Мы квиты, Гарри Поттер

— Боже мой... — О, мисс Грейнджер, вы уже проснулись! Тогда слушайте, я ненадолго уйду и буду надеяться на вашу ответственность. Пока я отсутствую, выпейте зелье из корней златоцветника, через полчаса костерост для вашей сломанной руки и отдыхайте. — Мадам Помфри... — Извините, мисс Гермиона, я убегаю! — тихий хлопок тяжёлой двери и лазарет окунается в загробное молчание. Рука болит, голова трещит, а ещё и кушать хочется. Неповторимый коктейль. Бред какой-то. Первое, что делаю нормальные люди — это выполнение указаний врача и отдых, дабы побыстрее вылечиться и снова взяться за работу, учёбу или развлечения — для какого как. Но Гермиона Грейнджер и весь её магический мир не является нормальным, скорее из ряда вон выходящим явлением, и первое, что сделала она — вынырнула из многочисленных простыней и одеял и побежала к дверям, как умалишённая. Да, хорошим стратегом она никогда не славилась, но часто придуманный впопыхах план неплохо спасал её в разных ситуациях. Но, опять же, не сегодня. И не с ней. Ткнув пальцем в небо и доверившись своей интуиции, Гермиона вовремя успела спрятаться от посетителей больничной палаты за ширмой одной из коек. Пока девочка сидела в засаде, она многое успела понять о прошедшем неудачном для неё квиддичном матче из разговоров девчонок-сплетниц, которые решили зайти к своему другу-бедолаге, который упал с лестницы, бегая за неприклонной красавицей-когтевранкой с французским акцентом Мирандой Пуэро. Оказывается, квиддичный мяч попал в Грейнджер, а после её уже заносили в лазарет на носилках, так как она уже была в отключке и теперь её ждут месяца в коме от такого сильного удара... Так, а вот это уже ложь! Выждав немного времени, Гермиона выбежала из больничного крыла, не встретившись ни с кем по пути. Быстро забежав на кухню к добрым, приветливым эльфам, девочка взяла небольшую горсть сладостей, оставшихся от Хэллоуина и вспомнив о булылочке с зельем, Грейнджер юркнула через запасной вход во двор Хогвартса. Перехватив у квиддичного поля сипуху, Гермиона привязала к её лапке невесомый пузырёк и небольшой конверт с запиской с просьбой о встрече. Стараясь быть незамеченной, слизеринка быстро пробиралась к маленькой дверце с северной стороны замка. Яркое солнышко и отсутствие холодного ветра в начале ноября очень удивляли, но приятно радовали первокурсницу. Небольшие проблемы с однокурсниками всё меньше тянули девочку в пучину отчаяния, а одиночество давало ощущение свободы. Её ровестники бегали по сухой траве, играя и смеясь, другие сидели под листвой деревьев и списывали работы друг у друга, весело переговариваясь. Особо прилежные ученики что-либо учили или просто читали, безмятежно переворачивая страницу за страницей. Гермиона невольно подалась вперёд, откинув все стереотипы и отношение её и к ней, но больничная ночнушка напомнила о себе. Лёгкий холодок пробежал по оголённым участкам кожи. Быстро скрывшись за тяжёлой дверью запасного входа величественного Хогвартса, девочка, вдохновлённая начавшимся днём, побежала в лазарет, испугав больных слишком громким хлопком. Переодевшись, Гермиона вышла из больничного крыла, но наткнувшись на кого-то ойкнула и подняла голову. — Мисс Грейнджер, мисс Грейнджер... Куда вы собрались? — Простите, мадам Помфри... Я хотела пойти... На уроки. — едва справившись со стыдливым от такой нечестной лжи пунцем на щеках, первокурсница виновато опустила голову. — Нельзя так безолаберно относится к своему здоровью, девочка моя! Немедленно отправляйтесь в постель. Резко повернувшись на месте, Гермиона почувствовала внезапно подкатившую тошноту и ужасное головокружение, перед глазами всё поплыло, а в ушах гудел Хогвартс - экспресс. Громкий звук падающего тела слизеринки сопровождался охом со стороны старой целительницы. Да... Сегодня точно не день Гермионы...

