Телохранительница принцессы. Часть 3
11 июня 2025 г., 11:38
Примечания:
Проверено бетой.
Мысли начали путаться, слова не складывались от этого безумного предположения. Где гарантия того, что воспоминания правдивы? Может, это её воображение так чудит? Нет, Сила так не считает. Гвен было трудно собрать все свои мысли воедино. Она просто пялилась в ту несчастную дверь, что начинало складываться впечатление, что в той вот-вот пропалится дырка. Сенатор Органа ее не узнал! Его же дочь проводила с ней много времени, а с сестрой еще больше.
Она должна пойти и выпытать у девушки правда ли это! Гвен попросту забыла о мече, что рука сжимала до побеления. Синеглазая уже хотела было соскочить вниз, но замешкалась. Так или иначе они твердят, что не узнали ее. Прошло семь лет, но тот наивный и израненный ребенок все еще сидит глубоко в душе девчонки. Больше, чем просто Безыменную, абсолютно все захотят получить Безымянную, которая на самом деле Гвендолин Скайуокер. Сейчас она в позиции защитника, безопасность лишь иллюзия. Карта ее истинного имени ляжет так, что в безопасности она не будет. Более того, и без того много людей знают правду о ней. И достаточно одного, чтобы тайное стало явью.
Любая тайна рано или поздно откроется. Гвендолин знала, что однажды и она свою откроет, но не сейчас. Ее имя — козырь, который можно будет разыграть только в крайнем случае. И может как ни обидно, но стоит ли знать это сестре? Лея похожа на ту себя, которую Гвен помнила. Во всяком случае это во многом оправдало бы поведение принцессы. Бейл сказал, что его дочь раньше увлекалась музыкой. Жизнь могла здорово потрепать, но в чем Гвен была уверена так это то, что человек, который играл на инструменте, никогда не забудет, как на нем играть. Его руки рефлекторно вспомнят позиции, а у тех, кто играет на фортепиано, скажем так, по-особенному поставлены руки. Они это приобретают со временем, как навык игры. И хоть сто жизней проживи, руки не забудут. Со слухом в целом так же.
Лея никогда не играла. Кроме внешности, девушки были абсолютными противоположностями. Лея не должна знать, иначе узнают все. Гвендолин только остепенилась, кажется, даже нашла свою утраченную семью и не хотелось всё бросить и снова убегать. Хоть в этот раз нужно попытаться не бежать. А значит придётся пожертвовать этой частичкой правды.
Скайуокер взялась двумя руками за меч. Тонкий и легкий, как и задумывалось. Она вспомнила, как брат ругался на то, что Лея подстрекнула сестру к началу сборки меча. Но в свою очередь расплатился той же монетой. Когда Гвен вернулась с кайбер кристаллом и шрамом через всю ладонь. И брат уговорил сестру закончить меч и активировать клинок. Она возражала, хоть её и раздирало любопытство. А брат все науськивал, да тряс плечи, пока ее небесно-голубое лезвие не вырвалось наружу. И всё же девушке было интересно знать какого цвета ее лезвие теперь. Темные своды озарило сияние синего цвета, такого как морская глубь.
Девушка лишь хмыкнула и засунула клинок под наручи левой руки. Защита рук не сильно придавливала рукоять, что делало клинок невидимым для чужих глаз. Гвен расположилась поудобнее на нервюре и свесила руку. Глаза закрывались сами собой, и Гвен не смогла отказать миру снов.
Девушку обдуло жаром разгорячëнного ветра планеты Татуин. Под разжаренным солнцем, по красному песку пустыни, бежал русоволосый мальчик. Его ноги грузли в песке, но он изо всех сил бежал. Просто бежал не было ни преследователей, ни какой-то цели. Вот он просто был и всё. Казалось, что он убегал от наваждения, которое видела Гвен. Почему он сниться ей так давно? Кто он? Может, теория о живой сестре подстрекнула мысли, что и брат может быть живым?
Было бы проще, если мозг можно было легко отключить. Хорошо было 3РО. Словил стресс, высказал свое возмущение и благополучно отключился на время. Интересно, а что стало с ним и R2-D2? Вопросы — вопросы! Почему так много вопросов, на которые нет ответов? Гвен проснулась уже тогда, когда ощутила пробуждение принцессы. Девушка так и провела ночь под нервюрой. Лея-Лия выглянула в дверь и снова удивилась пустующему коридору. Видать, пока надзирательница залечивала полученные в лесу раны, её реально окружало слишком много гвардейцев. И их отсутствие подразумевает присутствие Гвендолин. Только вот как бы Лия не оглядывалась, она не видела её.
Скайуокер следующие три дня ходила за ней тайно. Всегда рядом, всегда в тени, всегда на виду. Лия занималась своими делами. В честь праздника во дворце проводилось мероприятие и бал. Принцесса максимально сосредоточилась на контроле этого торжества. Гвендолин всё время наблюдала за поведением принцессы. И всё же так не опознать различия Лии и Леи, учитывая, что прошло семь лет. Если Гвендолин из маленькой беспомощной девушки превратилась во взрослую озлобленную машину смерти, то что говорить о Леи и том, как на нее могли повлиять все те события?
Тем не менее за шесть дней, Гвендолин наконец-то прочувствовала то, как ей всё равно. Эмоции поугасли и…просто исчезли совсем. Сложно было сказать точно: отсутствие Ника или близость к отгадке тайны принцессы, сделали так, что Гвендолин была безэмоциональна. Словно ее искра была потушена. Безразличие, как и спасение, так и проклятие. Поэтому в конечном итоге девушка перестала пытаться самой узнать правду. Люди во дворце дружно повторяли одно, что когда принцесса вернулась с Корусанта после приказа 66, она очень изменилась. Ну Гвен тогда, и сама изменилась очень сильно.
Она, как всегда, растянулась на нервюре и с унынием уставилась в пол. Эта рутина уже начинала надоедать. Солнце садилось, и Гвендолин уже подумывала над тем, чтобы отправиться в свою кровать. И, пожалуй, поразмыслить на теми чертами, которые в ней могли бы выдать её же. Внезапно двери принцессы распахнулись, и она начала рассматривать коридор. Она скорчила недовольную мину, видя совершенно пустой коридор. Обычно Гвен находилась на подоконнике, когда принцесса выглядывала.
— Я-то знаю, что ты здесь! — воскликнула Лия, но Гвен промолчала. — Выходи!
Тон девушки не был приказным. Скорее просящим. Но Гвен и ухом не повела. Если бы Лия хорошо видела и подняла глаза к своду, то в его темноте смогла бы рассмотреть два светящихся глаза.
