Танцующая на острие луча

Августовский день подходил к концу. Мягкие лучи вечернего солнца ложились на зеленые склоны за окном и падали на край стола в кабинете. На столе ничего не было кроме плоского экрана компьютера и беспроводной клавиатуры с «мышью». Мария-Луиза в бежевом брючном костюме сидела в эргономичном кресле за экраном. Она любила эту резиденцию на берегу Женевского озера. Здесь, в уединении, всегда хорошо работалось, а утренние прогулки в горах возвращали душевное равновесие, так нужное ей перед тем, как снова окунуться в бурлящий океан политической жизни. Два года назад, когда она, генеральный секретарь Организации Объединенных Наций, была провозглашена первым Президентом Земной конфедерации, она рассматривала это назначение как компромисс между разными политическими силами, заявлявшими о сотрудничестве, но преследовавшими свои частные интересы. Да, перед угрозой экологического кризиса, терроризма, войн и других глобальных катастроф мир вынужден был объединиться, но это объединение не было прочным. Президент Земли, как и генеральный секретарь упразднённой за ненадобностью ООН, был скорее церемониально-символической фигурой, чем реальной политической властью. Но с появлением кибериан её пост неожиданно стал ключевым. Экспедиция Оптимуса, прибыв на Землю, обратилась именно к ней с предложениями о сотрудничестве, и это уже поставило её в сильное положение. Япония первая предложила автоботам устроить штаб-квартиру на острове Кюсю (идея, выдвинутая премьер-министром Хаттори и поддержанная императором Нарухито), и Мария-Луиза дала официальное согласие на пребывание кибериан. Это вызвало нарекания в различных политических кругах (большинство политиков находились в плену стереотипа «злых зелёных человечков», столько времени навязываемого киноиндустрией Голливуда), однако Оптимус тут же развернул широкую программу сотрудничества, и настороженное отношение сменилось живым интересом. Это принесло Марии-Луизе ощутимые политические очки, и в определенный момент она почувствовала, что в её руках оказалась реальная власть. Она всегда считала, что власть - это прежде всего ответственность. Власть Президента Земли - это ответственность за всю Землю. За все пять с лишним миллиардов ее обитателей. В кабинете Марии-Луизы висел портрет Махатмы Ганди - человека, совершившего бескровную революцию и освободившего свою страну от английских колонизаторов в середине прошлого века. Мария-Луиза понимала, что единственный путь к стабильности и процветанию Земли - это отказ от старых привычек, от узкого эгоизма и агрессии, и не только в политике, но в каждой отдельно взятой душе. Она надеялась, что сможет начать такую же бескровную революцию в умах, направив энергию человечества на созидание, а не на разрушение и уничтожение друг друга. Но современная цивилизация слишком разочаровалась в самой себе. Культура последних десятилетий пропитана пессимизмом. Человечество словно не видит иных возможностей в будущем кроме медленной духовной смерти среди машин и вещей. Для того, чтобы преодолеть этот пессимизм, нужен яркий, убедительный пример. И кажется, она этот пример нашла. Она снова и снова вспоминала рассказы Оптимуса о Кибертроне. Неужели кибериане сумели построить то, о чём мечтали фантасты в самой парадоксальной и противоречивой земной стране - России?.. Да, кибериане - не люди. У них совершенно иная биология, если это слово к ним вообще применимо. Но психологически, духовно они близки людям, и это удивительно. Воистину дух дышит, где хочет. Мария-Луиза вспомнила, как во время прошлой встречи Оптимус объяснял, почему кибериане интересуются земной психологией. Он говорил, что постигая человеческую душу, они постигают свои собственные истоки. А не может ли получиться так, подумала она, что посмотрев на достижения кибериан, мы лучше поймем свои возможности?.. Кстати, Оптимус советовал ей ознакомиться с докладом своего товарища, психолога. Мария-Луиза открыла на экране заглавную страницу вебсайта автоботов. Стилизованный знак, алый с металлическим отливом, похожий на суровый лик воина. Переводы на английский, японский, немецкий, русский, даже арабская вязь... Открыв раздел «Новости», Мария-Луиза щелкнула «мышью» по заголовку «Эксилион. Выступление на Венском конгрессе» и надела очки виртуальной реальности. ...В конференц-зал въехала голубая с жёлтым машина лёгких, стремительных очертаний, словно парившая над полом. Остановившись, глайдер трансформировался и превратился в киберианина с жёлто-голубым корпусом и синей полумаской на лице. Зал разразился шквалом аплодисментов. Киберианин с удивлённой улыбкой окинул взглядом зал, и Мария-Луиза вспомнила, что киберианам непривычен этот знак одобрения. - Добрый день, - проговорил киберианин на английском, слишком правильно выговаривая слова. - Очень рад встрече с вами, друзья. Мое имя – Эксилион. Я выполняю в нашем отряде функции психолога и специалиста по контактам с гуманоидными цивилизациями, и мне это по душе. У вас есть вопросы? То ли по интонациям, то ли по движениям и мимике Мария-Луиза поняла, что этот киберианин совсем молод. Она бы даже сказала - юноша. - Можно нескромный вопрос? - прозвучал весёлый голос из середины зала. - Насколько я знаю, у вас принято брать имена в соответствии с должностью или профессией. Как ваше имя соотносится с психологией? - Всё очень просто, - улыбнулся юноша-киберианин. - Мой отец был известным гонщиком и создавал меня как гонщика. А я решил стать психологом. Отец был очень огорчен, и я, чтобы сгладить его огорчение, оставил старое имя. В зале рассмеялись, и даже на лицах светил немецкой и австрийской психологии, сидевших в первом ряду, появились улыбки. Посмеявшись вместе со всеми, Эксилион начал доклад, и Мария-Луиза удивилась, каким серьёзным стал этот весёлый и улыбчивый юноша. Начало доклада повторяло то, что она уже слышала от Оптимуса. Дальше Эксилион стал углубляться в теорию. Остановив запись, Мария-Луиза сняла очки и позвала домработницу: - Жаклин, будьте добры, принесите кофе. Девушка в белой блузке принесла поднос с чашечкой горячего ароматного напитка и шоколадной плиткой на блюдце. - Спасибо. - Отпив кофе, Мария-Луиза снова углубилась в просмотр видеозаписи. - Вы можете меня спросить, почему ваш органический мозг и наш квантовый мозг - центральный процессор - функционируют одинаково, ведь это устройства совершенно разной физической природы, - продолжал Эксилион. - Попробую провести такую аналогию. Допустим, у вас имеются два компьютера с различной архитектурой, различными типами памяти, периферийными устройствами разных производителей. (Берёт слишком маленький для его руки фломастер и рисует два квадрата на доске). Это наши компьютеры. Извините, я плохой художник. (В зале смеются.) Можно ли запустить одну и ту же