Я буду молиться, чтобы ты умер счастливым

      Зал заседания номер два в Министерстве Магии был просторным. В круглой комнате, обложенной серой плиткой, помещались не только полный состав Визенгамота из пятидесяти человек, но и куча журналистов. Но в этот раз повезло и были только судьи, которые только-только собирались и ещё шумно переговаривались. Поднялась по невысоким деревянным ступенькам, до четвёртого ряда, вдоль которого и начала идти. — Мадам Марчбэнкс! — громко произнесла я с неким подобием оскала на своём лице. А так как говорила громко, то и привлекла внимание окружающих. Крохотная сутулая старушка в сливовой мантии усмехнулась, не отрываясь взглядом от центра зала, где стояли Фадж и Огден, которые о чём-то беседовали. Я же пыталась пройти к свободному месту рядом с Марчбэнкс, случайно топчась по ногам некоторых личностей. Ими случайно оказались те, кто меня недолюбливал и конечно же взаимно, — Как Ваша жизнь? — Ещё не померла, Принц, — хмыкнула старушка хорошо поставленной речью. Я плюхнулась шумно рядом, оставив свою мантию на коленях. Женщина звала меня по фамилии только на людях, а так по имени. А я уже будто отвыкла от обращения к себе. Кажется, и впрямь долго спала, не выходя во внешний мир. — Мерлин с Вами, Англия раньше помрёт, чем Вы. Рада, что Вы в добром здравии, — я довольная оглядела Марчбэнкс, которая перевела острый взгляд серых глаз на меня. — А как твоя жизнь молодая? Всё не стареешь на зависть остальным? — усмехнулась в ответ на её слова. Хотела бы я выглядеть на свой возраст, но увы, с этим ничего не могла поделать. — Жизнь без забот и полная безделья лучший способ выглядеть молодо, — цокнула я, качнув своими густыми, чуть вьющимися чёрными волосами. — Тогда я рада, что выбрала такую жизнь. Хотя бы проживу долго, — хмыкнула Марчбэнкс, припомнила видимо недавнюю научную работу в Ежедневном Пророке, где приводились аргументы, что «мудрые» волшебники, творящие мощное волшебство, живут намного дольше, чем обыватели. — Зато помру красивой. А как внуки, мадам? — учтиво, но всё же искренне спросила я следом. — А как всегда, — со смешком продолжила старушка, — Носятся по всему миру, как и полагается юным и любопытным людям.       Гризельду Марчбэнкс я знала с детства, точнее с рождения. Хорошая знакомая моего отца, а до этого дедушки. В общем, на её глазах выросло два поколения Принцев. В своё время она мне сильно помогла, и с похоронами моего отца, и с похоронами родителей Северуса. А ещё сдать ЖАБА на полгода раньше и закончить школу экстерном, чтобы не надо было никому объясняться. Гоняла конечно на вопросах нещадно, тем более, что я ей тоже не рассказала о странном решение срочно закончить школу. — Как там Северус? Такой талантливый молодой человек, жаль, что тратит время на то, что ему не дано, — я выдохнула на её высказывание, которое поднималось не в первый раз. Ещё один маленький момент, который мне в ней нравился, она никогда не говорила «мой мальчик/моя девочка», осознавая, что это некорректно к взрослому человеку. В своё время это сильно раздражало от Дамболдора, хотя мы и не так уж часто общались. Зато Сев с ним часто болтает и жалуется, что после такого обращения, чувство будто он «мальчик» по вызову и хочется отмыться. — Всё такой же ядовитый, — я откинулась спиной на колонну позади, скрестив руки на груди. — Северус в сентябре запатентовал новое зелье и написал превосходную статью. Тофти устроил ради этого ужин и они всю ночь болтали, — подметила женщина, вновь смотря на центр судейского зала. Трибуны уже почти полностью заполнились Визенгамотом. — А Вы с Августой и Огденом? — Выпили превосходного виски, который Тофти привёз из-за границы, — я цокнула в ответ, выражая тем самым жалость, что не присутствовала с ними, — Придёшь в субботу? — Постараюсь, — честно ответила я. Спросила Гризельда словно невзначай, но я понимала, что ей важен мой ответ, — Разбудите, когда будет выступать защита? — Хорошо, — хмыкнула женщина.       