Озерный край
3 октября 2025 г., 19:40
Гвен даже подумать не могла, сколько неприятностей могла доставить одна маленькая флешка! Начнем с того, что она неделю с лишним ходила и кашляла, хрипела, ощущение такое словно в легких развели болото. Второй отряд всячески нагружал себя, им тяжело было душевно. А Лею, начало носить по всем мероприятиям, которым только можно. Гвен даже пришлось надеть маску и капюшон, когда они с принцессой куда-то летели. Лея много выступала, она поднимала вопрос проблемы синдикатов в галактике. И между строк, напоминала, что Империя — зло! Принцесса выискивала им союзников.
То количество людей, вечно оказывающееся в кругу общения принцессы, вызывало у девушки плохое предчувствие. Активность Леи привела к тому, что Гвен начала предсказывать покушение на ее сестру. От чего Гвендолин превращалась в параноика и это сводило с ума Лею. Девушка ворчала, но старалась себя беречь. Гвен виделись едва не за каждым столбом тени, которые убегали от ее глаз.
А вот Люк… О Гвендолин определенно закинула ему наживку для размышлений. Девушка готова была поспорить, что Лея знает, куда утащило ее брата, но не признает этого. Откровенно говоря, его отсутствие было только на руку самой Гвендолин, ведь при брате она всячески скрывала, то что она владеет Силой. В прочем она ведь и «не сестра» ему. Опасная игра, очень опасная.
«А с чего ты взял, что она погибла?». Эта опрометчиво сказанная фраза подвергла сомнению все что близнецы знали. Ведь они и сами то официально такие же мертвые, как и Гвен. Только не приведет ли это к тому, что тайну Эйлин раскроют? Конечно, Гвен предполагала, что в далеком будущем, среди альянса она расскажет им, но только когда будет готова. Девушка все закидывала эти мысли куда подальше, но все спотыкалась также, как об ненависть к себе. И чем больше она думала, тем угрюмее становилась.
— Все хорошо? — внезапно спросила Лея. — Ты так задумалась.
Ну еще бы. Их жизнь грани смерти, ее личность путается в собственном я, Галактика разваливается, Ник исчез и еще надо быть готовой к тому, что придётся признаваться близнецам. В Силе ощущалось подозрительное затишье… как перед бурей. Что-то назревало, но даже сама Сила не могла сказать Гвен что именно. Она снова удавилась хриплым кашлем и протерла горло рукой. Оно ужасно болело от нескончаемого кашля. В прочем чего мы хотели после купания зимой? Девушка хрипло закашлялась снова, что слышалось недовольное бурчание людей, огибавших их. Гвен подняла глаза и увидела человека, потянувшегося к ремню. На мгновение девушка представила как он вытягивает нож и прыгает на сестру, вонзая его ей в горло. Ну нет уж, не для того девушка так верила в нее, чтобы на ее глазах сестре вскрыли горло.
Скайуокер отскочила в сторону, перетягивая Лею за спину. Мужчина спокойно прошел мимо, доставая из кармана за ремнем леденец. Гвен поджала губы, чувствуя, как волнение растекается в ней, а смущение ползет по венам. Она отвела нашерошенный взгляд в сторону, подальше от раздраженного и возмущенного взгляда сестры. Гвен просто пихнула ее в плече, чтобы они шли дальше. Воображение играло против девушки. Она пыталась дотянуться своей Силы, но в ней ощущалась чрезмерная гладь и тишина. Словно Сила закрылась от девушки, когда та снова смогла, а ей открыться. Мол «ты слишком стала полагаться на меня». А поэтому вредная фантазия девушки, играло с ней все время.
— Эйлин? — окликнула ее снова Лея. Она, наверное, что-то говорила, а девушка не слушала. — Ты словно не здесь.
— Тебя убить хотят, — прямым текстом произнесла девушка, оборачиваясь в поисках подвоха. Но это Альдераан и тут скорее все натерто идеальностью и правдой, но почему тогда ее тревожит, что все хорошо? — Я должна быть всем и везде чтобы предупредить это, и не связывая тебе при этом руки.
Лее не осталось ничего кроме как поджать губы. Она прекрасно знала с чем связывалась, когда вызвалась с братом отыскать ту флешку. Главная позиция была в том, что Люк с помощью Силы найдет флешку и проведет время с сестрой впервые за семь лет. И Гвендолин должна была признать, что она скорее настояла бы на том, чтобы Лея оставалась во дворце. Но чем тогда она отличается от другого гвардейца? Это важно было для сестры, Гвен понимая это даже не перечила, а пошла с ними. Все они понимали, чем может это обернуться в последствии. Гвен старалась меньше останавливать сестру, ведь на ее месте она тоже не сидела б молча. В конце концов они дочери одного отца, шило в одном месте это семейное.
Они пришли на ярмарку на площади. Традиционный весенний ярмарок. На улице все еще была весенняя прохлада, ветер мягко коснулся сестер и помчал дальше. Гвен протерла холодными руками под глазами, слегка стирая подтекший макияж. Лея ничего не подозревала о личности своей телохранительницы, но Гвен почему-то думала, что Лея осознает это раньше Люка. А брат с сестрой помнят лишь милое, круглое и пухленькое личико сестры с невинным и добрым взглядом, как на фото в комнате принцессы. Гвендолин сомневалась, что в ее овальном худом лице, усыпанным белыми веснушками, и уставшим злым взглядом осталось еще хоть что-то от прежней ее. Но если Гвен догадалась о личности сестры до того, как ей рассказали, то что, если Лея уже догадалась сама? Поэтому Гвен подчеркивала злость взгляда с помощью черных стрелок и прокрашенных тьмой век, а губы всегда были тёмно-бордовыми. Как ни посмотри всегда казалось, что Гвен злобно щуриться, а губы кривятся в ухмылке.
— Прошлом году было холоднее, — произнесла Лея, поправляя кремовый шарф.
Ярмарок это всегда событие. Этот на честь грядущих потеплений и рассвета жизни везде. Город сейчас выглядел серым. Снег почти весь растаял, везде валялись ветки, грязь, а зелень еще не появилась. Так что люди развесили кучу разноцветных ленточек, словно приветствуя весну. Но смысл ярмарки мало менялся. Лотки с едой, развлечения и все в этом роде. Лея как принцесса посещала такие места, обычно очень много тратя при этом на людей. Скайуокер младшая предостережительно зыркнула на принцессу и слилась с тенью.
