Мой любимый учитель.

       Мне ничего не снилось. Никаких сновидений, ярких картинок. Одно чёрное полотно. Поэтому, проснувшись и резко сев на кровати, я даже не поняла, прошло пять минут или несколько часов. Я оглядела свою комнату. Вчера было не до разглядываний, рука жутко болела и требовалась перевязка, сейчас же у меня было время для этого, наверное, было. Часов тут не наблюдалось, как, скажите, пожалуйста, узнавать время? Да, это тебе не цивилизованный мир, Вивьен.       Господи, как же странно это всё! Раньше, будь то поездка с классом или отдых с родителями, я не могла освоиться на новом месте. Всё было хорошо: место, люди вокруг, отношения с теми, с кем я приехала, — но почувствовать себя спокойно, расслабиться и по-настоящему отдохнуть не получалось практически никогда. Разве что с родителями. А сейчас? Я спокойно рассуждаю о том, где я оказалась, что мне предстоит. А ведь это не просто отпуск в какой-то стране, это другое время! За всеми этими размышлениями я и не заметила, как переоделась в одежду, что дала мне Констанция.       Рассмотрела комнату вновь, пошарилась по полочкам и шкафчику, но расчёски не нашла. Впрочем, неудивительно. «Апартаменты» не предназначены для попаданок-недоучек. Вернее, вообще неучей. Меня ведь никто ещё не учил.       Кстати, интересно, не забыл ли обо мне мой мучитель? А если и забыл, то слава богу. Если он тут ещё не появился, значит есть время. Мне нужно умыться и, желательно, почистить зубы. Я, конечно, понимаю, что семнадцатый век и так далее, но запускать себя в плане гигиены не собираюсь.       У меня была всего одна комната — та, в которой я спала. Она, по-видимому, являлась и залом, и обеденным помещением, потому как тут стоял стол, даже присутствовали два стула, правда, на одном ножка сломалась, но это и не важно, я тут всё равно одна. А вот ничего похожего на ванную комнату тут не было. В любом случае, люди же здесь как-то умываются?! Значит, есть какое-то корыто, таз, ведро, да хоть что-нибудь. И вода, чёрт возьми, должна быть! Надо сходить к мадам Ламбер и попросить её показать мне, где можно привести себя в порядок. Хотя, возможно, она ещё спит. Но что мне делать, если с минуты на минуту придёт мучитель?       Я твёрдым шагом подошла к двери и взялась за ручку, как дверь сама отъехала назад, я завалилась вперёд и упала на стену. Отлично. Здесь либо очень узкий проход, либо я так сильно разогналась. Внезапно я поняла, что стена держит меня за плечи. Маразм, Вивьен? Не рано ли? — Удобно? — спросил меня знакомый мужской голос. Чёрт. Мучитель.       Я уж чуть было не ляпнула: «А вам?», но во время сдержалась. Нет, я его не боюсь, просто это уже наглость. Я освободилась от «объятий» и отошла на пару шагов, оказавшись вновь в своей комнате. — Уже шесть? — спросила я, отвернувшись, стараясь вытереть глаза руками. Мне отчего-то стало очень стыдно за то, как я выгляжу: спросонья, глаза красные; спутанные тёмные волосы выглядят не очень приятно, да и вообще… — У вас нет часов? И почему вы отвернулись? Будьте так любезны, смотреть мне в лицо, когда разговариваете со мной. — Да что ж ты пристал-то?! Не видишь, у меня проблемы! Однако, мужчина не телепат, и слава богу. Он подошёл и, взяв меня за запястье, развернул к себе.       Зачем? Кто его просил? Мало того, что волосы руками расчёсывала, воды нет, так и в порядок себя привести не дал.       Я хотела его стукнуть, ох, как хотела! Но мои запястья всё ещё были в, так называемом, плену, поэтому я попыталась всеми силами освободить свои руки. Я правда приложила все силы, но он и не шелохнулся. Просто держал мои запястья, пока, наконец, не отпустил, при этом, как бы, легонько оттолкнув меня назад. Я же мгновенно почувствовала зуд на запястьях. Посмотрела, и точно — красные, кое-где следы от пальцев. Длинных и сильных, в этом я уж убедилась. Мучитель же равнодушно смотрел на меня и, перед тем как уйти, бросил мне через плечо: — У вас две минуты, я жду на улице. «Вот козёл, — подумала я». Ну и что, что леди не ругаются? Так я и не леди.       Я снова потёрла руками лицо и, закутавшись в плащ, вышла на улицу. Он правда ждал и, как только я вышла, отвернулся и пошёл по направлению к Лувру, вроде бы. В любом случае, вчера я пришла именно оттуда.       Он шёл не быстро, шаг широкий, уверенный, но я за ним не успевала. Мне приходилось чуть ли не бежать, чтобы догнать его.       Париж уже проснулся, торговцы расставляли свои прилавки, женщины готовились к рассказам новых сплетен. Я вдруг поймала себя на мысли, что улыбаюсь, и мне всё это нравится. Нет, не эта ледышка, что идёт впереди и даже ни разу не повернулась, чтобы проверить, иду я за ним или нет, а эта обстановка. Старинные улочки, эти пряности, которыми пахнет на улице. Да, это не весь Париж, а лучшая его часть. В неблагополучных районах, как в Гетто, и вонь, и помои на дороге и чего только нет, но… Уж слишком заманчивый район мне попался.       