— Надо поговорить! — Лия бегала глазами везде куда падал свет. — Пожалуйста.
Эх рано или поздно придётся. Девушка позволила гравитации сделать свое и скатиться с нервюры. Она ловко приземлилась и вытянулась перед принцессой, которая застыла от изумления. Тем не менее принцесса натянула улыбку на лицо и пригласила девушку пройти внутрь. Гвен была здесь прежде только один раз, в вечер, когда Лия сбежала и чуть не сдала себя и её синдикатам. Тогда Гвендолин не обращала внимания на интерьер комнаты принцессы.
У неё было просто огромнейшее окно с видом на лес и город, подоконник оббит плюшем, чтобы сидеть мягче было. Золотистые гардины обрамляли окно. У стены возле лего вытянулся шкаф, фортепиано и комод, на котором стояли фотографии, статуэтки и прочие вещи. С другой стороны стояла огромная кровать с балдахином того же цвета, что и гардины. И здесь была дверь ведущая в ванную и гардеробную.
И всё же Гвен прошла к фотографиям у комода и фортепиано. Очень изысканное бежевое дерево, девушка провела пальцем по крышке и представила как её пальцы опускаются на клавиши, и те перебирают ими создавая мелодию. Только вот Гвен никогда не играла на фортепиано. Она отвела взгляд в сторону на комод. Лия застенчиво подошла к ней и тоже уставилась на фотографии. Тут были фотографии Лии с семьей, с друзьями и… среди них на неё смотрела сестра с братом, а возле них стояла она сама. Такая маленькая и счастливая.
— Извини, что доставила неприятности, — произнесла внезапно принцесса. — Я правда не хотела никого втягивать, чтобы никто не пострадал.
— Неприятностей не было, если бы ты переступила порог своей гордости и послушала меня, — ответила Гвен, не отрывая взгляда от фотографии.
На комоде стояли фото со светловолосым мальчиком возле принцессы или Леи. Фотография с принцессой, Леей, братом и самой Гвендолин. Сердце девушки забилось быстрее, когда она увидела портрет её самой и фото, где Асока держит младенца. На сердце словно что-то защемило. Она повернулась к девушке, разглядывая её лицо. С комода девушка взяла фотографию, где Лея и Лия были вдвоем. На лбу Леи на изображении красовался едва заметный шрам от винтика. Гвендолин подняла глаза на принцессу. На ее лбу и красовался этот же шрам.
Гвен словно ошпарило и ударило током одновременно. И не надо слов! Та странная связь, что она ощутила еще тогда четыре года назад на Лотале, вызвана тем, что это была ее сестра! Гвен потребовалось всё её самообладание, чтобы не раскрыться ей. Не сейчас, это по-прежнему небезопасно, если и сама Лея играет в двойную игру, не стоит переводить её в тройную. Будет время, удачное, безопасное и тогда Гвендолин расскажет свою правду сестре.
— Мои друзья, — робко произнесла принцесса, указывая взглядом на фотографии. — Практически все они умерли.
— Мне очень жаль, — только и смогла произнести девушка.
— Как и мне, — ответила Лея, но словив удивленный взгляд телохранительницы, пояснила, — За то, что ты с малых лет выживала в этом приступном мире.
— Ну тут так вышло, — произнесла Гвен возвращая фотографию на место. — Череда ошибок и роковых случайностей. С кем не бывает.
Лея прошла и села на кровать, а Гвендолин прошла к окну. Лея не знала, что говорить, но определенно она смотрела на Эйлин и размышляла.
— Слушай, — снова начала она и подошла к Гвен. — Я была груба и хотела бы и вправду подружиться.
— Что ж, — протянула девушка и похлопала принцессу по плечу. — Я дам тебе шанс. Но имей ввиду, я сказала это твоему отцу и скажу тебе: я не позволю повториться той ситуации. Я пришла в это место доказать себе, что я не убийца, а не пополнить списки убитых.
Лея или Лия улыбнулась. Ситуация и впрямь изменилась к лучшему. Теперь девушки творили черт знает что вместе и ни разу не пострадали. В некоторые моменты такого единения, Гвен задумывалась в очередной раз: не сказать ли принцессе правду. Почему она вообще сомневается? Разве не она так долго верила в то, что они живы? Но только вот, как-то желание приугасло. Примет ли Лея, то, что сделала сестра, чтобы выжить? Спорный вопрос.
Поэтому Гвендолин просто перестала думать об этом. Пришло время праздника Четырех сезонов. На Альдераане это что-то вроде Нового года. Люди празднуют завершение очередного цикла жизни. И в честь этого дворец устраивает большой бал! Собирались все жители Альдераана. И это то событие, которое просто не могла обойти стороной Империя. Так-то их практически не видно, они там себе на своих базах сидят и не поддают сомнению верность Альдераана. Император ценит верность. Но праздник, значит гостей. Прибудет губернатор региона и его семья, несколько генералов с почтом. В общем ухо надо держать востро. Гвендолин не могла поручиться, что синдикаты могли так легко отступить от принцессы и на нее могли покуситься. Праздник, много людей, виновного могут и не найти.
Вот поэтому Гвендолин стояла у зеркала в покоях принцессы и разглядывала своё отражение. Она оделась точно так же, как и в день выпуска. Разве только в этот раз на ней были наручи. Гвен может быть гостей на этом празднике, но главная её задача — это следить за безопасностью принцессы. Та и за порядком в принципе. Она как гвардеец, просто с особыми привилегиями и обязанностями. Девушка вглядывалась в своё лицо. Её губы были темно-бордовыми, веки окрашены черными тенями, а чёрная стрелка подчеркивала линию ресниц, отчего взгляд Гвендолин казался злобным и прищуренным. Абсолютная противоположность веселой девчонке, смотрящей на неё с фотографии на комоде.
Лия суетилась в своей гардеробной. За окном темнело, улицы окрашивались праздничными огнями. Скайуокер робко провела пальцем по крышке фортепиано, и пока принцессы не было, открыла её. Стрельнув взглядом в сторону гардеробной, девушка ткнула пальцем в крайнюю клавишу. Этот звук прожег дыру в ене воспоминаниях. И в той тлеющей дыре всплыло воспоминание, как Лия играла на фортепиано, а Гвен сопровождала игру флейтой. Внезапно Лея вылетела в комнату, и Гвендолин резко захлопнула крышку инструмента.
— Ну наконец-то! — воскликнула Гвендолин, подхватывая Лею под руку и поспешив к выходу.
