Honey Whiskey

Когда ты Ким Донхёк, тебе шестнадцать, и ты живёшь не в самом престижном районе — ты становишься чуточку взрослее с каждым новым прожитым днём. Это вроде игры такой, когда с утра ты плетёшься в школу, а по вечерам работаешь в круглосуточном магазине на углу. Донхёк не против такого расклада; по ночам он успевает нормально делать домашние задания и немного поспать. Всё лучше, чем жить в одной комнате ещё с тремя не замолкающими ни на секунду людьми. Ханбин заходит всегда в одно и то же время по будням. Только стрелки переваливаются за десять вечера, Ханбин заходит в магазин. Как-то он даже шутил, что, в тот день, когда он не появится у Донхёка, точно настанет конец света. С помощью таких шуток, фразочек, вопросов «как дела» Ханбин и Донхёк быстро нашли общий язык. Дружба длиною в двадцать минут, принимать строго по расписанию каждый день. Ханбин знает, что у этого забавного парнишки с выбеленными волосами есть мечта стать инженером и он по-настоящему стремится к ней. Откладывает почти все свои заработанные деньги на будущую учебу в университете, читает огромное количество книг и умудряется оставаться три раза в неделю на дополнительные занятия. — Я бы так не смог, — задумчиво произносит Ханбин. — Мне не хватает силы воли и усидчивости, — Ханбин стоит, облокотившись о прилавок, и пьёт приторный молочный коктейль. — Хён, да чего там. Просто надо очень сильно захотеть — и дело в шляпе, — Донхёк улыбнулся и продолжил раскладывать жвачку по лоточкам. — И запастись мотивацией, вот у меня она просто колоссальная. Я не хочу тут провести всю свою жизнь. Наш район не сказка, — они оба засмеялись. — Твоя правда, но я как-то здесь привык уже. Мне нравятся люди и то, что я могу делать, что захочу. — Ты можешь делать всё, что придёт в голову, не только тут. Хён, за окном же целый мир, а мы такие маленькие и ничего не знающие, чтобы вот так сидеть и ждать у моря погоды. — Донхёк, ты слишком умный для своих лет. Тебе бы сейчас пропадать на вечеринках, да девчонок из школы зажимать по углам, а ты мне тут загоняешь про свободу человека и огромный, интересный мир. — У меня на это нет времени, — Донхёк пожал плечами и скомкал пустую коробочку из-под клубничной жвачки. — Есть люди, как ты, хён, и я не говорю, что это плохо. А есть такие, как я. Не были бы мы такими разными, было бы гораздо скучнее жить. Ханбин тянул из трубочки с громким звуком остатки своего растаявшего коктейля и явно вёл увлекательный диалог внутри себя. — У тебя есть друзья? — Конечно, у меня есть Юнхён, он хороший. Он раньше тут жил, и мы учились в одном классе. Правда, потом, когда его родители получили работу в фармацевтической фирме, они всей семьёй переехали на юг, соответственно, его перевели в другую школу, и мы начали реже видеться. Но он мне пишет каждый день, — Донхёк инстинктивно потянулся к карману джинс, чтобы вытащить свой телефон, но сам себя остановил, заметив, что Ханбину не нужны доказательства о том, что Донхёка точно не забыл хотя бы один человек на этой планете. — Знаешь, я, как типа старший и мудрый друг, скажу тебе — друзей не бывает толпа, друг — это один человек, и я рад, что у тебя есть такой вот Юнхён, хотя его нет рядом всё время. — Не сгущай краски, мне кажется, ты от меня заразился такими речами, — Донхёк зашёл за прилавок и уселся на свою табуреточку. — Расслабься, всё хорошо. Лучше расскажи что-нибудь. — Что, например? — Ну не знаю, чем сейчас занимаешься? — Пока прогуливаю свои выходные деньги, — Ханбин потянулся. — Какой нормальный человек захочет работать летом? — Ты, как всегда, прав, вот сижу тут и смотрю на шатающихся без дела людей и в глубине души завидую. — У тебя двойные стандарты. — Мне