"Дама с жемчугами"

Благополучно доставив Свердлова домой и велев отлёживаться как минимум сутки, Макс и Шаманка решили разделиться. Шаманка заявила, что будет дожимать родителей Кати Рысс, а Макс сказал, что хочет навестить «Маленькую маму» и побеседовать с местными подружками убитой Эли Андреевой. Тем более, что слова Андреева не давали ему покоя. Конечно, дело Милена делает благое, но ведь и фонд «Ангел милосердия» изначально казался белым и пушистым, а какие мрази там пристанище нашли – лучше и не вспоминать. Шаманка это дело одобрила, и Макс отправился в «Маленькую маму». Приют располагался в старом, но довольно добротно отремонтированном здании неподалёку от лесопарка, его окружал просторный двор со скамеечками, песочницами и качелями. Тут и с коляской можно посидеть, и с малышом погулять, и беременной свежим воздухом подышать. Зачем же девочки-мамочки от такой благодати в лесопарк вообще таскались? На данный момент во дворе народу было немного – всего две девочки с колясками, ещё одна, чуть постарше и глубоко беременная, читала книгу, сидя на скамейке. Интересно, где остальные? Милена вроде говорила, что в приюте шестнадцать беременных и двадцать две мамочки… Макс подошёл к девочкам с колясками и поздоровался. Девочки слегка испугались, и Максу пришлось проявить всё своё обаяние, чтобы расположить их к себе. После того, как он убедил их что ничей не папа, ничей не парень-козёл, ни с кем не собирается разбираться, и нет, скандалить он тоже не будет, он из полиции и расследует убийство Эли, девочки слегка успокоились и довольно подробно ответили на все Максовы вопросы. - Да, обычно здесь много народу, но сейчас тихий час и большинство спят. А ещё за Надькой, Мариной, Лидой и ещё за несколькими девочками приехали родные и забрали домой, прослышав про убийство в лесопарке. Так что сейчас вообще народу поменьше. А у них детки днём спят только на улице – вот они и вышли посидеть. Раньше пошли бы в лесопарк гулять, но теперь боятся. Ведь Эля тоже в лесопарк ходить любила - пока вместе с Розкой и Иркой – так ничего. А потом, когда одна стала ходить – вот и случилась беда, - словоохотливо поведала одна из юных мамочек, назвавшаяся Женей. - С Розкой и Иркой? Вы имеете в виду Розу Дыбенко и Иру Иванову? – спросил Макс. - Ага, их. Они все втроём сначала туда ходили, а потом Элька с Розкой и Иркой поссорилась, не разговаривали они даже последние две недели. Сейчас-то, конечно, Ирка плачет, Эльку жалеет. - А Роза? – удивился Макс. - А Розу её родители забрали неделю назад, она, небось, про Эльку и не знает ничего. Да и лучше ей не расстраиваться, у неё беременность тяжело протекает, - ответила Женя. - А где я могу с Ирой поговорить? - продолжал спрашивать Макс. - А вы зайдите в дом, там нянечка сидит. Типа охрана. Спросите у неё, она вас к Милене Рафизовне проводит. А Милена Рафизовна вас к Ирке отведёт. А одному вам по дому ходить нельзя – мужчины сюда не допускаются без сопровождения. Макс поблагодарил Женю за разъяснение и отправился искать Милену. Но вот показалось ему, или нет, что девушка с книгой, сидящая на скамейке, бросила на него странный взгляд – словно хотела попросить о чём-то, но в последний момент передумала? К Милене его провели быстро, та охотно согласилась отвести Макса к Ире Ивановой, но от себя добавила, что после смерти подруги девочка чувствует себя не лучшим образом, так что желательно поговорить с ней быстро и исключительно по делу. Макс кивнул, и Милена постучала в дверь одной из комнат расположенных на втором этаже. Дверь им открыла девушка в синих тренировочных штанах и футболке с английской надписью «Здесь ребёнок», стрелкой и схематическим изображением свернувшегося в матке младенца, которое расположилось точно на животе. Макс удивлённо спросил Милену: - Это что, униформа у вас такая? Я и у Эли на фото такую футболку видел. Милена смутилась: -Да нет, конечно. Просто иностранный спонсор прислал целый вагон этих футболок – разных размеров и цветов. Не выкидывать же, да и хлопок натуральный, полезнее синтетики. Вот и раздали футболки девочкам – пусть