Суд, к счастью, закончился быстро. И весьма однозначно. С Огденом и Марчбэнкс попрощалась, обнявшись напоследок. Клятвенно заверила, что всё-таки приду на еженедельную встречу. Оглядевшись в атриуме, задумчиво почесала макушку, думая чем бы заняться. Поняв, что если мне скучно, то нужно идти к виновнику моей скукоты: — Северус. Северус. Северус. Северус, — повторяла с одной и той же интонацией и громкостью, крутясь на стуле в кабинете декана Слизерина, перед столом Сева. — Ты заткнёшься когда-нибудь? — перечеркнул тот чью-то домашку, но я не почувствовала жалости к студенту. Будь в эссе хотя бы одно хорошее предложение, братец бы его не перечеркнул. — Будь у меня моё зелье, я бы к тебе не приставала. Мне скучно. Ску-ка! — тянула я намеренно противным тоном. — Слышала про такую вещь, как работа? — Северус вскинул бровь, а я скривилась в ответ, посмотрев на него. — Я уже поучаствовала во всех судах и дисциплинарных слушаний, даже в сокращённом составе! А Арка не требует моего пристального наблюдения. Стажёры уже заикаются, что стала часто приходить. Даже их начальство уточняет не собирается ли наступать конец света, — махнула я рукой, жалуясь на свою скуку. — Ты издеваешься? Найди еще работу! Хобби в конце концов, — закатил глаза декан Слизерина. — Я призрак мщения. Ты лишил меня сна! — я ткнула пальцем в сторону мужчины, не стесняясь обвинять в такой чуши. — Какой месяц? — не сразу, но спросил тихо спустя минуту, не отрывая взгляда от пергамента. Я нахмурилась и отвела взгляд в сторону, на шкафчик со склянками с зельями. Те мрачно блестели. — Декабрь, Северус. До основных кошмаров еще почти год. — Тогда тебе и впрямь лучше больше не спать. — Зайду к профессору Флитвику. Он вроде меня еще любит, — произнесла я неестественно громче, слишком резко встав со стула, отчего тот пошатнулся. — Он постоянно спрашивает, как ты, — фыркнул Северус, — Поэтому иди и расскажи сама. — Ага.       Хогвартс я любила. В отличии от Северуса, у меня было чуть больше счастливых воспоминаний, связанных с этим местом. Например тот Хэллоуин… Хотя нет, это скорее одно из худших воспоминаний. Рождество, нет, тоже. Ладно, распределение и уроки. И знакомство с Северусом.       Ученики словно каждый год одни и те же. Наверно, на месте Северуса, я бы даже не учила кого и как зовут. Баллы снимаешь с факультета, а оценки можно ставить по тестам и сданным зельям, которые дети всегда подписывают.       Проходя мимо Большого Зала, со скукой его оглядела. Пустой совсем. На самом деле, он красив только во время ужинов и на праздниках. В обед слишком суматошно, а на завтраке большая половина учеников ещё сонная, угрюмая, которая лучше бы поспала, а не шла на уроки. Вне этого времени, просто большой жуткий зал. — Воспоминания навеяли, Эвис? — обернулась на обладателя высокого голоса, в котором звучало привычное тепло. — О, профессор, а я как раз к вам. И не совсем воспоминания. Скорее удивительно, что столько лет прошло, но мало что изменилось, — хмыкнула я, кивнув в сторону пустого зала. — Привычка волшебников, от которой пора избавляться, — отмахнулся профессор — И идёмте, у меня как раз нет дел до самого ужина. Я слышал, что ты стала чаще навещать Северуса, но не навещаешь других преподавателей. — Профессор, неужели это укор? — тихо рассмеялась, зная, что это не так. — Просто намёк, Эвис — к кабинету декана Когтеврана, но с другого конца коридора, подходил молодой профессор, которого пару раз видела мельком в коридорах, когда навещала Сева, — О, профессор Квирелл. Точно справочный материал. Сейчас дам. Эвис, ты еще помнишь Квиринуса? Он учился