Мы квиты, Гарри Поттер

Утро было пасмурным. В спальне девочек Слизерина было душно и даже открытое окно не спасало от подобного удушья. Все, кроме Дореи Блэк спали, постоянно ворочаясь. Девушка сидела на кровати, смотря в одну точку где-то в стене. Боль губила её всё больше с каждым днём. Казалось, ещё чуть-чуть и она сойдёт с ума. Рука потянулась к небольшой полке над её кроватью. Нащупав тетрадь, девушка начала искать перо и чернила, и зацепившись за острый заусенец на необработанной древесине полочки, она прошипела от очередной порции боли в предплечье, там где виднелся полумесяц. Освещая палочкой страницы тетради, Дорея нервно черкала по странице. «23 мая. Я завела этот дневник для того, чтобы описать то, что со мной происходит, так как я осознала свою ошибку. Я наложила на эту тетрадь несколько родовых заклинаний и теперь только мои преемники смогут получить мои записи. Простите меня, это именно я, Дорея Блэк, обрекла вас на страшные муки, но поверьте, я сама сейчас прохожу круги Ада. Итак, боль усиливается. Браслеты неимоверно жгут руки, особенно тот, с полумесяцем. Молния почти не тревожит. Меня не покидают странные ведения, но ворота ещё закрыты и я не могу пройти. Я совершила самую большую ошибку за всю мою жизнь.»

***

Вокзал Кингс-Кросс. Снова красный экспресс встречает радостных учеников. Все болтали о своём, заходя в салон. Гарри что-то шептал заговорческим тоном Рону, который втайне от друга поедал сладости, постоянно отвлекаясь от монолога Поттера, поэтому ему приходилось делать вид, что он что-то ищет в своём чемодане. – Пойду прогуляюсь, – сказал Гарри и выскочил в длинный и узкий коридор. Гарри направлялся по уже наполовину пустому проходу куда-то вперёд. Он заглядывал в разные купе, будто искал кого-то. "Будто" было главным словом, так как мальчик по сути никого не искал. Ему нужно было подумать. То, что сказал ему Рон в лазарете удивило его, хотя... Вдруг гриффиндорец свалился на пол, а сверху его закрыл водопад кудрявых волос. У мальчика возникло чувство дежавю, но исчезло через мгновение, так как причина падения Гарри сразу же слезла с мальчика и промямлив что-то похожее на "извини", уже хотела ретироваться, но гриффиндорец, поднявшись с пола вагона, окликнул её: – Грейнджер, стой! Гермиона медленно повернулась, а в глазах читалось непонимание происходящего. – Я... Мне тут один человек сказал... В общем, Грейнджер, это ты мне писала подсказки? – Гарри мог и не спрашивать. Всё было очевидно, вот только зачем ей это было нужно? Подойдя к однокурснику почти вплотную, Грейнджер ответила на его немой вопрос: – Я делала это точно не ради тебя, Гарри Поттер. Девочка собиралась уйти, но остановившись, добавила: – И да, передай тому человеку, который догадался что это я, что он прирожденный Шерлок Холмс. Гермиона ушла, а Гарри оставался на месте. Прошептав тихое "спасибо", он пошёл в противоположную сторону к его купе, убеждая себя, что Гермиона Грейнджер всё ещё остаётся и навсегда останется слизеринской змеёй, как и все они. Гарри быстро добрался до купе, застав Рона за поеданием последней коробки печенья от миссис Уизли. – Гарри, где ты был? – спросил Рон, пытаясь вместе с этим и жевать печенье. – Это была Грейнджер, ты был прав, Рон. – Поттер плюхнулся на сиденье напротив Рона. – Ну и Мерлин с ней, – ответил Рон, – Осталось лишь узнать, кто писал тебе эти угрозы. Гарри откинулся к стене купе и вздохнул. – Не хочу об этом думать сейчас. Кстати, Грейнджер назвала тебя Шерлоком Холмсом. Уизли, почесав макушку, ответил: – Наверняка какое-то оскорбление в их мире, – и после опустошения коробки печенья, мальчики заснули. Им предстоит совершить много великих дел, а пока можно было и отдохнуть...

***

Хогвартс-экспресс давно уже тронулся с вокзала и лишь два человека стояло на перроне. Они молча смотрели вдаль уже ушедшему поезду, пока женщина с остроконечной шляпой не прервала тишину. – У него был тяжёлый год, Альбус. Ещё и эти угрозы, из-за которых Поттер просто не мог спокойно учиться. Вы так и не узнали, кто был адресатом этих записей? Седовласый волшебник посмотрел на женщину и снова на рельсы вокзала. – Иногда мы не видим то, что находится у нас под носом, Минерва. Минерва МакГонагалл вопросительно взглянула на директора. Дамблдор, издав смехок, с помощью заклинания вынул из кармана маленькую стопку записок. Отдав их женщине, он присел на скамейку, а преподаватель Трансфигурации оставалась стоять на платформе. Спустя несколько минут, Минерва с удивлением спросила: – Так тот адресат – это вы? Зачем, Альбус, зачем? – У меня есть планы на Гарри Поттера, – протянул Дамблдор и фигуры Альбуса и Минерва стали более размытыми, через пару секунд вообще исчезли. Каждый хранил свои тайны.

***

– Мама! Папа! – воскликнула Гермиона, выходя из экспресса. Обнявшись, семья Грейнджеров отправилась домой. – Мама, я скоро приду, только разложу вещи, – крикнула девочка, открывая чемодан с гербом Хогвартса. Одежда, мантия, учебники, волшебная палочка... На дне чемодана Гермиона нашла чью-то чёрную тетрадь, похожую на дневник. Открывать и читать чужие дневники Гермиона Грейнджер не смела, но любопытство распирало девочку, и открыв первую страницу, Гермиона ничего не обнаружила кроме двух букв. "Т. Р." Но это уже совсем другая история...