Одержимость

      Pov Хибари       Черт…этот стон…Хаято, ты хотя бы понимаешь, как меня дразнишь…       – Господин, приготовления к вашему вступлению в наследование осуществлены. Все формальности займут от силы день и в полночь, как и завещал покойный граф, его воля вступит в силу.       – Спасибо. Проследишь за выполнением и если что, проинформируешь меня.       – Уже выполняется, господин Хибари.       – Моего пламени хватит до заката завтрашнего, чтобы продержать тебе облик. Уже пройдя на посадку, Хибари повернулся к провожающей его фигуре в плаще.       – Осидор, достань к ужину абсент. Фигура кивнув, растворилась в толпе, а хранитель облака прошел в самолет.       Тем временем особняк Вонголы. Утро раннее. Кабинет Савады. Сквозь зашторенные окна, пробившись, робкий лучик утреннего солнца, осветил каштановую макушку Десятого босса Вонголы, который попивая осточертевший ему за последние две недели кофе, разбирал последний отчет по делам семьи. Тсуна закончив с отчетом, сделал заметки, отправив правки, инструкции и составив те, что вручит лично, чертыхнувшись, откинулся на кресле, закрыв уставшие глаза, понимая, почему Гокудера отправился на отдых к отряду.       – После такой волокиты, я бы тоже просил бы Занзаса добить меня, чтобы тупо выспаться, – устало пробормотал он.       – И получил бы отказ. Жертвы никогда не вдохновляли, – прозвучал густой и резкий голос, от которого раньше бы Тсуна вздрогнул, а сейчас лишь вздохнув, открыл глаза и посмотрел на стоявшего с пультом от монитора связи Бельфегора с видом ангельской учтивости.       – И тебе утра доброго Принц. Занзас, что угодно говори, делай, но верни мне Гокудеру…       – Ты вообще спал, хлюпик?       – О, конечно, у меня было целых шикарных 4 часа сна за все две недели отсутствия моего Урагана. Занзас, я готов даже на бой с тобой, но верни нам Гокудеру.       – Слышь, да угомонись ты. Твой Ураган уже на полпути к тебе. Если что ты его отпускай чаще к нам.       – Бельфегора, я так понимаю, ты не заберешь?       – Собственно, чего я и поднялся в рань такую. Сможешь подержать его царственную тушку у себя еще пару месяцев?       – Пару месяцев? – усталость отступила мгновенно, Тсуна уставился, как и Бельфегор, на Занзаса.       – Дела семейные, мелкота.       – Он останется сколько нужно, а я сегодня же вылетаю к вам.       – Сопли подотри.       – Лучше приготовь коньяк покрепче и объяснения подробнее, Занзас.       Окончив сеанс связи, Тсуна первым делом стукнулся раз двадцать о стол головой, а после посмотрел на молчаливо и с улыбкой наблюдающего за ним потрошителя.       – Итак, что у нас на повестке дня?       – На удивление лишь приезд Гокудеры. Ну и еще поездка к Варии.       – Заморозить бы вас вообще по-хорошему за такие идеи с Гокудерой, но да ладно. Запрешь кабинет?       – Как обычно и погоняю особо шумных. Если бы не босс я бы еще спал, – Бельфегор зевнул.       – А вообще у меня идея, нас нет, – Тсуна набрал спешно смс и, дойдя до одного из двух диванов, упал на него, укутавшись в плед. Его примеру последовал и Бельфегор.       Откинувшись на заднем седеньи, Гокудера улыбнулся. В который раз, после аэропорта перечитывая смс от Джудайме, он не мог сдержать улыбки.       «Гокудера, я безумно раз твоему возвращению. Прости, встречи не получится, я через пару часов лечу за разъяснениями к Занзасу. Сплю. С возвращением»       Однако же хранитель урагана вынужден был тут же закусить губу, вновь вспомнив телефонный разговор с Хибари. Хранитель облака приезжает сегодня. Может уже там. Гокудера, за время, проведенное с Варией смог отвлечь себя, но сейчас все что подавлялось, особенно после вчерашнего разговора, закручивалось спиралью сладостного ожидания. Взяв себя в руки, вновь подавляя воронки внутреннего торнадо желания близости Хибари, Гокудера выдохнул с облегчением, но тут же подорвался на сидении, вспомнив то, что и не думал вспомнить.       Pov Гокудеры       5 мая…черт…       Быстро достав телефон, набрав номер, он с облегчением услышал, как ему ответили.       – Привет. Да я в порядке. Ты как? Слушай, сестренка, ты помнишь, говорила, что привезла с Италии шкатулку матери моей, которая…да, да, она самая. Ты не могла бы мне ее привезти, пока я в особняке проверю все? Замечательно. Прости, что напряг. С меня…ну как насчет внепланового задания на круизном лайнере? Ладно, ладно, договорились. Спасибо, сестренка, ты чудо.       