— Тебе обязательно было выряжаться как на похороны? — спросила принцесса, окидывая черные ткани своей телохранительницы и ее грозный макияж. Сама она была одета в белое платье с прямоугольным вырезом, корсажем, расшитым золотыми нитями, и воздушными рукавами из полупрозрачного тюля.
— А что? Я аж настолько страшна? — с ноткой игривости спросила Гвен, когда они прошли очередные двери.
— Ты прекрасна, — возразила подруге Лия. — Просто выглядишь скорее устрашающе нежели радостно.
— Вот так и должно быть. Моя радость в одиночестве.
— А как же интрижки? Бал — это возможность с кем-то закрутить?
— Я не перестаю тебе удивляться! Интриги тебе оставлю, нам твоих на обоих хватит.
— Ну как хочешь! Только не говори потом, что бал был скучным!
— Знаешь, я лучше со скукой вместе посижу где-нибудь в темноте.
— Зануда! — проворчала Лея, когда они вошли в огромный бальный зал.
У стен расставили столы с фуршетом, на небольшом помосте в дальнем углу зала расположился оркестр. Дирижер плавно махал руками, а музыканты следили и играли. От музыки сердце Гвендолин екнуло. Такое чистое и прекрасное звучание. Надо было уточнить, что она бы лучше со скукой посидела где-то возле оркестра, слушая их. Здесь никто не наслаждался их музыкой. Они так чисто для атмосферы. В зале собралось много людей, не только Империя и аристократия.
Гвен навострила уши, стараясь улавливать малейшие колебания в Силе. Лия мгновенно упорхнула в толпу. Гвендолин не смогла удержаться и прошла к оркестру. Чисто с восторгом маленького ребенка она их рассматривала и слушала. А если бы и она могла играть в такой компании? Или петь? Может стоит задуматься о таком карьерном этапе в недалеком будущем?
А тем временем Лея любезно беседовала с людьми. Принцесса старалась править тут как хозяйка бала, которой по большому счету она и была. Люди окружали ее, а она тянулась к ним. Политические дискуссии, просьбы народа, личные истории. То, к чему девушка всегда была ближе всего. Один маленький мальчик даже пригласил ее на танец! Правда он едва ли ей до талии дотягивался, но Лея просто не могла ему отказать!
Гвен поглядывала одним глазом за девушкой и за тем с какой скоростью она меняла танцевальных партнеров. Она все равно держалась отдаленно. Девушка наслаждалась музыкой, каждым взмахом смычка скрипача и виолончелиста, каждым ударом барабанщика, игрой пианиста и взмахами рук дирижера. И, кажется, исполнители обратили внимание интерес хотя бы одного существа в этой зале, что Гвен начало казаться, как музыканты то и дело смотрели на нее и словно их музыка наполнялась вдохновением.
— Вы позволите? — внезапно к ней обратились.
Гвендолин с великим презрением от того, что ее отвлекли, повернула голову. Ей в небольшом поклоне, протянул руку симпатичный парень. Его кожа была как скисшее молоко, а волосы были выкрашены в яркий голубой цвет. Оливковые глаза, оценивали девушку, а губы выгнулись в ухмылке. Скайуокер с еще большим презрением окинула его костюм тройку такого темного зеленого цвета. Девушка скривила губы и отвернулась назад к музыкантам.
Парень подошел к ней и наклонил голову, разглядывая музыкантов. Девушка раздраженно фыркнула и развернулась к залу. Игнорируя парня, Гвен подошла к столу с закусками и схватила канапешку. Только вот, к ее несчастью, парень последовал за ней. Нужно сохранять спокойствие. Хоть его и хотелось шугануть куда подальше, но не нужно пугать людей. И грубить им. Гвендолин резко заморгала и натянула на лицо непринужденную улыбку. Он медленно стащил закуску с подноса и игриво положил её в рот. Девушка вздернула бровями и слегка прищурилась.
— Что ж, — протянул он, не отрывая взгляда от её глаз. — Я Дрейк.
— Пират? — спросила его девушка, выгибая бровь
— А вы шутница, — пролепетал он. — А как звать вас, красавица?
— Эйлин.
— Миледи, вы позволите пригласить вас на танец? — он уверенно протянул ей руку, но Гвен лишь выгнула брови мол «серьезно?». Этот этап мы уже проходили. Гвендолин и танцы. Технично, взяв на девушку на службу, сенатор приписал ей титул «леди». Но от этого сильно придворной леди она не становилась, а значит ни одного танца она не знала. А это не дискотека в баре, тут это важно! Поэтому она покачала головой, сжимая руки в кулаки и пряча их в юбке.
— Ох, Эйлин, — на ее плечи буквально повесилась Лея. — Люблю вечеринки!
— Она танцует! — Гвен скинула с себя руки принцессы, и та впала прямо в объятья Дрейка, который тут же утащил девушку танцевать.
Скайуокер наблюдала за танцем этих двоих с прищуренным хитрым взглядом. Лия любит интриги, так вот она ей. Гвен уж точно не собирается вести интриги на стороне. Её жизнь и без того слишком сложна, чтобы вводить в неё новые и ненужные переменные. Ник найдет её, когда вырвется из своих обязательств. Принцесса вовсю болтала с партнером, пока тот вел танец. Здесь столько людей, весело разговаривающих, танцующих, распивающих. Среди всех даже терялись имперские представители.
Гвендолин всячески старалась избегать взглядов с ними. Официально они могут её и не искать, а вот из-под тешка вполне могли. Синеглазой приходилось успокаивать себя тем, что она не попадалась, и едва ли Имперцы могли ее точно описать. О ней много легенд, интересно какую составила Империя?
Гвен вздернула бровями и откинула эту мысль подальше. Тем не менее она наблюдала за всем и каждым здесь. Её острый взгляд отмечал, кто как себя ведет, какие у кого предпочтения. Так девушка не замечала, как сдвигались вместе ее брови, что пришлось расслаблять лицо. Мимо пробегал слуга и девушка ухватила у него бокал шампанского. Девушка отпила немного, сразу надувая губы, а затем расслабляя лицо. Что-ж множество полученных нервных привычек, навсегда отличат ее нынешнюю от той девочки.
Девушка отпила еще глоток, когда мысли снова начало затягивать в другое русло. О чём можно думать, чтобы при этом не думать. Стены? Праздник? Еда? Платье? Музыка? Как выключить мозги? Девушка вернулась обратно к музыкантам, одним глазом поглядывая за принцессой, которая находилась в компании Дрейка. Он сказал что-то такое, что она засмеялась и положила руку ему на плечо. Лия что кокетничает?
