Изгой

Амир был счастлив. Лежа на жестких мешках в телеге, он украдкой поглядывал на Егора, и в его душе пели птицы. Несмотря на то, что он страшно хотел спать и ему снова пришлось надеть ненавистное женское платье, настроение у Амира было хорошее. Он с улыбкой наблюдал, как Егор клюет носом, сидя на верблюде, навьюченном баулами, и улыбался своим мыслям. «Мой! – Амир прикрыл глаза и откинулся на мешки. – Только мой! Теперь я это точно знаю. И я ни секунды не жалею, что вернулся. Теперь меня не пугают ни красные, ни свои. Главное, что он рядом. Я исполню его мечту, а по дороге постараюсь уговорить исполнить свою. Мы дойдем до моря, а там переправимся за кордон. Построим конюшню и будем разводить племенных лошадей. А вечерами будем сидеть в своем саду и наслаждаться любовью… Как вчера». Воспоминания о вчерашнем вечере заставили сердце гулко ухнуть в груди и отозвались сладкой тяжестью в теле. Тот поцелуй наполнил Амира сладким ядом, полностью парализовав тело. Он чувствовал, как сильные руки нежно гладят его грудь и живот, пробравшись под рубашку. Желание медленно таяло под этими прикосновениями и вязким медом стекалось в низ живота. Амир бился в сладких судорогах, осыпая плечи и шею Егора горячими поцелуями. Он чувствовал через тонкую ткань шаровар крепкий член, упирающийся в его пах, и выгибался ему навстречу. Не в силах больше сдерживать желание, Амир замер и с облегчением выдохнул, поймав губами благодарный поцелуй Егора. Под эти воспоминания Амир уснул, забыв на своих губах счастливую улыбку. Егору была непривычна монотонная езда на верблюде, но неудобная посадка не давала ему крепко уснуть. Егор в очередной раз проснулся, и его взгляд остановился на спящем на телеге Амире. «Никогда не думал, что буду такое чувствовать к парню, – подумал он. – И никогда не думал, что получу удовольствие, наслаждаясь его телом. Таким гибким и тонким, как травинка. Таким нежным, как цветок в поле. Нет, Амир! Теперь я тебя никуда не отпущу. Ты мой! И никакие Шайдар и всемирная революция не встанут между нами!» Их путь лежал по степям и холмистым равнинам. На небольших остановках Егор помогал Серафиму кормить лошадей и лечить их сбитые камнями ноги. Амир готовил на всех участников каравана ужин в огромном котле, а вечерами, сидя на телеге, продолжал учить Егора разным наукам. Тот усердно выводил простым карандашом на листке тетради буквы, читал купленные Амиром книги и слушал стихи. Он осваивал теперь не только великий и могучий русский язык, но и с легкой руки Амира начинал медленно понимать и говорить на фарси. Через несколько недель случилась небольшая стычка с бандитами, решившими напасть на караван, но Егор с охранниками быстро отбились от малочисленного и плохо вооруженного отряда разбойников. Подъехав после боя к перепуганному Амиру, Егор, свесившись с коня, положил на мешки рядом с ним небольшой букетик цветов. – Это мне? – растеряно улыбнулся Амир. – Я случайно увидел их, когда мы гнали этих бандитов по степи. Гляжу, на бугорке торчат. Красивые такие. Вот я и подумал… – покраснел Егор. – Глупый… – улыбнулся ему Амир. – Зачем оправдываешься. Мне приятно. Очень… Давай сегодня после ужина убежим? Мы так давно не были вдвоем. Егор согласился не раздумывая. Несмотря на то, что после каждой такой вылазки он получал от Серафима хорошего леща и словесный нагоняй, Егор не мог устоять перед горящими страстью и любовью глазами Амира. Они оба понимали, что опасно уходить далеко от каравана, но желание просто иссушало их молодые тела. Они прятались за холмами или находили заросли кустов и снова и снова дарили друг другу жаркие поцелуи. Так прошло около двух месяцев. В один из дней вдалеке перед караваном замаячили белые стены города. – Караван остановим у стены, а сами в город наведаемся, – сказал Серафим. – Нужно провизией запастись и сменить коней. – Нам в город идти опасно. Вдруг там люди Шайдара? – Егор кинул беспокойный взгляд на Амира. – Или красные… – добавил Амир. – Ну, во-первых, Амира