Лея кивнула ей и дала ярмарку поглотить себя. Что хорошо, так это то, что за ней не ходят сотни гвардейцев. Гвендолин старалась уважать личное пространство своей сестры, но она никогда не выпускала ее из поля зрения. Ибо это как минимум ее работа. Лея считала, что она ходит одна и от этого она еще больше менялась в своем поведении. Потому что она переставала думать о своей безопасности. Она тянулась к народу, как и они к ней. И прячась в тени, Гвен наблюдала за улыбкой сестры. Маленькая девочка с черными волосами сидела у нее на коленях и смеялась. Все улыбались. Гвен постаралась поднять уголок рта, чтобы хоть немного улыбнуться, но мышцы не дернулись вообще, словно они и забыли, как улыбаться.
Девушка все равно была настороже. Внезапно волосы на затылке встали дыбом. Зачастую это значило, что за ней кто-то есть. Девушка слышала шаги. Она прижималась к стене и тени, которую та отбрасывала. Гвен позволяла Силе опивать ее черной тенью стены. Мимо нее прошел человек, который пристроился у угла дома перед девушкой. Гвендолин боялась даже дышать, чтобы не вспугнуть его. Он словно следил за принцессой. Это наемник от гильдии. То есть нанимали не напрямую.
Он вытащил из-под своей большой накидки кейс с винтовкой и видимо начал думать, где ему стать. Снайпер. Скайуокер коснулась меча за спиной. Сталь скребнула о портупею, и девушка приставила кончик прямо в шею наемника. Он сразу замер без движения, ведь Гвен достаточно одного шага, чтобы воткнуть клинок меж шейных позвонков. Девушка не позволит убить сестру и более того она не позволит испортить людям праздник.
— Медленно положил все на землю и стал лицом к стене! — приказала девушка.
Свободной рукой она быстро нащупала кнопку тревоги на коммуникаторе. Ее сигнал обозначал опасность, которая пока под контролем. Люди их в закутке и не видели. Гвардейцы на своих постах насторожились и начали передавать друг другу сигналы. Один из них не прошел мимо Леи. Она старалась скрыть тревожность на лице и улыбнуться, но глазами она искала свою подругу. Наемник медленно потянулся к земле. Его кейс глухо коснулся земли, и он начал вытягиваться и поворачиваться к стене. Только вот девушка понимала, что он легко не сдаться. Тот быстро и резко выпрямился, закидывая в девушку какое-то подобие дротика с ядом. Но Гвен так махнула клинком, что дротик отрикошетило в стену. Она и забыла, как джедаи световыми мечами отражали выстрелы и долго, и упорно этому тренировались, что девушка не верила своему везению в таком легком отражении снаряда стальным клинком. Изумленный наемник бросился в толпу.
— Стой, ублюдок! — рявкнула девушка, что эхо покатилось от ее голоса.
Люди сразу всполошились, закричали и бросились кто куда. Гвардейцы на площади тут же разделились на: провести людей в безопасное место и догнать наемника. Но Гвен была быстрее и ловчее тех, кто стоял на прохладе уже не первый час. Полы ее черной накидки развивались, позволяя ветру пронизывать ее сквозь одежду. Наемник скинул с себя свою вонючую болотную накидку, демонстрируя абсолютно черную мандалорскую броню. На реактивном ранце была выцарапана метка черного солнца.
Кажется, у девушки появился шанс отомстить виго Ксизору, за то, что ее предали во время резни Кейто. Хотя чего еще можно ожидать от преступников? Наемник подбежал к мостику через небольшую речушку в столице. Запрыгивая на каменное ограждение, он активировал свой реактивный ранец. Но Гвен не собиралась дать ему уйти, а поэтому с помощью Силы прыгнула и ухватила наемника за ноги. Как девушка и надеялась, его ранец моментально отказал, и они оба упали в реку. Холодная вода окутала девушку полностью, что, когда она вынырнула, холодный воздух очень больно обжег и без того больные легкие.
Неожиданно вода сомкнулась над ее головой, а шею сдавило две руки. Вода перекрыла дыхание, и девушка ощутила этот речной вкус и горлом и носом. Не паниковать! Самое сложное это сохранить самообладание. Наемник был за спиной, его колено болезненно заехало ей по спине. Ее рука уже по привычной схеме выхватила кинжал из ножен и держа его обратным хватом, заехала куда-то между его доспехов. Его хватка слегка ослабла и Гвен смогла ринуться к верху и вздохнуть как можно глубже. Но ее нож видимо не сильно травмировал наемника, ведь только ее нос высунулся из-под воды как ее тут же ухватили за ноги и дернули вниз.
Наемник выхватил свой нож и попытался вогнать его девушке в грудь. Но какая-то подводная волна всколыхнула его, и он промахнулся. Его лезвие полоснуло по корсету из кожи маскинонга и рассекло ее бедро. Девушка оттолкнулась от него другой ногой. Его ранец подтолкнул его вперед, и он вцепился снова девушке в шею. Кровь окрашивала мутные воды. Гвендолин сильнее сжала свой клинок и воткнула его наемнику под мандалорский шлем. Длинное черное лезвие безошибочно достало даже до мозга. Его руки моментально разжались, и девушка выплыла на поверхность. Вода волнами окатывала ее, что девушка то и дело захлебывалась. Девушка оглянулась на камни, что обрамляли реку в столице и ухватилась за один из них. Дрожащими руками девушка подтянула себя и взобралась по камням на землю. Упав вниз лицом, она закашлялась. Вода стекала с нее, капала из носа. Собачий холод сковывал ее лещатами, что она едва ощущала свои конечности.
— Да сколько можно! — прохрипела девушка, когда ее вывернуло прямо на камни.
Девушка встала и на первом же шаге повалилась на землю. Лоскут ее флисовых штанов свисал от бедра до колена. Кровь стекала по бедру, а кожа окрашивалась бледными пятнами. Ее тошнило, вода в носу и легких раздражала, но никак не хотела сама выйти. Гвендолин провела рукой по бедру. Наемник очень нанес очень глубокую рану, что Гвен не могла и облокотиться на ногу. К ней уже бежали люди и гвардейцы, поэтому девушка еще раз провела рукой по бедру, используя Силу чтобы хотя бы остановить кровотечение. Скайуокер поднялась на ноги и неуверенно двинулась вперед.
