HQiller

Yoongi POV       Я не чувствую ничего, когда смотрю на себя в зеркало. Я не испытываю ни удовлетворения, ни недовольства, ни любопытства. Это один из тех моментов, когда я чувствую себя пустым внутри. Иногда, вместо своего лица я вижу другие. Лица людей, чьи жизни я отнял, но и они не могут заставить меня чувствовать что-то. Только ледяное безразличие. Я привык ко всему: даже мои самые страшные внутренние демоны не нагоняют на меня страх.       Я поправил свою блондинистую челку несколько раз, но не из-за того, что она растрепалась, а для того, чтобы убить время. Телефон завибрировал, выводя меня из задумчивого состояния, и я взял его со столика рядом с раковиной, чтобы прочесть сообщение. [От: Хосок] Встретимся рядом со входом в пиццерию?       Пару секунд я размышлял над тем, чтобы отменить всё. Я не хотел встречаться с Хосоком и его друзьями сегодня просто потому, что я вообще не должен делать подобное. Это просто пустая трата времени. Две личности спорили во мне: первая хотела, чтобы я отправился на это свидание и вёл себя как обычный подросток, а вторая хотела, чтобы я нашёл собственную выгоду во всей этой ситуации. Так как я потерял предыдущую жертву, Хосок мог бы стать моей новой целью.       Но ведь ты не хочешь убивать его — раздался в голове мерзкий голос. И было очень неприятно признавать, что это абсолютная правда.       Я вздохнул, начиная лениво набирать ответ, а затем удалять его и набирать заново, стараясь сформулировать свою мысль как можно более правильно, и только потом отправить. [Кому: Хосок] Я всё ещё не уверен в том, что это хорошая идея.       Две части меня снова начали спорить. Хосок был интересным, но не более. И ведь все мои жертвы были интересными. Он может стать одним из них. Но он не станет.       Хосок ответил почти мгновенно. [От: Хосок] У меня есть шанс попробовать убедить тебя? ;)       Я резко выдохнул и закатил глаза на его самоуверенность. Ещё одной занимательной его деталью было то, что он был довольно закомплексованным, по-моему, но старался преодолеть это навязчивостью. Мне нравилось это. Это заставляет меня думать, что он, как и я, прячется за масками от социума каждый день. [Кому: Хосок] У тебя есть 100 символов, чтобы попытаться.       Я ждал его ответ с бóльшим нетерпением, чем мне бы хотелось. Мои пальцы барабанили по краям мраморной раковины, в то время как глаза исследовали скромно обставленную ванную комнату и пластиковую корзину в углу. Фиолетовый зонт с черной ручкой стоял в ней, и мои руки чесались от желания прикоснуться к нему вновь. [От: Хосок] У меня есть теория о Сеульском серийном убийце, основанная на ДиСи комиксах.       Я очарованно ахнул и поспешил набрать ответ. [Кому: Хосок] Буду через полчаса.