на курс младше тебя. — Да. Мы кажется мы какое-то время работали в паре, после ваших лекций о совместных заклинаниях, — произнесла я, вспомнив тогдашнего юношу, который ходил в кружок Заклинаний. — Приятно, что помните… Эвис Принц, — заискивающе улыбнулся профессор ЗОТИ, странно дёрнувшись, на что удивлённо вскинула бровь. — Может хотели бы с нами выпить чаю? Если Эвис не против конечно, — предложил декан, пропустим меня первой свой, как всегда аккуратный кабинет. Я глубоко вдохнула аромат дерева, воска и привычно каких-то пряных печенек. — Эвис никогда не против хорошей компании, — прошла и села в кресло для посетителей, рядом со столом профессора. С небольшим чувством ностальгии оглядела кабинет с синими гобеленами и массивными шкафами, заполнеными сувенирами от учеников и книгами. — А ещё кексов. — Если м-мисс Принц не п-против, то я т-тоже, — с чаем и кексами разговор пошёл активнее, скача с одной темы на другую. Квирелл говорил не часто, то ли смущаясь, то ли ещё что-то. -… неплохая идея насчёт чеснока. Я его полюбила не только за вкус, но и за то, что после него не лезут целоваться, — откусила кусочек лимонного кекса и удивленно посмотрела на Квирелла, как и профессор. Молодой профессор странно дёрнулся, смутившись. — П-простите, н-нервное. А как у вас с личной жизнью, Мисс Принц? — А, не распространяюсь об этом, простите, рабочий контракт, — отмахнулась, соврав. Даже ребята из Отдела Тайн посмеивались, их редко использовали в качестве отмазки, да ещё и в таких глупых вещах. А там уже и колокол оповестил о начале ужина. Мы разошлись, а я клятвенно заверила, что ещё зайду к декану.       И я вернулась к Северусу в личную комнату. Домой было лень возвращаться. Поэтому, пока декан Слизерина был на ужине, следя за своими ребятами, я со скукой шасталась по его скудной комнате, а после устроилась в кресле. — Жизнь делится на две части. Реальность и сны, — пробормотала я, рассматривая картину звёздного неба над камином,. Портретов Северус намеренно не держал в своих покоях, — Сны нужны, чтобы бежать от реальности и отдохнуть, а кошмары пугают, чтобы ты вернулся в реальный мир, когда проводишь слишком много времени в грёзах. — Отлично, моя сестра всё-таки сошла окончательно с ума, — услышала я язвительный голос со стороны двери. Едва увидела братца в темноте, кроме камина, в комнате не было другого источника света. — Твоя сестра хочет, чтобы ты взял её на руки и отнёс на диван, — я протянула руки, слегка нахмурившись, понимая, что даже уже не в том возрасте и положении, чтобы строить милые рожицы. — Конечно, я же каждый занимаюсь спортом, а не сижу за столом по двенадцать часов, я точно смогу тебя поднять, не беспокоясь о своей спине, — съязвил зельвар от души, подойдя ко мне ближе — Ты сможешь несколько дней отдохнуть от учеников, — предложила я, смотря, как мужчина скидывает мантию на диван. — Ни за что, чтобы им жизнь малиной не казалась, — закатила глаза. Но сжала ладони в кулаки несколько раз, — Пусть тебя другие носят, — и сам запнулся. А я поджала губы, пытаясь выдать нечто похожее на улыбку. — Нет, ты прав. Прости, что веду себя, как ребёнок. Из-за снов, кажется, что не так уж и много времени прошло. — Иди умывайся и ложись спать, а мне нужно сходить в кабинет, — Снейп попросту отвернулся от меня, идя к практически чёрной двери. Удивительно, как он её видел в такой темноте.       Я фыркнула. Но выполнила его наказ, после чего улеглась в кровати братца. Будет ругать конечно, но сам не уточнял где спать. Северуса и не было слышно в кабинете. Тихо вернулся в гостиную, но там его шаги приглушил ковер, а следом вошёл в спальню. Буркнул: «идиотка», переодеваясь в пижаму, но укрыл меня одеялом, улегшись рядом, и не оттолкнул, когда прижалась к его боку. Тёплый. И от того не привычно.