Все то, что наемник бросил осмотрели. У него был маячок на принцессу, часть оплаты, но больше особо ничего. Особого ума не надо было чтобы понять, что Черное солнце недовольно потерей информации и срывом их операции. Падме Амидала своего времени тоже каждый день была у кого-то на мушке, разве могло быть иначе с ее дочерью? Лея проводила время с братом, который как раз вернулся откуда-то, пока сама Гвен находилась в кабинете сенатора и вместе с командованием обсуждала сложившуюся ситуацию. Империя, по-видимому, очень старалась устраивать провокации против Альянса. В основном обсуждались вопросы политики и армии, то, к чему девушка практически не имела отношения. Гвен стояла ровно, но то и дело хрипло кашляла. Ей стоит навестить Флоренс.
— Сер, а мы уверены в том, что за этим стоит именно Черное солнце? — снова поднялся вопрос синдикатов.
— Определенно, — встряла в разговор Эйлин, что офицер удивился наглости той, кто была ниже рангом.
— Что вы знаете, леди Эйлин? — спросил ее майор Дамаар.
— Синдикатам законы галактических миров не писаны. У них свои и то, у них достаточно подлости нарушать и его, — констатировала и без того известный факт девушка.
— Вы думаете Черное солнце могло пойти на покушение на принцессу? — уточнил капитан.
— У наемника на броне выцарапано знак Черного солнца. Наняли его через гильдию, но это может быть маневр. Скорее чтобы запутать своих. За флешкой гнались еще люди из Консорциума Занна. Может и еще кто, просто с ними мы не столкнулись. Не знаю, что у них в головах и какие цели они преследуют, но к этому руку приложили определенно.
— Жаль наемник скрылся, — произнес офицер. Он только недавно переехал в столицу и его завышенное мнение о себе после повышения действовала на нервы девушке. А Гвен язык не поворачивался сказать, что она его убила. — Вы бы могли и лучше исполнить свою обязанность и схватить того наемника!
Гвен мгновенно переменилась в лице. Полковник аж поперхнулся и уставил серьезный взгляд на офицера. Скайуокер не поладит с этим офицером и это факт. Если он внезапно окажется шпионом и его можно будет убить, девушка с радостью сделает это.
— Молчать, офицер! — рявкнул на того майор. — Леди Эйлин рисковала, добывая информацию, которая спасла жизни многих. Званием она может и ниже вас, но сделала больше. Смотрите, чтобы вас не разжаловали в первые дни службы за неуважение!
Офицер просто не знал с кем имел дело. Он не видел, как у дверей в лазарет едва ли не весь дворец стал, ожидая врача, который сказал бы, что она выживет. Он еще ничего не знал. Девушка даже могла б простить ему невежество, но не хотела. Уж сильно не нравилось ей лицо этого офицера.
— Нашли наемника! — воскликнул вбежавший в кабинет солдат.
— Ведите! — приказал сенатор, а девушка поджала губы.
— Сер, он убит, — договорил боец.
— Как? — хором удивились военные.
— Как как, кинжалом через подъязычную кость и до мозга, — проворчала девушка и тут же словила изумленный взгляд офицера и остальных присутствующих. — Справедливости ради этот ублюдок питался меня задушить, утопить и зарезать одновременно, мне что нужно было ему позволить?
— На нем есть метки? — только и спросил сенатор.
— Да, сер, — ответил солдат и выдержал паузу. — Черное солнце.
Гвен было не по себе до конца совещания. Под конец она уже едва стояла. Легкие изнывали, горло словно разодрали коты, а с носа текло беспрерывно. Флоренс снова пыталась было замкнуть девушку в лазарете с капельницами, но Гвендолин сбежала вместе с этой штуковиной, как только ей зашили бедро и перебинтовали. Ей надо было удостовериться, что Лея в порядке. Вскарабкавшись по лестнице к ней в комнату, Гвен увидела сестру у окна. Она прижимала к себе одну из фотографий и смотрела в даль.
— Я пришла узнать, как ты, — произнесла девушка и снова закашлялась. — Черт, когда же это прекратиться!
— Я в порядке, — она повернулась к девушке, чей взгляд хорошо виделся во мраке комнаты.
Гвен включила свет прошла к окну. Лея держала очень давнюю фотографию, где им с братом лет пять, а за ними стояла Падме. Гвен тогда еще не было. Падме была очень красивой, но взгляд такой встревоженный и уставший.
— Ее тогда пытались несколько раз убить, — произнесла девушка, увидев взгляд своей подруги на портрете ее матери. — Отец и его ученица тогда помешали этому. Не представляю как она жила с этим.
Гвен молчала. Ее то и дело пытаются убить, а она даже не задумывалась как она с этим справлялась. Наверное, просто разделывалась с нападающими и потом грызла себя за их убийство, чем за то, что ее хотели убить.
— Эйлин, я хочу попросить тебя, — произнесла Лея.
— Конечно, — ответила Гвен, тоже вставая у окна, облокачиваясь на него, а не на капельницу.
— Я хочу кое-куда слетать, — кареглазая, снова посмотрела на город. — Это не мой дом, я хочу навестить свой. Только я и брат.
— Я возражу, — как можно мягче возразила девушка. — Я не хочу врать сенатору, о том, где ты. Я твоя защитница и подруга. Если в том месте тепло, я просто хочу побыть человеком. Не обязанной прятаться или выполнять какие-то обязанности. Просто… — девушка вздохнула, — но, если вдруг понадобиться я моментально превращусь в злую горгону защищая и вовсе не от того, что должна.
— Хорошо, но никому не говори куда мы летим. С Бейлом я решу вопрос.
