли, неожиданно… А Фред всё продолжал говорить о том, насколько безрассудно поступила Элизабет. — Согласен с вами, мистер Уизли. Но полагаю, сейчас вам гораздо важнее найти брата. — Да, сэр, — бросив ещё один свирепый взгляд на свою подругу, он исчез за углом. — Помнится, я говорил тебе не открывать дверь, если меня нет, — медленно и словно с угрозой произнёс он. — Рон поправится? — Спросила Элизабет, всеми силами стараясь увести разговор в другую сторону. — Через пару дней, — отрезал Снейп, — сядь. Она послушалась, всё так же не смея посмотреть отцу в глаза. — Скажи мне, мой глупый ребёнок, ты знала, что там есть дракон, прежде чем пойти туда сегодня? — Да, сэр. Но я не знала, что они могут быть такими опасными! Хагрид говорил, они милые… — Милые?! Огнедышащие драконы? — Северус выглядел разъярённым. — Ты хоть иногда головой думаешь? Девочка всё так же не отрывала взгляд от пола: — Папа, мне очень жаль, — глаза её наполнились слезами. — Не сомневаюсь, — отрезал Снейп. — Если бы он укусил тебя, а не Уизли, ты пожалела бы ещё больше. Северус присел рядом с дочерью. — Боже мой, Элизабет. Неужели ни из одной магловской книги ты не узнала о том, как опасны драконы? — он взял её за плечи. — Я не знала, что он может укусить. — Как ты обращалась с ним? — Я только покормила его, — испуганно ответила девочка. — Норберт не причинил мне вреда, честно! — Даже спрашивать не буду, как Хагрид додумался назвать огнедышащее чудовище Норбертом, — угрюмо произнёс Зельевар. — В целом, это уже не важно. Чарли Уизли любезно согласился забрать это создание подальше отсюда. — Хагрид ведь расстроится, — Элизабет подняла голову. — Вам следует переживать о том, что я расстроен, юная леди, — он обратил на дочь взгляд своих пронзительных глаз. — Элизабет Роуз, если бы ты спросила: «Папа, можно мне пойти поиграть с огнедышащей тварью?», чтобы я ответил? Ответа, разумеется, не последовало. — Ты снова подвергла себя опасности, и на этот раз это могло стоить жизни твоему другу, — Северус со строгим видом скрестил руки на груди. — Тебе нельзя ввязываться в подобное, ты ведь прекрасно это понимаешь. — Да, сэр, — на секунду посмотрев отцу в глаза, она снова в панике отвела взгляд. — И если бы тот дракон укусил тебя, — так же строго продолжал он. — Пришлось бы открывать целое новое отделение Больничного Крыла. Но даже так я не уверен, что оно вместило бы всех, кто переживает за тебя. — Только ты и Ремус. — Твои бабушка с дедушкой. — Рон с Гермионой. Ещё моя команда по Квиддичу. — Особенно мистер Фред Уизли, — съязвил Снейп. Элизабет вопросительно посмотрела на Северуса: — Он больше переживал бы за Рона. — Юная мисс, он проделал весь путь из Больничного Крыла в Подземелья только лишь для того, чтобы… — Чтобы отсчитать меня, — она снова опустила голову. — Во-первых, не перебивай меня. Во-вторых, ты права. Заметь, только любящие тебя люди по-настоящему расстраиваются, когда ты совершаешь глупости. Что-то я не видел здесь до ужаса расстроенного Драко Малфоя. Или этот визит мне застать не удалось? Он заметил на лице дочери едва заметную улыбку. — Я не то чтобы поощряю это. Для тебя он слишком взрослый, он заботится о тебе словно о младшей сестре, — он заботливо провёл рукой по её волосам. — Об отношениях с мальчиками я ещё несколько лет совершенно ничего не хочу слышать. — Как насчёт двух? — Двух недель наказания? — Папа! — она заулыбалась. — Я имею в виду два года. — Два года наказания — это немного чересчур, но если ты настаиваешь… — Папа! — Не раньше того дня, когда тебе исполнится шестнадцать, — твёрдо сказал Северус. — А если ещё хоть раз приблизишься к дракону, это значения иметь уже не будет. Я навечно запру тебя в подземельях. — После