программу на обоих компьютерах? Сейчас я нарисую нашу программу (рисует узкий длинный прямоугольник над квадратами). Можно, если на них установлена одинаковая операционная система. Вот она. (Рисует широкий прямоугольник между «программой» и «компьютерами».) Операционная система на обоих компьютерах предоставляет одну и ту же функциональность для запускаемых на них программ, при этом свойства данного компьютера, тип памяти, архитектура процессора уже не имеют значения. То есть операционная система позволяет абстрагироваться от конкретного компьютера. Точно так же и в нашем с вами случае. Мозг и нервная система человека с совокупностью происходящих в них биохимических процессов и процессорно-рецепторная сеть киберианина предоставляют одинаковую функциональность для психики. Это как бы одна и та же операционная система на компьютерах разных типов. Наши создатели были людьми и реализовали в нас свою психическую структуру. Вот и ответ на вопрос, почему мы так похожи. Молодой человек с бородкой: То есть, Вы утверждаете, что психические функции человека могут быть реализованы, так сказать, на разных платформах? Как Виндоуз для PC и Макинтоша? Эксилион: Да. Только в отличие от Виндоуз, мы с вами работаем стабильно. (Смех в зале). Молодой человек с бородкой: Если так, то ваши создатели должны были обладать исчерпывающими сведениями о работе мозга. У нас на Земле ещё не изучено до конца, как работает мозг. Эксилион: Не могу сказать, обладали ли Предтечи полным знанием о работе мозга. От их информационных баз почти ничего не осталось. Но они знали главное: мозг - это самообучающая система. Исходя из этого принципа, они и создали нас. Дама лет пятидесяти в старомодном платье, с обилием косметики на лице: Простите, если мой вопрос прозвучит слишком наивно. У нас пробовали создавать суперкомпьютер, сравнимый по сложности с человеческим мозгом и даже способный к самообучению. Однако воспроизвести человеческое сознание на основе этой машины так и не удалось. Эксилион: Вопрос не такой наивный, как может показаться. Способность системы к самообучению - важный фактор. Но недостаточный. Общая архитектура и типы периферийных устройств играют тоже существенную роль. (Спохватывается.) Извините, я говорю как инженер. Я хотел сказать, что человеческое сознание развивалось как инструмент обмена информацией с окружающим миром через специфические каналы восприятия: зрительный, слуховой и прочие. Поэтому наши создатели наделили нас органами чувств, аналогичными своим. Человеку также свойственно определенным образом двигаться, совершать, например, сложные действия руками. Отсюда - наличие универсальной трансформации, той, в которой я стою перед вами. Возвращаясь к вашему вопросу, госпожа Масловски - если бы тот компьютер и ожил, то без органов восприятия и без аналога человеческого тела он развил бы совершенно иной тип сознания. Человек средних лет с короткой стрижкой: То есть вы согласны с тем, что гуманоидное сознание может возникнуть лишь при наличии формы, близкой к гуманоидной? Эксилион: Да, мы поддерживаем эту идею. Седовласый человек в очках, сидящий в первом ряду: Эээ... такой деликатный вопрос. Как вы, должно быть, знаете, развитие психики отдельного индивида - сложный, многостадийный процесс, начинающийся еще до рождения... Мне пересказать вкратце все стадии? Эксилион: Спасибо, доктор Майерс, я ознакомился с соответствующей литературой. О чём вы хотели спросить? Доктор Майерс, несколько смущенно: Видите ли, психическое развитие человека тесно связано с физическим. Однако ваша физическая основа совершенно иная, чем у нас. Почему же при этом психически кибериане, по вашим уверениям, идентичны нам? Чей-то голос из дальних рядов: Профессор Майерс хочет узнать, как у кибериан появляются дети! (Смех в зале.) Эксилион, удивлённо: А что в этом смешного? (Смех усиливается.) (Подождав, когда все отсмеются): Извините, я, наверное, чего-то не понимаю. Создание новой личности - сложное и ответственное дело. (Отдельные смешки в зале и голоса: "Ш-ш-ш!".) Мне рассказать подробнее? (Голоса из зала: «Да!») Хорошо. Предтечи реализовали в нас механизм воспроизведения, схожий с вашим. Аналогом человеческого генокода у нас является информационная сигнатура, описывающая конфигурацию индивида. Информационная сигнатура новой личности создается на основе сигнатур отца и матери. Дальше вступает в действие программа, выстраивающая базовые информационные элементы будущего сознания. Попробую снова провести аналогию. Если у вас есть период, когда мать вынашивает внутри себя физическое тело ребёнка, то у нас женщина вынашивает в себе информационную структуру - сознание, которое по достижении определённого уровня зрелости переносится в специально сконструированный под него корпус, и новая личность начинает свою самостоятельную жизнь. А до этого времени сознание ребёнка погружено в сознание матери. В своего рода виртуальную реальность, где происходит обучение основным принципам информационного взаимодействия с миром. Доктор Майерс: То есть у вас нет детства? Эксилион: У нас нет того, что вы называете младенчеством. После переноса сознания в отдельный корпус личность уже осознаёт себя. (Оживлённый гул в зале, но уже без смешков.) Высокий человек с густой коричневой шевелюрой и окладистой бородой (профессор Владимиров, специалист по психопатологии): Наблюдались ли у отдельных индивидов вашей расы психические отклонения и если да, то как они проявлялись? Эксилион: Должен сказать, что с одной стороны, мы психически более устойчивы, чем люди, но с другой стороны, психомутации у нас могут привести к возникновению новой расы с другим типом информационной сигнатуры. Так, например, эксперименты квинтэссонов над нашими пленными привели к возникновению расы свипов. Другой пример - экспедиция на Юоне, долгое время считавшаяся пропавшей. Много десятилетий спустя были обнаружены их потомки, полностью изменившие внешний облик, приспосабливаясь к специфическим условиям обитания. Теперь они известны под названием диноботов. Это неагрессивная раса, легко уживающаяся с нами. Хорошие помощники и верные товарищи, если их не разозлить, конечно. Не хотел бы я встретиться с разъяренным диноботом.