***
Место, которое Лея назвала домом оказалось Озерным краем на Набу. С каких-то причин близнецы решили навестить Солу Наберри и ее детей. Когда Гвен стояла за спинами близнецов у дома, выложенного камнем, гладкие стороны которого укрывал плющ. Ее сердце ушло в пятки от ощущения того, как тут мило и насколько это место действительно ощущалось домом. В детстве девушка никогда не посещала семью Падме. Она не знала, что о ней тут говорили, но лично она не видела никого и никогда. Когда Сола отворила двери, Скайуокер младшей на мгновение показалось, что на нее смотрит Падме. Но Сола отличалась от своей младшей сестры, как минимум она не великий деятель, вошедший в историю. Женщина расплакалась, увидев племянников. Люк был несколько выше ее, что, обнимая ее он приподнял женщину над землей. По щеке сестры стекла одинокая слеза. — О мои милые! — вторила она, обнимая их одновременно. — Наконец-то! Думала никогда больше не увижу вас! Проходите же скорее! Гвен не видела улыбок на лице брата и сестры, но была уверена в том, что у них уже щеки болят от этого. Люк пропустил сестру вперед, и та прошла мимо тети в дом. Теперь Сола увидела Гвен, стоящую позади. Откровенно говоря, девушка легко могла сейчас уйти. С Леей они договорились, что в этой поездке Гвен не будет забивать себе голову паранойей и прочими делами, которыми должна была бы как телохранительница. Теоретически Скайуокер младшая должна была бы их оставить на совсем и провести время в своей компании. Но Люк предложил девушке остаться с ними, они ведь друзья. Но сейчас Гвендолин как никогда хотела сбежать. Некий клубок эмоций скрутился на душе, что синеглазая хотела избежать его распутывания. Девушка уже было сделала шаг назад. — А это кто? — поинтересовалась Сола, окидывая младшую Скайуокер с ног до головы. Как бы ни было, но Гвен так и осталась обвешенной ножами в корсете из кожи маскинонга, собранными в прическу волосами и кулоном. Казалось, мгновение Наберри сравнивала Люка с неведанной гостьей. Гвен хотела назвать ей как к ней обращаются, но слова не слетали с ее уст. — Это Эйлин, — произнес вместо нее Люк. — Она с нами. — Что ж, — Сола протянула девушке руку и Гвен подбежала к ней. Женщина ее приобняла и так улыбнулась, что Гвендолин поразилось теплоте исходящей от нее. — Проходи. Мы как раз будем ужинать. Гвен прошла в дом и словно перенеслась на десять лет назад. Бежевые тона, мягкая мебель, словно квартира на Корусанте. Она прошла за близнецами на кухню. У окна стоял огромный стол, накрытый бежевой кружевной скатертью. Гвен встала у окна. Там простилался семейный сад с кучей цветов, а вдали виднелось озеро или река. Гвен не могла избавиться от ощущения что она вернулась на десять лет назад. Сола очень добрая и нежная, чем очень была похожа на сестру. Складывалось впечатление что в любой момент к ним прийдет отец с ее матерью, и они будут ужинать все вместе рассказывая истории из пережитого дня. Но это все лишь детские мечты. Они никогда больше не придут. Поскольку она не должна абсолютно всегда проводить время с близнецами, Гвен пыталась придумать чем себя занять. На следующий день близнецы что-то задумали, Гвен хотела пойти с ними исключительно с позиции, что ей нечего делать тем более в доме сестры. — Сола, чем можно заняться в этом месте? — спросила девушка тетю, когда близнецов куда-то понесло. — Ты в озерном краю, Элайна, — Сола все никак не произносила «Эйлин». Но девушка не исправляла ее ибо одинаково это не ее имя. — Наслаждайся всем здесь. Ну край достаточно живописный. Очень даже! Отец отзывался о нем очень позитивными эмоциями. Здесь они провели с матерью какое-то время вместе на едине с собой еще до появления Гвен. Это все теперь казалось какой-то забытой всеми иллюзией. Гвендолин не могла не представлять родителей, идущих под ручку местными улицами. И тяжело вздыхала, когда думала о том, с кем она могла бы тут идти. — Надеюсь у тебя все хорошо, — прошептала себе девушка. Она шла по улице и остановилась у фонтана на площади. Его дно было усеяно маленькими монетками, которые блестели, отражая солнечный свет. Гвен облокотилась на его мраморный бортик и наклонилась, буквально опустив нос в воду. Солнце припекало и ей становилось жарко под черной легкой накидкой. Гвендолин даже могла полюбоваться своим отражением, но вода отражала солнечный свет так, что смотреть практически больно. Сейчас рабочий день и на улицах мало людей, помимо залетных приезжих. Но и их немного. Гвен наслаждалась звуком воды, что ей захотелось пойти к большому водоему. Как в отражении воды вырисовалось лицо, которое Гвен не ожидала видеть и не хотела. — Партнерша! — раскинул руками Хондо, пристраиваясь на бортике фонтана и стреляя взглядом в девушке. Гвен тут же подхватилась и выхватила меч из-за спины. Но Хондо лишь сделал невозмутимое лицо и даже не потянулся к бластеру. Скайуокер сжала эфес своего меча, что руки аж побелели. Хондо, мать его, Онака сидел прямо перед ней, словно ничего не случилось! Девушку окатило волнение и непереборное желание его грохнуть! Только вот он все-таки спас ее семь лет назад. Столько лет до того как он попал в тюрьму он пытался обеспечивать двоих детей. Уж слишком много лет она провела под его крылом. Кто научил бы лгать лучше? Убить его неправильно, как бы девушке не хотелось. Она не убийца! — Прежде чем я разрублю на двое, я все же поинтересуюсь: ты что тут забыл? — голос девушки сходил скорее на рык, нежели на простую пустую угрозу. — Брось! — Хондо взмахнул руками и спрыгнул с бортика фонтана. — Мы оба знаем ты этого не сделаешь. Гвен ступила шаг, подводя острие меча прямо под кадык викуэя. Улыбка спала с его лица вместе со странным кашкетом, который он носил. Все чувства девушки напнулись и кричали остановиться. Только вот лоза тьмы начала опивать ее разум и как раз таки призывая самообладание. Она тяжело вздохнула, но меч не убрала. — Проверим? — ее голос был слаще меда, просоченый ядовитым дурманом, призванным сбить Хондо с мыслей. — Что тебе надо, ублюдок? — Какие слова и уст высокопоставленной леди, — он едва не прошипел последние слова. — Хочу, чтобы ты помогла мне. — С чего вдруг, а? — Гвен придавила кончик сильнее в кожу мужчины, что он дернулся. — Ты предал меня, а долг уплочен! — Только вот я владею информацией, которую ты не хочешь, чтобы люди