***

      Таксист быстро выдал мне сдачу, когда мы остановились рядом со вторым по размеру торговым центром Сеула. Движение на дороге было ужасно быстрым, а потому я мгновенно выскочил из такси, едва оно остановилось.       Какое-то время я наблюдал за тем, как жёлтая машина теряется среди других автомобилей и автобусов, а затем, засунув руки в карманы узких джинс, скрылся в толпе. Я смотрел на компании молодёжи, смеющиеся над какими-то шутками, и жалел, что выбрался из дома.       Место нашей встречи было не в отделе питания, а на открытой площади торгового центра, предназначенной для кафе, пиццерий и ресторанов с живой музыкой. Я быстро заметил нужное мне заведение, у входа в которое собралась огромная очередь.       В толпе я увидел розово-серые волосы Хосока, а потом заметил, что он уже какое-то время машет руками, пытаясь привлечь моё внимание. Я подошёл, и его губы растянулись в улыбке.       — Мои друзья уже внутри, — сказал он, окидывая меня оценивающим взглядом своих карих глаз.       — Так, что там с твой теорией? — спросил я.       Он весело улыбнулся:       — Я оставлю это на десерт. Не хочу, чтобы ты убежал.       Хосок потянул меня за предплечье ко входу, получая взгляды, полные ненависти, от людей в очереди. Он сказал что-то на входе и мы без проблем прошли внутрь. Кондиционер создавал прохладу, и я чувствовал себя более комфортно.       Мы проходили мимо круглых деревянных столов в ту часть пиццерии, где столики были обособлены друг от друга. Хосок подвёл меня к одному из таких, и, когда я увидел людей, сидящих за ним, моё горло свёл спазм, и я почувствовал наступающее удушье.       — Чувак, ты в порядке? — взволнованно спросил у меня Хосок, и я перевёл взгляд на него, сразу же сглотнув.       Пак Чимин смотрел на меня так, будто я был призраком или другим сверхъестественным существом, которого просто не должно существовать.       — Какого черта? — спросил он, начиная сильно кашлять. Я узнал и парня, сидящего рядом с ним. Сиголл. Это «совпадение» вызвало у меня тошноту. Этого не должно было быть.       — Я знаю тебя, — сказал Сиголл, смотря на меня с подозрением. Я перевёл свой взгляд с Чимина на него и обратно.       Хосок, наконец, попробовал узнать, что происходит.       — Вы уже знакомы?! — спросил он, пытаясь понять хоть что-нибудь.       Чимин сухо рассмеялся и ответил:       — Он — Шуга. Парень из приложения, я вам рассказывал, помните?       Хосок моргнул несколько раз, а потом повернулся ко мне с выражением, прочесть которое я не смог, учитывая ситуацию, в которой находился.       — Я не знал, что вы друзья, — наконец сказал я, потому что решил, что сейчас самое время произнести хоть что-нибудь. Хосок покачал головой и хотел что-то сказать, но Чимин перебил его:       — Наверное, то, что мы уже знакомы, не имеет особого значения, да? Ведь между нами двумя ничего нет.       Он посмотрел на меня, и мне захотелось плюнуть ему в лицо, но я постарался ответить спокойно:       — Конечно. Просто пообщаемся и поедим.       Краем глаза я заметил, как Хосок усмехнулся, и понял, что мне удалось сгладить ситуацию.       — Присаживайся, Шуга, не стесняйся, — Сиголл указал на диванчик.       — Он Юнги, — исправил Хосок, садясь первым, а затем двигаясь, чтобы освободить место и мне.       — А ты — Сиголл? — спросил я, не скрывая сарказма и делая вид, будто совсем не помню имя, которое он назвал мне во время нашей первой встречи.       Чимин и Хосок засмеялись, и я понял, что атмосфера между нами ещё немного разрядилась, это не могло не радовать.       — На самом деле, меня зовут Чонгук.       Я улыбнулся ему, а затем заметил, как Чимин переплетает их пальцы под столом. Это не вызвало во мне никаких чувств кроме злости. Ведь это Чонгук испортил все мои планы той ночью.       На этот раз я быстро смог подавить свой гнев. Новый план созрел в моей голове, и я благодарил всех богов за то, что встретил Хосока. Теперь я смогу приблизиться к Чимину и не вызвать подозрений.       Всё складывается прекрасно. К концу встречи Хосок будет мне доверять, и ни за что не сможет предположить, что это я убью одного из его лучших друзей. И Чонгук, кажется, не будет проблемой для меня.