Её наполнило какое-то раздражение при мысли, что её возможная сестра флиртует. Это у всех сестер вызывает такую реакцию? Гвен аж фыркнула себе под нос. Музыканты все играли и играли и словно сглаживали течение времени. Скайуокер и не заметила, как вечер близился к концу. Лея подбежала к своей телохранительнице и ухватила ее за руку. Дрейк, как ни странно, все еще был по другую сторону от принцессы. Оставались считанные секунды до конца дня, планета закончит свой круг вокруг звезды и начнется новый сезон.
Гвен пыталась проняться духом праздника, и как все ощутить этот трепет от настающего нового года, но на душе совершенно пусто. Альдераану повезло, что его цикл совпадает с принятым общегалактическим отсчетом времени. Но живя от одной крайности к другой, Гвен просто проживала это как очередной день, в котором не было ничего особенного. А каких-то традиций из детства, девушка не помнила вообще. Словно черная полоса показывала граничную линию воспоминаний, а за ней сразу возвышалась стена, которая прятала множество воспоминаний. Да и чёрт с ними!
Все ликующе подняли бокалы вверх и отпили своего шампанского, что ознаменовало начало нового сезона. Откровенно говоря, девушка уже с ног валилась. Ей хотелось побыстрее удостовериться в том, что принцесса спит в своих покоях и отправиться в свою кровать. Но Лия так не считала. Её ухватили в хоровод, Дрейк все еще был рядом. Все здесь были такими счастливыми, искренне смеялись. Но Гвендолин больше не хотелось смеяться, в душе было пусто. Внезапно Лея ухватила ее за руку и втянула в хоровод. Всё, что оставалось девушке, это тяжело вздыхать и закатывать в глаза, пока люди не начали расходиться. Лия продолжала смеяться почти всю дорогу до покоев.
— Та ну! Было ж весело! — вторила она, открывая дверь комнаты. — Давай же! Улыбнись!
— К сожалению, таких эмоций нет среди моего спектра! — ответила Гвен, наблюдая как принцесса движется к своей гардеробной.
— Та ну! Должно же быть что-то способное проявить эту его часть! Может кто-то? Неужели ты ни с кем не познакомилась и просто глазела на музыкантов! Я поняла, ты запала на музыканта!
Гвендолин приземлилась на подоконник, хотя даже, наверное, эту часть правильнее было бы назвать эркером, и выгнула бровь. Лия фыркнула.
— Та ладно тебе, Эйлин! На балу можно было кого-то, да и подцепить!
— Разве что ты. Я никого цеплять не планирую! И я смотрела на музыкантов, потому что слушала их!
— Ты не пользуешься плюсами ситуации!
— Их для меня нет!
Лея выдала раздраженный стон. Она скрылась в гардеробной, скидывая с себя одежду и быстро накидывая на себя халат. Гвен вздохнула и уставилась в окно. Веки слипались, и девушка зевнула. Взгляд снова скользнул по фортепиано принцессы. Гвендолин вытянула из своей прически свой маленький кинжал, и прическа рассыпалась на её плечи. Радужные прядки уже нехило отросли и, может, стоит подумать о том, чтобы обновить их цвет. Хотя помнят ли еще, что в её волосах была голубая прядь? Что вообще о ней помнят, кроме имени?
— Откуда у тебя фортепиано? И зачем оно тебе, если ты не играешь? — внезапно для себя спросила Гвендолин.
Лия вынырнула из гардеробной. В руках она держала ватку с остатками макияжа на ней. Принцесса как-то странно поджала губы и подошла к телохранительнице.
— Не спрашивай того, что тебе не понравиться, — ответила Лея, передразнивая саму же Гвен. Но Гвендолин прищурилась и наклонила голову. Её взгляд, распалённый гневом, заставил принцессу невольно вздрогнуть. — Это был подарок. Я хотела избавиться от него. Но он напоминает о тех, кого я любила. Не смогла его… не смогла избавиться.
Гвендолин медленно закивала головой. Ну еще бы! Лия Органа играла на фортепиано, она обучалась игре годами! А вот Лея Скайуокер никогда не была предрасположена к музыке. Что ж, ещё один довод в сторону того, что Лия — это Лея, но Гвендолин заставила исчезнуть эту мысль.
— Сыграй мне, — потребовала Скайуокер, прищурившись и указав на инструмент.
Лея нервно сглотнула и подошла к фортепиано и открыла крышку. Её пальцы скользнули клавишей, но не надавливая на неё. Гвен уже увидела слишком вытянутые пальцы принцессы. Она могла ошибаться в своём понимании инструмента и поведении того, обычно на таком играет, но исполнитель провел бы по клавише к краю, а не от неё. Гвендолин больше доводов не нужно, всё очевидно. Вопрос теперь в том, что произошло семь лет назад.
— Я не играю, — ответила Лея, отводя взгляд полный слёз. — А ты?
— Никогда не имела возможности научиться на фортепиано.
— А на чём-то другом играла?
— Да, — Гвен вспомнила как она часами играла на флейте, когда переживала. И вспомнила скрипку, которую подарил Ник. Её лакированную черную поверхность, натянутые струны! Девушка вздохнула, а Лея вопросительно глазела неё. С наполовину смытым макияжем она выглядела забавно. — Скрипка и флейта.
— Может, хочешь попробовать на фортепиано?
— Сейчас?
— А чего нет? Я думаю, эти стены были бы рады услышать музыку вновь.
Лея жестом пригласила свою защитницу к инструменту. И Гвен поддалась порыву сыграть. Сила подарила ей музыкальный дар, можно удостовериться в нем еще раз. Девушка села и положила пальцы на клавишу. Её сердце и разум подбирали нужный ключ к воображаемому замку, за которым прятались ноты. Гвен старалась представить мотив, который она хочет сыграть. А затем она просто надавила на клавиши, быстро перебирая пальцами. В свою мелодию девушка вложила свою тоску по парню и прошедшему детству. Вещи, которые изредка давали ей надежду среди разинувшейся в ней пустоты. Казалось, и сама Лея только погрузилась в печаль, когда последний звук стих в комнате.
— Ва-а-а-а-ау, — протянула Лея. — Никогда не думала, что снова смогу насладиться игрой.
— А разве ты раньше не играла? — решила подловить принцессу девушка, догадываясь в её ответе. Она выпучила глаза и нервно забегала по комнате, пытаясь скрыть негодование.
— М-да-а-а-а, кстати об этом, — принцесса увела взгляд в окно. — Я объясню, но не сегодня.
— Разумеется, — Гвен умостилась на плюшевой поверхности эркера.