знали и которую ты жаждешь. — Ты знаешь где Ник? — Давай так: ты поможешь мне в маленьком дельце, а я сохраню твой секрет, расскажу где парнишка и кое-что еще по поводу твоей принцессы. Соглашаться на это ошибка и девушка это знала. Но раскрыть правду она была не готова, как и решать последствия всех других неприятностей. Хондо конечно вернется с новым шантажом, но в следующий раз Гвен решит, как ей поступить иначе. Вплоть до того, что она убедит себя в том, что смерть Хондо — это хорошо. — Что ты хочешь? — ее голос стал таким же холодным как сталь у горла викуэя. — Нужно чтобы ты Силой убедила нескольких идиотов отдать мне долги. Или просто убила их. — Я тебе не наемница, чтобы убивать на заказ! — Это то, кем ты стала! Ты сделаешь, то за что тебе заплатят и никаких вопросов! — Это кодекс гильдии наемников, а я командир Альдераанской гвардии! — Командир, который работал на синдикаты? Не рассказывай сказок, девочка! Твой статус исключительно в том, как ты используешь Силу для защиты принцессы, а кто ты без нее? Свое слово я сдержу, а ты выполни свое! Вот же появился тварь на ее голову! Гвен, вероятно, совершала одну из величайших ошибок в жизни соглашаясь на эту историю. Черная пустота в сердце начинала пульсировать, словно тянучись к этому приключению, пока озеро света тускнело во мраке. Ему было трудно бороться с туманом мрака. Скайуокер последовала за своим бывшим капитаном. Вот как он нашел ее в озерном краю? Этот вопрос не давал покоя юной Скайуокер. И пока ее брат и сестра творили что-то, Гвен ехала на стрелку. У ее жизни видимо мало шансов измениться. Они покинули озерный край и отправились куда-то через поле. Степа Набу были достаточно однотипны. Но въехав в лес они почти сразу оказались в пустом городе, где лианы опивали все поверхности. Хондо соскочил со спидера и ступил вперед. Чувства девушки напнулись. Естественно, что-то было не так. С Хондо иначе просто не могло быть. Он что-то лепетал, но девушка не вслушивалась в очередные байки. Абсолютно все проходило мимо ушей Скайуокер. В конце концов, бывший пират завел девушку в руины старого дома, и они начали выглядывать вперед. Гвен тяжело вздохнула, когда воспоминания ее ухода, как руки Дугласа начали опивать ее. Гвендолин следила за локацией и одним глазом за Хондо. Мало ли какую месть он задумал, а она повелась. Синеглазая сильнее сжала рукоять своего меча. Они просидели так несколько часов и когда начало смеркаться, девушка ощутила приближение кого-то. Слишком быстро…шаги они близки и быстры. Гвен обернулась и увидела бластер нацеленный прямо в переносицу. Девушка подняла взгляд. Перед ней стоял аквалиш, наводящий бластер девушке в лицо. За его спиной стоял один данзиканец, даг, иторианец, квар и мон-каламари. Они все взвели бластеры и нацелили на них. Гвендолин не спешила опускать меч и сдаваться. Она чувствовала, как Сила вытекает ее венами, как мощь охватывает ее и как лед сковывает сердце и разум. — Я привел ее, как и обещал! — внезапно выпалил Хондо. — Ах ты ж подлый ублюдок! — эти слова девушка буквально прошипела как змея, не отводя взгляда от бластера аквалиша. Две головы данзиканца пошатывались из стороны в сторону разглядывая жертву. Даг и иторианец подступали к девушке, окружая ее. У нее в руках лишь меч, за спиной стена. Ее светящийся взгляд наливался огнем, когда она пробежалась по всем присутствующим здесь. Мысленно девушка возводила вокруг себя Силовой щит, чтобы ни один выстрел ее не убил. — Давай деньги! Я сделал как договаривались! — выкрикнул Хондо. Монкаламари издал какой-то рыбий звук, а затем протянул викуэю кейс. — Прости, детка, ты доставила мне лишних хлопот, будь добра возьми ответственность за последствия! Девушка гортанно зарычала, словно хищник, и оголила передние клыки. Наемники ни слова не проронили. Они все стояли неподвижно пока Хондо не смылся с места. Один из наемников заклекотал, но Гвендолин не могла определить кто. Девушка смотрела в глаза аквалишу и атаковала его первой. Ее рука со скоростью света махнула мечом отсекая тому руку с бластером. Лесные руины наполнились криками, а кровь хлынула фонтаном на девушку. Ее Силовой щит защищал ее от бластерных выстрелов, так что оставшиеся наемники одновременно кинулись на нее. Гвен просто не знала кто кого бьет. Кинжалом в другой руке она тыкала во все мягкое, что подворачивалось. Ее руки укрыло кровью. Они сделали ошибку, что кинулись одновременно. Маневра ни им ни девушке. По этому Гвен выкинула руку и их Силой откинуло от нее. Тела впечатались в стены и с глухим хрустом упали. Аквалиш оторвал взгляд от обрубка руки до своих подельников. Те лежали с кучей ножевых ранений, утопая в своей крови и с переломанными телами. — Что ты такое? — испугано произнес наемник на своем языке. Гвендолин схватила его когтями за выступающую на лице бивню и подвела кинжал к горлу. Ее снова втянули в оборудку в которой она не намерена была разбираться. Его черные глаза-жемчужины пристально смотрели в светящиеся янтарные глаза. Они явно не этого ожидали, когда договаривались с Хондо. Ну конечно, все здесь лгуны и ни один договор не несет смысла. Это не больнее чем пустые слова. В ужасе от наступающей смерти, аквалиш начал быстро тараторить, что он не виноват, начал оправдываться, но холод полностью затопил сердце и разум девушки, что даже теплые просторы Набу не согревали. — Я твоя смерть! — прорычала девушка и чикнула ножом по его горлу. Кровь забрызгала ее лицо, и девушка тяжело вздохнула словно упиваясь моментом. Она брезгливо откинула труп и выскочила в разваленное окно. Хондо там уносился на своих двоих к спидерам на которых они прибыли. Гвен вытянула руку и притянула Силой пирата. Рукой она сжала его горло, а другой приставила окровавленное лезвие меча чуть ниже его кадыка. — Ты ответишь на все мои вопросы, прежде чем я убью тебя! Девушка пустила ему кровь, вонзая свои когти глубоко в кожу его шеи. Хондо заскулил и начал бормотать под нос очередные невнятные оправдания. Но Гвен только сильнее надавила мечем на пульсующую под кожей вену, измазывая и его кровью умерших недоприступников. — Где Ник? — голос Гвендолин совершенно холодным, что контрастировало с ее пылающим огненным взглядом. — Я не знаю, — хрипло и дрожью в голосе отвечал бывший пират. — Я отдал его Пайкам. — Пайкам? Он тебе что раб? — голос