(Смех в зале). Голос из зала: А предаконы? Эксилион: Предаконы произошли от жителей одичавшей тюремной колонии. Позже они расселились на соседних планетах и немедленно стали головной болью всей галактики. Правда, сами они говорят, что предакон - это не тип информационной сигнатуры, а состояние духа. Но мне иногда кажется, что предакон - это диагноз. (Смех в зале.) Молоденькая девушка с тёмной челкой и карими глазами: Можно задать такой немножко философкий вопрос? Из ваших слов я поняла, что вы очень сильно зависите от вашей цивилизации. Сильнее, чем мы от своей. Я права? Эксилион: О, какой серьезный вопрос вы задаете, госпожа Штерн. Вообще-то мы в большей степени индивидуалисты, чем вы, потому что не связаны друг с другом необходимостью совместного проживания и огромным количеством вещей. Но такая независимость возможна только внутри нашего общества. Вне нашей цивилизации отдельному трансформеру долго не просуществовать. Если, допустим, меня забросить одного на необитаемую планету, то через пару десятков стандартных лет я без профилактики и ремонта попросту рассыплюсь. Девушка: Ой, как грустно. Эксилион: Не грустите, милая госпожа. У каждой цивилизации есть свои сильные и слабые стороны. Человек в одежде священнослужителя: Веруют ли кибериане в Бога? Эксилион: Я могу отвечать только за Алый Знак. Да, мы, автоботы, верим в Бога, Все-Пламень, давший начало Вселенной. Мы верим также в бессмертие души. Насколько я знаю, эти постулаты нашей веры схожи с тезисами основных земных религий. Священник: Вы получили эту веру от ваших создателей или пришли к ней сами? Эксилион: Верно и то, и другое. Мы унаследовали веру от Предтеч, но квинтэссоны, захватив нас, попытались разрушить нашу память о прошлом. После этого нам пришлось многое переоткрывать заново, в том числе и нашу веру. Молодой человек с длинными волосами, завязанными в «конский хвост»: Вы вывели существование Бога логическим путем или пришли к этому интуитивно? Эксилион: Доказать логически существование Бога пока не удалось ни одному мыслящему существу во Вселенной, даже вашему знаменитому философу. Это наша интуиция - глубочайшая из всех. Мария-Луиза допила остатки холодного кофе. За окном давно стемнело. На часах была половина одиннадцатого. Она встала, подошла к окну и распахнула раму, ощущая, как прохладный ночной воздух касается лица. Над пологими вершинами сквозь призрачно-серую вуаль облаков проглядывали звезды. «Теперь я вас понимаю, Оптимус, - подумала она. - И я рада, что вы на моей стороне». Оптимус плавно посадил самолёт на бетонку под безоблачным голубым небом и переключил двигатели в реверс, тормозясь. Калифорния встречала автоботов ясной погодой. Здесь, в расположенной неподалёку резиденции Скандалиста, должно пройти подписание соглашения между киберианами и Землёй, определяющего права и обязанности обеих сторон. Пробежав по посадочной полосе, самолёт остановился. Сидевший в кресле пилота Оптимус обернулся к товарищам и улыбнулся: - С прибытием! Кстати, учтите, что здесь разница во времени с Токио минус семнадцать часов. Можно сказать, мы прилетели во вчерашний день. - Учтём. Эй, братишка, хватит витать в стратосферных слоях! - Сыщик подтолкнул Эксилиона, задумавшегося о чём-то своём. - Не забудь переставить таймер. Слышишь? - Слышу, - отозвался Эксилион. Сыщик глянул в иллюминатор: - Они что, собираются нас арестовывать? Нагнали такую толпу народу! Людей за барьером, отгораживавшим лётное поле, действительно было много. Полицейские, военные, корреспонденты, девушки с цветами и даже духовой оркестр, поблёскивающий на солнце медными инструментами. - Сканди любит всё делать с размахом, - прокомментировал сидевший сзади Мираж. - А вот, кстати, и он идёт сюда. Эксилион скривился: - Как подумаю, что придётся созерцать эту физиономию вместо того, чтобы бродить в горах Баварии... - А что тебя вдруг потянуло в Баварию? - тут же прицепился к нему Сыщик, не дав договорить. Эксилион с недовольной ноткой в голосе ответил: - Я же говорил: доктор Гартман из Фрайбургского университета пригласил меня прочесть несколько лекций и поработать над совместной публикацией. - Уж не с доктором Гартманом ты чатаешься круглые сутки? - ехидно поинтересовался Сыщик. - Или с какой-нибудь из его симпатичных студенток? Ну-ка, братец, колись! - Отстань от меня, а? - взмолился Эксилион и обратился к Оптимусу: - Шеф, ну что он все время со своими полицейскими замашками? - Эксилион, Сыщик, прекратите. - Оптимус поднялся из кресла: - Идёмте. Нас ждут. По металлическому пандусу автоботы сошли на бетонное покрытие. Воздух был жарким, но сухим - влажные ветра с моря не проникали сюда, задерживаемые горным массивом на западе. Пожалуй, климат здесь благоприятнее, чем влажные субтропики Японии, подумал Мираж, вышедший последним. У Скандалиста, как выражаются земляне, губа не дура. Скандалист уже был тут как тут, сияя полированным корпусом с воздухозаборниками на груди. - Оптимус, дружище! Ну наконец-то ты пожаловал в мою скромную обитель! Он полез к лидеру автоботов обниматься в лучших традициях правителей России начала восьмидесятых годов прошлого столетия. Оптимус деликатно придержал его за крылья: - Здравствуй, Скандалист. Как вижу, тебя можно поздравить с новосельем? - О, по этому поводу будет особая, как здесь говорят, пати. Здравствуйте, мисс Молния! Вы всё более и более хорошеете с каждой нашей встречей! Молния не успела даже ответить, как её рука оказалась в руке Скандалиста и десептикон с галантным поклоном коснулся губами тонких пальцев девушки. «Аристократ, видишь ли, - недовольно подумал Сыщик. - А с нами даже не поздоровался». - Ну, прошу вас. - Обняв одной рукой Оптимуса, Скандалист попытался другой обхватить Молнию за талию, но девушка ускользнула и взяла Оптимуса под руку с другой стороны. Десептикон сделал вид, что ничего не заметил. Вслед за Скандалистом появились две десептиконские девушки в чёрно-серебристой броне, неразличимые как копии, и предложили остальным автоботам следовать за ними. «По-моему, нам сюда лететь было вовсе необязательно» - проворчал в радиодиапазоне Эксилион. Сыщик отозвался, тоже по радио: «Ты помолчал бы лучше, братишка. Я уверен, здесь все частоты прослушиваются». Скандалист и две его помощницы провели автоботов к внушительному зданию, представляющему собой необычный синтез позднекибертронского ампира и земного модерна. Впрочем, архитекторы со своей задачей справились неплохо. Главная башня была ещё недостроена, но нижние ярусы уже функционировали. Внутри работал кондиционер. Всюду суетились люди в одинаковых сине-серых костюмах, занятые организацией мероприятия, и Оптимусу снова стало неудобно, что из-за них пятерых бегает и хлопочет столько народу. За всё время пребывания на Земле лидер автоботов так и не смог привыкнуть к размаху и великолепию здешних официальных приемов. Подписание должно было произойти в зале для церемоний, нарядно оформленном по этому случаю. Над трибуной висели три огромных флага: алый со знаком автоботов, фиолетовый с эмблемой десептиконов и синее знамя Земли с изображением континентов. Зал уже был заполнен, и появившихся автоботов встретили аплодисментами. Скандалист усадил автоботов под Алым флагом. Вскоре появились десептиконы и расселись под Фиолетовым знаменем. Оптимус заметил, что в их числе не было Бича. В сопровождении нескольких человек из правительства в зал