Принцесса удалилась в ванную. Скайуокер осталась сидеть на плюшевой поверхности и смотрела вдаль. Жизнь меняется, а всё вокруг ещё и наполняется странностями. Лея вышла из ванной и легла спать. Гвендолин уснула на месте, но сквозь сон знала, что Лея тоже легла спать. Как-то неудобно было оставаться здесь. Но сил уже совсем не было. Так что девушка поддалась своим видениям во сне.
***
Принцесса и Дрейк сидели в дворцовом саду и кокетничали друг с другом. Гвендолин затаилась на ветке дерева над ними и, как всегда, наблюдала. По Дрейку можно было явно определить типаж принцессы. Дрейк панторанец, контрабандист, который это так не назовёт, преимущественно хвастается собой и своими достижениями. Главная легенда, как он смог сократить путь к системе Бакура на Внешнем кольце через астероидное поле до двадцати парсеков! А в среднем тот маршрут растягивается на тридцать. В общем мальчиш-плохиш. Но Гвендолин называла его еще проще — мудак. Все в его манере напоминало ей о прошлом. Впрочем, он и не скрывал то, что он контрабандист. Как такого занесло на Альдераан? Только вот Лея буквально плыла от его рассказов, от эмоций, которые они дарили. От адреналина опасности. Естественно, она начала убегать от своей подруги, которая демонстративно выражала ему не добродушие. Впрочем, Гвен понимала, что для принцессы это просто временная интрижка ей поиграть и забыть. Лее словно нравилось питаться яркими эмоциями вспыхивающего романа, а потом сжигать его дотла. И не важно кто жжёт, она или её. Гвендолин этого не понимала. Ее влекло к стабильности и долгосрочности, ей не нужны краткие нелепые интрижки. Её все больше наполнял гнев, когда доходило до этих тем. Поэтому она молча лежала на ветке и буквально брижжала ядом на ветки, пока внизу принцесса позволяла Дрейку её касаться. Может дело в том, что внизу её сестра, но наблюдать это было отвратительно. Будь внизу Гвен она уже бы оторвала парню руки. М-да последнее время, девушку просто переполняло от гнева. Конечно, Скайуокер младшая могла бы утвердить, что дело в работе, в этом хаттовом Дрейке, но в глубине души она знала, что ее злило. Хоть признать это девушка, категорически не хотела. Её бесило то, как обустроилась сестра. Злило через что она прошла, чтобы сейчас быть здесь, а Лея даже и не думает о том, что ее маленькая сестра всё ещё может быть жива. Гвен наблюдала и всё больше бесилась от того, что её продолжают не слушать. Дрейк так или иначе выходил за рамки интеллигенции, с которой прежде встречалась Лея, и поэтому её сильнее к нему влекло. Как мотылек к огоньку. И сколько бы она не говорила об этом принцессе — как горохом об стенку. Поэтому сейчас Гвен тайно и наблюдала за этим бурным романом. Чтобы не пропустить момент для фразы «А я говорила!». Голубки внизу ворковали, что аж становилось противно. Тихо зарычав, девушка начала крутить в руках кулон, подаренный Ником. Стараясь не утопать в своем гневе, девушка окуналась в горячие воспоминания об их с Ником чувствах. Её сердце наполнял легкий трепет от фантазий в будущем. Увидев вживую оркестр, девушке очень захотелось стать его частью! Чтобы вот так играть на радость себе и людям. А главное вдали от опасностей и смерти. Хорошо, что дерево, на ветках которого пряталась девушка, было вечнозелëным и её хорошо там скрывало. Накидка с одного плеча обвилась вокруг девушки, согревая её от холода первого зимнего месяца года. Ей вспоминались холода уже прошлого сезона. В той хибаре было очень холодно, а вокруг еще холоднее. Внезапно эти двое встали с лавочки, и Гвендолин насторожилась. Лея думала, что заслужила безграничное доверие своей подруги-защитницы, раз её нет рядом или просто не задумывалась, где её можно найти. Дрейк взял Лею за руку и повел куда-то. Гвен осторожно слезла и последовала за ними. Когда-то она научилась сливаться с тенью, чтобы подглядывать за джедайскими уроками Эзры и Кейнана. Настал час для применения этого навыка в шпионаже. Мягкие шаги, небольшие интервалы и никто даже подумать не мог, что тень движется. Гвен так и не исследовала город, поэтому то куда привел принцессу Дрейк вызывало у нее негодование. Крыши, заборы, большие дистанции. Он что делать собрался? — Ты уверен, что это безопасно? — робко спросила принцесса. Конечно, ее же волнует безопасность! — Та не кипишуй! — воскликнул Дрейк, подталкивая девушку к краю. Тут много плоских крыш, за значит за бортиком свободный полет. — Паркур это просто и весело! А вот и подвох. Паркур? Чем только не занимаются контрабандисты! А это краткий способ угробить принцессу. Гвен не хочет наблюдать, как та свернет шею, падая с высоты шести или девяти этажей! Она не может позволить покалечиться сестре. Ну вот, кажется, она начала понимать своих родителей в некоторых нюансах их опеки. Это же её сестра! Сможет ли Гвен простить себе то, что она пострадает? Он подмигнул ей и в один прыжок перепрыгнул на соседнюю крышу и протянул руку. Лея отступила пару шагов для разбега и прыгнула. Но ей не удалось сделать такой широкий прыжок отчего она повисла на карнизе. Дрейк, рассмеявшись подошел и помог ей подвестись. Лея выдавила из себя смущенный смешок. Дрейк встал на конёк крыши и съехавши по ее скату перепрыгнул дальше. Лея осторожно ступала по черепице, шатаясь от каждого неустойчивого шага. Гвендолин прижалась бортику здания, с которого только что прыгнула парочка. Лея встала на конёк, совершенно теряя равновесие. Её качнуло назад, и она начала падать. Гвен заскочила на бортик и прыгнула, ловя сестру и заваливая её на скат крыши. — Знаешь, я бы сказала тебе, но, пожалуй, промолчу, — произнесла Скайуокер, помогая той подняться. — А ты идиот! — Ах вот как! — игриво возмутился, с другой стороны, Дрейк, едва ли не надувая губы. Гвен только скривилась от него, а он лишь улыбнулся, явно получив реакцию, которую хотел. — Ты хоть в порядке? — спросила девушка, разглядывая принцессу. — Да, — ответила Лея, оглядываясь туда куда она чуть не упала. — Как давно ты за мной следишь? — Если ты не знала, я делаю это всё время. Я для этого нанята, но из уважения к нашей дружбе и твоему личному пространству, я периодически делаю это максимально незаметно и так, просто чтобы