Тем временем, мы пришли в Лувр и оказались в каком-то незнакомом мне месте. Это был тренировочный зал, определённо. Две противоположные стены полностью зеркальные, а две другие обшиты какой-то красной тканью, ну очень красивой. Нет, не бархат, это было бы слишком. На стенах висят разные виды оружия: как холодного, так и огнестрельного. Висят мишени, груши, манекены для тренировок.       Всё это меня так заворожило, что я забыла, с кем нахожусь. — Снимайте плащ и идите переодеться в раздевалку. Там должна быть подходящая одежда, — сказал мужчина. Я еле сдержалась, чтобы не показать ему язык. Да, девочке двадцать лет, она до сих пор не может держать себя в руках.       В раздевалке правда была одежда, но…она мне понравилась. Костюм был совершенно современный, то есть, из моего времени, и состоял из тренировочных штанов, футболки и кофты. Всё чёрное, только футболка сияла белизной. Новое? «Нет, наверное, просто постирали «Лаской». — хихикнула я про себя. Точно нервное».       Выходила я в растерянных чувствах. Мне было интересно, как Мучитель отреагирует на этот костюм, он ведь его ещё не видел. К тому же, фигура у меня приличная, грудь, правда, маленькая, но это восполняют упругие бёдра и узкая талия. Тьфу ты, что за идиотизм в голову лезет? Мне не интересно, не интересно, не интересно…       В итоге, Мучитель уделил моему осмотру лишь секунду, а затем скрутил руки на груди и приказал: — Минуту разминаетесь, как привыкли это делать, затем бегаете 15 минут.       Хорошо, без проблем. Стоп. Что было последнее? — Сколько? Пятнадцать? Да мне бы хоть пять пробежать!       Я встретилась с его холодным взглядом и поняла: мне кабздец. Делать, кончено, нечего — я размялась и побежала. Площадь зала была большая, на двадцать пятом круге я начала замедляться. И дело даже не в том, что я не хочу, но бок закололо так, что меня хватило ещё лишь на три круга. — Господин Атос, я больше не могу, — крикнула я, пробегая мимо него. Крикнула и побежала дальше. — Мне уже плохо. — Вы до сих пор бежите, значит всё в порядке. — Вы ждёте, пока я без сил упаду? — двадцать девятнадцатый круг. — Если упадёте, вам придётся отжиматься.        Какого чёрта говорит этот мужчина? — Я не смогу больше. Вы же понимаете, моя физическая подготовка почти на нуле, — тридцатый круг. — У вас ещё девять минут, — равнодушно сказал он.       Я собрала все свои силы, правда. Я считала круги, не отвлекалась, пела про себя, чтобы как-то отвлечься от боли. Тридцать один, тридцать пять, сорок, сорок три, пятьдесят один, и я останавливаюсь. Сердце бьётся как бешеное, в глазах темнеет и, я, в первые в своей жизни, сваливаюсь в обморок.       Знаете, такому бурному пробуждению я бы порадовалась с утра. Я была неумытая, сонная, поэтому я бы, наверняка, и не разозлилась. Но не сейчас. Я почувствовала, как на меня вылили холодную воду. Я тут же распахнула глаза и, сев, начала откашливаться. Вот ведь гад! Ну теперь-то я его точно стукну!       И ведь точно. Откашлявшись, я подняла на него свой озлобленный взгляд и увидела сосредоточенное, даже непроницаемое лицо, только вот…глаза. Глаза светились азартом. Что, интересно, как я отреагирую, да? Я что, животное для опытов?       Я встала и начала подходить к нему. По мере того, что как я приближалась, его глаза обретали знакомую мне суровость. Вот теперь это тот мужчина, которого я знаю. Мучитель. Как есть мучитель. — Вы что себе позволяете? Довели меня до такого состояния, а потом ещё и воды холодной плеснули! Вы вообще думаете, когда делаете что-то? Или вы волнуетесь только о себе? Знаете, я знакома с вами чуть меньше двух дней, но уже на дух вас не переношу. Зачем вы это сделали, ответьте мне! — слова лились рекой, я ничего не могла с собой поделать.       Видимо, сказалась тренировка, да и то, что я сейчас дрожу от холода. Наконец, когда я закончила и отдышалась, я подошла к стене и, облокотившись на неё, села на пол. Сейчас я была равнодушна ко всему. Хоть убивайте.       Видимо, Мучитель верно оценил моё состояние и, потому, бросив мне ключи, сказал: — На сегодня хватит, переоденетесь и закроете на ключ. Ключи возьмите с собой, завтра вы занимаетесь с господином Арамисом.       Он ушёл, а я так и осталась сидеть на полу. Я и не поняла, как и почему у меня оказались мокрые щёки, но тот факт, что я плакала уже второй раз за два дня не мог меня не огорчить. Вернее, взбесить.       Если Он думает, что я отступлюсь, развернусь и убегу или откажусь от этих уроков, то он очень сильно ошибается. Я докажу ему, чего я стою.