девушки сорвался на крик. Она прочистила горло, прежде чем говорить дальше. — Куда его забрали? — Говорю же я не знаю, — хрипел Хондо пытаясь как-то высвободиться из ее когтей. — Они выплатили суму вместо него. Насколько я знаю, он нашел какую-то золотую жилу и приносит им большие деньги! Так что не думаю, что ты ему еще нужна, деньги меняют людей! — Да что ты знаешь, мразь? Ты не зарабатывать их не умеешь ни хранить! Мои отношения с Ником тебя не касаются! Что с принцессой? Ты сказал что-то еще! — Синдикаты хотят выполнить приказы короля. Он явно против Империи и гонится за чем-то что в этом помогло бы. Черное солнце, наоборот, хочет угодить всем и поэтому они вступили в сговор с Империей, тем более того что Король размещался на Альдераане какое-то время назад. Принцесса обломала все его планы и теперь ее хотят убрать! Отпусти меня! — Ох уж нет, мой дорогой! — Гвен сделала еще один надрез на его шее. — Ты обещал и еще одно. — Я никому не расскажу о тебе! Правда! Слово чести! — лепетал он, глядя на лезвие блестящими глазами. Неужто чувствует себя как Гвендолин на протяжении многих лет? — Нет, не расскажешь! Иначе в следующий я перережу горло! Гвен толкнула его вперед и чиркнула окровавленным мечем по бедру. Из глубокой раны хлынула кровь и Хондо поднял взгляд полный боли, ужаса и страха. Еще никогда он не видел девушку настолько угрязшей в темной стороне. Янтарные глаза поражали его, спаливая словно сено в поле. Руками викуэй хватался ха ногу, перекатываясь по спине на земле. — Это не смертельная рана, — Гвен брезгливо указала острием меча на его ногу. — Под твоим проводом я определенно точно знаю, какие раны могут убить, а какие пережить можно. Справишься и ты выживешь. А не, то я была НЕ рада знакомству! О и кое-что еще! Гвендолин подхватила Силой их спидеры и закинула далеко далеко в лес, что птицы вспорхнули с места. Девушка напоследок сверкнула глазами и направилась назад в Озерный край. Ее разум слишком сильно сковало льдом. Ей нужна длительная медитация, чтобы обдумать все и успокоиться. Выровнять баланс на душе. И сделать это лучше, чем бредя пешком просто невозможно! Луна ярко освещала поле. Гвен шагала и шагала, стараясь не думать она считала шаги. Цифра за цифрой, она со временем домоглась от океана ее мыслей идеальной глади. Ни мысли об очередом убийстве, ни мыслей про брата и сестру, ни про парня. Просто поле, трава, земля, шаги. Через три часа девушка остановилась. Ноги начали дрожать от беспрерывного шага, Гвендолин просто смяла траву и легла на нее. Ее гнев давно уже утих, на сердце была просто пустота. Гвендолин смотрела как мигают звезды в небе. Когда-то, когда она была маленькой девочкой, мама рассказывала ей падающие звезды. Отец рассказывал другие истории. — Папа, а что это за мигающие точки на небе? — спрашивала четырехлетняя Гвен. — Моя жемчужинка, это не точки, — исправил ее Энакин, держа на руках. — Это звезды, Гвенни. Вокруг них вращаются планеты. — А как? А все планеты обитаемы? — Ты еще не поймешь как это устроено. Придержи свое любопытство, еще выучишь. А вот планеты не все обитаемы. Но большинство из населены самыми разными существами. — А ты на всех был? — Жемчужинка, не уверен даже, что на всех возможно побывать. Но однажды мне повезло увидеть ангелов и помочь им вернуть свой дом, когда я спешил спасти твою маму. — Вау-у-у-у! Я тоже хочу везде побывать! — воскликнула девочка, раскинула руками, словно охватывая всю галактику, да так что Энакин чуть не уронил ее. Только девочка рассмеялась и попросила отца по подкидывать ее в воздух, словно это могло приблизить к тем неизведанными мирам. Подлетая вверх, малышка смеялась громче и громче. Энакин обнял свою дочь и поцеловал в лоб. Ее собственный смех все еще раздавался в ее ушах, когда ее глаза закрылись и девушка заснула. Тем временем близнецы уже были дома у тети, поужинали. Люк беседовал с тетей и кузиной, а Лея стояла на веранде дома и выглядывала в окно на улицу. Эйлин ушла утром и до сих пор не вернулась, и никто не видел куда могла деться девушка. Лея нервно постукивала по полу ногой. Ее беспокоила отсутствие ее подруги. — Не переживай, — пытался успокоить сестру Люк. — Ты плохо знаешь Эйлин, — возразила Лея. — Я боюсь ее уже словили и убили. Или еще что произошло! — Послушай, вы ведь договорились, что эта поездка и ей как отпуск, верно? — Лея ответила ей кивком. — Может нашла свое приключение. Мы ведь не улетаем, для того чтобы бить тревогу. — Она моя подруга, Люк! — начала злиться Скайуокер старшая. — А только потом телохранительница. — Ты так уверена в том, что вы подруги? Может она в связке с синдикатами? — Что ты такое несешь! — вспыхнула кареглазая. — Поверь мне, все это не так. Я доверяю ей! — Ее работа защищать тебя, она другая. За деньги сделает капость и не задумается! — Рот закрой! Она уже трижды спасла мою жизнь и еще раз твою и мою! Лея эмоционально рассказала ему, как она первое время скептически относилась к такой подруге, а потом она спасла их от Короля синдикатов. Рассказала то, что сама Эйлин пересказывала о своей жизни и почему она точно не за синдикаты. Рассказала про ее достижения в гвардии. И про Дрейка тоже. Доходя историей вплоть до недавнего, когда готовилось покушение на ярмарке. Люк темнел в лице, а потом залился свинцом. Когда он услышал подробности недавних событий, которые задевали его сестру он едва не вспыхнул от злости. Впрочем, как и любой бы брат, когда кто-то обижал его сестру. — Прости, — сказал он напоследок. — Тем более не переживай за Эйлин. Я бы, наверное, даже начал бояться не за нее, а за тех, кто мог встать на ее пути. И, по сути, Люк был прав. Ведь в это время Эйлин еще брела по полю, отходя от совершенного убийства. Как бы он запел если бы понял, что исчезнувшая Эйлин — Гвендолин? Как бы пылали его эмоции если бы знал, что его близняшку защищала младшая сестра? Их дружба связана чем-то больше, чем доверие незнакомых людей. Их связывала кровь и Сила. Они могли не чувствовать этой связи, не видеть ее, но она на подсознательно и кровном уровне давала свой эффект. На мгновение Люк стрельнула эта мысль. — А что если Эйлин знает судьбу Гвендолин и не говорит нам об этом? — в голос спросил себя Люк. Что если Эйлин и есть Гвендолин. Но этих слов он не произнес. Ну не могла Гвендолин стать этой острой и