***

      — Увидимся завтра, — сказал Хосок Чонгуку и Чимину, которые шли так близко друг к другу, что их руки время от времени соприкасались. Ни один из них, кажется, не осмеливался взяться за руки, но, думаю, они сделают это, когда окончательно скроются с нашего поля зрения.       — Я ненавистен им, — сказал я, привлекая внимание Хосока. Он одарил меня весёлой улыбкой:       — Паранойя или неуверенность? — парень приподнял брови.       — Они наверняка считают меня странным, — сказал я, стараясь казаться младше, чтобы вызвать жалость. — Я замечал их переглядывания после каждого сказанного мной слова!       Я не знаю, было ли это вызвано тем, что я переиграл, или чем-то ещё, но на этот раз он не улыбнулся. Хосок посмотрел мне в глаза, и я захотел отвернуться.       — Почему ты говоришь так?       Я неловко провёл ладонью по шее.       — В каком смысле?       — Так, — он остановился, заставляя меня сделать то же самое. — Ты звучишь так… по-детски. Мне даже казалось, что ты делаешь это нарочно.       Это застало меня врасплох. Обычно люди не понимали, когда я притворялся, но сейчас я прокололся. Теперь он знает, что в моём характере много «актёрских» черт. Чёрт возьми, я даже не знаю, как мне вести себя в этой ситуации.       — Извини?       Его глаза будто сканировали меня какое-то время, а затем плечи Хосока расслабились, и он вновь пошёл куда-то.       — Хочешь клубничное фраппе?       — Я думал, что на десерт у нас твоя теория.       Хосок улыбнулся.       — Моя теория — это как глазурь на торте.       Он снова остановился; на этот раз рядом с витриной, за которой стояли белые манекены, одетые в чёрные костюмы. Это был один из самых дорогих бутиков торгового центра, вещи в котором изготавливались на заказ.       Хосок сделал глубокий вдох.       — Хорошо. Прежде чем начать, я хотел бы сказать, что у меня есть кое-какие секреты.       Мне захотелось саркастически рассмеяться, но вместо этого я спросил:       — Секреты, которые можно раскрыть, или секреты, которые нужно беречь до смерти?       — Первое, — он смотрел прямо мне в глаза. — Может быть, я выгляжу как панк-рок парень, который по ночам играет на гитаре и выпивает каждый день, но это не так.       — Итак, ты не играешь на гитаре?       — Не выпиваю каждый день, — он исправил меня, и это заставило меня слегка улыбнуться. — В большинстве случаев, по вечерам я читаю комиксы или смотрю фильмы, поедая при этом сахарные трубочки и пиццу.       — Здоровый образ жизни, — я прокомментировал, и он засмеялся.       — Можно сказать, что да. У меня есть особая страсть к комиксам про убийства. Там не всегда всё идеально, но это, как минимум, интересно. Всегда до жути интересно узнать, в чём фишка убийцы, и какие у него мотивы. Эти две вещи всегда присутствуют в подобных комиксах. И теперь, когда серийный убийца появился в Сеуле, я начал пытаться выстраивать свои догадки. Одинаковые смерти, вызванные пробиванием бедренной артерии. Это очень умно со стороны убийцы. Всё всегда было идеально. До последнего убийства. Там я нашел один маленький ключ.       Я кивнул, прося его продолжить:       — У тебя есть какие-то определённые догадки?       — Если говорить честно, то не совсем. Я просто понял, что убийства осуществлены точно не пистолетом. Мой дядя работает в отделе, который расследует все эти убийства, и я видел некоторые фотографии тел у него на столе.       — Тебе известно что-то конкретное? — я прищурил глаза, а Хосок только пожал плечами.       — Только предположения. Могу сказать, что все уверены в том, что убийства совершены чем-то, что не мелькало в преступлениях раньше. Мой дядя знает, как выглядят удары от ножа, или следы от пуль, но это всё не то. Я подумал, что может у него в компьютере есть какая-нибудь информация, а потому полазил по папкам. Я попросил, чтобы он приготовил кофе, и, пока он был занят, нашёл довольно много интересного. В одной и папок были фотографии…       Его взгляд вдруг стал каким-то отстранённым, и я почувствовал восхищение к его заинтересованности убийствами. Я хочу находиться рядом с ним постоянно. Он словно особенный вид современного искусства, созданный специально для меня.       — Отверстия на бёдрах жертв небольшие, и сделаны чем-то сухим. Я думал недели на пролёт, пока не появился новый элемент. Очень важная новая деталь. Морозильники.       Мои глаза загорелись, когда он продолжил говорить. Я чувствовал себя полностью погружённым в его мысли. Ощущения были такие, будто я близок к пониманию того, что ещё не известно человечеству. Я чувствовал такую же радость, какую чувствовал после убийств. Мне почему-то захотелось заставить Хосока почувствовать то же самое.       — Ты уже считаешь меня сумасшедшим и строишь планы побега, или я могу продолжить? — спросил он, смутившись от моего молчания.       Я покачал головой:       — Я нахожу твои мысли интересными.       Это было преуменьшением. «Интерес» — это не то слово, которым я мог бы в полной мере оценить то, что чувствую.       — Хорошо, тогда слушай дальше. Я начал выдвигать свои гипотезы. Зачем нужен морозильник? Мне не хватало зацепок, чтобы связать всё вместе. Поэтому я начал анализировать место. «Starfield Coex Mall» — одно из самых знаменитых зданий Сеула; оно так же находится на многолюдной улице. Убийца оставляет тело именно там; отсюда можно сделать вывод, что он хочет, чтобы тело быстро нашли. Он хочет, чтобы его признали. И морозильник нужен специально для этого. Что-то вроде фишки, благодаря которой он должен прославиться.       Тишина возникла между нами. Хосок, кажется, выбирал слова, и я терпеливо ждал продолжения. Мне ужасно хотелось поторопить его, но я держался.       Он открыл рот, чтобы продолжить, но вдруг резко передумал.       — Вот и всё.       — Что?       — Просто… — Хосок вздохнул, в отчаянии запуская руки в окрашенные волосы. — Слушай, я серьёзно заинтересован в тебе, Юнги. Но я не чувствую, что могу рассказать тебе сейчас.       — Ты хочешь сказать, что не доверяешь мне.       — Да, — он признался, и я очень удивился этому. — Сначала я хочу увидеть тебя настоящего, а не эти маски.       Я посмотрел в его глаза:       — Я не могу обещать, что раскрою свои секреты.