вошла Мария-Луиза де Клер, на этот раз в строгом тёмно-зелёном костюме с серебряным украшением. Глянув в сторону автоботов, она сдержанно улыбнулась и заняла своё кресло под флагом Земли. Вначале была небольшая пресс-конференция. Затем прошла сама процедура подписания, сопровождаемая торжественными речами, пожалуй, длинноватыми по кибертронским меркам. Автоботы и десептиконы обменялись рукопожатиями. Хорошо, если бы это действительно стало началом мирных отношений между Республикой и Империей, думал Оптимус, пожимая руку Мотору. Может быть, когда-нибудь на их с Мотором месте окажутся Ультра Магнус и Мегатрон... Оптимус очень хотел в это верить. После церемонии Мария-Луиза удалилась - ей нужно было продолжать деловые поездки по Соединенным Штатам. Автоботы остались в резиденции Скандалиста на обещанную «пати». Празднество началось с фейерверка, который автоботы и десептиконы наблюдали с балкона. Скандалист, несомненно, постарался и устроил грандиозное зрелище. В вечернем небе били огненные фонтаны, лился серебряно-голубой водопад, мчались звёздные корабли и вздымались сверкающие башни, рассыпаясь на множество искр, а потом из разноцветных огней сложились Алый и Фиолетовый знаки. Пиротехническое искусство Земли и Кибертрона соединились в огненной феерии, превосходившей великолепием даже знаменитую Ночь огня в старинном французском городе Каркассоне, где Оптимусу довелось побывать в прошлом году. Молния стояла рядом с Оптимусом, широкая рука автобота лежала на её плече. Сначала она обрадовалась фейерверку, а потом вдруг её охватило странное, тревожное чувство. Вот зелёные и красные огни вспыхнули и зависли над темными силуэтами зданий, и ей показалось - она видит город на другом конце Земли, сигнальные ракеты горят над полуразрушенными домами, и с тёмного ночного неба на город идет смерть... Девушка тихонько вскрикнула и прижалась к Оптимусу, пряча лицо у него на груди. Скандалист немедленно повернулся к ней: - Вы боитесь фейерверков, госпожа Молния? - Что вы, нет, - ответила Молния, приходя в себя. - Мне просто стало нехорошо. Но я в порядке. «Мне показалось... Потом расскажу» - сказала она Оптимусу по радио. Автобот обнял её за плечи: «Не бойся, я рядом. Ничего плохого не случится». Встретив взгляд золотисто-голубых глаз, лучащихся заботой и теплом, девушка успокоилась, и на её лице снова появилась улыбка. После фейерверка Скандалист провел всех в просторный зал с энергон-баром и лазерной иллюминацией. - А теперь - небольшое шоу для гостей! - Он ударил в гонг, и на середину зала вышли обе его серебристо-чёрные помощницы. За их плечами развевались светящиеся фиолетовые плащи. В каждой руке у девушек появилось по короткому лазерному клинку. Девушки встали в боевую стойку друг напротив друга. Снова ударил гонг, и девушки начали поединок. Это зрелище не уступало в эффектности фейерверку. В разноцветных лазерных лучах девушки порхали и кружили друг вокруг друга, блокируя удары, отталкиваясь ногами от стен, подпрыгивая и на мгновение зависая в воздухе с включенными антигравами. Плащи метались за их спинами словно языки фиолетового пламени. Оружие было настоящим - на ткани появлялись длинные порезы. Десептиконы шумно выражали восторг. Правда, как Оптимусу показалось, один из присутствовавших, серебристо-зелёный десептикон (его звали Винт, в трансформации - вертолёт), испытывал скорее тревогу, хотя старался скрыть свои чувства. Сделав одновременно сальто, девушки снова встали друг напротив друга и поклонились, разведя в стороны руки с оружием. Винт успокоился и откинулся на спинку кресла. Оставшаяся часть «пати» прошла в неформальном общении под лёгкий энергон-2 и спокойную музыку. Молния сияла очаровательной улыбкой, действовавшей даже на суровых десептиконов, а уж Скандалист вился вокруг неё словно истребитель вокруг цели, которую непременно нужно поразить. Оптимус разговорился с Винтом, бывшим в прошлом, как и он, программистом. Винт оказался ещё и неплохим математиком, и вскоре они с Оптимусом, вооружившись электронными блокнотами, начали обсуждать решение знаменитого парадокса Трейза. Впрочем, Оптимус посматривал за происходящим в зале - на всякий случай. Сыщик же был не на шутку обеспокоен Эксилионом. Бывший полицейский не без основания опасался, что несмотря на подробный инструктаж, юноша мог невзначай сболтнуть кое-что такое, чего Скандалисту знать необязательно. Например, что Молния - Хранительница. «Может, и вправду не стоило брать его с собой, - подумал Сыщик, глядя, как Эксилион вдохновенно декламирует на немецком какого-то старинного поэта Земли. - Впрочем, если у него снова это, то лучше, чтобы он был под присмотром». Снова появились помощницы Скандалиста в своей эффектной чёрно-серебристой броне, но уже без плащей. Они начали приглашать присутствующих на танец. Одна попыталась атаковать Эксилиона, но Сыщик немедленно её перехватил. Вторая, бросив осторожный взгляд на Винта, пригласила Оптимуса. Лидер автоботов улыбнулся: - Простите, я неважный танцор. Думаю, мой товарищ искуснее меня. - С вашего позволения. - Винт взял девушку под руку, и они обменялись взглядами. Похоже, этим двоим приходится скрывать свои отношения. В окружении Скандалиста свои проблемы и свои тайны... Скандалист тем временем подхватил Молнию и закружился с ней по залу, ужасно довольный собой. Оптимус мысленно улыбнулся. Полюбовавшись на Молнию, лёгкую, словно парящую над полом в цветных лазерных лучах, он подошёл к Эксилиону и положил руку на плечо юноши. - Подумать только, и мы друг в друга стреляли, - проговорил Эксилион, кивнув в сторону двоих десептиконов, беседовавших с Миражом. Без дополнительных модулей и навесной брони, превращавшей их в небольшие танки, Октан и Трэк выглядели вполне обычными ребятами, каких можно встретить на улицах и эстакадах Кибертрона, и лишь опытный взгляд инженера мог определить, что у них военная специализация. Танец тем временем закончился. Высвободившись (не без некоторых усилий) из объятий Скандалиста, Молния порхнула к Оптимусу и Эксилиону. Скандалист последовал за ней. - Оптимус, твоя невеста просто королева танца! - заявил он, подойдя. - Я думал, вот-вот, и она оторвёт меня от земли и унесёт в космические дали. О моя прекрасная госпожа, не откажите мне еще в одном танце! - Можно попозже? Я хочу потанцевать с ним. - Молния потянула Эксилиона за руку, уводя к танцующим. Проводив её взглядом, Скандалист поинтересовался у Оптимуса: - А что же ты, мой друг, не танцуешь со своей невестой? - Я боюсь опозорить Алый знак своим умением танцевать, - отозвался лидер автоботов и предложил: - Партию в шахматы? - Охотно, - согласился Скандалист. - Тем более, что я собирался взять реванш. Утром автоботы простились и улетели. Расслабляясь под руками ассистенток, обхаживавших его корпус, Скандалист