злой Эйлин. Гвен была настолько светлой в глазах брата, что он попросту не верил в том, что на это чистое полотно могло пролиться чернило! Не могла Гвендолин стать Эйлин и молчать. Но Эйлин не просто так упоминала про сестру столько раз. Та и личность самой Эйлин чересчур загадочная. Эти вопросы Люк оставил себе, не давая своей сестре поводов для волнений. И для надежд. Надежда это одно из самых опаснейших и смертоносных оружий. Но в то же время она лекарство от страха. Страх — это болезнь. Надежда единственное ее лекарство. Гвендолин проснулась с первыми лучами солнца. Ее душа словно была разбитой мозаикой и день ото дня маленькие ее кусочки рассыпались на пыль. Рано или поздно все хорошее что еще держало ее душу в этом мире рассыпется на пепел. И тогда из глубин озера черноты, из того, что в ее сердце презентовало Темную сторону, которая так отчаянно вырывалась наружу и однажды-таки вырвется на поверхность. Розовые лучи окрашивали волосы девушки и наконец то Гвендолин ощущала совершенное спокойствие и безразличие. Прохладный воздух оседал на земле. Скайуокер не ночевала там, где должна была бы. Она и не хотела там быть. Весь этот семейный и радужный быт семьи Наберри чрезмерно действовал на нервы Гвендолин. Она рада, искренне радовалась тому, что эти люди не знали бед и горя. В отличии от них, Гвен так не повезло. И она завидовала им всем. Девушка хотела, чтобы ее подростковые выходки допекали близнецам и остальной семье. Хотела подросткового бунта в поиске себя. Хотела быть и дальше папиной принцессой. Хотела бы быть и дальше наивной и милой принцессой. Гвен с безразличием продолжила свой путь. Конечно, она несколько удлиняла свой маршрут, чтобы намеренно идти дольше. Как не крути она снова убила людей. Правду ей говорили, постепенно станет все равно. Вайорика убеждала девушку, что плохой она станет, только тогда, когда ей станет безразлично до смерти невинных. Как раз невинных девушка и защищала. Ее брат и сестра не такие как она. Изнеженные, выращенные в любви и вседозволенности. И не только они. Гвендолин брела еще несколько часов под палящим солнцем по степи, которая мало чем менялась. Покуда девушка не дошла до чьей-то усадьбы. Тут был чей-то огород, рядом паслось несколько коз и бродили куры. По огороду семенила немолодая женщина. Со стороны выглядело так словно она не знала за что взяться. Начиная что-то одно она бросала все и бежала начинать другое. Она часто подбегала к веранде, словно слушая что-то или кого-то. Выглядело так, словно ей нужна была помощь. Девушкой не двигало какое-то желание уравновесить свое внутреннее зло добром. Она просто хотела помочь. — Вам нужна помощь? — крикнула Гвен с края участка. — А? — женщина видимо не расслышала. Она выпрямилась у какой-то грядки и прикрыла глаза от солнца, разглядывая девушку. — Я спрашиваю, нужна ли Вам помощь, — повторила девушка, осторожно ступая несколько шагов вперед. — Та что вы, я справлюсь, — она подперла рукой бок, а другой утерла нос. Она тяжело вздохнула, прикидывая фронт работ. — Мне не сложно. Я же вижу вам нужна помощь. — Дочка напоролась на гвоздь в заборе. Рана инфицировалась. Все деньги врачам и на лекарства отдала. Я не могу вам заплатить, — женщина всхлипнула прижимая руку ко рту. — Мне не нужно платить, — с улыбкой ответила девушка и сделала еще несколько шагов. — Я буду признательна если дадите воды и еды, а денег мне не надо. Правда садить я не умею, но думаю вам надо какая-то физическая помощь. — Я… ну… — она видимо сомневалась. Женщина взялась руками за голову. Платок обрамлял ее голову, закрывая волосы от солнца. Женщина была в коричневых хлопчатых штанах и тонкой серой лляной рубашке. Она вытерла руки о свой грязный фартук и рассмотрела девушку. Гвен старалась прикрыть своей накидкой кинжалы на теле. — Буду признательна. Меня зовут Антея. — Элариан, — привычка выдумывать имена при каждом новом знакомстве уже практически закоренела в разуме девушки. Антея провела девушку в дом и взяла небольшую деревянную плошку. Перед верандой была водяная колонка в которой женщина накачала воды. Девушка буквально упивалась холодной едва ли не артезианской водой. Синеглазой пришлось, пока Антея не смотрела, снять все мечи и завернуть их в ее черное пончо. — Вы бы эту блестящую вещь тоже сняли б. Испачкаете та и в ней очень жарко будет, — женщина передала на руки девушки лляную рубашку. — Вот. В ней будет легче. — Спасибо, — Гвен взяла на руки рубашку и буквально скрепя сердцем сняла свой корсет из кожи маскинонга. Это конечно не бескарская сталь, но защитит от ножа или меча. Стоит ли бояться чего-то здесь? Конечно, в любой момент ее могут догнать, напасть и все прочее. Так что девушка оставила один кинжал на ноге. Девушка все переодевалась на веранде, но из-за входной двери слышала едва слышные хрипы. Видимо это больная дочь Антеи. Гвен уже было хотела заглянуть, но в двери выросла женщина, протягивая девушке стакан молока и бутерброд с яйцом пашот на нем. — Мне нужно покрасить ограждение, наколоть дров, вскопать несколько грядок, подоить коз, наносить воды в дом, всполоть морковку и лук, для начала, — произнесла Антея, глядя на девушку. Гвен смотрела в ее лицо, испещренное морщинами, и видела волнение за дочь. — А там видно будет. Еще ведь еду приготовить. Воду нагреть. В общем, Элариан, начни пожалуйста с грядок, я пока займусь козами, а ты закончишь посажу салаты. Потом дрова, а уже тогда стойки. Антея указала, где копать, и девушка молча принялась за дело. Скайуокер уже давно поняла, что самый лучший способ успокоиться это заставить тело энергично двигаться. Гвен считала каждый раз, когда она втыкала лопату в землю, но уже на третьем разе ее мозг расслабился и забыл, как вести подсчет. Еще и солнце так грело, что, наверное, когда девушка заканчивала вскапывать ее мозг тупо скандировал: «пить, пить, пить!». Рубка дров даже забавляла девушку. Звук с которым раскалывалось дерево, был как мед для ушей в степи. Гвендолин даже наслаждалась работой. Она оперлась на огромный топор, которым она колола дрова и огляделась. Однажды отец сказал, что на Набу все мягкое. Не смотря на жару, солнечные лучи были нежными. — Элариан, загреби пожалуйста ту грядку, а потом собери дрова и сложи их за сараем, — женщина указала пальцем на фронт новых работ. — А потом пообедаем. — Будет