в женском никто не узнает. Во-вторых, Шайдар твой не дурак, чтобы по большим городам ховаться. И в-третьих, были бы в городе красные, над воротами флаг красный торчал, – рассудил Серафим. – К тому же друг у меня в городе. Хороший друг, верный. Примет нас как дорогих гостей. Амир согласился первым. После двух месяцев пыльных дорог и сна на жестких мешках ему хотелось принять ванну и выспаться на мягких перинах. Город оказался намного больше, чем тот, в котором жил Серафим. Правда, рассмотреть его путникам не удалось. Оказалось, что город был местом дислокации третьего гарнизона доблестной Красной армии. Штабом был дом одного из местных баев, который сбежал из города, как только туда вступил гарнизон. Дом был невысоким, поэтому путники и не сразу увидели революционное красное знамя. – Что делать будем? – Егор шел по узким улочкам, пряча лицо в ворот халата. – Нам главное до дома Азамата дойти, – ответил Серафим Потапович. – Там нас не тронут. – А с чего ты решил, что твой друг не сбежал, как сделал это бай? – спросил его Амир. – Вы Азамата не знаете, – ухмыльнулся Серафим. – Он без мыла куда хошь влезет. И при любой власти выживет. Хитрый чертяка! До дома друга Серафима, Азамата, дошли окольными путями, стараясь обойти все патрули. Они постучали в заднюю дверь, и слуга провел путников в комнату, где их встретил сам хозяин. – Серафим, дорогой! Радость мой дом посетила! – Азамат оказался невысоким худым мужчиной лет пятидесяти, с длинной седой бородой и хитрыми лисьими глазами. – Как будто солнце выглянуло из облаков в пасмурный день, как глоток холодной воды в жаркий полдень твое появление. Проходи, дорогой! Гостем будешь! И друзей своих веди. Всем места хватит! – Здравствуй, друг! – Серафим принял в объятья Азамата и похлопал его по спине. – Вот, мы с сотоварищами караваном идем. Решили пополнить запасы продовольствия. А я думаю: дай старого друга навещу! Егор и Амир отказались от ужина, ссылаясь на усталость, и оставили старых друзей одних. Приняв ванну и поев лепешек с фруктами, принесенных слугами, они разлеглись на удобных перинах и приготовились ко сну. – Егор, – Амир привстал и погладил по щеке засыпающего Егора. – Помнишь, ты говорил что там, на родине, тебя никто не ждет? – Помню, – согласился Егор. – Ты сказал, что у тебя там никого нет… – продолжил Амир. – Тоже верно, – согласился Егор, начиная настойчиво тянуть Амира к себе. – Погоди ты, бешеный! – упирался Амир. – Я с тобой поговорить хотел. А ты меня всего облапал! – Ну хорошо, – Егор отпустил Амира и сделал серьезное лицо. – Так об чем говорить хочешь? – Так вот… – Амир уселся поудобнее. – Я предлагаю дойти до моря, а там перебраться в другую страну, – увидев, что Егор хочет возразить, Амир прикрыл его рот рукой. – Дослушай меня. Не перебивай! Мы будем вместе, понимаешь? Там не будет ни красных, ни белых. Купим земли, построим большую конюшню и будем разводить лошадей. Ты ведь любишь лошадей? – Люблю, – согласился Егор. – Только кто я тебе там буду? Работником? – Глупый ты… – тихо отозвался Амир, опустив глаза. Утро разбудило их громкими криками павлинов из сада и голосами на улице. Егор встал, поцеловал в лоб мирно посапывающего Амира, оделся и вышел в коридоры просторного дома. – А Серафим где? – спросил Егор у Азамата, сидящего в саду и попивающего чай. – Так Серафим еще засветло пошел коней выбирать. Потом на рынок собирался, – ответил Азамат, хитро сощурившись. – Так ты бы распорядился чаю, что ли, подать? – громко зевнул Егор и взъерошил пятерней светлые волосы на затылке. – Егор, дорогой! Только не обижайся на меня. Тут к тебе гости пришли… – Азамат мотнул головой в сторону, и Егор увидел пятерых красноармейцев, идущих по дорожке сада. – Ничего личного, – продолжал улыбаться Азамат. – Просто у меня с новой властью договор. Я им рассказываю все, что знаю, а они меня не трогают. – Именем советской власти, ты арестован как дезертир и враг народа! – громко сказал молодой красноармеец, вытаскивая из кобуры наган.