шестнадцать, я вообще могу быть неадекватным, — Донхёк крутанулся вокруг своей оси на табуретке и пробарабанил по столешнице пальцами. — Сам же мне сейчас втирал про пьянки и девочек. — Надо будет тебя вытащить потусить, чтобы ты на самом деле почувствовал вкус подросткового бунта. — Я не могу понять, на кого ты сейчас больше похож, на молодящегося старикана или, дай подумать, на старикана молодящегося, — Донхёк захохотал и начал отбиваться от шуточных ударов Ханбина. — Ладно, ладно, я согласен и пойду, куда скажешь, — так же сквозь смех выдавил из себя младший. — Вот теперь другое дело. Будешь знать силу своего хёна! — Ага, прям нарутовский шаринган в реальном мире. — Мелкий, иди ты со своим аниме, — Ханбин потрепал волосы Донхёка. — Не скучай, может, позже зайду, в пачке осталось пара сигарет. — Так купи сейчас. — Нет, буду разбавлять твоё одиночество своей рожей. — Договорились, — снова хохотнул Донхёк. — Не даёшь мне быть лирическим героем, страдающим ради великих целей. — Обойдёшься, слишком многого хочешь, — Ханбин вышел из магазинчика, быстро набирая знакомый номер. — Эй, Чжинхван, о чём ты мечтаешь? — И тебе привет, —после трёх гудков подняли трубку, — я мечтаю о чашке кофе, крепкого такого и сладкого, — в трубке послышался зевок. — Я вообще спросил в глобальном плане, но кофе — тоже неплохой ответ. — А я, может, мечтаю о том, чтобы каждый день у меня была самонаполняющаяся чашка кофе, — Чжинхван явно разминал шею. — Ты где ходишь там? Я слышу машины рядом с тобой. — Да уже домой иду, не беспокойся, мамочка, буду дома до двенадцати, — Ханбин прикурил сигарету и сделал глубокий вдох. — Вот заходил к Донхёку, всё-таки он забавный. — Не испорть его. — Постой, только не говори, что я тебя испортил и теперь ты беспокоишься за всё человечество. — Мы друг друга портим, именно поэтому дружим, — Чжинхван перехватил в другую руку телефон, — а Донхёк, ну, он положительный герой в нашей общей истории. — Ладно, я понял тебя. Буду держать себя в руках, обещаю. Чего делаешь? — Макет одного жутко продвинутого дома в стиле хай-тек. Помнишь, я тебе наброски показывал? — Ага, там еще огромное окно во всю стену, — Ханбин шёл медленно, пытаясь растянуть дорогу до дома. — Да-да, именно тот. У меня все руки в клее, и повсюду лежит картон. Можно построить из него себе трон и жить бумажным королем. Помнишь, как в детстве мы строили домик на дереве, а потом его за ночь сдуло ветром? — Конечно, помню, я все стройматериалы тащил на себе, потому что в то лето ты сломал руку и не мог ничего делать. — Из меня неважный архитектор, — через трубку было слышно, как Чжинхван улыбался и щурил глаза. — Не прибедняйся, ты будешь крутым специалистом. Не знаю, как там у остальных, но у тебя куча таланта. — Ты говоришь так, потому что мы друзья. Так что заканчивай. — Нет, я говорю так, потому что так думаю, — Ханбину пришлось тушить сигарету о маленький заборчик рядом со своим домом, потому что кто-то опять перевернул урну. — Ладно, хён, я захожу, так что вешаю трубку, потом ещё напишу. — А я знаю, что ещё хочу, помимо кофе, — Чжинхван прозвучал приглушенно, открывая свою маленькую тайну. — Сливки? — Ханбин держался одной рукой за входную дверь, а другой сжимал телефон. — Ну, это тоже хорошая идея, но нет. Я хочу, чтобы по моему проекту построили хотя бы один дом. Хотя бы маленький, и можно даже на окраине. — Я уверен, будет именно так, — этот ответ прозвучал моментально, ведь Ханбин не сомневался в его правдивости. — Надеюсь, — Чжинхван опомнился после своего откровения в одну секунду и попытался скрыть неловкость. — Всё, иди уже домой. Всем твоим привет передавай и кинь мне видео, о котором с утра рассказывал. — Хорошо, хён. Не прощаюсь.