размышлял об итогах визита. Итоги, как ни крути, были провальными. Оптимус оказался не так прост, и все планы Скандалиста были порушены. Скандалист специально хотел напустить Геру на самого молодого в команде автоботов, зная, что его старшая ассистентка способна вытянуть полезную информацию даже из железной болванки. Но Геру перехватил этот дубина-полицейский и весь вечер ухаживал за ней, не отпуская от себя ни на минуту. А самому Скандалисту пришлось засесть за дурацкую шахматную партию вместо того, чтобы флиртовать с Молнией. Правда, Молния и так не очень-то поддавалась на его флирт. Но главное - он ничего не выяснил про Звездный кристалл. Только зря потратил фейерверки и энергон. «Ладно, Оптимус, - подумал Скандалист, - наша партия еще не окончена. Я оставил Бича в Венесуэле не только потому, что тебе не хотелось видеть его мрачную рожу. Скоро ты сам расскажешь о подарке Хранителей, если он у тебя есть. А если нет - тем хуже для тебя». Начало сентября на юге Германии выдалось теплым и солнечным. Эксилион уже три недели гостил под Фрайбургом в доме Эрнста и Лоры Гартман - вернее, в пристройке, возведённой специально для него. Вместе с немецким профессором он работал над сравнительной статьёй по кибертронской и земной психологии, а заодно и сам делал обзор психологических школ Земли последнего столетия. День он, как правило, проводил с профессором Гартманом, переводя на немецкий кибертронские мнемозаписи и давая необходимые пояснения. Удивительно, но юноша-автобот и пожилой солидный немец быстро подружились. В перерывах между работой они совершали прогулки в горах. Стараясь сдерживать шаг, чтобы доктору Гартману не приходилось бежать за ним, Эксилион до хрипоты в динамиках спорил о достоинствах и недостатках гештальт-подхода или доказывал, что «метаинформационная единица» в кибертронской терминологии есть не что иное, как «архетип» в земных терминах, или вместе с профессором критиковал вновь вошедшие в моду на Земле бихевиористские теории. По вечарам фрау Гартман накрывала стол в саду (Эксилион каждый раз поражался обилию и разнообразию восполнителей энергии у землян), и Гартманы садились ужинать. Автобот пристраивался рядом с бокалом энергона, и вечер проходил под разговоры о философии и политике, временами снова переходившие в споры. Доктор Гартман считал политику госпожи де Клер чересчур идеалистической и в целом не очень разумной для Земли. Эксилион с жаром возражал консервативному немцу, говоря, что Мария-Луиза строит свою политику на этических принципах и что только так можно изменить мир к лучшему. Сетуя, что молодежь везде одинакова в своем возвышенном идеализме, доктор Гартман прекращал спор и ставил для Эксилиона очередной компакт-диск с записями классической музыки, чтобы молодой автобот «приобщался к настоящей культуре». Эксилион старательно «приобщался», втайне всё же отдавая предпочтение року. Пожелав доброй ночи, супруги Гартманы уходили отдыхать, и Эксилион садился за Интернет, считая дни и часы до долгожданного уикэнда. На уикэнд к Гартманам приезжала Кларисса Штерн, молоденькая племянница профессора. Эксилион подружился с земной девушкой ещё во время конференции в Вене. Кларисса грозилась написать по нему дипломную работу и натащила кучу книжек с тестами, которые автобот должен был пройти. Правда, будучи вместе они занимались чем угодно, только не психологическим тестированием. Кларисса то брала автобота с собой на студенческую вечеринку, то вела на рок-концерт, то тащила в горы, то гоняла вместе с ним на мотоцикле, уверяя, что может ездить не хуже, чем урожденный киберианин. В этот раз они отправились штурмовать старинную крепость на вершине холма. Штурм был успешно проведен, и Эксилион исполнил возле крепостной стены победный танец предакона, который Кларисса назвала «брейк-данс». Пройдя на руках вдоль стены, Эксилион рухнул на спину. Девушка смеялась, глядя на его ужимки со смотровой площадки наверху. Отсмеявшись, Кларисса замолчала, устремив взгляд куда-то вдаль, за покрытые лесом вершины холмов. Луч заходящего солнца тронул её волосы, придав им огненный оттенок. Она была такой прекрасной и такой таинственно-манящей... Вспомнив стихи немецкого поэта, которого читал накануне, Эксилион поднялся и продекламировал вслух: Не знаю, о чем я тоскую. Покоя душе моей нет. Забыть ни на миг не могу я Преданье далеких лет. Дохнуло прохладой. Темнеет. Струится река в тишине. Вершина горы пламенеет Над Рейном в закатном огне. Девушка в светлом наряде Сидит над обрывом крутым, И блещут, как золото, пряди Под гребнем ее золотым. Проводит по золоту гребнем И песню поет она. И власти и силы волшебной Зовущая песня полна. Пловец в челноке беззащитном С тоскою глядит в вышину. Несется он к скалам гранитным, Но видит ее одну. А скалы кругом всё отвесней, А волны — круче и злей. И, верно, погубит песней Пловца и челнок Лорелей. * - Не люблю окончания «Лорелеи», -- проговорила Кларисса. - Так нравоучительно и прозаично. - Она вздохнула. - У нас на Земле мало тех, кто верит в настоящую, духовную любовь. Для большинства духовная любовь - бессмыслица, нонсенс. - Как это? - удивился автобот. - У вас же заключают браки, создают семьи. - Да, но это всё так материально, физически-грубо. Киндер, кюхе, кирхе. А хочется другого. Хочется, чтобы тебя поднимали на руках и уносили к звездам... Как у вас на Кибертроне. Мне кажется, именно вы, свободные от ограничений плоти, умеете любить по-настоящему. - Мне кажется, и вы умеете любить по-настоящему, - возразил Эксилион. - Иначе ваши поэты не сочиняли бы такие чудесные стихи. Это свойственно всем мыслящим существам независимо от физической природы. Разве я не прав? Кларисса молчала, на лице её играла задумчивая улыбка. Эксилиону показалось, что сейчас она скажет что-то важное для них обоих. А может, она ожидает этого от него... Их нерешительное молчание прервал зазвонивший мобильный телефон. - Как всегда, невовремя. - Кларисса поднесла мобильник к уху: - Да, дядя Эрни. Да, мы идем. Пока. Дядя велит возвращаться домой, - с ноткой лёгкой досады сообщила она, сбегая вниз по лестнице. - Поехали, мыслящее существо. Ночь была дождливой, косые струи хлестали по пустому шоссе. Оптимус возвращался из Киото на базу в Кюсю. Вообще-то ему предлагали самолёт, но он отказался, сказав, что доберется своим ходом. К четырём часам дорога полностью опустела. Автобот специально выбрал это время, чтобы не привлекать лишнего внимания. Не сбавляя скорости, он сосредоточился на белом огоньке внутри. Огонь начал разрастаться, охватывая корпус, и Оптимус ощутил себя световой волной, летящей через пространство. Мгновение ослепительного полета - и снова впереди легло освещнное его сигнальными огнями мокрое шоссе. Однажды он точно так же, разогнавшись, активировал Альмаринн