того, как подвесишь меня за лодыжки и забьёшь до смерти? — Да, сразу после этого. Снейп нежно обнял Элизабет, позволив ей положить голову себе не плечо. — Как дела с домашними заданиями? — Завтра нужно сдать эссе по Трансфигурации, но мне нужно чтобы кто-нибудь его проверил. — Дай его мне. Элизабет воспользовалась палочкой, и пергамент со стола левитировал в руки Северуса. — Ленивый ребёнок. — Мне нормально, — девочка снова заулыбалась. Закончив читать эссе, Снейп ненадолго замолчал, задумавшись о чём-то. — Неплохо, но над орфографией тебе нужно поработать. Он отложил пергамент и сел поближе к дочери: — Как ты думаешь, почему камень так хорошо охраняется? — Потому что каждый желает его заполучить? — Не столько из-за этого, сколько из-за хаоса, который может образоваться, если у каждого появится возможность использовать его. Или из-за войн, которые он породит, когда никто не сможет договорится, кому же принадлежит сила камня, — он смотрел мимо Элизабет, размышляя. — Когда ты начинаешь вмешиваться в дела смерти… Он покачал головой, отбрасывая ненужные мысли, а затем продолжил: — Это не наше дело менять естественный ход вещей, Элизабет. Есть много тех, кто хотел бы заполучить этот камень, и ещё больше тех, кто разорвал бы этот мир на части, если бы он у них был. — Мне кажется, кто-то пытается его украсть. — Что заставляет тебя так думать? — спросил Снейп, прищурившись. Элизабет пересказала всю их ночную вылазку с Хагридом в Запретный Лес несколькими ночами ранее (Северус мысленно сделал себе пометку поговорить об этом с дочерью позже), когда она увидела мёртвого единорога. — А твоя рана на ноге… Я думала, ты помешал кому-то тогда. Это был Квирелл? Иначе цербер не укусил бы тебя, — в её глазах читался вызов. — Меня укусили, потому что мне пришлось отвлечься на свою непутёвую дочь, которая вечно притягивает неприятности. — Но ты был там задолго до того, как пришла я. — Может быть я сам пытался выкрасть камень, — сухо заметил он. Элизабет покачала головой, будто всерьёз расценивала этот вариант. — Рон тоже так думал, но это неправда. Ты ведь не хочешь жить вечно. В ответ Северус вопросительно изогнул бровь: — Правда? Это почему же? — Бабушка говорит, что ты… вечный страдалец. Что ты хочешь спасти всех, кого любишь, но при этом никогда не думаешь о себе. — Твоей бабушке стоит поискать другое хобби и перестать постоянно анализировать мой характер, — проворчал Снейп. — Нет, я не хочу жить вечно. Нельзя сказать, что камень поспособствовал бы этому. Эликсир Жизни продлевает жизнь, но не делает человека бессмертным. Но даже если бы это было так… Вечная жизнь без твоей матери… это не то, о чём я хотел бы мечтать, Элизабет. — Ты знаешь, кто пытался украсть камень? — Если твои подозрения верны, то, полагаю, на эту роль найдётся много кандидатов, — он умело уклонился от ответа. — Но не думаю, что тебе стоит переживать. Камень защищён надёжно, и при необходимости эту защиту усилят. Он пристально следил за реакцией дочери. — Думаю, вам, юная леди, понятно, что не стоит даже близко подходить ни к коридору на третьем этаже, ни к камню, — Снейп слегка прищурился. — Вся ваша весёлая компания будет держаться подальше. Я достаточно ясно выразился, Элизабет Роуз? — Да, сэр. — Не надо делать такое лицо, мисс Эванс. Вещи, охраняющие камень, предельно опасны. Как и должно быть. И поэтому ты не посмеешь не послушаться меня. — Никакое лицо я не делала, папа. Честно. — Хмм… — Северус указал на её эссе. — Доделай и будем ужинать. Ещё некоторое время он наблюдал за дочерью, а взгляд его был полон теплоты и заботы. Мало кто в этом мире когда-нибудь видел Северуса Снейпа таким, а точнее сказать, вообще практически никто.