видеть, что ты в безопасности. Лея нахмурилась и брезгливо выгнула губы. — И нет, я не докладываю твоему отцу, — добавила Гвен. — Если я это сделаю, то это будет значить, как сильно ты меня задолбала! Лицо Леи определенно багровело от злости. Гвендолин же до этого не было дела, хочет злиться, что не дала расшибиться — пожалуйста! Скайуокер стрельнула взглядом на противно лыбящегося Дрейка. Гвендолин не сдержалась и показала тому неприличный жест. Но парень только рассмеялся, чем еще больше разозлил девушку, что она тихо зарычала. Лею снова покачнуло на скате крыши, и Гвендолин моментально ухватила ту за руки. — Слушай, спускайся пока не убилась, — произнесла девушка, сжимая ладони принцессы. — Если хочешь разнообразить жизнь паркуром, начни хотя бы с физической подготовки и не таких опасных мест. — Она немаленькая, для таких вещей! — крикнул ей Дрейк. — Принцесса может делать что хочет! — Рот свой закрой, козёл! — рявкнула ему Гвен. — Не в моих интересах её сдерживать, но в моих интересах не дать ей умереть! Ты хоть спросил её, хочет ли она? Гвен окинула взглядом нежные руки принцессы, её тело с женственными изгибами, но с абсолютным отсутствием физической силы. А затем посмотрела на весьма хорошо сложенного панторанца, который всем своим видом демонстрировал, что не первый год таким занимается. Гвен шумно выдохнула. — А тебе самой слабо так? — внезапно крикнул девушке Дрейк. Гвен подняла взгляд на парня. Закипающая в ней и до этого злость превратилась в бушующую ярость. Гвен старалась всячески это успокоить, но искра уже подпалила поле! Лея сжала девушку за руку, но это не помогло заземлиться среди моря спокойствия. — Не на ту нарвался! — воскликнула Лея, вместо Гвен. — Тогда давай кто быстрее до паркового фонтана! Гвен из последних сил себя сдерживала, хоть и хотелось чертовски сорваться с места и заставить этого нахала глотать пыль! Её обязанность защищать принцессу, а не соревноваться. Закусывая свою губу чуть ли не до крови, она подставила руку принцессе, предлагая ей помочь дойти до выступающего окошка в крыше, через которую на ту можно попасть. Но Лея откинула руку девушки и кивнула в сторону Дрейка. — Надери козлу зад вместо меня, — произнесла она. — Встретимся у паркового фонтана. Гвен вдохнула и потянулась чувствами к окружению. В Силе не ощущалось напряжения, которое заставило б все чувства напнуться как натянутая струна. Ну, о чем сенатор не узнает, о том и не накажет. Гвен растянулась в хитрой улыбке предвещая то, что панторанец проиграет. Принцесса протянула девушке руку и хлопнула по ней. Скайуокер свою черную накидку с плеча и протянула её принцессе. Холод моментально пронизал её теплый гольф. В один прыжок девушка заскочила на конек крыши, съехала по её скату и сделала сальто через себя. Приземлившись, она толкнула Дрейка и побежала дальше. Её шаги были легки и невесомы, не то, что солидное гупанье Дрейка позади неё. Ноги несли Гвен вперед. С помощью руки она перепрыгнула очередной бортик крыши, скользя по стене, а затем прыгая на балкон дома, который был ниже того с которого она соскочила. Затем она ухватилась руками за карниз крыши и подтянулась на него. Её ноги легко находили баланс на коньке, по которому она бежала, и даже перепрыгнув на другой конёк. Впереди виделся фонтан главной площади. Гвендолин бежала не оглядываясь, она точно знала, что Дрейк её не опередил. Поэтому заскочив на верхушку не работающего зимой фонтана, она оттолкнулась от него насколько могла и хватаясь рукой за ажурный выступ фонаря. Ногами она качнулась назад и затем по инерции вытолкнула себя вперед. В воздухе она сделала сальто вперед и приземлилась на натянутый брезент какого-то кафе. Прыжок от тента помог ей допрыгнуть до очередного карниза и Гвендолин повторила трюк недавнего прошлого. Ногами она оттолкнулась от мраморного облицевания стены и перекинулась через бортик, делая кувырок по приземлению. Не давая себе времени на отдых, она побежала вперед, перескакивая с крыши на крышу, делая кувырки, съезжая по скатам и стенам. Адреналин в крови так разогрели ее тело, что Гвен и не замечала снятой накидки. Холодный воздух хлестал в лицо и наполнял грудь. Казалось, что она разгоняет в теле тот накипающий гнев, выпуская его через прыжки. И в конечном итоге в один размашистый прыжок она приземлилась на бортик паркового фонтана, чем напугала парочку мамочек с детьми. В беге ее коса, которая прежде была заплетена вокруг головы, теперь лежала на плече с кучей выбившихся из нее прядей. Ее лицо покраснело и горело от жара. Возле нее буквально мгновением спустя приземлился Дрейк. Она посмотрела на него и оскалилась, обнажая передние клыки. Оба тяжело дышали, Дрейк слегка согнулся и облокотился руками об колени. — Нехило гонишь, крошка! — произнес он, наконец распрямляясь. Гвендолин постаралась не скривиться от того, как ее назвал. Она скользнула с бортика фонтана и встала перед ним. Теперь то мороз начинал пробираться ей под одежду одновременно с любопытным взглядом Дрейка. У них началось сражение взглядов. Взгляд девушки буквально испепелял его, а его веки дрожали, борясь с желанием сбежать от этого злого взгляда. — А я говорила, что Эйлин выиграет! — произнесла выросшая из ниоткуда принцесса, чем отвлекла Дрейка от гляделок. Он фыркнул и огляделся по парку. А Лея тем временем протянула защитнице ее накидку. Гвен взяла ткань в руки, стараясь не поворачивать ладонями к верху. С момента как Гвен осознала кем на самом деле есть Лия, она не хотела привлечь внимание своими особенными чертами. Хотя не стоит исключать того, что принцесса уже давно этот пазл сама и теперь молчит с тех же причин что и Скайуокер. Гвен молча вскинула бровями и уложила косу на плече. — Не советую связываться со мной в дальнейшем, — произнесла девушка, толкая панторанца в грудь. За Леей высочила парочка гвардейцев. Что ж хорошо, что они сопроводили ее и хоть бы они не пересказали это сенатору. Внезапно что-то дернуло струну Силы внутри Гвен, и девушка резко дернулась. Она обернулась к Дрейку, но тот стоял с максимально невозмутимым лицом и не выказывал никаких намерений. Та стена что окружала его разум, заставила Гвен прищурено на него посмотреть. Но сейчас это был не он. Где-то в сознании девушка заметила вспышку зеленого света, которая заставила ее сердце трепетать. Но Скайуокер не позволила этому явлению запустить мысли. Она просто кивнула принцессе, и они направились ко дворцу, оставляя Дрейка позади.***