и выскочил в зоне с ограничением на скорость, да ещё и прямо перед камерой автополицая. На следующий день ему пришел счет для уплаты штрафа, и товарищи долго ещё потом подшучивали над ним. Только Молния была серьезна. «Оптимус, - говорила она, - никто не должен знать о настоящей природе твоих сил. Иначе на Земле начнется война». Молния... При мысли о ней его души коснулся ласковый серебристый луч. Отогнав искушение махнуть с помощью Альмаринна прямиком на базу, Оптимус прибавил скорость. Молния была одна на базе. В последнее время это случалось часто. Оптимус постоянно ездил то в Киото, то в столицу, Мираж сутками сидел в лаборатории компании «Фудзицу» здесь же, на Кюсю, Эксилион гостил у немецкого профессора на юге Германии, а Сыщик уходил по ночам в патруль. Девушка же занималась своей работой на месте, заодно присматривая за базой и выполняя секретарские функции. Историком и культурологом она стала с лёгкой руки Оптимуса, представившего её таким образом Ультра Магнусу во время сеанса связи с Кибертроном. Когда она спросила потом, почему он определил ей такую роль, он улыбнулся и ответил: «Разве это не лучшая специальность для Хранительницы, умеющей видеть суть вещей?» Оптимус... Рядом с ним всегда так хорошо и спокойно. Скорее бы он вернулся... Молния прошла по «кают-компании» и вдруг поняла, что её беспокоило весь вечер. Эксилион! Он совсем один в своей Германии, и из оружия у него только лазерный меч, которым он так и не научился владеть. Почему ей кажется, что опасность крадётся за ним следом, словно предакон в стелс-режиме?.. Она послала сообщение ему на пейджер: «Привет! Как у тебя дела?» «О, привет, Молния! - ответили ей. - Дела отлично! Мы штурмовали крепость. Ты бы видела меня в роли боевого предакона! Кларисса сделала фотки цифровой камерой, я потом загружу их и вышлю». «Высылай. И еще... Будь осторожен. Хорошо?» «Да что здесь может случиться? Это же не Афганистан и не Кавказ. Ладно, пока! Я ещё выйду на связь. Привет шефу» По дороге Эксилион и Кларисса остановились на заправочной станции. Кроме них, здесь никого не было, только в магазине за прилавком скучал светловолосый юноша. Кларисса залила топливо в бак свого мотоцикла, зашла в магазин расплатиться с продавцом и вернулась к Эксилиону, в трансформации глайдера поджидавшему ее у дверей. - Тебе неплохо бы отмыться, - сказала она, окинув его критическим взглядом. - Иначе тебя точно примут за предакона. Здесь есть автомойка. Пойдём. Следом за девушкой Эксилион заехал в кабинку автомойки. Кларисса бросила монетку в моечный автомат и взяла в руки шланг с распылителем, направляя на автобота струю выбрасываемой под давлением воды. - Ай! - притворно-испуганно закричал Эксилион. - Щекотно! - Не придуривайся. - Кларисса начала смывать грязь и приставшие листья с его корпуса: - Сам же говорил, что твоя броня выдерживает удар из плазменной пушки. Эксилион что-то ответил, но его слова утонули в рёве моторов со снятыми глушителями. На заправку заехало штук десять транспортных средств, отдалённо напоминавших мотоцикл Клариссы, но гораздо более устрашающего вида. На них восседали заросшие лохматые люди в кожаных одеждах. - У вас что, тоже есть свои предаконы? - спросил Эксилион сквозь шум и треск работающих двигателей. - Это хуже предаконов, - мрачно отозвалась Кларисса. - Байкеры. Байкеры, приглушив моторы, послезали со своих разукрашенных мотоциклов и толпой направились к магазину. Один из них обернулся на девушку: - Вот так цыпочка! И без компании. Эй, цыпа, что за марка у твоей тачки? Вся толпа немедленно остановилась: --Гляньте, какие у нее шасси! - Это про меня, что ли? - удивился автобот, но Кларисса зло процедила: - Это про меня! Так и думала, что прицепятся, козлы. Байкеры, гогоча, начали громко обсуждать девушку. Эксилион плохо понимал их слэнг. Зато Кларисса понимала отлично, и то, что говорилось, явно было ей не по вкусу. Прежде чем Эксилион успел подумать, как уладить неприятную ситуацию, Кларисса повернулась к лохматым мотоциклистам, громко и отчётливо сказав по-немецки фразу, в которой упоминалась задняя часть корпуса и какое-то действие с ней, смысла которого автобот не понял. Видимо, это было земное ругательство. Лица у байкеров вытянулись, и они направились к девушке отнють не с мирными намерениями. Автобот понял, что пора вмешаться. Он трансформировался и встал во весь рост, возвышаясь над байкерами как башня: - Прошу не трогать мою спутницу. - Для убедительности он активировал свой лазерный меч и провёл им перед ногами байкеров, оставив полосу дымящегося асфальта. - Киберианин! - заорали байкеры и бросились к своим моточудищам, но их чуть не смело ворвавшимся на стоянку чёрно-серым бронированным корпусом. Бронированный глайдер резко затормозил, разбросав антигравом валявшиеся мотоциклы, и развернулся к землянке и автоботу. - А это что за марка? - спросила Кларисса, удивлённо взирая на незнакомое транспортное средство. - Упс, - проговорил Эксилион и поднял меч в боевую позицию. – Спрячься! Мы в опасной ситуации! Беги отсюда! Молния ходила по «кают-компании», не находя себе места. Её странное беспокойство только усиливалось. Достигнув предела, внутреннее напряжение взорвалось подобно приведённой в действие мине, и на мгновение девушка словно выпала из реальности. В её сознании яркие лучи прорезали темноту, звучали отдаленные голоса и крики... Очнувшись, она немедленно попыталась связаться с Эксилионом - и получила ответ, что абонент оффлайн. Оптимусу пришлось ещё раз воспользоваться Альмаринном, когда он получил сообщение от Молнии, что с Эксилионом что-то произошло. Появившись у базы, лидер автоботов буквально влетел в «кают-компанию». По корпусу его стекала вода (ливень на улице не прекращался ни на минуту). Сидевшая возле пульта Молния повернулась к нему: - Только что на связи был Бич. Он оставил тебе послание. - Девушка нажала клавишу, и на экране появилось лицо черно-серого десептикона в маске: - Что, Оптимус, не ожидал? Оставил вместо себя продаунгрейденную девицу? Вот что, автобот. Твой приятель сейчас в отключке, его обесточенный корпус надежно спрятан. Если ты не явишься ко мне сам, обещаю, что его оффлайн будет вечным. Где меня искать, ты знаешь. И приходи один, иначе твоему дружку конец. Экран погас. Оптимус повернулся к товарищам: - Надо выручать нашего друга. Сыщик, только что вернувшийся из патруля, прикинул: - Далековато до его Германии... В лучшем случае мы будем там через шесть часов, и то если самолетом. Быстрее может разве что Сканди. - Кстати, насчет Сканди. - Оптимус сел за пульт, вызывая базу Скандалиста в Калифорнии. Сначала ему не отвечали, потом вызов приняла секретарша. - Мистер Скандалист занят, - ответила она, но Оптимус настойчиво проговорил: - Это срочный вызов с базы автоботов. Так ему и