носят. - Понятно, - улыбнулся Макс, - пусть носят на здоровье. - Ира, - обратилась к девушке Милена, - это Максим Генрихович, он из полиции. Пожалуйста, расскажи ему об Эле, хорошо? А я пойду, когда закончите – можете ко мне зайти, ладно, Максим Генрихович? Макс кивнул, Милена вышла, а Ира предложила Максу сесть на стул. Сама же уселась на застеленную кровать и произнесла тихим голосом: - Спрашивайте. - Скажите, Ира, а почему вы перестали общаться с Элей? Вы ведь дружили… - поинтересовался Макс. - Натрепали уже, - недовольно произнесла девушка, - только вот ошибочка вышла. Это не я с ней, это она со мной общаться перестала. - А вот с этого момента можно поподробнее? – не успокаивался Макс – Следствию может быть важна любая информация. Ира вздохнула и начала рассказывать. В «Маленькую маму» она пришла на третьем месяце беременности. Отец и мать упорно требовали, чтобы Ира не портила себе жизнь и сделала аборт, на неё давили с такой силой, что девочка сдалась и пошла с матерью в женскую консультацию, сдать анализы и получить направление на эту неприятную операцию. Но, сидя в коридоре, увидела среди многочисленных листовок на журнальном столике буклет «Маленькой мамы» и тихонько его спрятала. Ира не хотела убивать своего ребёнка, забеременела она, как ей казалось, по большой любви, и, хотя предполагаемый отец, а по совместительству одноклассник, её беременности совсем не обрадовался, ребёночка она полюбила всем сердцем. И вдруг взять и убить? Нет. И Ира, вернувшись с матерью из консультации, набрала номер указанный в буклете. Ответила ей Милена, выслушала давящуюся слезами девчонку внимательно и сказала, что если Ира действительно хочет родить – то «Маленькая мама» вполне может её принять. Ира хотела, так она и оказалась в приюте. Здесь Ира сдружилась с Розой Дыбенко, а потом к ним примкнула и Эля Андреева. И всё было хорошо, до тех пор, пока Эля однажды не пошла гулять в лесопарк одна. Там она познакомилась с молодым человеком, и он словно околдовал её. - Неужели такой красавец? – удивился Макс. – Да не знаю я. Я его только пару раз видела издали – худенький такой, невзрачный, кенгуруха на нём такая тёмная. И джинсы чёрные. А какой на лицо – не знаю. Эля всё говорила, что он на ней жениться хочет и забрать вместе с ребёночком. Мы с Розкой с ним познакомиться хотели – так она такой скандал закатила – типа мы её сокровище отбить хотим. Вы знаете, мне кажется, что он её зомбировал, что ли. Она ж после этой ссоры с нами общаться отказалась – всё к нему одна бегала. Вот и добегалась. - Думаете это он её, Ира? - Может, и не он. Может, она просто со свиданки с ним возвращалась – тут маньяк её и зацепил. - А Милене вы почему обо всём не рассказали? - Ну… Думали, он безобидный совсем. А Элька бы решила, что мы ей мстим, вот и молчали… - девочка всхлипнула, - Мы такие дуры с Розкой были… Рассказали бы Милене – она бы запретила Эльке в лесопарк бегать. Элька бы жива осталась… И ре…ре…ребёночек… Тут девочка всхлипнула ещё раз, явно приготовившись разреветься в три ручья. И Макс быстро задал следующий вопрос: - А как же отец её ребёнка? - А, этот узбек… Его ж на родину запулили с подачи её папашки. Так он и не объявлялся, и не звонил с тех пор. Она о нём редко вспоминала, а когда этот друг появился – и думать забыла совсем. Да, она правда словно с ума сошла… Он у неё даже в телефоне записан был: «Солнце моё». - А ты откуда знаешь? – удивился Макс. Ира покраснела, но всё же ответила. Оказывается, таинственный друг подарил Эле смартфон. Она его показывала другим девочкам, а Ире жутко хотелось посмотреть на новенькую игрушку. И вот, улучив момент, когда Эля оставила телефон на подоконнике в столовой, Ира взяла его в руки, чтобы рассмотреть получше. И стала смотреть список контактов. И напала на один из них – «Солнце моё». Ире тут же отозвался удивительно красивый бархатный мужской голос: - Что случилось, малыш? Девочка отключилась, положила телефон на прежнее место и бросилась вон, пока её не застукала Эля за просмотром её игрушки. Голос мужчины показался ей странно знакомым и почему-то пугающим.