Вечером Гвен тренировалась в зале. Лея в этот раз прямо сказала про свидание с Дрейком и попросила находиться подальше. Поэтому используя свои особые полномочия и отправила кучи патрулей регулярно обхаживать территорию недалеко от принцессы. Так они окажутся в доступности на крайний случай. А сама она убивала время тем, что заставляла свои мышцы сокращаться едва ли не до боли. Создание второго клинка заставило девушку задумать о ее готовности к использованию в бою. А значит нужна практика, так она тренировала свои техники в бою с Даллионом. — Ты что готовишься к бою с инквизиторами? — внезапно спросил блондин, когда Гвен выполнила замах левым клинком, в движении выворачивая его из обратного хвата. — И вообще, где ты этому научилась? — Нигде, — ответила она, когда их мечи со звоном столкнулись. — Когда-то наблюдала за отцом. Воспроизвожу то, что я видела, как могу. — Кем же был тогда твой отец? — он заблокировал атаку девушки и оттолкнул ее чтобы отдышаться. — Не спрашивай. Девушка с рыком замахнулась и бросилась на соперника. Но Даллион просто отскочил в сторону, бросая клинок на пол. И Гвен опечалено выдохнула. Девушка швырнула и свои клинки. — Все в порядке? Ты последнее время как сама не своя? — поинтересовался Даллион. — Да, — сама не своя с того момента как поняла на сколько высоки вероятности существования матери и стопроцентная работа на сестру без ее ведома, плюс еще куча тайн, которые девушка хранит. — Прости, мне последнее время приходится находиться много, где одновременно и это делает меня немного рассеянной. — Тогда я тебя оставлю, — кареглазый похлопал подругу по плечу и удалился, поставив их мечи на стойку. А Гвен осталась стоять и смотреть в окно. На небе собирались тучи, в любой момент начнётся метель. Хорошо, что на этот сезон она выбралась из той задрипанной деревянной халупы, где она точно бы обернулась на ледяную статую. Гвен расстелила каремат и встала в планку. Она закрыла глаза и начала погружаться в медитацию. Но Сила словно не хотела ее уносить, словно ей не стоило сейчас дать видениям поглотить себе. И не успела Гвен заметить, как услышала скрип двери. Она села и прислушалась. Рукой она потянулась к кинжалу на бедре. Ощущения подсказывали что за спиной человек. Гвендолин одним движение метнула нож и услышала какое-то подобие писка. — Чуть меж глаз не заехала, — напугано произнес вошедший. — Знала б что это ты, целилась бы в сердце! — выпалила девушка, видя у входа Дрейка. — Как ты здесь оказался? — Ничего сложного, — ответил он подходя ближе. — Думаю ты так же проникала бы во дворец не живи ты тут. — Я б тогда избегала этого места за любую цену, а не лезла бы по приколу внутрь. — Зря, — воскликнул он. — Все самое интересное, там где, тебе не место. — Зачем ты пришел? — Подумал ты соскучилась, — он приблизился к ней и обхватил руками за талию. Только вот девушка молниеносно и отчасти рефлекторно дернула коленом вверх, ударяя панторанца по причинному месту. Он заскулил и рухнул на колени, прикрывая руками зону удара. Гвендолин вцепилась когтями в его подбородок и подняла так, чтобы его глаза стыкались с ее. — Никогда не прикасайся ко мне! — прошипела она, сильнее вгоняя ногти ему в кожу. — Иначе я разделаю тебя на отдельные части и закопаю в разных мирах, если ты не понял! Она швырнула его на пол и брезгливо фыркнула. Дрейк ей не нравился с самого начала, а чем дальше шли его интрижки с принцессой, тем наглее он становился. Но он так замыливал принцессе глаза, что она твердила какой он не такой как другие наемники, не такой плохой. Похоже это тот момент, когда интрижку ведет не Лея, а Дрейк. И Гвендолин не нравилась та тенденцию, которую отмечала она и даже некоторые ее братья из ее отряда. «У вас чертовски опасный любовный треугольник», — говорили они. И факт треугольника пугал ее еще больше. Лея упадала за контрабандистом, Дрейк, когда принцесса не видела, клеился к Гвендолин, проявлял знаки внимания, а сама Гвен угрожала ему расправой. Только вот в больном уме Дрейка это читалось как заигрывания. Он думал девушка хочет его так помучить, а он как павлин — только сильнее распушивал хвост. В конце концов это надоело девушке. Панторанцем изо дня в день двигало животное желание. А Лея этого словно не замечала, когда они флиртовали и где-то втихаря целовались. Но видимо Гвендолин засела Дрейку до мозга кости в те моменты, когда Гвен оказывалась сильнее его. Когда с легкостью одолела его в беге по крышам города, когда метнула нож в голову, когда разбила ему губу, скинула с крыши и в конце концов пустила кровь у горла, приставив нож. Он только сильнее безумел, словно страх смерти его не пугал, а вот животные инстинкты поражали разум. Словно он и прибыл на Альдераан, чтобы с кем-то перепихнуться и его целью оказалась неприступная девушка. Но не долго он приставал к Гвендолин. Спустя две недели он решил «пробить неприступную брешь девушки». А что Гвен? Ничего исполнила угрозу и отрезала ему мизинец! Только вот принцесса с этой версией событий не согласилась. Она разозлилась на Эйлин, мол та забавы ради отрезала бедному парнише пальчик. И пиши пропало. Гвен и сама понимала, что женщина, окрыленная влюблённостью, не отличается сообразительностью, но то, как нагло Дрейк прикидывался нечастным, породили в принцессе мысли сбежать с ним на край мира. Поэтому, когда девушка смогла сбежать от телохранительницы, ту ослепила ярость. Ее сестру использую подлец из гильдии, а она повелась! В опасности ее сестра! Непросто принцесса, родная, хатт его, сестра! Гвендолин подняла глаза, словно раскаленные угольки, к верху и позволила гневу заполнить ее. На столицу опускались сумерки. Дрейк обладал кое-какими навыками. Поэтому, как прежде он подкрадывался к Гвен, теперь он вывел любовницу из дворца и вел ее лабиринтами улиц промышленного сектора. Где темно и никого нет в такое время, ни работников, ни гвардейцев. А Лея видимо, живя