передайте. Через десять минут нервного ожидания Скандалист появился на экране: - О, дружище Оптимус! Извини, я тут марафетился, собираюсь на прием к губернатору. Ну как у тебя дела? Взгляд Оптимуса, казалось, извергал молнии: - Скандалист, почему твои бойцы бродят без присмотра и нападают на моих ребят? Или это ты дал приказ Бичу захватить Эксилиона? - Я? - Скандалист был само удивление. - Слушай, дружище, между нами говоря, у Бича давно едет крыша. Я потому и держал его в Венесуэле, от греха подальше. Хотел отправить его с ближайшим транспортом на Кибертрон, но не случалось оказии. Так что он натворил? - Ты что, не в курсе? - Что я, обязан следить за каждым квантом в схемах этого болвана? - Ну если ты не знаешь, повторю: он ранил и взял в заложники члена моей экспедиции, находившегося в Германии по личному приглашению. - Что он требует? Миллион баксов в платиновом эквиваленте и шаттл, чтобы покинуть Землю? Кажется, Оптимус рассердился по-настоящему: - Он требует встречи со мной! А я требую, чтобы ты получше следил за своими подчиненными! - Да успокойся, дружище! Сейчас я с ним свяжусь и мы все уладим. Подожди секундочку, - Скандалист исчез с экрана. Через некоторое время он появился снова, изображая на лице неприятное удивление: - Слушай, друг, кажется, Бич действительно съехал. Я пробовал с ним поговорить, но он послал меня к квинтам и сказал, что если ты не явишься немедленно, то Эксилиону каюк. Не знаю, что он от тебя хочет. Я могу вылететь сам на место, но мне добираться до Европы не меньше пяти часов. Где хоть это произошло? - Фрайбург, юг Германии, - ответил лидер автоботов, с досадой подумав: «Так и знал, что от разговора с тобой не будет толку». - Всё, мне некогда, - Оптимус отключил связь. - Слушай, Оптимус, а не провокация ли это? - предположил Сыщик. - Уж больно мне не понравилась его рожа. - Сыщик прав, -- согласилась Молния. - Скандалист догадывается о Звёздном кристалле. Он хочет увидеть Альмаринн в действии. И он знает, что мы не бросим Эксилиона одного. - Он получит то, что хочет, и даже больше, - жёстко проговорил Оптимус и поднялся из-за пульта: - Я собираюсь в Германию. Немедленно. Как от меня ждут. Сыщик, Молния, мне понадобится ваша помощь. - Ты что, хочешь нас телепортировать вместе с собой? - удивился полицейский. Молния успокоила его: - Не волнуйся. Оптимус уже так делал, со мной. Идёмте же скорее! Над пригородом Фрайбурга догорал вечер. Покрытые лесом горы возвышались темными силуэтами на фоне угасающего неба. Притормозив, красно-синий глайдер остановился возле окруженного садом трехэтажного особняка с черепичной крышей и блюдцем спутниковой антенны на балконе. Молния и Сыщик сошли на тротуар перед домом, и Оптимус трансформировался. В окнах дома Гартманов горел свет. На парковочной площадке стояла полицейская машина. Автоботов ждали. Едва они появились, дверь открылась и навстречу им вышел высокий полноватый мужчина средних лет. С ним был полицейский. Мужчина старался держать себя в руках, но было видно, что он встревожен и напуган. - Добрый вечер, доктор Гартман, - поздоровался Оптимус по-немецки. Немец облегченно вздохнул: - Слава Богу, что вы так быстро прибыли. Я могу чем-нибудь помочь? - Боюсь, что нет... Как обстановка? - спросил автобот, обращаясь к полицейскому. Тот ответил: - В городе объявлено чрезвычайное положение. Район, где скрывается десептикон, оцеплен военными. - Скажите им, чтобы держали оцепление, но ничего не предпринимали, - распорядился Оптимус. - Мы сами захватим десептикона. - Хорошо, - сказал полицейский, снимая с пояса мобильный телефон. - Простите, - обратился к автоботам доктор Гартман. - У меня к вам личная просьба. Пожалуйста, найдите Клариссу, мою племянницу! Она помчалась к вашему другу на помощь, примерно двадцать минут назад. Её мобильный телефон не отвечает, и я не знаю, что и подумать. - Скорее всего, её задержали возле зоны оцепления, - успокоил его Оптимус и распорядился: - Молния, разыщи и привези домой Клариссу. Сыщик, твоя задача - найти Эксилиона. А я пообщаюсь с Бичом. Всё, трансформируемся и поехали. Три глайдера рванули с места, взметнув под собой опавшие листья, и исчезли, словно их здесь и не было. Это было похоже на кошмар, фильм ужасов, воплотившийся в явь - чёрно-серый бронированный гигант, сжимающий в руке огненный клинок, и медленно опускающийся на землю Эксилион с дымящимся корпусом... Кларисса кричала, но чёрно-серый даже не посмотрел в её сторону. Взвалив тело Эксилиона на плечо, словно хищник добычу, чёрно-серый покинул заправку и направился в горы, быстро скрывшись за деревьями. Кларисса плохо отдавала себе отчет в своих дальнейших действиях. Вскочив на мотоцикл, она примчалась к дядиному дому, чуть не сбила с ног тётю Лору и схватила дядино охотничье ружье. С ружьем, она помчалась обратно, но дорога уже была перегорожена зелеными «джипами», и её остановили военные с автоматами. Высокий офицер с усами и проседью в волосах потребовал документы. - Кларисса Штерн? - спросил он, просматривая ее водительское удостоверение. - Живете в Мюнхене? Почему у вас с собой ружье? - Потому что мой друг погибает там, а вы ничего не делаете! - Милая Кларисса, у нас приказ, - проговорил офицер. -- Кибериане просили нас не вмешиваться в их дела. - Идиоты... Разве можно им объяснить, какой Эксилион замечательный друг? Как возвышенно и трепетно относился к ней? Как смешно не понимал грубоватых студенческих шуток её окружения, как защитил ее от байкеров и бесстрашно встал на пути черно-серого трансформера... Кларисса метнулась в сторону, но двое военных догнали её и крепко схватили за руки. «Пустите!» -- кричала она в истерике, вырываясь из их рук. - Кларисса! - позвал мягкий голос. Подняв голову, Кларисса увидела перед собой киберианку. Высокую, как все кибериане, в белой с голубым броне. Несмотря на рост, киберианка выглядела лёгкой и стройной. За её плечами виднелись опущенные крылья. Глаза словно излучали мягкий серебристый свет... Киберианка ли это или ангел, вдруг решивший сойти с небес? Киберианка опустилась на колено перед земной девушкой. - С ним все будет в порядке, - мягко проговорила она. - Правда? - спросила Кларисса. Под удивительным серебристым взглядом киберианки с крыльями беспокойство и страх постепенно отступали, и вот словно бы ласковое прохладное течение, мерцая светлыми бликами, подхватило Клариссу и унесло туда, где отдых и покой... Девушка обмякла на руках державших её военных. Встретив вопросительный взгляд усатого офицера, Молния мягко улыбнулась: - Не беспокойтесь за неё. Ей нужен отдых. Постарайтесь не нарушить её сон. Будьте бережны к ней. Извините, меня ждут другие дела, - она упруго поднялась на ноги, трансформировалась, и лёгкий белый с голубым глайдер исчез в ночных тенях. Закатное небо угасло, на