Подъехав к особняку, Гокудера не без облегчения отметил его целостность. Зайдя внутрь, он прошел на кухню, где уже сидела Бьянки и И-пин. Поприветствовав девушек, Ураган взяв переданный Бьянки пакет, кружку холодного зеленого чая и пошел к себе, погрузившись сразу же в принесенные ему Ламбо отчеты. Разобравшись с делами, он ослабил галстук, задумавшись снова, но его отвлек сигнал прихода смс от Мукуро.       Pov Гокудеры       Совсем незаметно вернулся…и как спрашивается он…а…ладно…не важно…       «Приветствую. Хром передает привет и поцелуй в щечку. Сделай милость, не пропадай больше, не предупредив. Будем через неделю»              «Пропаду, только ты и Джудайме будут в курсе. Надо. Хорошего отдыха и признайся уже»       «Зараза ты Ураган»       «Знаю. Все отбой. Действуй»       Заглянул Тсуна, поприветствовал и тут же ушел к ожидавшей его машине, чтобы отправится в аэропорт. Казалось бы, обычный рабочий день, но, однако же, волнение хранителя урагана не утихало. Завершив на автомате проверку отчетов, Гокудера решил прийти в себя, прежде чем осуществить, как настанет время, задуманное по пути с аэропорта.       Мотнув головой, Гокудера прошел в душ. Встав под спасительные струи воды, он словно вновь погрузился в прошлое, когда был его первый раз с Кёей. Каждый переживаемый в памяти поцелуй облачного хранителя, жаркой печатью, вновь проступал по телу. Ведя руками по тому же пути, что вели руки Хибари, Гокудера ощущал как бушующий внутри смерч, превращается в цунами, жаркое и тягучее в своей мощи, захватывающее все тело в сладостный плен пережитого и ожидания. В памяти пронеслось властное вжимание телом хранителя облака в холодный кафель, и тело непроизвольно повторило его. Холод кафеля и теплая вода, лишь сильнее распаляли внутренний пожар. Вот уже горячее дыхание хранителя облака обжигает ухо Гокудеры жаром, преодолев временные границы и заставляя терять силы от этого сладостного и до темноты в глазах желаемого тепла любимого до безумия человека. Спина прогибается от призрачных касаний из воспоминаний, заставив вздрогнуть от вновь волной поднявшихся из памяти ощущений сжатия его члена холодными пальцами Хибари, неспешно покусывающим и оставляющем свои метки на шее Гокудеры. Сильные и в то же время ласковые поглаживания, волны обоюдного желания и в одну из волн этих ощущений не выдерживает хранитель урагана, кончая, сдаваясь на милость прижимавшемуся к нему фантому Хибари и этим ощущениям из воспоминаний. Сквозь шум воды и оглушенность вновь пришедшего оргазма от одних лишь воспоминаний Гокудера слышит мелодию, которая кажется нереальной после томительного ожидания. Отключив душ, он нашаривает вслепую телефон на полке и шумно выдыхая, отвечает:       – Да.       – Я буду через полчаса.       – Ты так педантичен.       – Не дразни, я итак на взводе.       – Хочу тебя.       – Хаято, – тихий рык в трубку.       – Не задерживайся, иначе…       – Только посмей, – холод голоса, заставил улыбнуться Гокудеру.       – Жду, – нажав отбой, Гокудера врубил холодную воду на всю, возвращая себя к реальности.       Вода вернула сознание к доминирующей позиции спокойствия. Неторопливо одевшись, взяв в руки пакет, который привезла ему Бьянки, подрывник, наконец, нашел в себе силы открыть небольшую из красного дерева, украшенную резьбой коробочку. В коробочке на алом бархате покоилось тонкое платиновое кольцо с практически черным в дневном свете камнем граната. Полюбовавшись на выгравированную по внутреннему ободку надпись на латыни «Vestra», подрывник решил спуститься вниз и выпить чая перед долгожданной встречей. Медленно выйдя из кабинета, он вновь полюбовался на игру света в гранях камня кольца. Уже положив кольцо обратно в коробочку, Гокудера вздрогнул от неожиданных объятий. Задумавшись, он пропустил момент, когда к нему подошел хранитель дождя, радушно и по старой привычке приветствуя Гокудеру объятиями.       – Гокудера, с возвращением. О, а это что? – мечник потянулся к коробочке, которую Гокудера выругавшись, спрятал сразу во внутренний карман.       – Ямамото, какого черта ты подкрадываешься?       – Я не подкрадывался. Это ты не услышал, видимо, как я тебя окликнул уже несколько раз. Хей, Гокудера, что это? Ты что нашел себе девушку? – Ямамото постарался достать заинтересовавшую его коробочку из кармана подрывника. Завязалась борьба-возня.       – Черт, Ямамото, ты как маленький. Да, блин, пусти и не лезь, куда не просят. Не твое дело.       – Мы же друзья. Ну же, Гокудера. Я хочу быть первым, кто узнает о таком. Это же…       – Черт дери тебя, Ямамото, ты что пьян? Отцепись.       – Неужели у непреступного и помешанного на работе Урагана Вонголы есть секрет, – мечник не отступал и продолжал тянуться, даже повалив Гокудеру на пол, к его пиджаку за коробочкой.       – Отпусти его.       Холодная волна прозвучавшего голоса заставила обоих друзей замереть. Однако же Гокудеру тут же выдернули из-под Ямамото. Улыбнувшись, поднимаясь, Ямамото примирительно поднял руки ладонями вверх.       – Хибари. Успокойся. Мы просто дурачились.       – Поэтому ты перекрыл путь по коридору, разлёгшись на нем? – язвительное замечание, потерялось в холоде стали взгляда.       – Хибари всё…       – Я спрашиваю у него. До тебя очередь дойдет еще. Не усугубляй, Ураган, – холод приносимый каждым словом заставил Гокудеру замереть на месте, а после сжать кулаки сдерживая злость от не такой как ожидалось встречи. Развернувшись, он пошел прочь от хранителей дождя и облака.       – Хибари, да что с тобой? – Ямамото нахмурился.       – А что тебя смущает, травоядное? – сверкнувшие тонфы заставили мечника достать не задумываясь катану, вызвав хищный оскал у Хибари, – Не тебе со мной тягаться.       – Хибари, мы уже не в школе, прекращай, – миг, и взгляд Ямамото начинает темнеть, под действием неконтролируемого погружения в витающий над хранителями бой.       – Дай мне повод, – боевая стойка и вмиг оба хранителя как обезумевшие срываются в сражение.       Услышав как ударилась тонфа о катану, Гокудера резко развернулся в сторону дерущихся. Как в замедленной съемке направляясь к ним, он, понимал, что вошедших в раж битвы хранителей будет трудно остановить. В этот момент из другого конца коридора вышел Рёхей, который мгновенно оценив ситуацию, предпринял попытку остановить, схватив, Хибари, отбившего удар мечника, впечатав в стену его, за плечи, но именно в этот миг Ямамото поднялся. Увидав темноту, поселившуюся в глазах хранителя дождя, его стремительный бросок в сторону, откинувшего от себя Рёхея Хибари, тем самым открывшего себя для удара, Гокудера даже не задумался, бросившись и закрыв собой хранителя облака. Боль была резкой и неожиданно сильной. Почему то стремительно стали утекать силы и Гокудера под взглядом, пришедшего в себя Ямамото, с ужасом взирающего на друга и на свой клинок, торчащий из него, осел на пол, ощущая как его подхватили, чьи то сильные, но слегка дрожащие, знакомые по прикосновению руки.       – Гокудера, почему?       – Потому что люблю его…черт, Такеши, уйди, пожалуйста, – кашлянув, тихо проговорил Гокудера, попытавшись подняться, но ему не дали, пламенем облака окутав катану и разрушив клинок, закрыв рану повязкой из пламени, заставив прокусить губу, в попытке не заорать от боли, от проводимых манипуляций, подрывника.       Попытку дотянутся до кармана пиджака с заветной коробочкой, пресек Хибари, взявший его на руки и понесший в сторону своей резиденции. Боль в ране пульсировала, не смотря на пламя облака. Гокудера понимал, что с каждым вздохом его одолевает непонятная слабость.       – Кёя…       – Молчи.       – Кёя, это действие пламени дождя. Я…       Гокудера не договорил, его заткнул нежный поцелуй холодных и как вновь показалось слегка подрагивающих, как руки, губ хранителя облака. Однако же поцелуй прервался, и его бережно положили на кровать. Хибари навис над ним, раздевая. Комната постепенно погружалась в странный туман, размывающий постепенно все.       – Кёя, я…       – Помолчи, иначе будет больнее.       – Ты…       – Хаято, – сталь любимого взгляда приморозила уже начавшего приподниматься вновь подрывника.       – Кёя, в пиджаке…для тебя… – теряя сознание от слабости и не проходящей боли, практически прошептал подрывник, – с Днем рожде…ния…       – Дьявол, Хаято, не смей, – дернув на себя хранителя урагана, Хибари пропустил сквозь него импульс своего пламени.       Парящее в темноте еще не угасшее сознание Гокудеры, ощутив волны проходящего сквозь, казалось бы, непроницаемую тьму, пламени облака, сосредоточился на маленькой звездочке пламени солнца, превозмогая боль, влив последние силы и стремление в нее, перед тем как окончательно погрузиться в небытие.