сделано! — Гвен в шутку отсалютовала, как это когда-то делал отец. На горизонте ей привиделись какие-то силуэты. Может такие же странники, а может кто хуже. Второго девушка опасалась, но по тому, как напнулась Сила вокруг не ее, к ним близились не странники. Гвен сделала вид что не замечает их приближения и молча начала загребать грядку. Антея уже суетилась с животными за домом и как раз выглянула на крыльцо и увидела троих людей. На них были кожаные жилетки, коричневые гольфы, штаны и шляпы с широкими краями. — Ну привет! — воскликнул тот, который был в центре этого трио. Гвен насторожилась и сжала рукоять граблей и оторвалась от работы с невозмутимостью глядя на пришедших. — Убирайся! — рявкнула Антея. — Что ж ты так, — басом протянул мужчина. — Я думал мы договоримся! — Ты не получишь ни-че-го! — Антея сделала акцент на своём последнем слове. Гвендолин посмотрела на встревоженную женщину. Ее тело едва заметно дрожало, а с лица сошел румянец от солнца. У нее в руках ничего не было, но она старалась встать так, чтобы перекрыть дверь. Эти парни самые обычные разбойники. Один из них подмигнул девушке и причмокнул, отчего сама Скайуокер скривилась. — Хочешь прокатимся, милая? — спросил он, доставая сигару. — Или мамочка против? Они подумали, что Гвен дочь Антеи. Хорошо, что они не знают, что бедная девушка, сейчас лежит в доме и мучиться от болезни. Гвендолин повернулась к Антее, чтобы посмотреть правда ли они так похожи, что эти дураки такое предположили. У женщины из-под платка выбивалось пару темных прядей, что уже контрастировало с золотым цветом Гвен. Но девушка, как и хозяйка, не спешила спростовать это заявление. Гвендолин сделала пару шагов им на встречу выставляя руки с граблями вперед. — Рискни, ублюдок! — процедила сквозь зубы Гвен. Девушка ринулась вперед и ударила головкой грабель по носу тому, кто с ней говорил. Я не хочу их убивать. Гвендолин старалась максимально подавить нарастающие эмоции от сражения. Головка стукнула по носу и кровь моментально пустилась ручьем, что тот отшатнулся назад. Главарь кинулся на девушку, стараясь схватить. Но увернувшись от него она попала в захват третьего. Тот крепко зажал ей шею локтем. Скайуокер дернулась, пытаясь высвободиться. Ты сильнее их. Им тебя не одолеть. И ты не убийца, ты не плохая. Гвендолин буквально зарылась ногами в землю, находя в этом позицию стойкости. Достаточно дать мгновение расслабления для себя, тогда противник сочтет тебя пораженным и тогда нанести удар. Гвен подалась спиной в грудь третьего разбойника, а затем со всей дури дернулась вперед. Разбойник перелетел через нее и впечатался в мягкую землю. Девушка подкинула ногой свои грабли и повертела их в руке. Главарь кинулся к ней. Гвен махнула тыльной стороной, которая без зубцов, ударяя главаря по скуле. Он припал к земле считая кружляющие вокруг звезды. За ним сразу же ринулся второй, так Гвен зашибла его граблями по тому же месту но с другой стороны. А третий, избежал ошибок предшественников, увернулся набрасываясь с другой стороны. Но Гвен резко ударила его рамой в живот. Все трое валялись на земле, постанывая проклятия в адрес девушки. — Вы уйдете немедля! — произнесла Гвендолин призывая к Силе. — Вы уйдете и больше не будете разбойниками. Те тихо повторили сказанное ею и оклемавшись от ударов поднялись и пошли кто куда. Девушка фыркнула и вернулась как ни в чем не бывало загребать грядки. Она старалась избегать изумления исходящего от Антеи. Впрочем, она никого не убила. Девушка не хотела им смерти. Это просто разбойники, которые пристают к людям. Ну теперь они переосмыслят свою жизнь и смогут принести пользу обществу. Гвен напевала себе под нос разные мелодии, когда докрашивала стойки и носила воду. Вечерние лиловые лучи незаметно подкрались и окрасили своим светом широкую и бескрайнюю степь. Девушка сидела на крыльце веранды, поедая свое овощное рагу с козьим молоком. За спиной она услышала голоса. Она обернулась и увидела дверь ведущую в комнату, за которой женщина беседовала со своей дочерью. Слышались всхлипы. Видимо лекарства не помогали ей. Складывалось ощущение, что даже если бы Хондо не выкрал бывшую соратницу, она все равно нашла бы это место. Потому что здесь люди нуждаются в помощи. Словно Сила навела ее на это место не просто так. И девушка сделает все от нее зависящее, чтобы помочь тут всем. Вскоре Антея ушла в комнату к дочери. Гвен сидела на крыльце и наблюдала как синее небо постепенно чернеет. Скайуокер сосредоточилась на Силе. Девушка начала тихо петь, но мысленно она тянулась к тем, кто был в комнате, чтобы ее песня возымела эффект колыбели. Правда Гвен слишком увлеклась. Музыка всегда была спасением. Синеглазой просто хотелось насладиться спокойствием и расслабиться, пока была возможность. Но когда эта долина наполнилась звуками ночи, а из комнат долинуло умеренное сопение, Гвендолин осмелилась войти в ту комнату. Тут практически все было завешано белыми простынями. На большой кровати с балдахином лежала девушка. На улице сейчас прохладно, но девушка была абсолютно мокрой. На ее руке красовался бинт, сквозь который просачивалась кровь. Гвен вздохнула, ступая легко и невесомо, она прошла к больной. Темноволосая девушка на мгновение открыла глаза и как раз увидела светящиеся синие глаза Гвен, опустившиеся возле нее. Но она буквально готовилась отдать Силе душу, настолько бледной и истощенной она казалась. Синеглазая уже знала, что делать в таких случаях. Практически невесомо, она накрыла рукой повязку, ощущая жар, исходящий от нее и чувствуя кровь на ладони. — Я едина с Силой и Сила течет во мне, — Гвен закрыла глаза и представила как чистая и свежая Сила переливается от нее к девушке. Она повторяла одну и туже фразу несколько раз, пока жар не спал. Постепенно и рана затянулась. Ей хотелось рассмеяться. Она кого-то исцелила Силой! Ей все меньше и меньше нужен был наставник, как другим. Просто чему еще ее могли научить? Гвендолин радостно смотрела в лицо девушки, которая смогла расслабиться и погрузиться в безболезненный сон. Гвен остаток ночи дремала на веранде и с первыми солнечными лучами продолжила свой путь назад в озерный край. Ей нужно было убедиться, что ее приключение не будет стоить жизней брата и сестры, которые как раз разыскивали на свою голову новые неприятности…
