Герой не моего романа

Джексон был зол, как черт. Нервно заложив руки за спину, он расхаживал по переговорной туда-сюда, периодически хмуро поглядывая на своего менеджера.  — Майкл, что значит все отменить? —  Дилео ткнул пальцем в огромную гору писем на столе. — У тебя настроение меняется по сто раз на дню, но почему от этого должны страдать твои фанаты? Они же так старались!  — Ты прав, у меня нет настроения. И я сразу был против этой затеи. Но вы же все заладили, что это отличный пиар ход. Дилео, я чувствую себя так, словно меня загнали в угол. Людям кажется, что они меня любят. На самом деле, они меня медленно убивают. Они просто душат меня своей любовью. Хотят знать обо мне абсолютно всё. Я смертельно устал от всего этого. — Джексон, ты просто хандришь. Ты отпахал полтора года и у тебя усталость и депрессия. И это нормально. Как сказал Тутанхамон: «Проходит все, пройдет и это».  — Это сказал царь Соломон, — улыбнулся в ответ Майкл.  — Да какая разница. Сказал же, — Дилео облегченно выдохнул, увидев наконец хоть какое-то подобие улыбки на лице певца. — Мне приснился кошмар. — Настроение Майкла снова резко ухудшилось. — Ах, Его Величеству приснился дурной сон, и по сему идите все на хер? Майкл, ну так ведь нельзя! — Дилео начинал терять терпение и потихоньку закипать. — Ты не понимаешь, Фрэнк. Это не просто плохой сон. У меня плохое предчувствие.  — Что-то с твоей птичкой? — Фрэнк, почему ты все время называешь ее птичкой?  — Да потому, что она летает за тобой по всему миру, рискуя своей работой и репутацией. И терпит все твои детские капризы и нервные срывы.  — У меня тяжелая работа, - меланхолично вздохнул певец.  — Работа у него тяжелая, - передразнил его Дилео. - А ей, думаешь, легко? На ее месте, я бы давно тебя грохнул. Тем более, что она это делает профессионально. Ох, смотри, довыпендриваешься, Король. Завалит она тебя, Джексон, без шума и пыли, а федералы потом сочинят красивую и грустную сказку, фанатам на загляденье. И станешь ты у нас вторым Кеннеди. Как тебе такая перспектива? — Она этого не сделает, — грустно покачал головой певец. — Она любит меня, хотя и не хочет признаваться в этом. — Ты тоже любишь своих фанатов. Так что, давай уже, вперед и с песней! Ну или с танцем. Это уж как тебе больше нравится. *** Дело было вечером, делать было нечего. Кейт бесцельно щелкала пультом, переключая каналы. На одном показывали дебильное ток-шоу, на другом шел отстойный молодежный сериал. Новости, телемагазин, аэробика с Джейн Фондой. Короче, ничего интересного. Эшли как всегда заперлась в своей комнате. Кейт была уверенна, что она слушает Майкла Джексона и рыдает в подушку, потеряв всякую надежду на победу в конкурсе. Кейт тяжело вздохнула и легла на диван, скрестив руки на груди и закинув ноги на невысокую спинку. Ее коротенький халатик задрался самым бесстыжим образом, обнажая во всей красе стройные, покрытые красивым загаром ноги. Рыжеволосая прикрыла глаза и задумалась. Волшебную палочку бы сейчас. Или цветик-семицветик. Взмахнул палочкой, оторвал лепесток и загадал свое, самое заветное желание. Она бы материализовала Джексона прямо посередине этой комнаты. Подруге на радость, другим на зависть. Девушка не заметила, как начала дремать.  — К-е-е-ейт… Мягкий, кошачий шепот над самым ухом и легкое прикосновение пальцев к ее обнаженной ноге. Кейт в испуге открыла глаза. «Да что за чертовщина…» Тишину квартиры нарушила надрывная трель телефона. Кейт подскочила на диване от неожиданности и почти бегом рванула к трезвонящему аппарату, на ходу поправляя халат.  — Алло? — слегка запыхавшимся голосом произнесла Кейт.  — Добрый день! Компания «Эм Джей Мьюзик Продакшн», меня зовут Мэри Томкинс. Могу я услышать Эшли Симпсон?