Имя ему — Локи

Врата Асгарда. На крепостной стене Один, Локи, Тор, Видар, Тюр и Хеймдалль. Под ней — великан Трюм. Трюм: Один Всеотец! Я Трюм из Йотунхейма! Твой сын-громовержец этой ночью разделил со мной трапезу. Локи: Скажи лучше, напился до потери сознания. Видар закрывает лицо руками — он стоит вне поля зрения Одина. Зато Тюр это видит. Тор: Но… Я… Трюм: Мы с ним сошлись — очень даже. Да так, что он оставил у меня самое драгоценное, что у него есть, — свой молот. Локи: А я говорил! Ведь говорил же, Всеотец! Один: Тихо! (Трюму.) Так почему же ты не привёл армию — большинство ледяных великанов пошло бы за йотуном-носителем молота! Трюм: Я не так глуп, Всеотец, чтобы надеяться пробить стены Асгарда одним только молотом! И я даже готов вернуть его вам. Локи: Наверняка, ты что-то хочешь взамен? Я бы не стал попросту разменивать такую вещь, как… Тор (толкает Локи под рёбра): Да, давай, подкинь ему идею! Трюм: У меня и своих идей достаточно! Я хочу Фрейю, вашу богиню любви. Отдайте мне её в жены — и я верну вам молот. Тюр: Многие йотуны сватались к нашей Фрейе! Трюм (глуповато улыбаясь): А я буду первым, кто на ней женится! Великаны просто сдохнут от… (Тут он вспоминает, что ведёт переговоры с важным лицом, и старательно принимает серьёзный вид.) Даю вам неделю на размышления. Если через неделю богиня будет у меня — молот ваш, а нет… (Наигранно жмёт плечами. Уходит.) Тор хватает Видара за грудки. Тор: Я убью тебя, Видар! Один подозрительно на них смотрит, начиная осознавать происходящее. Локи смотрит на Видара неприязненно. Тюр — с разочарованием. Видар: А я-то тут причём? (Вырывается, неодобрительно глядя на Тора. Тот разворачивается, глядя вслед Трюму, овладевшему его Мьёльниром.) Хеймдалль: Позволь мне вернуться на свой пост на Радужном мосту, Всеотец. Один: Иди, Хеймдалль. Хеймдалль уходит. Один: Ты, Локи, кажется, вызывался помочь? И прими мои извинения за напрасные подозрения. Локи (намеренно игнорируя извинения): Ну, прежде всего, давайте спросим у Фрейи. Богине любви, должно быть, тяжеловато вдовствовать, понимаете ли… А Трюм кажется крепким малым. Ума там небогато, но… Фрейя и не заметит, думается мне. Она, знаете ли, и сама не шибко умная… Один: Ближе к делу, Локи. Локи: Правильно, брат, ближе к делу. О чём я? Да, спросите Фрейю. Хотя сомневаюсь, на самом деле, что она согласится — скажет, что (передразнивая Фрейю) не её уровень с великанами якшаться. (Пауза.) Но на этот случай у меня есть замечательнейший план! (Хитро улыбается. Подходит к Тору, кладёт ему руку на плечо.) Ты, племянник, будешь в восторге! Локи, довольно и ехидно посмеиваясь, уходит. За ним — заинтригованный Один и хранящий молчание Тюр. Тор (снова хватая Видара за грудки): Вот теперь я тебя убью! Видар: Я что ли виноват, что ты, вместо того, чтобы подкинуть Мьёльнир какому-нибудь озверевшему садисту, пропил его самому глупому великану из всех, когда-либо живших? Я виноват? (Пауза.) Хотя, да, виноват. Виноват, что связался с идиотом! Тор: Если я не верну свой Мьёльнир, я сброшу тебя с этой самой стены, помяни моё слово! (Отпускает Видара и собирается уходить.) Видар (с грустью; Тор замирает, но не оборачивается): Поверь, Всеотец сбросит нас обоих с неё гораздо раньше. (Со злостью.) И всё из-за тебя! Тор уходит с мрачной решимостью. Видар: Быть может, не дожидаться этого? Уйти самому? Тогда все сразу поймут, что это я… Поймут наверняка. Но какое мне дело? Это и так очевидно, благодаря этому недоумку! И Тюр, конечно, подтвердит. Благородный Тюр! Странно, что он до сих пор молчал… А всё же интересно, ненависть к кому победит в этом честном сердце? Ко мне или к Локи? Пожалуй, Локи выслужится, коль вернёт Мьёльнир. Помешать ему?.. И тогда отец не просто изгонит меня, а выпотрошит, как кабанчика. Нет, поздно. Помочь им?.. Локи едва ли нуждается в чьей-либо помощи. В чём-чём, а в уме ему не откажешь. Проклятый йотун! (Вспоминая поправку Локи, словно выплёвывая слово.) Полуйотун! О Хель, забрала бы ты к себе своего папашу! Пока мы сами его к тебе не отправили. (Пауза.) Пожалуй, я всё же останусь, пусть лучше считают подонком, чем трусом. Кто знает, Хель, быть может, мы скоро встретимся? Видар уходит.