всегда в абсолютном достатке, просто не знала, что такое режим самосохранения. Она доверилась плохишу с черной гнилью в душе. — Слушай, куда мы идем? Космопорт в другой стороне, — внезапно осознала Лея. — Или твой корабль, где-то на краю Старого города? Дрейк проворчал что-то невнятное. Он начал ускоряться, что принцесса начала спотыкаться, не успевая за ним. Панторанец крепче сжал ее руку, что больше походило на мертвый хват. Лея дернула рукой, так как он до боли сжимал ее ладонь. К ее горлу подступил холодный ком страха. Девушка старалась вырвать свою року и всеми силами пыталась остановиться. — Куда ты меня ведешь! — требовала ответа принцесса. — Уже привел! Он толкнул ее в темный проулок и двумя большими шагами прижал к стене. Не давая ее панике забить на сполох, он буквально одним движение содрал с принцессы куртку. Мороз первого месяца сезона моментально пробрался свозь ее водолазку, заставляя его облизаться от зрелища. Дрейк одной рукой прижимал ее к покрытой льдом стене, а другой завозился ремнем на своих штанах. Лея со всех сил закричала, стараясь вырваться. Он давил рукой на горло, а языком скользил по обнаженной шее. — Отпусти меня! Немедленно! — кричала она. — Не переживай, тебе понравиться, — прошептал он ей на ухо, до неприятного обжигая дыханием ухо. — Дрейк! Отпусти! — кричала Лея. — СТРАЖА! — В это время здесь никого нет, не кричи напрасно. — Эйлин найдет! — И где же твоя злобная подружка? А? Он сильнее придавил ей горло, что Лея едва могла дышать. Она всячески пиналась и брыкалась, не давая панторанцу получить желаемое. Он буквально впивался ей в шею и пытался сладить с ее брюками, но принцесса так дергалась, что одной рукой ему сделать не удавалось. Дрейк подцепил ногой ремень и подкинул к руке, которой он вытащил свой нож с ножен. Если не дает снять, то срежет, а что попадет под лезвие еще уже не важно. Он блеснул лезвием ножа и увидел в нем проблеск оранжевого. Но Дрейк не сильно беспокоился тем, что ему почудилось, в отличии от того, что он хотел сделать. Внезапно чья-то стальная хватка впилась ему когтями в кадык, и уже задыхаться начал он. Гвендолин отшвырнула его в другую стену, и он упал на снег. Маленькие крупинки одна за одной начинали спадать, укрывая всех в темном проулке. Глаза Скайуокер как две жаринки сверкнули ему и повернулись к принцессе. Лея лежала в снегу и хрипло всхлипывала. Гвен одним рывком поставила сестру на ноги. Она дрожала и едва стояла, ее всю трусило. Девушка сорвала с себя свою подбитую мехом накидку, завернула принцессу и толкнула ее к выходу на улицу. Там Лея разглядела двух гвардейцев из отряда девушки. Они взяли ее под руки и повели прочь. Лея обернулась и увидела фрагмент того, что ждало Дрейка. Пока Эйлин отваживала принцессу, он поднялся, прикрывая рукой кадык, вокруг которого кровили раны от когтей Скайуокер. В этот момент Гвендолин вытащила из-за спины свой меч и воткнула его чуть ниже левой ключицы, проламывая ему рёбра. Он захрипел. Увидев это, гвардейцы развернули Лею и отводили подальше от криков, которые сопровождали тихий промышленный район. Гвендолин подошла к нему так близко, что чувствовала его всего. Она взяла с земли его нож и провела лезвием по салатовых узорах на его скулах. Затем слегка надавила и кровь потекла щекой. А затем ее рука начала блуждать возле его шеи, скользя лезвием по его гусиной коже. — Я тебя предупреждала, — произнесла холодным как лед голосом. Её рука взмыла вверх и голубоватое ухо парня зарылось в снег на земле. Кровь брызнула на руки девушки и мигом окрасила белый снег вокруг них. Дрейк хрипел и выл от боли. Гвен слегка облокотилась на свой меч и лицо парня стало мертвенно бледным, даже для его цвета кожи. Гвен не слушала, что он там бормотал. Ее заслепила пелена ярости до того состояния, когда она просто делала, а мозг на время выключил функцию сохранения воспоминаний. Она мучала его, заставляя кровь стекать с него как из свиньи, просто что бы он все чувствовал и видел. Отмщение вещь холодная. В своей ярости девушка просто мучала его. Дрейк поднял на нее стеклянные глаза. В ее взгляде горело пламя. Словно темная сторона поглотила ее. Эйлин в одно движение рассекла ему шею и кровь брызнула фонтаном. Гвен и не моргнула, когда ее лицо обрызгало кровью. — А ты думал я не догадаюсь, — произнесла она. Гнев так бурлил в ней, она не замечала ни крови на себе, ни холода, который старался привести ее в чувство реальности. Скайуокер извлекла свой меч и новый поток крови хлынул в нее. Гвен просто вскинула бровями, когда то что осталось от тело упало на снег. Девушка огляделась. У входа в проулок стоял Даллион с неподдельным выражением шока. Он ничего не говорил, когда они закинули кровавую груду мяса в какой-то контейнер, который утром увезут куда-то на свалку. Пелена гнева и ярости спала только тогда, когда девушка и гвардеец пробирались тайными ходами во дворец. Гвендолин сейчас совершенно не думала. Алсиндер и Орен стояли у дверей принцессы и ждали ее. Никто в замке не знал о произошедшем, кроме второго отряда, который обещал помочь девушке и сохранить это тайной. Гвен вошла в покои принцессы. Лея сидела на своей кровати, обнимая руками колени и плакала. Гвендолин Скайуокер была единственной, кто сейчас мог понять принцессу. И она поступила так, как хотела бы, чтобы поступили с ней. Девушка сняла портупею и ножны, с бряскотом скидывая их в углу комнаты и подошла к принцессе. — Ты была права, — только и сказала Лея. Гвен опустилась возле нее и крепко обняла. И сейчас, пожалуй, она нашла ответ на вопрос: рассказать ли сестре правду? Нет. Не рассказывать. И не только с точки зрения их безопасности. Лея видела краем глаза, что она сделала. Даже сама Гвен не все осознавала в своих действиях. А вот Лея видела. Как ей смириться с мыслью кем стала ее сестра? Что та маленькая невинная и беззащитная жемчужинка стала смертельно опасной змеей, что меняла кожу каждый раз убегая от прошлого? Ей не стоит знать, что те ужасы о которых говорила Эйлин, происходили не с чужим человеком, а с её родной сестрой. Гвендолин не сможет выдержать разочарования и отчаянье в глазах сестры, если она узнает. Только вот считает ли так же Сила?..