***

1978 год, 20 октября

      Я подхватила сумку и поспешила в Большой Зал. Уже совсем скоро прибудет совиная почта. Сев за свой стол, я тотчас притянула к себе бокал с соком и тосты с джемом. В нужное время, когда совы влетели в Зал, стала глазами искать нужных мне птиц. Чёрная сипуха, принадлежащая брату, быстро приземлилась рядом со мной, приветственно боднув в руку. Что нужно знать о Северусе? Он назвал почтового питомца Оливкой, правда только потом узнал, что оливки-зелёные, а маслины-чёрные. И тут же приземлился рядом большой серый филин. Отвязала у обоих письма и протянула взамен печенье для сов. Оливка ластилась в открытую, а вот Тюр — филин, лишь косился. Но с каждым раз ел всё ближе ко мне, а сегодня и вовсе прижался к руке. — Спасибо, что принесли письма, — я погладила обоих с улыбкой на лице. Перья сов казались совсем невесомыми, мягкими, в меру гладкими.       С братом я переписывалась каждый день, хотя бы понемногу. Письма, с учётом написания ответа, приходили через день. Гризельда писала мне перед выходными. А стабильно по средам мне писал только один человек: Тёмный Лорд.       Письма от него приходили с конца августа и по сей день, а ведь уже конец октября. Казалось бы, что можно уже привыкнуть, но сердце всё так же замирало, когда брала в руки плотный кипельно-белый конверт из дорогой бумаги, чуть шершаватой на ощупь. Встряхнув волосами, поменяла конверт на тот, в котором лежало письмо от брата. Даже не письмо. Записка, что у него всё хорошо и будет занят следующие несколько дней выполнением заказов. Те самым он намекал, чтобы не отвлекала его глупостями. Хмыкнула, но взяла другое письмо, попутно делая тост с джемом.       Даже и не поняла, когда письма от Лорда стали так важны для меня. Читала жадно за завтраком, на переменах и во время обеда. Украдкой, во время урока, но когда можно было отвлечься. По вечерам, в библиотеке или за столом в спальне; и в меру ярком свете настольных свечей в спальне я писала ему ответ. Перечитывала, проверяя на ошибки и что не написала каких-то глупостей. Шла быстро до совятни, где ко мне спикировал всегда Тюр и относил письмо. Мысленно начинала отчёт, зная, что новое письмо получу ровно через семь дней. Даже почти шесть.       Это казалось чем-то странным, но приятным. И отец, и няня, и гувернантка воспитывали меня строго. В лучших традициях аристократии. Это выражалось в вежливости со всеми, определённых правил, как-то, что нельзя одеваться пошло или глупо, или что нельзя общаться с парнем-не родственником наедине (а ведь тогда впервые нарушила это правило! Или нет? Теон же считается?). Краем ума я понимала, что что-то уже было устаревшим, но не могла ничего поделать с привычками. Точнее делала, но успехи были медленными и совсем небольшими.       Тёмному Лорду, на удивление, это воспитание было знакомо. Где-то внутри себя я понимала, что дело в том, что ему достаточно лет, кажется около пятидесяти, учился он в Хогвартсе в одно время с моим отцом. Возможно, из-за этого спокойно относился к моему воспитанию, а возможно, опыт встреч со множеством людей.              В августе я виделась ещё пару раз с Милордом. Были и беседы, но в этот раз всё по правилам, с Северусом. Точнее беседы были в основном между ними, но не ругали если мне тоже хотелось что-то сказать по теме. А уже в конце последнего летнего месяца, спросил у Северуса: может ли он мне писать, брат в свою очередь спросил уже у меня, уточнив, на кой чёрт это у него спрашивают. Да ещё и Милорд. Я постеснялась объяснять, а отец на портрете пояснил: у магов принято, что если девушка несовершеннолетняя, но хочешь за ней ухаживать нужно разрешение родителей или опекуна. Переписка самый нейтральный способ начать это самое ухаживание. Правда отец добавил, что это ещё нужно для того, чтобы знать кто пишет девушке и читать её письма, контролируя. Никаких грязных намёков, никаких порочащих честь предложений. Северус здесь уже отмахнулся от этих слов и сказал, что не собирается лезть в мои переписки, отчего отец был недоволен.       