горы пала темнота. Оптимус пробирался между деревьев вверх по склону, внимательно сканируя окрестности. В ночном небе рокотали вертолеты и гуляли белые лучи прожекторов. Бич не показывался, но автобот чувствовал - он где-то поблизости. Выбравшись из леса, Оптимус вышел на грунтовую дорогу. Слева и справа тёмной стеной поднимались могучие ели. Десептикона по-прежнему нигде не было видно. - Эй, Бич! - позвал лидер автоботов. - Ты хотел меня видеть? Я здесь. Хрустнула сухая ветка. Оптимус резко развернулся. Синеватая вспышка - и корпус пронзило парализующей болью. В глазах заплясали цветные искры. Шок-заряд... Автобот упал на колени, ругая себя за неосторожность. Бич не оставил своей привычки стрелять в спину... Где же он, Юникрон его побери? Пространство впереди дрогнуло и покачнулось. Сквозь мерцание в глазах автобот увидел возвышавшуюся над ним мощную фигуру Бича, только что материализовавшегося из пустоты, сняв рефракционную экранировку. У него усиленная броневая защита, отметил Оптимус, и еще какой-то оружейный модуль за спиной. Десептикон хорошо подготовился к этой встрече.. Автобот спросил: - Что тебе нужно? - Ты сам знаешь. - Бич пнул автобота в лицо (Оптимус успел отклонить голову, и удар задел шлем по касательной). - То, что мгновенно перемещает тебя по этой идиотской планете. Давай его сюда. - Это невозможно отдать, - проговорил Оптимус и получил второй удар ногой. На этот раз увернуться не удалось, и его опрокинуло на спину. - Тогда возьму это сам. - Бич активировал свой лазерный меч и поднес гудящий клинок к груди Оптимуса. Глядя в глаза противнику, автобот произнес: - Повторяю еще раз: это невозможно. - Посмотрим, - ухмыльнулся Бич, и огненный клинок коснулся груди автобота. «Сыщик, у тебя какие новости?» «Никаких». «У меня пока тоже». Молния уже поняла, что простым сканированием местности Эксилиона не найти. Бич придумал что-то хитрое... Она постаралась успокоить мысли, дав свободу тому, что осталось от её прежней сущности Хранительницы - интуиции. Девушка стояла на тёмном берегу небольшого озера. За озером поднимались заросшие лесом склоны, над ними плыла круглая жёлтая луна. Вдруг она почувствовала: Оптимус - там, на склоне за озером, и ему сейчас плохо. Если она поторопится, то успеет ему помочь. Включив моторы, Молния расправила крылья и приготовилась взлететь, но её остановил голос - такой родной и знакомый. «Аэриэль, это его сражение. Дай ему возможность самому одержать победу». «Но он в беде, я чувствую!» «Он справится. Ты же знаешь, он сильный. И он должен поверить в собственные силы. А ты нужна его другу, который сейчас умирает». «Я поняла, учитель». Молния сложила крылья за спиной. «Оптимус, солнце моё, ты справишься... Я буду мысленно с тобой...» Посмотрев на темную гладь воды, она вызвала по радио Сыщика: - Я знаю, где искать Эксилиона. Зашипел плавящийся металл. Стараясь не обращать внимания на боль, Оптимус сосредоточился на белом огоньке Альмаринна. Он чувствовал, как огонь Звездного кристалла становится ярче, как от него течет энергия, перераспределяясь по всему корпусу, как уходит проклятое онемение - последствия удара шок-зарядом... Выбив ногой лазерный меч из руки Бича, он прыжком поднялся и активировал свой клинок. - Что, получил в руки новую игрушку? - ухмыльнулся Бич, активируя свой запасной меч. - Ты хоть знаешь, как с ней обращаться? - Хочешь проверить? - невозмутимо отозвался Оптимус. Бич не ответил. Некоторое время противники меряли взглядами друг друга, потом белый и фиолетовый клинки скрестились. Звенящая пустота, напомнил себе Оптимус. Так учила его Молния. Ни мыслей, ни чувств, лишь твёрдая уверенность в победе... Он следует движениям Бича - нет, теперь он ведёт его за собой в танце огненных клинков, и сам завершит этот танец... Бич пошатнулся и закричал от боли, меч выпал из его поврежденной руки. Оптимус погасил свой клинок: - Верни Эксилиона и разойдемся с миром. - Забирай его, автобот! Он в этой грязной луже там, внизу. - Бич отступал назад. - Что смотришь? Я ухожу! -- Десептикон трансформировался в мобильную ракетную установку, вроде бы действительно собираясь уйти. Вроде бы... Оптимус успел активировать отклоняющий щит. Его отбросило взрывной волной. Рядом горела земля и падали вырванные с корнем деревья. Отпихнув в сторону ствол, которым его придавило, Оптимус вскочил на ноги, но в него уже летел следующий залп, гораздо более мощный. Он видел тупые носы ракет, заряженных нестабильным энергоном-225. Он видел ярко-жёлтые огни взрыва, мощности которого хватило бы превратить любого трансформера в горячий металлический дождь. Но он уже был наверху, и взрыв на земле не мог причинить ему вреда. И только пронзительный крик летел ему вслед: - Оптимус!.. Сыщик и Молния вытащили на берег Эксилиона, заляпанного водорослями и не подающего ни малейших признаков жизни. - Надо бы провести первичную диагностику, - проговорил Сыщик, выпуская тонкий шнур коннектора, чтобы подсоединиться к контактам Эксилиона. Молния остановила его: - Нет. Это может быть для него опасно, он только что из воды. - Она положила руки на лицо юноши-автобота, провела кончиками пальцев по щекам. Лицо её осветилось улыбкой: - Он жив и даже не очень пострадал. Мираж вылечит его, уверяю. - Хвала Все-Пламени, - через некоторое время облегченно проговорил Сыщик. Склон холма за озером осветила серия ярких вспышек, отразившихся в воде. Вверх поднялось клубящееся облако. На склоне загорелся лес. Молния вскочила на ноги: - Оптимус!.. - Она включила двигатели и взмыла в небо, над озером разнесся её полный отчаяния голос, звавший лидера автоботов. «Извини, братишка, - подумал Сыщик, оставляя лежавшего на берегу Эксилиона, - надо и мне заводить мотор!» Он трансформировался и помчался в объезд с твёрдым намерением разобрать Бича на запчасти собственными руками. Пролетев сквозь облако дыма и гари, Молния опустилась на выжженную землю. Вокруг всё ещё горели вывороченные взрывом красавицы-ели. Она нашла Бича, лежавшего в беспамятстве, с оплавленными фрагментами брони. Он наполовину перешел из наземной трансформации в универсальную, и представлял из себя странную конструкцию. Оптимуса нигде не было видно. А в ночном небе, выше кружащих над холмами вертолетов с прожекторами, выше тонких прозрачных облаков сияла яркая белая звезда. Молния посмотрела вверх, на звезду, и всё поняла. Она счастливо улыбнулась и помахала звезде рукой: - Возвращайся назад! Звезда погасла. На плечо девушки легла широкая ладонь. - Оптимус! - Молния бросилась автоботу на шею, но увидев глубокий порез с оплавленными краями на его груди, остановилась: - Ой... - Всё в порядке. - Оптимус обнял девушку обеими руками, прижимая к себе. - Я прошёл испытание, Хранительница... Пойдем за Эксилионом, его нужно как можно скорее отвезти домой.