***

— Гермиона, давай, ты должна выпить это, как его там? Эм... Бо'льеутол'ьяющее! — французкий акцент отдалённо напоминает... Что? Что напоминает? — О, моя дорогая, ты делаешь успехи! — голос похож на... голос Гермионы? Девушки в комнате засмеялись. — Не похоже, — отчеканила блондинка, обижено посмотрев на девушку, копию Гермионы, только повзрослевшую. — Ne sois pas offensé, le soleil.* — чмокнув подругу в щёку, девушка — Гермиона номер два, скрылась за дверью. Девочка проснулась. Тот звон в ушах не прекратился, не давая осознавать происходящего. Единственное, что преследовало Гермиону и сейчас — выбраться из лазарета. Как можно скорее. Сегодня несмотря на обстоятельства, девочке сопутствовала удача — мадам Помфри мирно спала на своём месте. Открытое окно побудило Грейнджер на идею. Тихо взяв сумку со стула, Гермиона забралась на широкий подоконник. Лёгкий прохладный ветерок вместе с приветливыми лучами солнца пробежали по лицу первокурсницы. Ещё раз проверив, нет ли любопытных глаз, наблюдающих за ней, девочка вылезла в окно. Сразу же достав ногами до земли, так как лазарет находился на первом этаже, Гермиона уже бежала на встречу уже знакомой птице. Сипуха несла в клюве лист пергамента, заранее положенный в конверт Гермионой. Птица села Гермионе на плечо, протянув Грейнджер пергамент. Девочка забрала у неё письмо, но сова не улетала, протягивая лапку. Гермиона взяла пустой пузырёк и сипуха улетела. Устроившись около небольшого дуба, девочка развернула сложенный вдвое пергамент. Гермиона, благодарю тебя за зелье, ты превосходна в Зельеварении! Посылаю тебе колбу, скоро, извини, что занимаю твоё время, мне понадобится ещё. — Гермиона сжала в руках стеклянный пузырёк. Как ты? Надеюсь, у тебя всё нормально в общении с однокурсниками. Насчёт встречи. Приходи сегодня, в шесть. Сириус. Гермиона положила письмо и пузырёк в карман мантии и поудобней устроилась между корней дерева. Закрыв глаза, Грейнджер вдохнула осенний воздух. Запах хвои, ели, пергамента, новых книг— она отдыхала. Выздоравливала, восстанавливалась, называйте как хотите. Не в больничных стенах кипенно - белого цвета, не в отварах и склянках заключается секрет выздоровления. Вот он. Природа, счастье, пускай минутное, но такое нужное. Гермиона улыбнулась. Рука опустилась в сумку и нащупала маленький томик. "Хогвартс, как он есть" — в библиотеке было множество подобных книг, но именно эта заинтересовала Гермиону. Раскрыв книгу, Грейнджер вчитывалась в каждое слово, но отвлеклась, услышав голос взволнованной мадам Помфри: — Мисс Грейнджер, Вы где? Неужели опять убежали? Мисс Грейнджер, Вы моя головная боль! Слизеринка издала тихий смешок. Подул ветер, мадам Помфри закрыла окно в лазарете и девочка снова вернулась к чтению.

***

Гарри ел сырник. На этом можно было и закончить, ведь ничего интересного за половину этого дня у Поттера не произошло. Даже Малфой сегодня ни разу не подходил к нему с едкими замечаниями, а Снейп не растягивал тираду об умственных способностях Гарри. Поттер пообедав, направился в гостиную Гриффиндора, ощущая прилив самых положительных чувств, которые только существуют на свете. Сказав пароль, Гарри попал в какое-то безумие. Ученики, от мала до велика, сновали туда-сюда с учебниками, стопками пергамента, крича друг другу что-то невнятное. Протолкнувшись к дивану у камина, откуда возвращались знакомые рыжие макушки, Гарри плюхнулся рядом с братьями Уизли и спросил: — Что за переполох у нас в гостиной? — Сегодня зачёт по Зельеварению. — спокойно ответил Джордж, — Но мы сегодня не пойдём. Джордж подмигнул Гарри, и тот вспомнил: сегодня очередной матч по квиддичу. После сногсшибательной победы Гриффиндора над Слизерином, команда уверенно прорвалась вперёд, становясь на первую линейку в рейтинге школы по игре в квиддич. Сегодня же матч с Когтевраном казался сущим пустяком, но благодаря этому пустяку члены гриффиндорской команды пропускают такой ненависный для гриффиндорцев зачёт у Снейпа. Сегодня и у Гарри был жутко удачный день. Поднявшись в спальню мальчиков чуть ли не пританцовывая, Поттер начал собирать вещи к матчу. Приготовления прервала сова, стучащая в оконную раму. Нахмурив брови, Гарри вспомнил ещё свежие события со странными записками и угрозами, но всё же впустил птицу. Та, довольно ухнув, выплюнула новый пергамент и взмахнув крыльями, улетела, значит, отправитель не ждал ответа. Мальчик боролся одновременно с двумя голосами в его голове. Один говорил: " Открой", а другой: "Сожги!" Всё же любопытство победило, и первокурсник взял со стола перевёрнутый обратной стороной лист. "Николя Фламель создал Философский камень." Вновь подсказка. От кого и почему, Гарри мало волновало сейчас. Библиотека — вот куда он отправится для новой, уже более точной информации, но только позже. Сейчас матч. Взяв форму и метлу, гриффиндорец вышел, негромко хлопнув дверью. На полу спальни мальчиков лежал незамеченный Гарри кусок пергамента. Дверь заскрипела. Шаги прекратились. Невилл поднял с пола маленький пожелтевший листочек. Запись быстро начала стираться, а на её месте вырисовывалась другая. "Плохо брать чужое, Долгопупс..." Не успел Невилл и моргнуть, как пергамент сгорел, а от записки осталась только горстка пепла. Но гриффиндорец мог поклясться, что видел имя Гарри на жёлтой бумаге, до того как запись начала меняться на другую.

***

В слизеринской гостиной тоже всё было немного необычно. Подземелья, такие неприветливые, мрачные и холодные, сейчас настолько прогрелись благодаря камину, что многие слизеринцы мирно засыпали на диванах друг на друге. Странное зрелище. Гермиона тихо прошла к пустующему кресла и достала книгу. Читая, Грейнджер наслаждалась воцарившейся тишиной. Ученики, которых ещё не забрал в своё царство Морфий, шёпотом переговаривались между собой, то ли боясь разбудить других слизеринцев, то ли старались сохранять редкий для них покой. Другие или уходили в свои комнаты, или как можно тише скрипели перьями, делая работы к предстоящим занятиям. "Оказывается, уютно бывает и в слизеринских подземельях," — такие мысли были у Гермионы последними, перед тем, как уснуть в кресле в гостиной Слизерина, впервые не испытывая страха, что над ней будут издеваться однокурсники, когда она проснётся. Почему? Просто она была в этом уверена. Она доверилась.