Первая переписка с кем-то не из семейного круга и не со знакомыми со школы. С удивлением и любопытством узнавала Милорда. Северус говорил, что тот хорошо разбирается в магии, назвал Лорда умным, что для брата является высшей степенью похвалы. А мне нравилось, что мужчина не был зазнайкой. Он не не кичился своими знаниями, как это бывает у многих ребят, и не только с моего факультета, чего греха таить, Северус тоже был небольшой зазнайкой.       И хоть переписка меня радовала, заставляла в груди что-то трепетать, а чувство ожидания было сравнимо с ожиданием подарков на Рождество, было но. Стоило мне отправить отправить письмо, начать отсчёт, как разум шептал: а что Милорду нужно от меня? Я не была такой полезной, как Северус, от политики держалась умеренно подальше. Всё, что есть у меня, так это библиотека Принцев, которой сейчас распоряжается брат.       Со смущением отмечала, что Милорд нравился мне, точнее та сторона, которую он показывал мне. В начале августа мне исполнилось только шестнадцать, мужчине уже пятьдесят, он достаточно известный маг. Если бы не Северус, мы вряд ли бы сейчас познакомились. И решила спросить об этом напрямую, при встрече в выходной день, которую Лорд предложил в последнем письме. Первая встреча спустя долгое время…       Я ушла от подруг после того, как мы посидели в Трёх Мётлах, успев выпить парочку кружек сливочного пива. Я перешла небольшой мостик, над узкой речкой, оставляя шум деревни за спиной. Прошла по тропинке верх, где-то вдалеке шумела небольшая ферма, что была в противоположной стороне. На каменных выступах, глядя на Хогвартс, уже ждал Лорд. — Здравствуйте, — произнесла я, упрекнув мысленно, что слишком резко это сделала. — Здравствуй, Эвис, — Лорд повернулся ко мне, склонив голову на бок. Подметила, что были не привычные красные глаза, а серые, — Не против прогуляться по Моргановой улице? — вспомнила белокаменную улицу, красивее, чем Косой Переулок, и намного спокойнее. Морганова улица находилась рядом с Косым Переулком, являясь более дорогим районом и менее «торговым». — Не против, — протянул локоть, за который я и ухватилась. Трансгрессировал Лорд достаточно мягко. Народу, прохладным осенним вечером, было в меру. Мужчина, в меру мягко направив меня, шагнул вперед, начав неспешную прогулку. Начал разговор с того, как я, уточнив, смогла ли найти книгу в Запретной Секции. — Убрали, к сожалению, — за пару месяцев отвыкла разговаривать с мужчиной вживую. А ещё так много, когда начала отвечать на его вопросы, и сама распрашивать Лорда о чём-то.       Придерживала Лорда за локоть, смотря чаще перед собой или в землю, лишь изредка бросая взгляды на мужчину, разглядывая его в тёплом свете фонарей. А он, замечая мои взгляды, мягко усмехался. Смелости, чтобы спросить «почему», набралось только под конец прогулки. — Почему Вы решили меня пригласить на прогулку? И начать переписку, — спрашиваю, перед этим набрав воздуха в лёгкие. — Ты мне понравилась, Эвис Принц, — вряд ли он про мужскую симпатию? Мерлин, ну почему он говорит это так спокойно?       Роза истина, которую я ему когда-то вручила, говорила, что он хочет чего-то. Не плохое. Во всяком случае на тот момент. — Нужно уже возвращаться в Хогвартс. Я тебя перемещу, — я кивнула и сжала локоть чуть крепче и нас слегка дернуло. Огляделась, прикидывая где мы находимся. Дорога, ведущая от Хогсмида к школе. Я отпустила его руку, словно инстинктивно решив, что слишком многое сегодня позволила себе. — Спасибо, что пригласили на прогулку, — я делаю небольшой поклон и смотрю в аккуратное мужское лицо, запоминая его черты лица, понимая, что буду вновь его представлять каждый день. Как оказалось, Лорд сменил свой цвет глаз обратно на красный, — Я хорошо провела время. — Взаимно, — мужчина дёрнул уголками губ в намёке на улыбке, — Возможно, ты не против ещё раз встретиться?       Сейчас я могу или прекратить это общение, или же продолжить. Сначала хотела сказать: «Не знаю». Я ведь имею право?.. — С удовольствием, господин, — улыбнулась, кивнув.